Терапия праздника

Его разбудила ноющая боль в межреберье. Драко поморщился. Сон отсупал нехотя, болезненно, пробуждая воспоминания о стычке прошлой ночью. Какой-то полоумный моралист решил устроить самосуд над бывшим пожирателем смерти, между прочим, почти чистым перед законом волшебником. В целом, ничего неожиданного, просто неприятно получить в спину жалящее, а потом словить ещё несколько заклинаний в пылу внезапной магической дуэли. Ситуация осложнялась тем, что применять сильные боевые чары Драко не мог: для чистоты перед законом приходилось терпеть паскудное ограничение в использовании магии. Вокруг шеи Драко и запястья его правой руки тянулись иссиня-чёрные рунные вязи, отсекающие любые попытки наколдовать атакующие чары, вот и приходилось Малфою защищаться да отбиваться смешными заклинаниями. Конечно же нападавшего волшебника обезвредили прибывшие на вызов авроры, а боль в межреберье колючей рукой сопроводила Драко в отделение больницы святого Мунго. Всё это было бы несущественно, если бы не одна маленькая деталь: его день рождения. Благодаря безумцу Драко лишился положенного ему праздника. Они с Тео, Блейзом, Асторией и Дафной планировали устроить праздничный променад по магическим и не очень барам, но теперь Драко мог себе позволить разве что шот укрепляющего зелья и компанию в виде пустой палаты. Надо сказать, редкое для Мунго явление: один пациент в палате. Драко тихо радовался этому факту, решив, что судьба решила порадовать его в день рождения хотя бы так, тишиной и одиночеством. Судя по всему, он проснулся за полночь. В палате было темно. Драко, поморщившись от боли, приподнялся на локтях и коснулся кончиком палочки зачарованной сферы на своей тумбочке. Она тут же засияла мягким светом. Он отыскал стакан и наполнил его с помощью Агуаменти, выпил почти залпом, пролив несколько капель воды на обнажённую грудь. Зачесал пальцами волосы назад, и именно в этот момент дверь в палату приоткрылась. — Смотри-ка, Джинни, наш именинник не спит. Драко резко повернул голову в сторону двери и с удивлением уставился на Грейнджер и младшую Уизли, замерших на пороге. Обе одетые в лимонного цвета мантии с характерными гербами на груди, с волосами, заплетёными в плотные косы. Они проскользнули в палату друг за другом, плотно прикрыв за собой дверь, и подошли к его постели. На лице младшей Уизли застыло хитрое выражение, такое, которое он неоднократно замечал у её бестолковых братьев, затеявших очередную шалость в стенах Хогвартса. Грейнджер выглядела так, словно близка к разгадке очередной сложной магической задачи. Девушки переглянулись, и Драко подтянул повыше тонкое одеяло, укрывающее его ноги. Он снова поморщился: рёбра опаясала боль. — Бедняжка, — проворковала Гермиона, одарив его полным сочувствия взглядом, — болит? — А ты как думаешь? — прошипел он. — Буду благодарен, если вы пришли предложить мне обезбаливающее. Если нет… — он кивком указал на дверь в палату. — Уходите, не мешайте спать. Какого чёрта вы вообще делаете здесь ночью? — Работаем, — Джинни пожала плечами, — дежурим на случай, если ночью привезут очередного неумелого дуэлянта, — она подмигнула ему. — Забыл, кто тебя встретил в приемном покое? Уизли была права, именно они с Грейнджер оказали ему первую помощь. Драко поудобнее устроился на подушке, недоверчиво глядя на двух девушек. Взгляды их были… странными. Блуждали по его телу так откровенно, что хотелось прикрыться… или, напротив, откинуть тонкое одеяло и смутить их своим обнажённым видом: Драко обожал спать голым и не любил изменять своим привычкам. — Сколько шрамов… — Грейнджер медленно приблизилась к его изголовью, не отрывая взгляда от его груди. — Заслуга вашего драгоценного Поттера, — процедил Драко, не сводя глаз с Гермионы. — Надо его поблагодарить, — тонкий женский палец коснулся грубоватой кожи одного из шрамов и прочертил его сверху вниз. Драко вздрогнул от неожиданности. — Тебе идёт. — Я чуть было не умер тогда. — Всё ещё идёт, — её палец исчез, и Гермиона посмотрела на Джинни, замершую с другой стороны от его постели. — Вообще-то мы пришли поздравить тебя с днём рождения, — сказала Уизли, глядя на него сверху вниз. Теперь уже её палец прочертил рваную линию другого шрама. — Точнее, мы хотим провести одну праздничную… процедуру, — Гермиона заговорщески улыбнулась Джинни. Драко непонимающе смотрел на них и ощущал, как паника потихоньку захватывает душу. Что эти две гриффиндорские стервы задумали? К его глубочайшему сожалению, рёбра регулярно опоясывала острая боль, из-за которой он при всём желании не мог двигаться привычно быстро, но что-то манкое сквозило в их голосах, взглядах, даже движениях, но Драко не мог уловить, что именно. — Что за процедура? — немного хрипло спросил он. — Мы уверены, ты будешь в восторге, Драко, — проворковала Гермиона, вновь прочертив линию по его коже кончиком пальца, только теперь он устремился вниз, к пупку. — Только для начала этой процедуры нужно кое-что сделать, — Джинни вскинула руку с зажатой в ней волшебной палочкой, и этот жест заставил сердце Малфоя упасть куда-то вниз, а мозг — лихорадочно соображать, что эти две девицы решили провернуть с его немного повреждённым телом. — Уизли… — угрожающе начал он, а в следующий момент свет в комнате погас… Нет же! Его глаза закрыла плотная тёмная ткань. Драко обеспокоенно замотал головой, тактильность выросла до предела, кожа покрылась мурашками, вспотели ладони. Он беспомощно вскинул руки, но запястья оплела плотная верёвка, их потянуло вверх, за голову, к металлической трубке изголовья кровати. Рёбра снова отозвались болью, Драко судорожно выдохнул. — Вы что задумали, ведьмы?! — взревел он, дёрнувшись всем телом вверх, под аккомпонемент их дружного смеха. — Всего лишь праздничную терапию, — невинно отозвалась Гермиона, а затем с его ног сорвали тонкое одеяло. Драко заметался по кровати, но замер, когда ощутил, как по напряженному прессу вниз скользит чужая рука. Через секунду основание члена было заключено в плотное кольцо горячих пальцев. — Что вы… — О, Джинни, он совсем не рад нас видеть, — разочарованно выдохнула Гермиона. Драко втянул воздух сквозь стиснутые зубы: кто-то из них мягко поглаживал его крайнюю плоть. Низ живота сладко заныл в предвкушении. Драко попытался абстрагироваться от этого ощущения, оценивая своё отношение к текущей ситуации. Итак, две бывшие гриффиндорки решили его... Поздравить? Вероятно, очень несвойственным для них способом. В какой-то степени их действия отдавали насилием весьма сексуального характера, но Малфой не был бы собой, если бы не попытался извлечь из этого волнующего опыта выгоду. Жаль, что межреберье так и пронзала боль, иначе он с удовольствием показал бы им обеим свои любимые позы и предпочтения. Начал бы, разумеется, с Грейнджер. В повязке на глазах очень легко было представить, как он вдавливает её умную голову в подушку, яростно вколачиваясь в её тело... — Мы это исправим, Гермиона, — уверенно произнесла Уизли. — Смотри-ка, он уже немного рад… Обхвати его рукой, дорогая. Драко так далеко ушёл в своих фантазиях, что, вероятно, пропустил мимо ушей часть их полного смысла диалога. — Рукой? — игриво переспросила Грейнджер. — Может, лучше… Они замолчали, но стимуляция руками никуда не делась, она лишь усилилась. Драко предположил, что в этот момент они что-то обсуждали невербально. Гриффиндорские стервы! — Сыграем в угадайку, Малфой? — голос Джинни раздался над левым ухом. Значит, это ручки Грейнджер не прекращали его касаться?.. — Ч-что? — одуревше переспросил Драко. — Угадайка, — откуда-то снизу раздался терпеливый голос Гермионы, — попробуешь угадать, чьи это губы? — Губы?.. И в следующую секунду он понял, о чем договорились эти две ведьмы, потому что нежной головки коснулся чей-то язык. Кстати, дыхания возле уха он больше не ощущал, зато кровать промялась. Кончик языка скользнул в углубление, вынырнул обратно, закружил, а затем повторил всё заново, и Драко не смог подавить стона. Плоть попала в плен влажного горячего рта, Малфой даже толкнулся бёдрами вперёд, навстречу настойчивым губам. Чья-то ладонь мягко поглаживала мошонку, и он понятия не имел, кто из них такой потрясающе умелый. Ласки прекратились так же быстро, как и начались. Драко недовольно засопел. — Ну как? — Джинни. — Есть предположения? — Грейнджер. Драко мотнул головой в глупой попытке снять повязку о свою руку. Туловище снова пронзила боль. Предположений не было. Только дикое желание умолять их продолжить. — Я… я не знаю, — во рту пересохло. Сердце бешено колотилось, член стоял так, что было больно. — Правда, не знаю, но это было… Он не договорил, потому что горячий язык, заскользивший вдоль выступающих вен, заставил забыть слова. Драко сдавленно застонал, когда чужой умелый рот полностью захватил его член, так глубоко, что девушка закашлялась. Он честно пытался понять, кто из них только что подавился, но не смог, а потом и вовсе лишился возможности связно мыслить, потому что ощутил, как чужие губы касаются мошонки, но стимуляция члена никуда не исчезла. В этот момент Драко похвалил себя за привычку брить паховую область. — Блять, вы обе… — тихо выдохнул он, растворяясь в ощущениях. Тело плавилось под умелыми губами сразу двух девушек. Очень хотелось зарыться пальцами в их волосы… — Р-развяжите меня, — почти взмолился Драко. — А ты будешь себя хорошо вести? — в голосе Грейнджер сквозила игривость. — Да! — он удовлетворённо выдохнул, когда верёвки с рук исчезли… правда, одновременно с этим исчезли и губы. Стало холодно и обидно. — Предположения будут? — чужая ладонь погладила его по животу, а затем пальцы сжались вокруг члена и скользнули вверх. — Сейчас это ты, Грейнджер, — наугад произнёс он, но вздрогнул, потому что нежная рука сильно сжала ствол, — ай! Уизли?! — Сейчас бы снять баллы со Слизерина, — мечтательно протянула Гермиона, — за неправильные ответы, — рука, обхватывающая его член, ускорилась, а затем её вновь сменили губы… Драко слепо протянул ладони вперёд и зарылся пальцами в завитки волос, надавил на затылок, заставив девушку взять глубже, но затем ослабил хватку, и она дернула голову вверх, глубоко дыша, но её тут же сменила другая, не менее умелая. Кажется, он слышал чьи-то тихие стоны вперемежку со всхлипами и влажными звуками, издаваемыми этими двумя безумными ведьмами. Давление нарастало, внутренности свело сладкой судорогой. — Блять, не вздумайте остановиться, — прохрипел он, ощущая, что вот-вот кончит, — обе, не останавливайтесь! Губы одной девушки посасывали мошонку, пока вторая размеренно двигалась, доводя его до точки. Драко плотно зажмурился под повязкой и излился прямо в рот одной из девушек. Виски сдавило, воздуха стало слишком мало сначала, непозволительно много — секундами позже. Он расслабленно откинулся на подушку и приподнял край повязки дрожащей рукой, чтобы увидеть самую возбуждающую картину в своей жизни. Грейнджер и Уизли, абсолютно обнажённые, стояли на коленях друг напротив друга и… Драко не поверил своим глазам. Они целовались. Точнее, Джинни слизывала с губ Гермионы его собственную сперму, пока её ладонь медленно скользила между ног подруги. Зрелище завораживало… Драко сам не заметил, как обхвтил член рукой, глядя на взаимные ласки двух девушек. — Тебе разве разрешали снимать повязку, Драко? — с предыханием спросила Гермиона, извивающаяся в руках Джинни. — Пусть посмотрит, может, быстрее придёт в себя, — Уизли хихикнула и ущипнула Гермиону за сосок, — смотри-ка, а ему нужно совсем немного времени… — она прижалась губами к груди девушки, медленно ввела в неё два пальца и удовлетворённо выдохнула, — и ты уже давно готова, — Джинни заботливо чмокнула Гермиону в губы и подтолкнула её в спину, — уступаю его тебе! Грейнджер обожгла Драко взглядом. Грациозно, словно пантера, двинулась вперёд и нависла над ним, прикусив губу. В уголке её рта осталась крошечная белёсая капелька. — Тебе понравился наш маленький сюрприз? — полушепотом спросила она и двинула бёдрами, стимулируя его член. — Неожиданно, Грейнджер, — Драко положил ладони на её талию, — даже интерсно, как вы пришли к этой идее… — Просто не могли оставить тебя без подарков в твой день рождения, — невинно отозвалась Гермиона и ахнула, потому что он вошёл грубо, одним резким движением, вцепившись в её бёдра. — И часто вы так поздравляете пациентов? — Драко сомкнул руки на её талии, методично вколачиваясь в её податливое тело. Боль всё ещё сжимала рёбра, но меркла перед накрывающим его наслаждением. — Нет, — прошептала девушка, откидываясь назад, прямо в руки своей рыжей подружки, — если честно, ты первый. — Не верю. — Зря, — Джинни коварно улыбнулась, обнимая Гермиону сзади. Одна её рука сжимала грудь Грейнджер, вторая легла на промежность. — Джинни... — Гермиона повернула к ней голову, и они сплелись в крайне страстном поцелуе. На секунду Драко показалось, что его очень активно используют две озабоченные девушки, так пылко они целовались. С другой стороны, Грейнджер яростно двигала бёдрами, насаживаясь на его член, шептала в рот Уизли его имя и... Драко был вынужден признать, что это было ахуительно. — Я сейчас кончу, — почти жалобно простонала Гермиона, и Джинни ускорила движения своей руки. — Боже, ещё! Если бы только не болели чёртовы рёбра! Драко мысленно проклял того урода, благодаря которому он здесь оказался. Хотя... Вряд ли он получил бы подобный презент, не попади в канун своего дня рождения в Мунго. Он перехватил руки Гермионы, потянул её на себя, буквально вырвав из рук Джинни. Теперь Грейнджер лежала на нём, а он, крепко схватив её за бёдра, пытаясь не обращать внимания на боль, откровенно трахал её. Гермиона уткнулась лицом в его шею; от её прерывистых стонов по коже разливались волны тепла... Тонкие женские пальцы зарылись в его волосы; Гермиона вскрикнула и замерла. Драко чувствовал, как в такт её бешеному дыханию сокращаются её мышцы, как её тело обмякло и совсем неожиданно сместилось куда-то в сторонку. — Моя очередь, — теперь над ним возвышалась Джинни. Её грудь скрывали огненно-рыжие пряди волос, взгляд лихорадочно блестящих глаз не отрывался от его члена. — Неужели я всё-таки это сделаю?.. О чём это она? Ах, да... Дразня себя пальцами, Джинни плавно опустилась на его член и прикрыла глаза. Драко потянулся было руками к её восхитительной груди, но второй раз за эту безумную ночь они оказались связаны и заведены за его голову. — Я тебя трахну, Малфой, — Джинни приподнялась и опустилась на него до самого основания, — лежи и не мешай, — она засмеялась, но смех быстро исчез в её тяжёлом дыхании. — Будь хорошим мальчиком и дай мне кончить от твоего члена. Стоило признать, что у младшей Уизли явно было больше опыта. От того, что она вытворяла, сидя сверху на нём, поджимались пальцы. У Драко закружилась голова, и он зажмурился. Боль в рёбрах настигла его одновременно с оргазмоми, и он провалился в темноту. *** Из объятий болезненного сна выбираться совсем не хотелось. Драко уже проснулся, но ещё лежал, сомкнув веки. Кто-то прошёл в его палату и остановился у кровати. — Малфой, просыпайся, — нежная рука легла на его плечо, — пора принимать праздничную порцию зелий. Грейнджер? Грейнджер... В памяти вспышками пронеслись события прошлой ночи. Он что, вырубился? Последнее, что он помнил, это ленивый поцелуй в щеку от разомлевший от удовольствия Гермионы и тяжесть тела Джинни. Он что, отключился от оргазма? Драко распахнул глаза и посмотрел на одетую в ту самую лимонную мантию Гермиону. Она стояла у его кровати, сжимая в руках склянку с каким-то зельем. — С днём рождения, — немного сконфуженно произнесла она, протягивая ему зелье, — обезболивающее, двойная порция. Денёк ещё поваляешься и выпишем, динамика хорошая. — Где Уизли? — он спросил невпопад, рассматривая Гермиону. Драко пытался отыскать в её облике следы ночной вечеринки на троих, но никак не находил. — Джинни? Дома, наверное. Она сегодня заступает в ночную смену, — Гермиона поставила склянку с зельем на тумбочку, — выпей обязательно и спи. Во сне зелье лучше работает. — И её здесь не было этой ночью? — Драко пропустил слова Гермионы мимо ушей. Неужели ему просто... Приснилось? — Нет, — Гермиона покачала головой, — обязательно выпей зелье, — она направилась к выходу из палаты. Драко откинулся на подушку и прижал ко лбу ладонь. Может, у него жар? Нет... — Значит, это был всего лишь сон... — тихо проговорил он, глядя прямо перед собой. — Кстати, Драко, — Гермиона обернулась, положив ладонь на дверную ручку, — жаль, я не могу снять баллы со Слизерина... за неправильные выводы, — она подмигнула ему, прежде чем скрыться за дверью.