Жил был Пол

Квил Атара обратился тяжело. В отличие от остальных, в его трансформации не было чистой ярости — в ней бурлила глубокая, затяжная подростковая депрессия. Парень неделями чах от обиды, не понимая, почему два его лучших друга, Джейк и Эмбри, резко отгородились от него, стали замкнутыми, начали скрывать какие-то тайны и полностью забросили их посиделки в гараже. Квил чувствовал себя брошенным и преданным. Одиночество выедало его изнутри, пока в один из дней лихорадка не достигла пика, и парень впервые переродился в огромного шоколадно-коричневого волка. Но настоящий ад начался через секунду, едва разум Квила подключился к ментальной сети стаи. В волчьем обличье секретов не существовало. Квил, ещё не успев осознать свои новые лапы и хвост, мгновенно, наотмашь словил коллективную память стаи. И самое страшное — он увидел тот закольцованный кошмар Эмбри из спальни матери. Увидел лицо своего собственного отца. Эфир Ла-Пуш взорвался оглушительным, яростным скандалом. «ТЫ?! ТЫ МОЙ БРАТ?! ЭТО МОЙ ОТЕЦ ТАМ БЫЛ?!» — дикий, безумный рев Квила едва не выжег ментальные каналы остальным. Шоколадный волк бесновался в чаще, круша всё на своем пути, и его мысли исходили чистой, невыносимой болью преданного сына. — «ВЫ ВСЕ ЗНАЛИ! ЭМБРИ, СУКА, ТЫ ЗНАЛ И МОЛЧАЛ! ВЫ ВСЕ МНЕ ЛГАЛИ!» «КВИЛ, ПОСТОЙ! Я НЕ ХОТЕЛ! Я САМ УЗНАЛ ТОЛЬКО ТОГДА!» — отчаянно скулил в ответ Эмбри, пытаясь зажать брата у ручья, но Квил лишь оскалился, готовый разорвать любого. Сэм метался между ними в волчьем обличье, пытаясь задавить конфликт авторитетом Альфы, но ментальное поле стаи шло трещинами. Джаред караулил границы, а Пол, тяжело дыша в человеческом теле у себя дома, с силой сжал кулаки. Ему нужно было ехать к Белле. Два дня прошло, карбюратор был собран и лежал в багажнике её пикапа. Но Пол был вторым по старшинству. Первая бешеная бета вожака. Он не мог бросить Сэма и стаю, когда Ла-Пуш буквально разрывало на части изнутри от вековых семейных грехов. Ему нужно было остаться и держать пацанов, чтобы они не перегрызли друг другу глотки. Пол раздражённо мерил шагами кухню, готовый выть от бессилия и злости — магия запечатления требовала немедленно мчаться в Форкс, а долг беты приковывал его к резервации. Мать, тихо наблюдавшая за его метаниями, подошла со спины и мягко положила руку ему на плечо. Её мудрый взгляд был спокоен. Она прекрасно слышала отдалённый волчий вой из леса и понимала, что у мальчиков племени случилась беда. — Не пропадай, Пол, — тихо, но твёрдо посоветовала Мэри, заглядывая сыну в глаза. — Не дай ей подумать, что ты пустозвон. Девочка только-только начала оттаивать, она ждёт тебя сегодня. Предупреди её. Набери со стационарного телефона, позвони и скажи, что появились важные дела по дому. Напридумывай что угодно — скажи, отгул на работе не дают, застрял на смене. Главное, дай знать, что на днях обязательно заедешь и всё в силе. Пусть знает, что ты держишь слово. Пол шумно выдохнул сквозь зубы, чувствуя, как от материнских слов на душе немного отлегло. Мама была права. Изабеллу уже один раз бросили без объяснений, и если он сейчас просто исчезнет на несколько дней из-за стайных разборок, её доверие закроется навсегда. — Спасибо, мам, — хрипло бросил Пол. Он быстро подошёл к телефонному аппарату на стене и решительно снял трубку, набирая номер дома Свонов. Ему нужно было зафиксировать свою позицию в её жизни, пока лесной эфир окончательно не позвал его на помощь вожаку.

***

Гудки в трубке казались Полу бесконечными. Он нетерпеливо переминался с ноги на ногу у стены, краем уха ловя доносящийся из леса глухой, едва различимый волчий вой. Стаю там, в чаще, лихорадило вовсю, и Квил с Эмбри явно были близки к тому, чтобы пустить друг другу кровь. Наконец на том конце провода щелкнуло, и раздался её тихий, аккуратный голос: — Алло? Внутри Пола всё мгновенно перевернулось. Магия запечатления тут же обдала его волной раскалённого жара, заставляя волчий инстинкт яростно требовать бросить всё, прыгнуть в пикап и мчаться в Форкс. Но Пол сжал свободный кулак до хруста в пальцах и заставил свой голос звучать максимально спокойно и ровно. По-человечески. — Привет, Изабелла. Это Пол. — Пол! — в её голосе проскользнула отчетливая, живая радость, которую она даже не попыталась скрыть. — Привет. Ты уже выезжаешь? Я тут как раз… Она запнулась, явно не желая выдавать, что весь день поглядывала в окно в ожидании его машины, но Пол и так всё понял. От этого её смущения по его телу разлилось торжествующее тепло. Было чертовски паршиво обламывать её прямо сейчас. — Слушай, Изабелла, тут такое дело… — Пол тяжело вздохнул, потирая шею ладонью. —Сегодня не приеду. На работе завал полный, парней не хватает после шторма, и мне отгул на смене не дают наотрез. Начальство попёрло на рожон, приходится оставаться на сверхурочные, разгребать тут всё. На том конце провода повисла короткая, разочарованная тишина. Пол буквально физически почувствовал, как Белла там, в своей комнате, тихо сникла. Но она не стала устраивать сцен или истерик. Слишком привыкла к тому, что её планы рушатся. — А… понятно, — тихо отозвалась она, и в её голосе скользнула знакомая серая прохлада. — Ничего страшного, Пол. Работа есть работа. Я понимаю. — Нет, Изабелла, послушай меня, — резко и твёрдо перебил её Пол, не желая, чтобы она закрылась в своей раковине и решила, что он просто очередной пустозвон, который её бросил. — Всё в силе. Карбюратор твой я уже полностью перебрал, он готов и лежит в багажнике. Запчасти из гаража я тоже все отобрал и упаковал. Я пригоню твой пикап на днях, как только вырвусь с этой грёбаной смены. Обещаю. Поняла? Белла на том конце линии притихла, удивлённая его резкой, почти агрессивной заботой. Пол не оправдывался — он просто ставил факт. Он держал своё слово. И эта его грубоватая, но абсолютная надёжность подействовала на неё как успокоительное. — Хорошо, Пол, — уже гораздо теплее и мягче ответила она, и Пол мысленно выдохнул. — Буду ждать. И… спасибо, что предупредил. Удачи на работе. — Давай, Изабелла. До связи, — негромко бросил он и повесил трубку на рычаг. Пол замер на секунду, глядя на телефон, а затем его лицо снова приняло привычное хмурое и злое выражение. Он обернулся к матери, которая понимающе кивнула ему от плиты. С человеческими делами было покончено. Белла предупреждена, её доверие спасено. Теперь пришло время вернуться к обязанностям беты. Пол на ходу сдернул с себя куртку, швырнул её на диван и быстрым шагом направился к выходу на задний двор. Лес звал его, и Пол Лэйхот собирался вколотить немного ума в головы новоиспечённых братьев, пока они не разнесли всю резервацию.

***

POV Беллы Я медленно опустила трубку на рычаг стационарного телефона и ещё несколько секунд просто стояла в коридоре, глядя на пустую стену. В ушах всё ещё звучал его хриплый, твёрдый голос. «Я пригоню твой пикап на днях... Обещаю. Поняла?» Я вернулась в свою комнату, села за стол, где по-прежнему ровной стопкой лежали новые университетские анкеты по антропологии, и обхватила себя руками за плечи. В груди было странно, непривычно пусто и… глухо. Я совершенно не ожидала, что так сильно расстроюсь. Это открытие ударило меня под дых. За последние полгода я привыкла к полному, звенящему равнодушию ко всему миру. Мне было плевать, кто звонит, кто приходит, отменяются ли планы или рушится мир вокруг. Моя чёрная дыра внутри надёжно глушила любые эмоции. Но сейчас, глядя на исписанные бланки, которые мы так увлечённо разбирали на кухне Лэйхотов, я чувствовала отчётливую, острую обиду. Мне действительно было паршиво от того, что Пол сегодня не приедет. Я ведь весь день, сама того не замечая, прислушивалась к шуму дороги за окном. Ждала знакомого, натужного гула мотора своего старого «Шевроле». Надеялась снова увидеть этого огромного, горячего парня в чёрной майке, который так бесцеремонно и уверенно ворвался в мою серую жизнь и заставил строить новые планы. Но хуже всего было то, что вместе с разочарованием внутри меня поднялся привычный, липкий страх. Страх, что меня снова бросили. Снова оставили одну, отделавшись дежурными фразами про «завал на работе» и «сверхурочные». Каллены тоже уехали, обещая, что так будет лучше. Я судорожно выдохнула и заставила себя вспомнить, как именно Пол это сказал. Он не мямлил, не подбирал слова и не пытался поскорее закончить разговор. Его голос звучал почти агрессивно-надёжно. Он буквально заставил меня пообещать, что я буду его ждать, и чётко дал понять: карбюратор готов, детали собраны, и он приедет сразу же, как только сможет. Он не бросал меня. Он просто застрял на работе, как обычный человек. Я посмотрела на свои новые школьные распечатки и обновила расписание. Пол держит слово — это читалось в каждом его резком звуке. А значит, мне тоже нельзя раскисать и возвращаться на свой диван. У меня есть время, чтобы окончательно подтянуть оценки по истории и социологии. Наш общий план на университет всё ещё в силе. И я буду ждать его пикап во дворе, чего бы мне это ни стоило.

***

Пока Белла в Форксе пыталась совладать с непривычной для себя обидой, лесная чаща Ла-Пуш содрогалась от нечеловеческого рыка. Пол влетел в ментальный эфир стаи на полной скорости, едва его лапы коснулись влажной земли, и тут же пожалел, что у волков нет возможности просто оглохнуть. В общей голове стоял сплошной, кровавый хаос. Квил Атара, шоколадно-коричневый гигант, метался по скалам у ручья, скалясь и сдирая когтями кору с вековых деревьев. Его мысли были пропитаны ядом и дикой, подростковой болью. «Ублюдки! Все вы! Сэм, ты ведь знал? Знал, чей Эмбри сын, и помалкивал, пока мы с ним за одной партой сидели?! Папаша мой… этот святоша… Да я его ненавижу!» — Квил исходил пеной, транслируя в сеть кадры своего счастливого детства, которое теперь казалось ему сплошной грязной фальшивкой. «Квил, завали пасть и выслушай меня!» — Эмбри, серый и поджарый, пятился к воде, прижимая уши к голове. Ему самому было тошно. Его собственная тайна крови, которую Пол так бережно помогал ему переварить, теперь была вытащена наружу и растоптана. — «Я сам узнал всё только тогда, когда обернулся! Я не просил этого отца! Я не просил тебя в братья!» «ХВАТИТ!» — Сэм Улей, огромный чёрный Альфа, встал между ними, его ментальный голос вибрировал от колоссального напряжения. Вожак изо всех сил давил на них своей волей, но пацанов несло на волне первобытных гормонов и личных драм. Стая, едва успев сформироваться, трещала по швам. Джаред караулил север, стараясь даже не дышать в эфир, чтобы не попасть под горячую руку, а Джейкоб Блэк… Джейкоб сидел на дальнем холме, и в его мыслях сквозило мрачное, злорадное удовлетворение. Его собственная жизнь была разрушена запечатлением Пола на Белле, и теперь, видя, как рушится идеальный мир его лучшего друга Квила, Джейк даже не пытался помочь. Пол выскочил из папоротников огромным серым метеором, с ходу врезавшись плечом в беснующегося Квила и впечатывая его тяжелую тушу в грязь. «А ну завалились оба! Живо!» — рыкнул Пол в общую голову с такой яростной, свинцовой силой, что даже Сэм на секунду замер. Магия запечатления сделала Пола практически невосприимчивым к чужим истерикам — у него дома была пара, ради которой он только что соврал по телефону, и тратить время на сопли новобранцев Лэйхот не собирался. — «Квил, ты думаешь, ты один тут обиженный? Мой старик Гордон сбежал и оставил нас с матерью подыхать. У Сэма отец — кобель, каких искать надо. Мы ВСЕ здесь — стая поломанных безотцовщин и ублюдков! Нас магия предков выбрала не для того, чтобы мы тут чужие постели обсуждали!» Квил попытался вырваться, клацнув челюстями в сантиметре от уха Пола, но Лэйхот лишь сильнее прижал его лапой к земле, обнажая клыки. «Твой старик нагрешил — пусть сам перед духами отвечает. Но Эмбри тебе ничего не сделал, Атара. Он такой же заложник этого дерьма, как и ты, — Пол транслировал Квилу жесткую, холодную картинку их вчерашнего патруля. — Вы либо сейчас затыкаетесь и учитесь бежать плечом к плечу, либо я сам переломаю вам лапы. Сэм, держи Блэка, от его злорадства в эфире тошно. Нам границы охранять надо, а не семейные разборки устраивать». Эфир на секунду затих, придавленный суровой, приземленной логикой Пола. Бешеная бета вожака впервые взяла на себя роль жесткого стабилизатора стаи. Драма Ла-Пуш набирала обороты, старые тайны старейшин вылезали наружу одна за другой, и Пол понимал: шторм в лесу только начинается.

***

Следующие два дня в лесах Ла-Пуш выдались адскими. Квила и Эмбри трясло, они то и дело рычали друг на друга в эфире, а Полу вместе с Сэмом приходилось буквально силой разводить братьев по разным углам резервации. Но время и авторитет вожака сделали своё дело: Квил немного перебесился, паника улеглась, и стая наконец-то вернулась к относительно мирному патрулированию. Через пару дней время для человеческой жизни у Пола всё-таки появилось. Он стоял в прихожей, застёгивая чистую куртку. В багажнике её старого пикапа уже лежал идеально перебранный карбюратор и коробка с деталями из гаража Гордона. Пол проверял ключи в кармане, мысленно настраиваясь на поездку в Форкс, когда Мэри лениво оперлась о косяк кухонной двери, держа в руках полотенце. — Цветов нарви полевых хотя бы, жених, — спокойно посоветовала мама, окинув его оценивающим взглядом. Пол от неожиданности замер, уставившись на неё как на умалишённую. На его скулах моментально проступил лёгкий румянец, а волчий жар привычно прилил к шее. — Что?! — буркнул он, нахмурившись. — Какие ещё цветы, мам? Ты о чём вообще? Я машину ей везу. Запчасти. — Ничего, — Мэри иронично приподняла бровь, и в её тёмных глазах блеснула привычная материнская мудрость. — Встречу перенёс, планы девчонке сорвал, заставил её два дня у окна сидеть и думать, приедешь ты или нет. Извиняться нужно уметь, сын. Белла — городская девочка, вежливая. А ты ворвался, наобещал и пропал. Цветы — это самый простой способ показать, что ты помнишь о ней. Нарви прямо у дороги, на выезде из резервации сейчас целая поляна диких ромашек зацвела. Много не надо, просто знак внимания. Пол шумно выдохнул сквозь зубы, пряча глаза. Спорить с матерью в таких вопросах было бесполезно — она всегда оказывалась права. Мысль о том, что он, Пол Лэйхот, которого вся резервация считает ходячей угрозой, будет собирать цветочки на обочине, казалась дикой. Но ради Изабеллы, ради того, чтобы стереть ту серую обиду, которую он уловил в её голосе по телефону, он был готов и не на такое. — Ладно, — буркнул парень, открывая входную дверь. — Нарву. — И не забудь улыбнуться, когда отдавать будешь, Отелло, — донёсся ему в спину весёлый голос матери, прежде чем дверь захлопнулась. Пол пулей сбежал по ступенькам крыльца, завёл старый пикап Беллы и поехал к выезду из Ла-Пуш. Коварный план Мэри Лэйхот переходил на новый, романтический уровень, и Пол послушно следовал каждому её слову, зная, что сегодня в Форксе его ждёт самая важная встреча.

***

Старый «Шевроле» мягко затормозил у дома Свонов в Форксе. Пол заглушил мотор, но не спешил выходить. На соседнем пассажирском сиденье лежал небольшой, слегка растрёпанный букет диких полевых ромашек, которые он пять минут назад неловко рвал на выезде из резервации, постоянно оглядываясь, чтобы никто из стаи его не застукал. Парень взял цветы, чувствуя, как волчий жар раскаляет ладони. «Боже, что это такое… Что за позор…» — мысленно ругался Пол, вылезая из кабины. Он, первый боец Сэма, шёл к дому девчонки с веником в руках. Но магия внутри одобрительно вибрировала, выбивая из головы остатки гордости. Белла вышла на крыльцо почти сразу, словно караулила его у окна. На ней были простые джинсы и лёгкая кофта, а её глаза, когда она увидела свой починенный пикап, радостно блеснули. Но стоило Полу подойти ближе и неловко протянуть ей букет, как она замерла. — Это тебе, — буркнул Пол, рассматривая носки своих кроссовок. — Ну… извини, что тогда не приехал. Завалили работой на лесопилке. Белла осторожно приняла ромашки. Её пальцы коснулись его руки, и обоих снова прошибло осязаемым электрическим током. Пол наконец поднял взгляд и пропал — на бледных щеках Изабеллы проступил густой, яркий румянец. Она уткнулась носом в дикие лепестки, пряча улыбку. — Спасибо, Пол. Они очень красивые, — тихо сказала она, и её голос звучал так мягко, что волку внутри Пола захотелось замурчать. — И карбюратор… ты правда его починил? — Как новый, — Пол лениво повёл широкими плечами, мгновенно возвращая себе привычную уверенную осанку. Чёрная майка туго обтянулась на его груди. — Весь багажник забит деталями, я там кое-что ещё нашел. Хватит, чтобы перебрать твою «акулу» до последнего винтика. Белла открыла было рот, чтобы поблагодарить его, но в этот момент входная дверь открылась, и на крыльцо вышел Чарли Свон. Шериф был в домашней одежде, без оружия, и на его лице играла на удивление мирная, тёплая ухмылка. — О, Лэйхот, привет! — Чарли кивнул парню, оценив букет в руках дочери и её порозовевшие щёки. Шериф всё прекрасно понял. — Слушай, Пол, Мэри нас сильно выручила во время шторма, да и ты вон сколько времени на этот металлолом убил. Заходи в дом. Давай к столу, мы как раз ужинать садимся. Пол от неожиданности едва не поперхнулся воздухом. «Чего?! Обед? Ужин? В доме шерифа?!» — его человеческий разум в панике заблокировал все мысли, а вот волк внутри буквально закричал: «УРРА!» Магия запечатления праздновала абсолютную победу — его официально впускали на её территорию. — Папа приглашает, — поспешно, немного смущённо добавила Белла, заметив его ошарашенный вид. — Так что не отказывайся, Пол. Сама я бы, наверное, постеснялась тебя звать, но раз уж шериф приказывает… Её щёки стали совсем пунцовыми, и она торопливо отвернулась, делая вид, что поправляет стебли ромашек. Пол хищно и безумно тепло улыбнулся, глядя на её тонкую фигуру. Ловушка Ла-Пуш теперь официально переместилась в Форкс, и Пол Лэйхот собирался обосноваться здесь надолго. — Ну, раз сам шериф приказывает, — хмыкнул Пол, поднимаясь по ступенькам прямо к ней. — Придётся подчиниться, Изабелла. Показывай, где у вас тут можно руки помыть.