Путь за тобой

Следующий день прошёл весьма спокойно, если не считать того, что за всё это время она совсем не видела Катару и Зуко. Хотя отсутствие последнего было Ноэ только в радость – дышалось в лагере без него намного легче. Да и времени на лишние размышления об отпрысках Огня особо не было. Почти всё свободное время шатенка тратила на изнурительные тренировки с Тоф. Ночные наставления слепой брюнетки действительно начали приносить свои плоды, но исключительно в связи с землей. Слушая породу босыми ногами, Ноэ стала двигаться гораздо мягче, её атаки теряли былую предсказуемость, а магия отзывалась в теле приятной, уверенной силой. А вот металл ей всё так же был не под силу. Сколько бы Ноэ ни сжимала зубы, сколько бы ни пыталась почувствовать те самые крошечные частицы земли внутри кусков железа, проклятая сталь оставалась мертвой и холодной. От этого девушка злилась ещё сильнее, а затылок к вечеру снова начинал противно пульсировать от ментального перенапряжения. Но сдаваться шахтерка не собиралась. С самого утра, когда солнце ещё только вставало, Ноэ разбудила Катара. Шатенка от сна почти ничего не поняла из того, что ей так сумбурно и быстро объясняли. В её забитой утренним туманом голове отпечатались лишь обрывочные слова о том, что нужно срочно собираться и они нашли для отряда более безопасное место для ночлега. Не прошло и десяти минут, после чего они уже сидели в огромном деревянном седле на Аппе и летели куда-то сквозь прохладные утренние облака. Ноэ, сонно поправляя свои короткие, обрубленные по плечи волосы, растерянно оглядывалась по сторонам. Мышцы после вчерашних жестких тренировок с Тоф неприятно тянуло, а из-за резкого подъема в затылке лениво застучала знакомая тупая боль. Осмотрев притихшую команду, Ноэ с удивлением заметила, что Катара и Зуко, которых не было весь прошлый день, сидят на борту. Маг воды выглядела бледной, погруженной в свои тяжелые мысли, но в её взгляде больше не было той безумной, испепеляющей ярости, с которой она уходила от костра. Рядом с ней сидел Зуко – такой же хмурый, как обычно, но его здоровый глаз больше не метался от чувства вины. Похоже, за время своего тайного отсутствия эти двое успели пережить что-то по-настоящему важное, что изменило их отношения. Уже ближе ко дню они наконец долетели до какого-то просторного заброшенного домика, расположенного на самой границе Земли Огня. Место выглядело уединенным и скрытым от чужих глаз. Спустившись с бизона на твердую почву, Ноэ, Сокка и Суюки вызвались первыми занести тяжелые походные вещи в дом, пока остальные ребята во главе с Аангом и Тоф пошли осматривать внутренний двор. Шатенка упрямо перехватила поудобнее массивный спальный тюк, стараясь лишний раз не кривиться от ломоты в мышцах после вчерашних тренировок. Поправив волосы, она перешагнула через деревянный порог и огляделась внутри. Изнутри здание было занесено пылью, повсюду висели старые гобелены с выцветшими гербами Народа Огня, а сквозь щели в бамбуковых шторах пробивались яркие солнечные лучи. Это был старый пляжный дом семьи Хозяина Огня на Угольном острове. Сокка с кряхтением сбросил свою часть сумок на деревянный пол и с облегчением вытер пот со лба: — Ого, а тут неплохо! По крайней мере, над головой есть крыша, а не перевернутые каменные шпили. Суюки согласно кивнула, аккуратно складывая походные мешки у стены, а Ноэ молча подошла к окну, настороженно оглядывая незнакомую территорию. Настроение шатенки оставалось настороженным – находиться в самом сердце вражеских земель, окруженной символикой Огня, было для её души тем ещё испытанием. — Мы пойдём к остальным, — сказала Суюки, мягко беря Сокку за руку и увлекая его в сторону открытых дверей, ведущих во внутренний двор. Воин Племени Воды лишь согласно кивнул, напоследок закинув на плечо свой походный половник. Суюки бросила на шатенку короткий, понимающий взгляд. Она видела, что Ноэ после изнурительных тренировок и внезапного утреннего перелета всё еще держится настороженно и колюче, словно дикий зверек, которого только что выпустили из клетки. — А ты? — Сокка обернулся на пороге, почесав затылок. — Я ещё осмотрюсь, — отмахнулась та, даже не повернувшись к ним лицом. Шатенка осталась стоять посреди просторной запыленной залы. Дождавшись, пока тихий шорох шагов Сокки и Суюки окончательно стихнет в глубине коридоров, Ноэ шумно выдохнула и опустила плечи. Короткие пряди, обрубленные ножом надзирателя, упали ей на лицо.Она медленно прошла вдоль стены, легонько проводя кончиками пальцев по старой мебели. Этот дом, принадлежавший королевской семье Народа Огня, изнутри дышал роскошью, от которой у бывшей каторжницы сводило челюсти. Кругом висели гобелены со зловещими красными драконами, а на полках красовались изящные вазы. Ноэ замерла у массивного камина, облицованного тяжелыми коваными решетками. Сталь была толстой, гладкой и выглядела угрожающе надежно. Шатенка вспомнила недавний провал с проволокой и упрямо сжала губы. Она подошла вплотную, опустилась на корточки и осторожно коснулась холодного металла ладонью, закрывая глаза. Ноэ решила использовать это временное одиночество, чтобы без свидетелей попробовать применить совет Тоф и заставить упрямое железо наконец-то её послушаться. У неё получилось лишь слегка погнуть один из кованых прутьев каминной решетки. Шатенка раздраженно отдернула руку и поднялась на ноги, ни капли не обрадовавшись такому мизерному успеху. Магия металла по-прежнему казалась ей неподъемной, глухой стеной, которая отнимала слишком много сил. Металл поддался совсем чуть-чуть, а в затылке от напряжения снова лениво застучала знакомая боль. Ноэ шумно выдохнула, утирая липкий пот со лба, и решила бросить это бесполезное занятие. Ей отчаянно требовалось переключить внимание. Поправив растрепавшиеся волосы, она направилась в глубь просторного холла к массивной деревянной лестнице, ведущей на второй этаж пляжного дома. Поднявшись всего по одному пролёту, девушка внезапно замерла на широкой каменистой площадке. Её зоркий взгляд намертво зацепился за огромный, величественный портрет, висевший на стене в полумраке лестничного перехода. На роскошном холсте в тяжелой золоченой раме была изображена счастливая семья Народа Огня. Ноэ прищурилась, внимательно разглядывая лица, и почувствовала, как внутри у неё всё неприятно сжалось. В центре восседал суровый, властный мужчина в королевских одеждах – Хозяин Оння Озай. Рядом с ним стояли двое детей. В маленькой высокомерной девочке с идеальной прической шатенка без труда узнала ту самую безумную девицу, Азулу, которая вчера синим пламенем разносила Храм Воздуха. Но самым странным было третье лицо. Рядом с сестрой стоял совсем ещё юный мальчик с чистым, не обезображенным лицом и мягким взглядом. Шрама на его левом глазу ещё не было, но по характерной линии челюсти и знакомым хмурым бровям Ноэ отчетливо поняла: на неё с портрета смотрел маленький Зуко. Чуть позади детей стояла женщина с добрым, но невероятно грустным лицом – мама Зуко. Она мягко опустила руки на плечи сына, словно пытаясь защитить его от чего-то невидимого и страшного. Ноэ долго всматривалась в её черты, и в её памяти невольно всплыл образ собственной мамы, которая осталась на захваченной земле. От этого зрелища злость девушки на секунду отступила, уступая место странному, горькому пониманию: этот хмурый принц когда-то тоже был обычным ребенком, у которого была любящая семья, пока война и собственный отец не превратили их жизни в руины. — Её больше нет, — услышала она сверху. Повернув голову вправо, шатенка увидела, что Зуко стоит на несколько ступеней выше неё. Он тоже смотрел на семейный портрет, и в его здоровом глазу отражался тусклый предвечерний свет, пробивавшийся сквозь бамбуковые шторы. Его походная куртка была расстегнута, а плечи казались непривычно опущенными, лишенными прежней враждебной жесткости. Ноэ промолчала, переводя взгляд со шрама на лице юноши на чистое, гладкое лицо маленького принца с холста. Ей было не по себе от того, что этот парень снова застал её врасплох, да еще и в такой момент. Она хотела было развернуться и уйти, по привычке высказав какое-нибудь колкое замечание, но взгляд женщины на картине словно удерживал её на месте. — Она... была красивой, — тихо, вопреки собственному упрямству, произнесла шатенка. Зуко слегка повернул голову в её сторону. Пунцовые уши и защитная злость, которые Ноэ видела у него во время прошлых ссор, исчезли. Осталась лишь тихая, глубокая печаль. — И доброй, самой доброй, какой я только в жизни видел, — негромко ответил Зуко. Он спустился на одну ступеньку ниже, останавливаясь на безопасном расстоянии, чтобы не нарушать её границы. Юноша смотрел на то, как бережно нарисованные руки матери покоятся на плечах маленького Зуко ' того самого мальчика, которым он когда-то был до изгнания, до Ба-Синг-Се и до Кипящей Скалы. В этот момент между ними на лестничном пролёте заброшенного пляжного дома повисла совсем другая тишина – не звенящая от ненависти, а тяжелая и понятная двоим людям, у которых война отняла самое дорогое. — Я... ну вот, — неловко сказал он, протянув ей в руки аккуратно сложенный комплект чистой одежды. Ноэ растерянно моргнула, переводя взгляд с ткани на юношу, и осторожно приняла сверток. Материал на ощупь был мягким, легким и качественным, совсем не похожим на ту грубую мешковину, в которой ей приходилось ходить последние месяцы. — А? Откуда? — удивленно спросила шатенка, нахмурившись. Зуко отвел взгляд в сторону портрета, и его уши снова привычно порозовели. Он неловко переступил с ноги на ногу на деревянной ступени. — Одолжил у мамы... Ну, то есть, взял из её старых вещей здесь, в доме, — тихо пояснил он, потирая затылок. — Подумал, что тебе в ней будет комфортнее. А то эту одежду давали пленным на каторге. Она ведь вся в пыли и саже. Ноэ замерла, крепче прижимая вещи к груди. Вся её былая злость и упрямое желание огрызнуться сейчас просто испарились, уступив место какому-то странному, непривычному чувству. Этот хмурый принц-изгнанник, которого она ещё вчера считала подлым воришкой, проявил к ней самую простую человеческую заботу. Она опустила взгляд на посветлевшие после магии Катары руки, которые теперь держали чистые одежды матери Зуко. Разглядывать портрет больше не хотелось. Ей нужно было побыть одной, чтобы переварить эту внезапную перемену в их отношениях. Она развернувшись пошла на второй этаж, чтобы переодеться, уже там она выдохнула и, не поворачиваясь, тихо сказала: — Спасибо. После чего пулей завернула в длинный коридор, скрываясь за массивной деревянной дверью одной из комнат. Сердце в груди шатенки почему-то заколотилось непривычно быстро, а к щекам прилила краска смущения. Оказавшись в уединении, Ноэ бережно разложила комплект одежды на деревянном столике. Вещи пахли старым деревом и сухими травами, храня покой этого заброшенного места. Избавиться от грязной, пропитанной рыжей пылью каторжной куртки оказалось невероятным облегчением. Одежда Урсы, в которую переоделась Ноэ, выглядела удивительно изящно и в то же время практично. Это было приталенное темное платье-халат без рукавов, верх которого переходил в аккуратный воротник-стойку с небольшим каплевидным вырезом на груди. Тонкая красная кайма изящно подчеркивала швы на лифе, а широкий алый пояс плотно облегал талию, разделяя наряд на две части. Юбка платья средней длины имела глубокий вертикальный разрез с левой стороны, отделанный ярким алым кантом, что позволяло Ноэ двигаться совершенно свободно. Из-под разреза виднелись плотные темные штаны, заправленные в высокие, прочные кожаные сапоги болотного оттенка на небольшом каблуке – обувь, которая идеально подходила для мага земли и уверенного шага по любой породе. Образ завершали плотные наручи темно-коричневого цвета и открытые кожаные перчатки в тон, которые мягко скрывали посветлевшие шрамы на её предплечьях. В этом наряде, сочетающем благородные темные и огненные тона, Ноэ выглядела гармонично и уверенно, словно одежда Урсы раскрыла её скрытую внутреннюю грацию. Ноэ подошла к старому зеркалу на стене и аккуратно поправила свои короткие волосы. Пряди ровно легли на воротник. В этой одежде она больше не выглядела как измученная каторжница под номером. Она снова становилась обычной девчонкой. Выдохнув, Ноэ осторожно открыла дверь и вышла обратно в коридор. Ей нужно было спуститься на первый этаж и выйти во внутренний двор к остальным ребятам, но мысль о том, что у лестницы её всё ещё может ждать Зуко, заставляла упрямую шахтерку медлить. На первом этаже Ноэ увидела, что все куда-то активно собираются. Посреди залы Аанг увлеченно что-то обсуждал с Тоф, а Суюки помогала Сокке уложить походную сумку. Наличие такой суеты после долгого перелета выглядело странно. — Что за сбор? — удивленно спросила Ноэ, спускаясь по последним деревянным ступеням лестницы. Её новый наряд приятно шелестел при каждом шаге, а прочные кожаные сапоги глухо стучали по полу. Из-за этого звука Зуко, стоявший у дверей, тут же обернулся и на пару секунд буквально замер, ошарашенно разглядывая шатенку в вещах своей матери. — Мы идём в театр, — с улыбкой ответила Катара, выходя навстречу подруге из глубины коридора. Тогда же к ним подскочил сияющий Сокка и с гордым видом развернул перед самым носом Ноэ яркий бумажный постер с кричащим анонсом постановки об Аватаре и его великих приключениях. — Отлично, это же то, что нам так надо, — съязвила Ноэ, скрестив руки на груди и скептически приподняв одну бровь. В её шахтерской голове с трудом укладывалось, как в разгар мировой войны можно тратить время на глупые комедии. Но, несмотря на сарказм, внутри себя девушка прекрасно понимала, что им всем после изнурительной каторги, бесконечных боев и крушения Храма Воздуха отчаянно необходима хотя бы небольшая мирная передышка.

***

Постановка была, мягко говоря, специфичной. Катара весь спектакль безудержно рыдала на сцене и картинно заламывала руки, из-за чего её показали как плаксу, которая только и делает, что пафосно говорит о надежде. Сокка на сцене выглядел как неотёсанный бродяга без капли чувства юмора, способный думать исключительно о еде. Аанга в принципе играла довольно упитанная девочка, летающая на канатах, а Зуко костюмеры умудрились налепить шрам даже не на ту сторону лица. Настоящие подростки в зрительской ложе сидели с каменными лицами, медленно сползая под кресла от жуткого испанского стыда. Лишь Тоф рядом буквально светилась от гордости и была искренне рада тому, что её персонажа играет огромный, мускулистый мужик, который крушит стены и кричит ультразвуком, чтобы видеть окружение. Ноэ сидела на деревянной скамье, скрестив руки на груди своего нового приталенного платья. Её привыкший к суровой реальности взгляд то и дело перемещался со сцены на ребят. Катара рядом едва сдерживала порывы воды, чтобы не затопить сцену, Сокка закрывал лицо ладонью, а Зуко, сидевший чуть поодаль, казался бледнее обычного, мрачно разглядывая своего театрального двойника с неправильным шрамом. Шатенка тихонько хмыкнула про себя. Несмотря на весь бред, происходящий на подмостках, эта нелепая комедия действительно выполняла свою задачу – на пару часов она заставила всех забыть о грядущей комете Созина. После окончания этого бреда хорошее настроение Ноэ чуть поутихло. Как и ожидалось под конец постановки, Народ Огня показал на сцене то, как Аватар с треском проиграл, а Хозяин Огня Озай захватил весь мир. Зрители вокруг ликовали, и от этого победного рева у бывшей каторжницы внутри снова неприятно заскребла старая шахтерская злость. Уже в коридоре второго яруса театра ребята стояли вдали от всего хаоса и шума, что царил внизу, в фойе. Все были мрачными и подавленными, уныло разглядывая деревянный пол. — Это было не так уж и плохо, — попыталась подбодрить их девушка, неловко поправив рукава своего бордового платья. — Тебе-то легко говорить, тебя там вообще нету! — с лёгкой обидой и раздражением в голосе бросила Катара. Она до сих пор не могла прийти в себя после того, как её выставили плаксивой дурочкой. — Ну, так потому что я не такой уж и значимый человек, про вас хоть знают, — спокойно ответила Ноэ и тихо хмыкнула, пожимая плечами. Быть невидимкой для этой безумной имперской пропаганды для неё было скорее облегчением – уж лучше оставаться незамеченной шахтеркой, чем терпеть, как толпа Народа Огня смеется над твоей болью и поражениями. Рядом послышался тяжелый вздох Зуко, который стоял чуть поодаль, прислонившись спиной к резной колонне. Его шрам в полумраке театрального коридора казался багровым пятном. Он внимательно посмотрел на Ноэ, оценив её попытку разрядить гнетущую атмосферу, но сказать ничего не решился, чтобы снова не нарваться на её колючий сарказм.

***

Утро, снова утро, и тут же тренировка с Тоф. Слепая брюнетка наотрез отказалась оставлять затею научить Ноэ магии металла, проявив своё фирменное упрямство. Шатенка уже битый час изнурительно тренировалась над тем, чтобы выковать из куска железа хотя бы простую защитную пластину на руку – подобие наруча, который прикрыл бы предплечье во время боя. Руки от ментального перенапряжения уже дрожали, а сталь поддавалась неохотно, заставляя затылок противно пульсировать. Всё изменилось, когда сквозь свист ветра они отчетливо услышали, что со стороны озера у дома доносится какой-то странный шум и громкие всплески. Оставив железки в покое, девушки быстро направились на звуки. Прошло всего пара минут, и вот они уже на месте, стоя у края каменистого берега. Ноэ удивленно приоткрыла рот: прямо перед ними в прохладной воде шумно плескались Сокка и Катара, которые устроили шуточную битву на воде. — Что у вас здесь? — громко спросила Ноэ, складывая руки на груди своего бордового платья. На лице Тоф рядом с ней играла хитрая, всезнающая улыбка. Слепая девочка явно уже прекрасно понимала, что тут происходит, считав все движения брата и сестры босыми ступнями через влажную прибрежную почву еще задолго до того, как они подошли ближе. — Пляжная вечеринка! — громко сказала Тоф, лихо на ходу снимая верхнюю накидку и оставаясь в одном легком тренировочном топе. По её широкой, сияющей улыбке было сразу видно, как сильно та рада этой внезапной передышке. Маленькая брюнетка без лишних раздумий с разбегу влетела босыми ногами прямо в прохладную озерную воду, поднимая целую тучу искрящихся брызг и весело выкрикивая что-то задорное в сторону ошарашенного Сокки. Ноэ осталась стоять на каменистом берегу, невольно улыбнувшись этой картине. Горный воздух сменился приятным озерным бризом Угольного острова, и солнце, стоявшее в зените, приятно припекало плечи сквозь ткань её нового платья. Посветлевшие шрамы на руках, скрытые под наручами, больше не доставляли дискомфорта, а упрямое желание во что бы то ни стало согнуть неподатливый металл на мгновение отступило. Катара, по пояс стоявшая в воде, весело помахала шатенке рукой, призывая её присоединиться к общему веселью. Вокруг озера царила та самая редкая, беззаботная атмосфера, которой Ноэ была лишена долгие годы, и сейчас, глядя на дурачащихся друзей Аватара, она впервые за долгое время почувствовала себя по-настоящему свободной. Девушка не решилась заходить в воду. Ей было просто не в чем, да и красивую, удобную одежду Урсы мочить совершенно не хотелось. Вместо этого она аккуратно села рядом с Суюки на расстеленное полотенце, предпочтя спокойные разговоры безумному плесканию в озере. Суюки, которая тоже сидела на берегу и грелась на солнышке, приветливо улыбнулась шатенке, когда та устроилась рядом. Воин Киоши лениво щурилась от ярких лучей и наблюдала за тем, как Тоф в воде вовсю гоняет Сокку, поднимая тучи брызг. — Рада, что ты решила сделать перерыв, — негромко сказала Суюки, поворачивая голову к Ноэ. — Тоф бывает очень суровым учителем. Когда я наблюдала за вашими тренировками, мне порой казалось, что вы там скалы насквозь пробить пытаетесь. Ноэ тихо хмыкнула, поправляя свои короткие волосы, которые приятно обдувал теплый озерный ветерок. Она опустила взгляд на свои руки в защитных наручах. — Эта малявка не знает слова отдых, — с легкой, уже беззлобной иронией отозвалась шатенка. — Но она права. Если я не научусь гнуть металл, то в следующий раз, когда Народ Огня решит заковать меня или кого-то еще в колодки, я буду бесполезной. Суюки понимающе и очень тепло посмотрела на нее. Как девушка, которая сама совсем недавно сидела в самой охраняемой тюрьме мира, она прекрасно знала этот страх снова оказаться беспомощной в четырех металлических стенах. Девочки с улыбкой наблюдали, как ребята на берегу начали строить из мокрого песка забавные фигуры. Сокка, как истинный романтик, очень старался и соорудил из песчаной кучи статую Суюки. Правда, получившееся творение куда больше походило на какого-то бесформенного монстра, чем на красивого воина Киоши. Однако Суюки ни капли не обиделась. Она лишь тепло, искренне улыбнулась, глядя на его старания, и со стороны это выглядело невероятно мило. Но вот всё веселье в один миг испортил Зуко. Он заявился на пляж резко, с хмурым и до предела сосредоточенным лицом, и без лишних объяснений на полной скорости прошелся прямо по песчаным постройкам, безжалостно разрушив творение Сокки. — Эй! Ты что творишь, у меня ушел на это целый час! — возопил Сокка, вскакивая на ноги и яростно размахивая руками. Зуко даже не посмотрел на раздавленную песчаную Суюки. Его здоровый глаз опасно сузился, а плечи под походной курткой были напряжены как струны. Он обвел взглядом замерших подростков и тяжело отчеканил: — Хватит прохлаждаться. Аанг, комета Созина будет здесь со дня на день. У нас нет времени на этот детский сад! Ноэ, сидевшая на полотенце, мгновенно почувствовала, как вся легкая пляжная атмосфера испарилась. Её лицо сразу приняло привычное колючее выражение, а настроение испортилось. Этот отпрыск Огня снова пришел и одним махом разрушил чужую радость, вернув в лагерь гнетущее ощущение скорой и неизбежной войны. Зуко не стал ждать ответа. Вспыхнув от злости, он резко выставил ладони вперед и выпустил в сторону Аанга пару мощных огненных залпов. — Зуко, стой! — закричал Аанг, ловко подпрыгивая в воздух и уворачиваясь от ревущего пламени с помощью магии воздуха. Но принц был непреклонен. Он начал яростно гоняться за Аватаром по всему пляжу, без остановки атакуя его быстрыми, резкими ударами. Аанг, спасая свою шкуру, бросился бежать в сторону пляжного дома. Зуко следовал за ним по пятам, оставляя на песке дымящиеся следы. Спустя мгновение оба парня с грохотом ворвались внутрь здания, и оттуда сразу же донеслись звуки яростной потасовки, грохот ломающейся мебели и багровые вспышки огня в окнах. Те, кто остался около озера, испуганно переглянулись и без лишних слов со всех ног побежали к дому. Сокка на ходу сжимал кулаки, Суюки и Катара тяжело дышали, а Ноэ и Тоф уже на бегу перестраивали свои движения, готовые в любой момент поднять каменные плиты для защиты Аватара. Шатенка мысленно кляла этого огненного придурка всеми известными шахтерскими ругательствами – стоило ей только на секунду смягчить отношение к нему, как этот балбес снова устроил погром. Ребята едва успели добежать до внутреннего дворика, когда со стороны главного зала раздался оглушительный, сокрушительный треск. Прямо на их глазах внешняя стена дома взорвалась облаком щепок и каменной пыли, и оттуда на полной скорости, спиной вперед, вылетел Зуко. Он с силой пробил обшивку здания, пролетел несколько метров по воздуху и с глухим стоном рухнул на жесткую землю, подняв тучу пыли. Пока тот ошеломленно лежал в облаке пыли, судорожно пытаясь перевести дыхание, Ноэ не стала терять ни секунды. Её инстинкт сработал быстрее, чем парень успел прийти в себя и снова зажечь свои ладони. Шатенка резко шагнула вперед в своих прочных кожаных сапогах. Ткань её нового тёмного платья мягко качнулась, когда она сделала жесткий, уверенный выпад обеими руками вниз, направляя импульс магии прямо в почву. Каменистая земля под Зуко мгновенно отреагировала на её волю: из-под земли с глухим щелчком вырвались две массивные, плотные каменные колодки. Они намертво обхватили запястья принца, наживую приковав его руки к земле и лишив возможности сделать хотя бы один привычный жест для магии огня. Зуко дернулся, но старая гранитная порода держала накрепко, точно так же, как железные кандалы Народа Огня когда-то держали саму Ноэ. — Хватит! — жестко и хмуро отчеканила шатенка, буравя распластанного юношу своим ледяным взглядом из-под коротких, обрубленных по плечи волос. — Лежи и не рыпайся, пока весь дом нам на головы не обрушил. Принц недовольно зашипел сквозь зубы, упираясь затылком в сухую траву, но вырваться из её крепких шахтерских оков даже не пытался. Он лишь тяжело дышал, понимая, что девушка сделала это, чтобы он больше ничего не натворил в своем безумном тренировочном угаре. Из пробитой стены, виновато почесывая бритую голову со стрелой, медленно вышел Аанг, вокруг которого всё еще лениво затихали потоки воздуха. Сокка и Суюки, подбежавшие следом, ошарашенно замерли, переводя взгляд с разрушенной обшивки здания на Ноэ, которая так изящно и быстро утихомирила их буйного учителя магии огня. — Да что это с тобой?! — выкрикнула Катара, подбегая к пролому в стене и сердито всплескивая руками. Она с ужасом перевела взгляд с разрушенной обшивки пляжного дома на распластанного юношу, чьи запястья Ноэ намертво прижала к земле плотными каменными блоками. Зуко яростно дернулся в её оковах, безуспешно пытаясь высвободить руки из гранита, после чего с трудом приподнял голову. Его закопченное лицо перекосило от злости и отчаяния. — Что это со мной?! Что это со всеми вами?! — сорвавшимся, хриплым голосом закричал он, буравя взглядом команду. — Почему вы все бездельничаете на пляже вместо того, чтобы готовиться к бою?! До кометы Созина осталось всего три дня! Внутренний дворик мгновенно накрыла тяжелая, мертвая тишина. Сокка, застывший с походным половником, медленно опустил руку. Суюки и Катара ошарашенно переглянулись, а Ноэ, стоявшая рядом в своем бордовом платье, нахмурилась, чувствуя, как внутри снова неприятно заскребло от упоминания этой проклятой кометы. — Что вы уставились на меня как на сумасшедшего?! — тяжело дыша, процедил Зуко сквозь зубы, переводя свой единственный здоровый глаз с Ноэ на Аанга. Мальчик со стрелами на бритой голове виновато опустил глаза и крепче сжал свой деревянный посох. На его круглом лице проступила крайняя неловкость. — О комете Созина... Я собирался одолеть Лорда Огня после появления кометы, — тихо, почти шепотом признался Аанг. — После?! — Зуко от шока едва не задохнулся, — Ты с ума сошел?! — Я ещё не готов, чтобы сразиться с ним, — уныло выдохнул Аватар, утыкаясь взглядом в землю. — Вообще, над магией земли тебе тоже поработать стоит, — как бы невзначай добавила Тоф, небрежно ковыряя босой пяткой сухую траву и нарушая гнетущую паузу. Зуко, всё еще прижатый к земле каменными блоками, ошарашенно перевел взгляд со слепой брюнетки на остальных ребят. До него постепенно доходил масштаб катастрофы. — Так… вы знали, что Аанг не будет сражаться? — выдохнул принц, и его голос сорвался от подступившей паники. — Честно, если Аанг сразится с Лордом Огня сейчас, то он проиграет, — уже менее уверенно сказал Сокка, виновато косясь на Аватара и крутя в руках свой бумеранг. — Не обижайся, приятель, но это правда. Тогда Катара сделала шаг вперед и мрачно объяснила, что Аанг и так чуть не погиб в катакомбах Ба-Синг-Се от рук их королевской семьи. А тут на подходе комета Созина, которая увеличит силу магов огня в сотни раз. Завершая свою речь, маг воды устало махнула рукой и добавила, что хуже, чем сейчас, уже всё равно не будет. — Ты не права, — глухо выдохнул Зуко. Ноэ, внимательно наблюдавшая за парнем , увидела, что он наконец успокоился и больше не собирается швыряться пламенем. Шатенка сделала короткое, плавное движение кистью. Земля послушно отозвалась на её шахтерский импульс, и тяжелые гранитные колодки с тихим треском рассыпались, полностью освобождая запястья юноши. Зуко медленно поднялся с земли, отряхивая поношенную походную куртку от пыли. Его единственный здоровый глаз тускло блеснул, а на закопченном лице проступил неподдельный ужас. Он обвел взглядом замерших подростков и заговорил тихим, дрожащим от напряжения голосом. Тогда Зуко и рассказал им всю правду. Он вспомнил то зловещее военное собрание в столице, на котором присутствовал лично перед тем, как окончательно предать отца. Принц признался, что Лорд Огня Озай больше не планирует просто удерживать захваченные территории под своим контролем. На том совете было принято страшное решение: во время полета кометы Созина Хозяин Огня собирается полностью выжечь Царство Земли и раз и навсегда уничтожить всех оставшихся магов земли до единого, чтобы стереть их культуру с лица планеты. У Ноэ при этих словах внутри всё заледенело, а пальцы мертвой хваткой вцепились в ткань её нового бордового платья. На этих самых землях, которые Озай собирался превратить в пепелище всего через три дня, до сих пор находились её мама и Сонг. — Нам надо его убить, — нервно сказала Ноэ. Её хрипловатый голос, привыкший к суровому шахтерскому тону, сорвался от подступившего к горлу страха. Вся её былая сдержанность испарилась в одну секунду. Пальцы шатенки до белизны в суставах вцепились в плотную ткань бордового платья Урсы. Мысль о том, что через три дня её мама и Сонг могут просто сгореть заживо в безумном пламени Хозяина Огня Озая, выжигала её изнутри сильнее любого каторжного хлыста. Зуко, только что отряхнувший пыль со своих поношенных наручей, тяжело посмотрел на испуганную девушку. Он прекрасно понимал её панику – он сам сидел на том военном совете и видел, с какой легкой улыбкой его отец подписывал смертный приговор целому контингенту Царства Земли. — Она права, — глухо выдохнул принц, переводя свой здоровый глаз на притихшего Аватара. — Озая нельзя просто остановить или запереть в камере. Пока он дышит, его магия и его безумие будут уничтожать этот мир. У тебя нет выбора, Аанг. Ты должен покончить с ним до того, как комета взлетит на небо, иначе спасать будет нечего. — Это плохо, очень плохо… — начал сильно нервничать Аанг, хватаясь за голову руками. Его голубые татуировки-стрелы словно поблекли на фоне бледной от ужаса кожи. Мальчик со стрелой начал быстро мерить шагами вытоптанную траву внутреннего дворика. Мысль о том, что ему придется убить человека – пусть даже такого монстра, как Озай, – полностью ломала его внутренний мир и принципы Воздушных кочевников. Но ребята тут же окружили Аватара, не дав ему окончательно погрязнуть в панике, и начали его горячо подбадривать. — Эй, приятель, остынь! Ты не будешь один, — уверенно сказал Сокка, делая шаг вперед и крепко хлопая Аанга по плечу. — Мы все здесь ради этого. У нас есть план и мы вместе одолеем Лорда Огня! — Точно! Я закидаю его такими булыжниками, — весело ухмыльнулась Тоф, демонстративно притопнув босой пяткой, отчего земля под ними согласно ухнула. Катара и Суюки тоже подошли ближе, заверяя мальчика в своей поддержке. Ноэ молча наблюдала за этой сплоченной командой, чувствуя, как её собственная злость и паника за маму и Сонг уступат место глухому, но твердому упорству. Глядя на то, как эти подростки без тени сомнения готовы встать живым щитом против сильнейшего мага огня в мире, она отчетливо поняла: у них действительно есть шанс. Война, возможно, и выжгла половину мира, но этих ребят ей сломать так и не удалось. Не долго думая, Катара утянула всех ближайших ребят в крепкие, теплые объятия. В общем кругу оказались Сокка, Аанг, Суюки, Ноэ и Тоф. Лишь сам принц-изгнанник остался стоять чуть поодаль, неловко переминаясь с ноги на ногу и чувствуя себя явно лишним на этом празднике единения. — Иди сюда, Зуко! Если ты член группы, то ты тоже должен обниматься! — весело прикрикнул на него Сокка, протягивая руку. Юноша со шрамом на лице выглядел крайне неуверенно. На его закопченных щеках снова проступила краска густого смущения, а здоровый глаз удивленно моргнул. Подобное проявление семейного тепла для наследника трона Народа Огня было чем-то совершенно чуждым. Но, встретившись взглядом с Ноэ, которая уже не смотрела на него с прежней ледяной шахтерской злостью, парень всё же решился. Он сделал пару неловких шагов вперед и аккуратно вклинился в их тесную, шумную компанию, нерешительно опустив руки на плечи ребят. — Это не так плохо, — тихо пробормотал Зуко, и на его губах впервые за весь этот безумный день появилась слабая, но по-настоящему искренняя улыбка. Однако их внезапный покой и семейную идиллию в одну секунду обрушил Аппа. Огромный шестилапый бизон, который всё это время мирно жевал траву во внутреннем дворике пляжного дома, решил, что его тоже обделили вниманием. С радостным глухим рыком он со всей скорости ринулся к подросткам и своим колоссальным весом буквально сбил всю кучу с ног. Ребята с громкими криками и смехом повалились на мягкую траву, погребенные под огромной пушистой тушей и мощным хвостом летающего зубра. Ноэ, прикусив губу от неожиданного удара, оказалась распластанной на земле прямо под локтем Сокки, но внутри неё вместо привычной паники впервые за долгое время разлилось странное, долгожданное тепло. Надвигающаяся комета Созина всё ещё висела над миром смертельной угрозой, но здесь, среди этого песочного хаоса и шерсти бизона, она больше не чувствовала себя одинокой каторжанкой.