North Arizona's SCAR

      Вместо того чтобы выгнать Тома после обычной тренировки, док велел ему задержаться.       — Садись, — сказал он, кивнув на стул у стола. Сам Геллерт развернул на столешнице большой лист бумаги.       Том узнал схему мгновенно.       Sonoma Raceway.       — Откуда? — спросил он, придвигаясь ближе.       — У меня есть свои источники, — буркнул Гриндевальд, поправляя халат.       Он подвинул к Тому коробку с карандашами и сел напротив.       — Мне надо предупредить шерифа, что я сегодня не приду, — сказал Том, не отрывая глаз от схемы.       — Я тебя отпросил. — Гриндевальд махнул рукой. — Не тормози. У меня в двенадцать миссис Фиг.       Разговор о стратегии занял почти два часа.       — В этом году будет поворот «Карусель», — говорил Геллерт, тыкая пальцем в пронумерованные участки, — поэтому обгонять будет удобнее всего здесь и здесь. Но не вздумай пережать. Иначе сам вылетишь с трека.       — Но я могу выйти вперёд и здесь, — Том показал кончиком ручки на другой участок. — Разве нет?       — А твоя «Камаро» вообще так может? Или ты эту трассу уже проходил на симуляторе?       — Проходил. Но давно и на другой машине.       — Тогда забудь, что ты там делал. — Гриндевальд стёр нарисованную Томом стрелку. — Другая машина уже значит, что опыт нерентабелен.       Том откинулся на спинку стула и вздохнул.       — Вот был бы симулятор...       Гриндевальд посмотрел на него как на избалованного ребёнка.       — Я выиграл семь кубков безо всяких симуляторов. Соберись и работай давай.       Том кивнул и снова ушёл с головой в разбор трассы.       К половине двенадцатого его выгнали из медпункта вместе с картой, густо испещрённой пометками, рисунками и стрелочками.       — Иди уже, — сказал Гриндевальд, выталкивая его в коридор. — И не вздумай потерять схему.       — Не потеряю, — пообещал Том, сворачивая лист в трубку.       Живот немного крутило от того, что он пропустил завтрак. Риддл направился в сторону «Гаргульи», пораньше пообедать и заодно проведать Ремуса.       Он шёл по тротуару, размышляя о поворотах Сономы, когда сзади послышался шорох шин.       Том обернулся.       По дороге медленно ехал маленький ярко-розовый «Матиз». Молодая девушка за рулём потерянно оглядывалась по сторонам, явно не понимая, куда заехала.       Том остановился, провожая взглядом необычную и точно не местную машину взглядом.       Когда «Матиз» поравнялся с ним, стекло опустилось. С пассажирского сиденья высунулась девушка-подросток с каштановыми волосами и неоново-фиолетовой прядью в чёлке.       — Простите, — сказала она, щурясь от солнца. — Кажется, мы повернули не туда. Как нам снова выйти на трассу шестьдесят шесть? Связь здесь почему-то не берёт.       Том наклонился к открытому окну, стараясь говорить приветливо.       — Напрямую вы не выедете. Надо развернуться и поехать обратно. Через полчаса увидите развилку — там направо.       Пока он продумывал, где хочет покатать Гарри, то не один час провёл, разглядывая бумажную карту местности. Возможно, стоило это сделать до того, как он выехал неделю назад в сторону Калифорнии, но тогда бы он не попал сюда и не встретил бы Гарри. По крайней мере, Том оправдывал свою тогдашнюю недальновидность именно провидением судьбы, а не собственной глупостью.       — Я не хочу ещё час ехать по этой тоскливой пустоши! — раздалось с заднего сиденья. Голос был молодым, капризным. — Я хочу есть!       Девушка за рулём, блондинка лет двадцати, с аккуратным хвостом и строгими чертами лица, вздохнула.       — Может, ещё подскажете нам, где можно перекусить? Пожалуйста.       Том кивнул.       — Но вам лучше оставить машину здесь, в тени. До местного ресторанчика рукой подать.       Путешественницами оказались три сестры.       Старшая, Барбара, оказалась зачинщицей семейного приключения. Они решили перед началом зимы махнуть в Лос-Анджелес.       — У Келли последний год перед школой, — объяснила Барбара, выходя из машины и поправляя лёгкое летнее платье. — Мы хотели показать ей Америку, пока есть время.       Келли оказалась похожей один в один на старшую сестру девочкой лет пяти. Она уже вылезла из машины и разминала ноги, то и дело поглядывая на Тома с любопытством.       Третья — шатенка с фиолетовой прядью — назвалась Скиппер. Она не сказала ни слова, пока они шли до «Гаргульи», но всё время сверлила спину Тома каким-то подозрительным взглядом.       Он распахнул дверь кафе и крикнул:       — Дядя Рем, добрый день! Я привёл посетителей!       Он сразу же замолчал, ведь понял, что дословно повторил фразу Гарри в первый день их знакомства. Сейчас об этом дне напоминал лишь намечающийся шрам на левой руке.       «Стал ли я похож на местного за всё это время?» — подумал Том, пропуская девушек вперёд.       Ремус вышел из-за стойки, добродушно поприветствовал гостей. Он с особенным вниманием выслушал их заказы.       В этот раз повар даже не схватился за метлу, когда услышал слова «обезжиренный» и «диетическое мясо». Том догадывался, что мужчина просто повторит то, что готовил для него.       И действительно, скоро на столе появились четыре одинаковые тарелки: салат из свежих овощей, запечённая куриная грудка с травами, рис и немного зелени.       Келли больше всех болтала — о том, как они чуть не заблудились ещё в Неваде, о том, что никогда не видела таких красивых закатов, как здесь, и очень вздыхала об отсутствии клубничного торта в меню.       Ремус, услышав эти слова, тенью скользнул на кухню.       «Неужели он и торт успеет испечь?» — удивился Том, слегка повернув голову в сторону стойки.       Скиппер в этот момент что-то шептала сестре на ухо.       — Скип, — строго сказала Барбара. — Во-первых, я не знаю. Спроси сама. — Она даже за потрёпанным столиком сидела с прямой спиной и осторожно орудовала ножом и вилкой. — Во-вторых, шептаться неприлично.       Скиппер фыркнула, надулась и уставилась в свою тарелку.       — Что-то не так? — поинтересовался Том, отрезая кусочек курицы.       — Скиппер мучает один вопрос, — без обиняков сдала сестру Барбара.       — Барби! — возмутилась шатенка.       Но на суровый взгляд старшей сестры закатила глаза, уставилась в пол и произнесла, краснея:       — Вы на одного человека очень похожи.       — Да? И на кого же? — Том внутренне напрягся, хотя и постарался сохранить дружелюбную улыбку.       «Есть ли вероятность, что это то самое решение моей дилеммы? — подумал он. — Если меня узнают, то и не придётся ничего решать самому».       — Вы, наверное, его не знаете, — буркнула девушка куда-то в сторону. — Том Риддл.       Том усмехнулся. Сердце сделало короткий кульбит.       — Ну да, я он и есть.       Внутри всё сжалось.       — Что? — Скиппер подняла голову. — Вы серьёзно?       — Абсолютно.       Вдруг самая младшая, Келли, вскрикнула и захлопала в ладоши.       Том обернулся.       Ремус вынес небольшую креманку со слоёным пирожным: печенье, клубника, взбитые сливки. Выглядело очень аппетитно.       — Десерт для юной леди, — мягко сказал мужчина, ставя вазочку перед девочкой.       — Ой, что вы, не стоило! — воскликнула Барбара и потянулась за деньгами. — Сколько мы должны вам доплатить?       — Нисколько, — смутился Ремус. — Моя дочь того же возраста, но живёт далеко. Поэтому и захотелось побаловать вашу сестрёнку.       — Спасибо вам большое!       — Да, спасибо, дядя Рем! — Келли немедленно принялась за угощение.       Том засмеялся, глядя на эту картину. С таким талантом к готовке Ремусу действительно стоило бы работать в большом ресторане, а не в маленькой кафешке посреди забытого городка.       — Здесь все такие дружелюбные, — заметила Барбара, изящно промакивая рот салфеткой. — Мы нашли действительно уникальное место.       Скиппер сидела молча и смотрела в никуда с самого момента признания Тома. Она несколько раз открывала рот, потом резко закрывала обратно. Наконец набралась решимости.       — А почему...       В этот момент в «Гаргулью», шумно топая, зашёл шериф. Он не сразу заметил гостей.       — Когда же закончится это индейское лето? — проворчал Дамблдор, снимая шляпу и вытирая лоб платком. — Такой жары даже в августе не было.       Он оглядел помещение, увидел новые лица и оживился.       — Добрый день, барышни! — Он перевёл взгляд на Тома и хитро прищурился. — Мистер Риддл всё-таки решил познакомить нас со своей невестой?       — О нет, что вы, — изящно взмахнула рукой Барбара. — Мы заблудились, а мистер Риддл любезно показал нам это место, где можно пообедать и отдохнуть.              — Ну хорошо, — кивнул Дамблдор. — Но если этот уголовник будет вам мешать, только свистните!       Он погрозил Тому пальцем. Риддл усмехнулся и закатил глаза — точь-в-точь как Скиппер минуту назад.       — Кстати, Том, мальчик мой, — добавил шериф. — Сириус очень уж просил, чтобы ты заглянул в магазин. Помочь ему с чем-то.       — Хорошо, — кивнул парень, поднимаясь из-за стола. — Тогда вынужден с вами попрощаться...       — Нет! — вдруг вскрикнула Скиппер, протягивая руку в его сторону. — Я хочу селфи, пожалуйста!       — Скип! — Барбара попыталась осадить сестру. — Так себя не ведут!       Том снова засмеялся. Почему-то именно в этом городке ему приходилось смеяться и улыбаться в разы чаще.       — Почему бы и нет? — пожал он плечами.       — Но чур со мной! — воскликнула Келли, забирая последнюю клубничку из креманки. — Я никогда на ваши селфи не влезаю.       — Тогда давайте выйдем на улицу, — предложила Барбара, вставая. — С другой стороны я видела замечательную живую изгородь.       Она расплатилась с Ремусом, оставив щедрые чаевые, и вывела всех из кафе.       На улице, у увитой плющом стены, они начали фотографироваться. Малышка Келли действительно не влезла на фото. Но Том решил проблему радикально, просто взяв девочку на руки. При виде камеры пусть даже на телефоне на лице Риддла сразу же появилась правильная дежурная улыбка. Когда телефон Скиппер отсчитывал последнюю секунду перед кадром, девушка вдруг слегка надавила на плечо Риддла, заставляя склониться в её сторону, и поцеловала его в щёку.       Камера щёлкнула.       — Скиппер! — тут же взвилась Барбара. — Что ты творишь?! Удали немедленно!       — Я... я просто...       Том опустил притихшую от начавшегося скандала девочку на землю и машинально потёр щёку. Этот поцелуй был неприятен. Хотя милые девушки часто его целовали ради фото.       — Господи, простите пожалуйста! — Барбара почти плакала. — Я сама лично вычищу всю память телефона!       — Не переживайте, — улыбнулся Риддл, — Хорошо вам добраться до Лос-Анджелеса.       Он быстрым шагом удалился в сторону магазинчика Блэка, почти сразу же выкинув эту ситуацию из головы. Ему предстоял очень неприятный разговор.

***

      Сириус сидел в магазине за столом и, кажется, ждал его. Ждал с самого утра, судя по количеству грязных кружек из-под кофе вокруг.       — Добрый день, — сказал Том, заходя внутрь.       Интуиция буквально кричала, что позвали его сюда не просто помочь с тяжёлыми коробками и высокими полками.       — Здравствуй, — сказал Сириус чуть хрипло. Глаза его были красными как будто от недосыпа. — У меня тут с лампочкой в подсобке беда. Одному никак не поставить. Не поможешь?       — Помогу, — ответил Том, следя за каждым движением мужчины.       Сириус пропустил его вперёд. Когда Том зашёл в подсобку и дёрнул за верёвочку, свет зажёгся.       — Вы могли просто...       Он не договорил.       Интуиция сработала за долю секунды до того, как кулак Сириуса просвистел мимо его уха. Том отпрыгнул в сторону, уходя от удара.       — Я тебя предупреждал, — прорычал Блэк, замахиваясь снова.       В этот раз уклониться было некуда. Том просто заблокировал удар предплечьем. Рука тут же заныла, отдавая болью до локтя. Силы Сириусу было не занимать.       — Я даже просил тебя не трогать его, — Блэк схватил Риддла за горло и прижал к шкафу. Тот опасно закачался, что-то звякнуло на полках. — Всего одного единственного человека из всего города, мать его!       Следующий удар пришёлся в живот.       Тома едва не вывернуло наизнанку от пронзившей боли. Дыхание вернулось не сразу. Он согнулся, хватая ртом воздух.       Сириус схватил согнувшегося парня за волосы, заставляя выпрямиться, и прорычал прямо в лицо:       — Поиграть с моим ребёнком захотел, мразь ты этакая? Я тебя по всему штату ославлю. Как несчастного пидараса. И как жалкую шлюху. — Он дышал тяжело, с присвистом. — Мокрого места от твоей репутации не будет.       Том посмотрел ему в глаза. Безумные, красные, со зрачками, расширенными от ярости.       — Я не планирую с вами драться, — сказал он, стараясь говорить ровно, хотя голос прерывался от боли. — Просто потому, что вы крестный Гарри. Но честное слово, терпения у меня уже практически не осталось.       «Я откинусь назад и просто вмажу ему между ног, — подумал Том. — А потом сбегу куда подальше из этого ада».       Сириуса его слова разозлили только больше. Всё ещё держа парня за волосы, он замахнулся ещё раз.       Том рванул в сторону.       Несколько прядей остались в кулаке Блэка. Кулак прошёл по касательной, задев скулу, и врезался в стеклянный аквариум, который стоял на полке шкафа за спиной Риддла.       Стекло разлетелось с хрустом.       — Блять! — выругался Сириус, отшатываясь.       Из порезанной осколками руки сочилась кровь быстро и обильно, заливая рукав рубашки.       Том не стал ждать. Он рванул к выходу, вылетел из подсобки, пронёсся через магазин и уже взялся за ручку двери, когда голос Блэка догнал его.       — Если ты думаешь, что можешь приехать, поиграться, ославить его на весь город и уехать, — прорычал Сириус, и в голосе его слышалась такая ненависть, что у Тома похолодело внутри, — ты жестоко ошибаешься.       Том обернулся. Блэк стоял в проходе между стеллажами, прижимая к груди окровавленную руку. Выглядел он как бешеный пёс, выбравший себе цель и с завидным упорством её преследующий.       — Какой же вы всё-таки идиот, — бросил Том через плечо.       И выскочил на улицу.

***

      Солнце ослепило после полумрака магазина. Том прищурился, сделал несколько шагов, потом остановился, опираясь рукой о стену соседнего здания.       Дыхание никак не восстанавливалось. Живот болел. Скула саднила. Сириус всё-таки задел её, и теперь там наверняка будет синяк. Голова кружилась.       Надо было найти что-то холодное, чтобы не было слишком большого отека на скуле. Гарри обязательно это заметит, а объяснять, что он дрался с его крестным желания не было.       Он пошёл в сторону гаража близнецов. Неоднократно Том видел у них работающую морозильную камеру, там точно найдётся какой-то кусок льда.       Сегодня казалось, что Риддл успел истратить свою удачу в предыдущие дни без надежды на восстановление.       — Как же я ненавижу понедельники, — прошептал он мысленно, а может, и вслух, ускоряя шаг.