Путь за тобой

После того, как ребята кратко обговорили будущий план, все разошлись. Как Ноэ поняла, Зуко и Аанг всё-таки продолжили свою прерванную тренировку магии огня. Девушка была совсем не прочь остаться во дворе и понаблюдать за ними – ей хотелось увидеть, как принц двигается в бою, когда не пытается никого убить. Однако Тоф настойчиво посоветовала ей убираться в комнату и отдохнуть, заметив, что её израненное тело и так сегодня знатно потрепали. Вот только отдыхом назвать это было нельзя. Едва закрыв за собой деревянную дверь, упрямая девушка сразу же напрочь забыла про советы слепой брюнетки. Страх за маму и Сонг, подстегнутый новостью о скором геноциде магов земли, выжигал изнутри, не давая сидеть сложа руки. Ноэ упрямо обошла весь дом, собрала воедино несколько небольших металлических вещей, найденных в заброшенных комнатах – старый железный подсвечник, кованую дверную петлю и парочку массивных гвоздей, и заперлась у себя. Расположившись прямо на жестком бетоне возле своей расстеленной постели, она выложила этот скудный железный улов перед собой. Шатенка глубоко вздохнула, поправила рукава своего нового платья и закрыла глаза. Теперь, когда она знала, что у них осталось всего три дня, проклятый металл просто обязан был ей покориться. Вспоминая слова Тоф о том, что нужно слушать породу, а не смотреть глазами, Ноэ осторожно протянула ладони к лежащему перед ней подсвечнику. Она сосредоточилась на едва уловимой, чужой структуре железа, пытаясь отыскать в его мертвой глубине крошечные, родные частицы неочищенной земли.

***

Три торопливых стука раздались в двери, когда уже половина металла была согнута или грубо расплющена на жестком бетонном полу. Ноэ как раз пыталась скрутить в узел упрямую железную петлю, заставляя свои пальцы и волю работать на пределе возможностей. — Ноэ? Мы с ребятами собираемся потренироваться все вместе, ты идешь? — задорный, громкий голос Сокки за дверью бесцеремонно ворвался в давящую тишину комнаты. Девушка, не ожидавшая в ближайший час ни одного звука извне, от неожиданности резко потеряла хрупкую концентрацию. Тонкая ментальная связь с частицами земли внутри куска железа оборвалась в долю секунды. Тяжелая, наполовину деформированная кованая деталь выскользнула из ее мысленного захвата и со свистом полетела вниз, уронив металл прямо ей на босую ногу. — Чёрт... — глухо прошипела шатенка сквозь зубы, мгновенно сгибаясь пополам и хватаясь руками за ушибленные пальцы. Боль была острой, резкой и до того противной, что в глазах на мгновение вспыхнули серые искры, а в затылке из-за сорванного фокуса снова предупреждающе запульсировала старая травма. Ноэ сделала глубокий, рваный вдох, заставляя себя перетерпеть эту вспышку. Сердце бешено колотилось в груди. Поправив растрепавшиеся короткие пряди, она поспешно натянула плотные темно-коричневые рукава, чтобы скрыть и посветлевшие шрамы, и предательски дрожащие от усталости запястья. — Дай мне минуту, и я выйду! — крикнула она в ответ, стараясь, чтобы её хрипловатый голос звучал как можно тверже и обыденнее, без тени той боли, что сковала её тело. За дверью послышалось понимающее угуканье Сокки и шорох его удаляющихся шагов. Ноэ, прихрамывая, быстро сгребла ногой раскиданные по бетону согнутые железки и подсвечник под расстеленную постель. Спрятав следы своих тайных, изнурительных тренировок от чужих глаз, она упрямо выпрямилась. Гордость не позволяла ей киснуть в четырех стенах. До прихода кометы Созина оставалось всего три дня, Озай собирался уничтожить её родину, и эта общая тренировка была её единственным шансом доказать самой себе, что она готова стоять до конца вместе с этой безумной, но ставшей ей близкой командой. Чтобы добраться до места тренировки, ребятам пришлось пролететь на Аппе пару минут, пока они наконец не добрались до уединенной скалистой местности, идеально подходящей для масштабных боевых спаррингов. Всё время, что они летели сквозь прохладные облака, Сокка с загадочным и невероятно серьезным видом возился с каким-то огромным арбузом. Едва огромный бизон коснулся лапами твердой породы, воин Племени Воды соорудил из веток, старого тряпья и этого несчастного плода чучело, водрузив конструкцию на самую вершину каменистой скалы. Когда ребята сели в круг обсуждать план, Сокка опустился на колено, взял длинную сухую палку и принялся сосредоточенно чертить схемы прямо на пыльной земле. — Чтобы одолеть Повелителя Огня — или, в данном случае, Повелителя Арбуза, — мы должны действовать идеально синхронно, — со своим фирменным командирским пафосом начал объяснять Сокка, ведя палкой ровную линию к нарисованному символу Повелителя арбуза. — Сначала мы с Суюки вызовем его огонь. Затем Катара и Зуко наносят сокрушительный удар, — он начертил еще одну стрелку сбоку. — И, пока Повелитель арбуза отвлекся, Аанг набрасывается на него... и бац! — палка с силой перечеркнула символ врага. — Он наносит последний удар. Тоф, лениво ковыряя босой пяткой землю, картинно указала пальцем сначала на себя, а затем на Ноэ, которая сидела рядом и скептически приподнимала бровь. — Э-э... а как же мы? — с наигранной обидой поинтересовалась слепая брюнетка. — Пока что вы — силы Повелителя Арбуза, — авторитетно заявил Сокка, даже не поднимая головы от своих стратегических художеств. — То есть мы можем швырять в вас горящие камни? — Тоф мгновенно оживилась, и в её незрячих глазах загорелся опасный азарт. — Что хотите, лишь бы это было реалистично, — беззаботно отмахнулся Сокка, всё еще увлеченный своими схемами. Услышав подобное разрешение, девушки медленно повернули головы друг к другу. На лице Тоф расплылась её самая широкая, хищная и предвкушающая ухмылка, а губы Ноэ тоже растянулись в опасной улыбке. Шатенка аккуратно размяла пальцы в защитных наручах, чувствуя, как внутри закипает веселое, боевое упрямство. — Мне нравится, — в один голос ответили те, и земля под их босыми ногами согласно ухнула, словно тоже предвкушая грядущий разгром. Пока все остальные ребята весело переговаривались и спускались вниз по каменистому склону, занимая свои боевые позиции, на вершине скалы вовсю кипела работа. Ноэ, стараясь лишний раз не наступать на ушибленную ногу, упорно выталкивала магией земли один массивный округлый валун за другим. Тоф откуда-то принесла целую жесткую банку легковоспламеняющегося жира. С самой коварной ухмылкой на свете слепая брюнетка принялась щедро намыливать им шершавую каменную породу, ничуть не заботясь о том, что пачкает свои руки. — Всё настолько реалистично? — стараясь развести огонь с помощью кремня, спросила девушка. Искры со скрежетом сорвались со старых камней. Из-за недавней изнурительной тренировки с металлом пальцы шахтерки слегка подрагивали, но упрямство брало верх. Слепая девочка широко и хищно улыбалась. — А как ещё? — хмыкнула Тоф, даже не оборачиваясь. — Хвостик сам просил сделать тренировку похожей на настоящий бой. Мы просто выполняем приказы нашего великого командира! Наконец, крупная искра сорвалась с кремня в руке Ноэ. Смазанный жиром край первого валуна мгновенно занялся ярким, прожорливым пламенем. Огонь с голодным треском пополз по камню, отражаясь в решительных глазах шатенки. Девушка аккуратно развела руки в защитных наручах в стороны, беря под ментальный контроль полыхающие снаряды. Внутри закипал чистый, боевой азарт. — Готово, — выдохнула Ноэ, чувствуя, как жар от камней приятно согревает лицо. — Сокка там внизу уже машет руками. Похоже, они готовы. — Отлично, — Тоф с глухим стуком соединила кулаки, и земля под ними предупреждающе ухнула. — Зададим жару ребятам! Спускай первый! Внизу, на пыльной площадке ущелья, Сокка уверенно подал знак остальным, призывая команду начинать движение. Согласно его идеальному плану, они с Суюки первыми бросились на штурм, стремительно побежав в сторону возвышающегося на скале «Повелителя арбуза». Однако они не успели сделать и десяти шагов, как земля перед ними с глухим рокотом треснула. Прямо на их пути из-под земли внезапно выросли грубые каменные солдаты Народа Огня, которых Ноэ наспех создала из скалистой породы. Силуэты из серого булыжника послушно заблокировали проход, выставив вперед каменные пики. — О, реалистичная пехота! Мне нравится! — крикнул Сокка, на бегу перехватывая свой тяжелый меч. С воинственным кличем он со всей силы рубанул ближайшего каменного солдата пополам, отправляя верхнюю часть туловища в пыль. Суюки, ловко подстроившись под его движение, сделала стремительный выпад и мощным ударом ноги сбила с ног другого противника, заставив того рассыпаться на мелкие осколки. Они слаженно продолжили бежать вперед, наращивая темп. Но в этот самый миг с неба с оглушительным свистом полетел огромный горящий валун. Снаряд, щедро смазанный жиром, полыхал так ярко, что на мгновение затмил солнце, и с грохотом рухнул прямо перед воинами, полностью закрывая их от обзора остальных. Суюки среагировала мгновенно: оттолкнувшись от выступа, она изящно перепрыгнула через катящуюся огненную глыбу. Сокке повезло меньше ' он оказался всего в нескольких сантиметрах от ревущего пламени, едва успев выставить руки и кувыркнуться по земле. Задыхаясь от летящего в лицо пепла и копоти, парень вскочил на ноги и сердито завопил, потрясая кулаком в сторону вершины: — Смотри, Тоф! Слепая девочка, стоявшая на краю обрыва, картинно закинула голову назад. — Я не Тоф! Я — Лорд Арбуза! Мва-ха-ха-ха-ха-ха! — разнесся по всему ущелью её громогласный, карикатурно-злодейский хохот. Ноэ, которая как раз готовилась поднять из земли следующую порцию снарядов, отвлеклась на этот безумный смех и на мгновение растерялась. Концентрация дрогнула, и очередной валун, так и не загоревшись, с глухим стуком осел обратно в породу. Повернув голову к поймавшей кураж подруге, шатенка невольно хмыкнула, качая головой. — А ты вошла во вкус, — с улыбкой заметила она, оценив масштаб актерского мастерства «Лорда Арбуза». Тоф, не теряя ни секунды, пнула ногой следующий снаряд. Второй валун, густо смазанный жиром, мгновенно вспыхнул от остаточного пламени и с ревом полетел прямо в Зуко и Катару. Принц Нации Огня и маг Воды среагировали синхронно. Они слаженно обежали катящуюся огненную глыбу с двух сторон, но едва пламя пронеслось мимо, как перед ними выросла новая шеренга каменных солдат Народа Огня. Зуко крутанулся на месте, выпуская мощную дугу огня, которая разнесла двух истуканов вдребезги, а Катара точным, резким взмахом водяной плети срезала оставшихся. Путь к вершине скалы был полностью расчищен. — Ну же, Аанг! — отчаянно закричал снизу Сокка, указывая мечом на цель. Монах взмыл высоко в воздух, используя магию воздуха для мощного толчка. Его планер с громким щелчком сложился в боевой посох. Аанг занес оружие над головой, готовый одним сокрушительным ударом размозжить «Повелителя арбуза». Ноэ затаила дыхание, наблюдая за его полетом с вершины склона. В этот момент Аанг посмотрел прямо на нарисованную рожицу арбуза, и выражение его лица резко изменилось – боевой гнев в его серых глазах в долю секунды сменился глубокой, болезненной неуверенностью. Вместо свирепого врага он словно увидел перед собой живого человека. Приземлившись прямо перед чучелом, Аанг в последний момент резко остановил атаку, замерев в паре дюймов от зеленой корки. Тяжело дыша, он медленно опустил посох и сделал шаг назад, испуганно глядя на плод. Зуко, который уже успел подбежать ближе, от возмущения едва не задохнулся. Его здоровый глаз яростно блеснул. — Чего ты ждешь?! — гневно рявкнул принц, делая шаг к монаху. — Убей его! Аанг медленно покачал головой, и его плечи бессильно опустились. — Я не могу, — тихо, но твердо ответил аватар, глядя в землю. Изначально, глядя на поникшего мальчишку, Ноэ почувствовала, как в груди шевельнулась искренняя, человеческая жалость. Аанг был еще совсем ребенком, на чьи плечи взвалили судьбу целого мира. Однако на кону стояло слишком много, чтобы позволить себе роскошь сомневаться. Перед глазами Ноэ тут же пронеслись мрачные стены шахт, изнуренные лица пленных магов, испуганный взгляд Сонг и мягкая улыбка мамы, которые сейчас находились в смертельной опасности. Всего три дня – и Озай превратит их дом в пепелище. Гордость, страх и упрямость вытеснили секундную слабость. Ноэ сделала решительный шаг вперед, сбегая по каменистому склону вниз, ближе к замершим парням. Её хрипловатый голос прозвучал на удивление жестко и громко, эхом разносясь по ущелью: — Аанг, пока ты будешь колебаться, Лорд Огня выжжет Народ Земли! Ты представляешь, сколько людей умрет от твоей нерешительности? Слова девушки повисли в давящей тишине ущелья, тяжелые и правдивые, словно сброшенные с обрыва валуны. Аанг вздрогнул, будто его ударили, и еще сильнее сжал свой деревянный посох, не поднимая глаз. Когда среди ребят повисла тяжелая, гнетущая тишина, Ноэ вдруг болезненно засомневалась, что вообще стоило это говорить. Она почувствовала, как краска стыда прилила к щекам. Аанг выглядел таким уязвимым, а она, чужачка, только что бесцеремонно влезла в его внутренний конфликт и ударила по самому больному. Однако Ноэ была далеко не одна, кто считал точно так же. Сокка, чье лицо в один миг растеряло весь командирский пафос и стало непривычно серьезным, решительно подошел к Аангу. Воин Южного Племени Воды навис над растерянным аватаром, и его резкий голос безжалостно разрезал воздух: — Что с тобой не так? Если бы это было по-настоящему, тебя бы уже разнесло молнией. Аанг виновато сжался под этим напором, пряча взгляд и сильнее перехватывая свой деревянный посох. В его голосе сквозила такая искренняя беспомощность, что у Ноэ снова сжалось сердце. — Прости, но что-то было не так. Я сам на себя не похож. Пока между ребятами искрило нешуточное напряжение, Сокка решил доказать правоту своих слов наглядно. Не говоря больше ни слова, он хладнокровно достал из ножен свой тяжелый меч. Аанг ощутимо вздрогнул, услышав за спиной странные, резкие хлюпающие звуки. — Вот так это делается, — раздался будничный, довольный голос Сокки за кадром этого затянувшегося спора. С глухим стуком крупный, сочный кусок арбуза упал на пыльную землю прямо рядом с покачивающимся чучелом Арбузного Лорда. Сокка смахнул с лезвия налипшие семечки, демонстрируя идеально ровный срез. Будто только и поджидая этого момента, из-за валуна тут же выскочил крылатый лемур. Момо деловито устроился на корточках у разбитого трофея и принялся с аппетитом слизывать сладкий сок, абсолютно не заботясь о судьбе мира и грядущей комете. Позже тем же вечером команда Аватара ужинала на улице, окруженная прохладной тишиной засыпающего Угольного острова. Нехитрый ужин проходил в непривычном молчании. Аанг сидел чуть поодаль от общего костра, повернувшись ко всем спиной и отрешенно глядя в темноту океана. Он выглядел таким одиноким, что у Ноэ снова болезненно сжалось сердце. Проходя мимо притихшего парня, девушка на секунду замерла. Поддавшись порыву, она аккуратно провела по его бритой голове ладонью. Это была старая, въевшаяся в подкорку привычка, которая осталась у нее из прошлой жизни –Ноэ часто делала так дома, когда Сонг была чем-то сильно расстроена. Аватар вздрогнул от неожиданного прикосновения и медленно поднял на нее голову. Лишь на одно короткое мгновение в его серых глазах появилась искра затаенной надежды, но она быстро угасла. Мальчик наверняка помнил её дневные суровые слова о нерешительности, и этот невысказанный груз всё еще давил на него. Ноэ лишь мягко, подбадривающе улыбнулась ему и прошла к остальным. Мрачную атмосферу вечера решительно нарушила Катара. Она уверенно шагнула к костру, держа руки за спиной, и громко объявила: — У меня для всех сюрприз! Тоф, лениво жевавшая свою порцию, мгновенно оживилась и хищно улыбнулась: — Я так и знала! У тебя действительно были тайные отношения с Хару! Сокка, Суюки и Зуко от такого внезапного заявления синхронно замерли с ложками у ртов, уставившись на Катару с искренним, диким удивлением. Принц Огня даже слегка поперхнулся чаем. — Э-э, нет, — смущенно и слегка раздраженно протянула Катара, пока все остальные с явным облегчением снова принимались за еду. — Я искала на чердаке кастрюли и нашла вот это! С этими словами она с гордостью развернула старый, слегка пожелтевший свиток. На рисунке была изображена счастливая темноволосая малышка с пухлыми щечками, которая весело играла на песчаном пляже. Катара засияла и ткнула пальцем в изображение: — Посмотри на малыша Зуко. Разве он не прелесть? Сев между Аангом и Зуко, девушка с любопытством взглянула сначала на старый портрет в руках Катары, а затем перевела взгляд на хмурое лицо сидящего рядом парня. Суровые, резкие черты принца, угловатые плечи и, конечно же, рваный шрам вокруг левого глаза никак не вязались с пухлым, улыбающимся ребенком на пожелтевшей бумаге. — Что-то не похоже, — скептически протянула Ноэ, качая головой. Пространство тут же взорвалось дружным хохотом. Ребята смеялись почти все, катаясь по траве от комичности ситуации. Сокка едва не подавился ужином, Суюки весело прикрывала рот ладонью, а Тоф громко хохотала, забавляясь реакцией принца. Не смеялись только двое: сам Зуко, чьи брови сошлись на переносице в одну сплошную грозовую линию, и Ноэ, которая продолжала внимательно изучать рисунок. Катара, заметив, как сильно напрягся парень, поспешно свернула свиток и примирительно улыбнулась: — О, расслабься. Я просто дразнюсь. — Так-то ты права, — неожиданно спокойно, но с глухим раздражением в голосе ответил Зуко. Повернув голову к сидящей рядом шатенке, он указал длинным бледным пальцем на портрет в руках Катары и добавил: — Это не я. Это мой отец. Смех ребят оборвался в ту же секунду. Веселая атмосфера у костра мгновенно испарилась, сменившись звенящей, неуютной тишиной. Ноэ замерла, чувствуя, как по спине пробежал неприятный холодок. Пухлый, счастливый малыш на пляже, который только что казался всем милым поводом для шутки, оказался тем самым чудовищем, которое прямо сейчас собиралось сжечь её родину дотла. Не долго думая, девушка резко пригнулпсь, подняла небольшой граненый камешек прямо возле своей ноги и с глухим стуком запустила его точно в лоб изображению счастливого малыша. Точный бросок шахтерки заставил бумагу жалобно хрустнуть. Катара от неожиданности вздрогнула и поспешно свернула свиток от греха подальше, спрятав его за спину. — Но он такой милый и невинный... — тихо, с легкой грустью протянула Суюки, переводя взгляд с Ноэ на Зуко. — Что ж, этот милый малыш вырос в монстра и стал худшим отцом в истории, — жестко отрезал Зуко, уставившись мертвым взглядом в пляшущие языки пламени. Его кулаки на коленях сжались до белизны в костяшках. — Он им и стал, — фыркнула девушка, мрачно смотря на свиток в руках Катары, где под слоями старой бумаги скрывалось лицо человека, сломавшего миллионы жизней. Включая её собственную. — Но он все равно человек, — раздался тихий, до боли упрямый голос сбоку. Камера словно повернулась к Аангу, который сидел, обхватив колени руками. В его серых глазах, отражавших отсветы костра, не было злости – только бесконечная, разрывающая его изнутри дилемма его собственного народа. Зуко резко развернулся к нему всем телом. Шрам на его лице уродливо исказился в багровом свете догорающих углей. — Ты собираешься его защищать?! — в ярости выплюнул принц, и в его голосе прозвучало столько горького недоумения, что Ноэ невольно сжала пальцы в защитных наручах, готовая к новой вспышке между парнями. — Нет, я с тобой согласна, — Аанг резко встал на ноги, и его одежда слегка взметнулся от непроизвольного потока воздуха. Монах обернулся к парню, отчаянно ища понимания в глазах друзей. — Лорд Огня Озай – ужасный человек, и, возможно, без него мир стал бы лучше, но должен же быть другой выход! Зуко даже не шелохнулся. Он лишь смерил аватара ледяным, тяжелым взглядом снизу вверх. — Какой? — коротко и глухо процедил принц. — Не знаю! — честно признался Аанг, но тут же заметно приободрился, словно в его бритую голову только что пришла самая гениальная мысль в истории человечества. Глаза мальчишки загорелись фанатичным восторгом. — Может, мы сделаем несколько больших горшков с клеем, а потом я смогу использовать клей-магию, чтобы склеить его руки и ноги, чтобы он больше не мог атаковать! Ноэ, которая как раз сделала глоток чая, едва не поперхнулась, округлив глаза от такой поразительной детской наивности. Она медленно перевела взгляд на Зуко, гадая, взорвется ли тот на месте.Однако изгнанный принц лишь медленно, картинно выдохнул через нос две тонкие струйки дыма. — Да, — с убийственным сарказмом протянул Зуко, даже не меняя интонации. — Тогда ты сможешь показать ему его детские фотографии, и все эти счастливые воспоминания снова поднимут ему настроение. На заднем плане Суюки и Сокка не выдержали и прыснули со смеху, утыкаясь носами в свои тарелки, чтобы не сорвать этот шедевральный сеанс психотерапии. Но Аанг, казалось, сарказма в упор не заметил. Он весь подался вперед с чистым, незамутненным воодушевлением: — Ты правда думаешь, что это сработает?!Зуко посмотрел на него как на умалишенного. — Нет! — прямолинейно и жестко оборвал он, заставив Аанга мгновенно сдуться обратно, словно проткнутый воздушный шарик. — Аанг, — тихо, но отчетливо позвала его девушка. Шатенка медленно покачала головой, переводя на него тяжелый, усталый взгляд. Из-за ушибленной ноги сидеть на жесткой земле было чертовски неудобно, но сейчас Ноэ полностью забыла о физической боли. Абсурдность предложения про клей-магию вымела из её головы остатки раздражения, оставив лишь горькую, трезвую реальность. — Будь всё так легко, Лорда Огня давным-давно свергли бы, — твердо закончила она, и её хрипловатый голос заставил Аанга окончательно сникнуть. Мальчик растерянно перебирал пальцами края своего оранжевого плаща. Слова Ноэ, подкрепленные её суровым шахтерским опытом, били наотмашь сильнее, чем весь ядовитый сарказм Зуко. Монах опустил голову, понимая, что его отчаянные попытки найти мирный исход разбиваются о глухую стену здравого смысла этой команды. — Это противоречит всему, чему я научился у монахов! — Аанг тяжело вздохнул и принялся взволнованно ходить взад-вперед по песчаной площадке у костра. Его пальцы судорожно сжимали края плаща. — Я не могу просто так уничтожать людей, которые мне не нравятся! — Конечно, можешь, — пожал плечами Сокка, отправляя в рот очередной кусок ужина и говоря с абсолютной будничностью. — Ты – Аватар. Если это во имя сохранения баланса, я почти уверен, что Вселенная тебя простит. Аанг резко замер. Он снова повернулся к Сокке, окончательно теряя свое привычное самообладание. Его лицо исказилось от горькой обиды и злости. — Это не шутка, Сокка! — срывающимся голосом выкрикнул монах, и воздух вокруг костра ощутимо задрожал от ментального всплеска его магии. — Никто из вас не понимает, в каком положении я нахожусь! Ноэ, сидевшая между парнями, невольно перевела взгляд на Зуко, а затем на Катару. Гнев Аанга можно было понять, на него давил груз ответственности за миллиарды жизней. — Аанг, мы понимаем, — мягко, пытаясь успокоить назревающую бурю, заговорила Катара. Она подалась вперед. — Просто... — Просто что, Катара? Что?! — перебил её аватар, в упор глядя на девушку своими серыми, полными отчаяния глазами. — Мы пытаемся помочь! — воскликнула маг Воды, тоже начиная закипать от его упрямства. — Тогда, когда ты придумаешь, как мне победить Лорда Огня, не отнимая у него жизнь, я с радостью тебя выслушаю! — резко отрезал Аанг. Он резко развернулся на пятках и стремительным шагом направился прочь от ребят, в свою комнату. Его фигура быстро растворялась в сумерках дома на Угольного острова. — Аанг, не уходи вот так! — Катара мгновенно вскочила со своего места и сделала несколько быстрых шагов вслед за ним, готовая бежать до самой комнаты. — Отпусти его, — Зуко резко поднялся и твердо положил ладонь на плечо Катары, останавливая её. Шрам на его лице в последний раз хищно сверкнул под угасающим пламенем костра. — Ему нужно время, чтобы разобраться во всем самому. Ноэ осталась сидеть на земле, молча глядя в спину уходящему Аватару. Она знала, что такое раздирающее изнутри чувство долга. Прошло около часа. Костер успел превратиться в едва тлеющую груду багровых углей, а все ребята уже разбрелись по своим комнатам. Только вот у Ноэ на душе было неспокойно. Шатенка сидела всё там же, подтянув колени к груди. С этого места сквозь раскидистые кроны деревьев было хоть чуть-чуть видно слабое свечение, пробивающееся из окна комнаты Аанга. — И ты всё ещё тут? Стоя у входа в дом, Катара негромко нарушила тишину ночи. Маг Воды мягко ступала по прохладному песку, кутаясь в легкую накидку. — Собираешься всю ночь тут быть? — тихо спросила она, останавливаясь у порога. — Нет, я ещё совсем чуть-чуть посижу, — отозвалась Ноэ. Её голос прозвучал почти шепотом, чтобы не потревожить спящий остров. — Ну и для чего же? — Мне самой так спокойней, — уклончиво ответила шатенка, не оборачиваясь и продолжая гипнотизировать взглядом тусклое окно Аватара. Катара в несколько быстрых шагов оказалась рядом, её силуэт мягко очерчивал лунный свет. Она опустилась на корточки чуть поодаль. — Ноэ... — Что? — не дав договорить, перебила она, резко повернув голову к девушке. Шахтерская гордость упрямо выставляла защитные шипы, не желая показывать слабость. Брюнетка глубоко вздохнула, ничуть не обидевшись на этот резкий выпад, и спокойно продолжила: — Что тебя беспокоит? — Ничего. — Врёшь, — без тени сомнения отрезала Катара, внимательно всматриваясь в её лицо. — С чего такие выводы? — Ноэ скептически приподняла бровь, стараясь придать голосу как можно больше обыденного равнодушия. — Ты теребишь рукава, и у тебя дёргается нога, — Катара красноречиво опустила взгляд вниз, подмечая каждую мелочь, которую упрямая девушка так тщательно пыталась скрыть.Ткань бордового платья Урсы действительно была до боли зажата в пальцах Ноэ, а левая стопа, всё еще ноющая после дневного инцидента с куском железа, предательски подрагивала от мышечного напряжения. Тайные изнурительные тренировки и страх за семью всё-таки давали о себе знать. Выдохнув, она облокотилась спиной об угол ступеньки и положила локти почти на самую высокую, немного расслабляя затекшие мышцы тела. Лунный свет мягко подчеркивал её силуэт скрывая в тенях застарелые шрамы на запястьях. — Мне Аанг уж очень напоминает сестру, — негромко призналась Ноэ, глядя куда-то в сторону океана. — Еще когда у нее переходный возраст был... Она замолчала, обрывая фразу на полуслове. Повернувшись к Катаре, та увидела, что маг Воды явно ждет продолжения – в ее синих глазах не было осуждения, только искреннее участие. Отвернувшись обратно к догорающим углям костра, шатенка продолжила, и в её голосе проскользнули непривычно мягкие, теплые нотки: — Сонг же с детства любит всю эту чушь с медициной. То в лесу пропадет, ища нужные растения, то за диким щенком побежит, ведь тот хромает... Ну не может она мимо больного пройти, слишком добрая, прям ангел. Так она же ещё маленькая, глупенькая, да и наивная. Каждому верит, думает, что зла не существует. Девушка резко запнулась, чувствуя, как внутри неприятно кольнуло. Пальцы в защитных наручах непроизвольно сжались, вспоминая их бурное, тяжелое прошлое, полное предательств и потерь. Образ одного конкретного беглого принца, укравшего их ездовое животное, до сих пор вызывал глухую обиду. — Да даже вспомнив, как Зуко её надурил... — горько усмехнулась Ноэ, качая головй. — А она же поверила ему тогда. Всем сердцем поверила. Катара сочувственно поджала губы, прекрасно понимая, о чем говорит подруга. На мгновение между ними снова повисла тишина, нарушаемая лишь мерным шорохом волн. — Ты на него всё ещё зла? — тихо спросила Катара, внимательно вглядываясь в профиль девушки. — Зла? Да не то слово! — Ноэ горько и резко усмехнулась, чувствуя, как старая, затаенная обида упрямой волной поднимается в груди. — Мало того, что поел за наш счет и украл страусовую лошадь, так ещё и оказался отпрыском огня !Она сердито дернула плечом, сильнее кутаясь в бордовую ткань платья Урсы, словно сама одежда Нации Огня сейчас обжигала её кожу. Слова сорвались с губ хрипло и веско, со всей той прямотой, которую она привыкла копить в себе неделями. Понимая, что она сошла с темы, девушка продолжила: — Так вот... я по привычке своей Сонг опекала уж слишком сильно. Постоянно всё запрещала, на ошибки указывала. Говорила, как нужно делать, даже если ей не хотелось. Так она в одиннадцать лет из дома сбежала. Ноэ на мгновение прикрыла глаза. Пальцы в защитных наручах непроизвольно сжались сильнее, словно она до сих пор физически ощущала тот первобытный, леденящий ужас. — Я думала тогда поседею, — добавила она, качая головой. — Мы её через два дня нашли. У озера, она ж заснула просто. Сидела на берегу, уставшая, замерзшая, и спала. Катара понимающе кивнула, а её взгляд смягчился. Она сама слишком рано взяла на себя роль матери для Сокки и прекрасно знала, каково это – нести неподъемный груз ответственности за чужую жизнь, задыхаясь от страха совершить ошибку. — Я к чему это всё... — Ноэ снова перевела взгляд на тусклое, едва заметное свечение в окне Аанга. — Я смотрю на него и вижу Сонг. Ему тоже все вокруг твердят, как надо и как правильно. Зуко кричит, что надо убить. Сокка требует стратегии. Да и я не лучше. А мальчишка просто... с ума схожит от всего этого. И я боюсь, что если мы нажмем еще сильнее, он тоже сбежит. Только вот прятаться ему негде и некогда. До кометы три дня. — Аанг сильный, хоть ещё и молодой, — тихо, но с глубокой верой в голосе сказала Катара. Она ласково посмотрела в сторону затихающего пляжа, словно её слова могли согреть ушедшего в темноту монаха. — Ты права, мы слишком на него давим. Нужно будет с утра собраться всем и поговорить. На лице Катары заиграла лёгкая, понимающая улыбка. Напряжение, державшее её весь вечер, наконец отпустило. Маг Воды аккуратно поправила подол своего синего одеяния и, отряхивая одежду от налипшего песка, уверенно встала на ноги. Обернувшись к шатенке, она кивнула в сторону дверного проема, где по-прежнему клубилась густая ночная тень. — Так может, пойдём в дом? — Я ещё побуду тут, всего пару минут, — отмахнулась девушка, даже не повернув головы. Ноэ упрямо уставилась на угасающие угли, давая понять, что её характер сейчас не сломить никакими уговорами. Ей нужно было остаться одной. Нужно было унять дрожь в руках, успокоить ноющую сердце и переварить всё, что произошло за этот безумный, длинный день. — Ладно. Только не засиживайся допоздна, — мягко попросила Катара. Её шаги тихо зашуршали по деревянным ступенькам террасы, а затем послышался скрип закрывающейся двери. Ноэ выдохнула, оставаясь в абсолютном одиночестве под холодным лунным светом. В голове упрямо крутилась одна и та же мысль: до кометы Созина осталось всего три дня, и если Аанг сломается, ей придется защищать свою семью самой. Девушка крепче прижала к себе колени, утыкаясь подбородком в плотную бордовую ткань платья. Она продолжала сверлить взглядом окно комнаты Аанга. Там всё ещё горел тусклый, колеблющийся свет, словно отражая внутреннее смятение самого Аватара. Ноэ тяжело положила голову на колени, позволяя ночной прохладе остудить разгоряченное лицо, и погрузилась в мрачные, вязкие мысли. «А если он не сможет? Если испугается в самый последний момент?» Эта мысль казалась кощунственной, ведь Аанг был их единственной надеждой. Но Ноэ привыкла смотреть правде в глаза, какой бы уродливой она ни была. Монахи учили Аватара состраданию, но Озай не поймет этого языка. Повелитель Огня – хищник, который чует слабость за милю. Если мальчишка опустит руки, комета Созина превратит Царство Земли в море расплавленного камня. Возможно, тогда ей придётся самой спасать маму и Сонг. Самой пробиваться через кордоны солдат, вытаскивать их из опасной зоны, прятать в самых глубоких, заброшенных шахтах, куда не доберется очищающее пламя. «Только вот как?» – этот вопрос глухим набатом отозвался в затылке, заставляя старую травму снова предупреждающе запульсировать. С её нынешними силами она не продержится против магов огня под воздействием кометы и пяти минут. Ей не хватало мощи. Не хватало той сокрушительной, безумной уверенности, с которой Тоф швыряла каменные глыбы. И, что самое страшное, Ноэ до сих пор не контролировала металл. Обычное железо ломало её волю, оставляя на теле лишь синяки и дрожь от бессилия. В своих тяжелых раздумьях Ноэ медленно прикрыла глаза, планируя посидеть так всего пару минут, чтобы дать передышку пульсирующей старой травме. Но изнурительный день, тайная выматывающая тренировка и давящий страх за семью окончательно забрали последние силы. Сама того не замечая, девушка расслабилась и крепко заснула прямо там, на прохладных ступеньках веранды, уткнувшись носом в колени под тихий, убаюкивающий шум океанского прибоя.

***

В следующее мгновение, стоило ей приоткрыть глаза, Ноэ хватило одного короткого взгляда сквозь ресницы. Смазанный силуэт, сидевший поодаль с каким-то предметом в руках, заставил сработать застарелые инстинкты самосохранения раньше, чем включился разум. Девушка резко выкинула ногу вперед, с силой впечатывая стопу в чужое тело так, чтобы человек с глухим стуком отлетел и упал на пол. Она полностью очнулась, когда уже крепко стояла на ногах, а её пальцы на автомате сжимали тяжелую металлическую пластину-наручь вместо оружия. Тяжелое дыхание со свистом вырывалось из груди, сердце бешено колотилось, а в затылке из-за резкого скачка адреналина предупреждающе запульсировала старая травма. Ноэ проморгалась, пытаясь сбросить остатки липкого сна, и наконец обратила внимание на человека, который потирал ушибленную грудь, лежа на полу. — Зуко? — сорвалось с её губ. Поняв, что перед ней знакомый, а не наемник Нации Огня, она инстинктивно расслабилась, опуская руку с наручем, но тут же сердито нахмурилась. — Что ты делаешь... — Ноэ резко запнулась. Она ошарашенно осмотрелась по сторонам, только сейчас узнавая в этих четырех стенах, жестком дереве и заправленной постели свою комнату. На улице уже брезжил бледный рассвет, а это означало, что она проспала на веранде полночи и её кто-то сюда перенес. — Что ты делаешь в моей комнате? — уже гораздо жестче и подозрительнее спросила шатенка, переводя насупленный взгляд на поднимающегося с пола принца. Зуко недовольно поморщился, потирая ушибленные ребра, и медленно поднялся с пола. Его здоровый золотистый глаз сердито сверкнул, но в нем не было привычной агрессии – скорее, уязвленная гордость. — У тебя чертовски тяжелый удар для мага, который вчера весь день хромал, — хмуро буркнул принц, поправляя ворот своей просторной рубахи. Только сейчас Ноэ заметила, что именно он держал в руках мгновение назад. На полу рядом с местом его падения валялся тот самый уродливо скрученный гвоздь, который она вчера в панике упрятала под кровать вместе с остальным металлом. Видимо, кусок железа выкатился, пока Зуко аккуратно переносил её со ступенек веранды в постель, чтобы она не замерзла на прохладном океанском ветру. — Ты заснула на улице, — прямолинейно ответил он на её немой вопрос, поднимая гвоздь с пола и крутя его в пальцах. — Катара просила присмотреть за тобой, если ты задержишься. Я не собирался оставлять тебя спать на бетоне. Он сделал шаг вперед и протянул деформированную железку Ноэ. На его бледном лице, подсвеченном блеклыми лучами раннего рассвета, отразилось странное, тяжелое понимание. Воспоминания о вчерашнем разговоре девчонок у костра, который он подслушал в тени двери, всё еще жгли его изнутри. — Я не хотел шпионить, — тише добавил Зуко, переводя взгляд на бордовую ткань платья Урсы, которое всё еще было слегка примято после сна. — Но я нашел это на полу. Ты пытаешься освоить магию металла? Тайком от Тоф? Ноэ замерла, чувствуя, как внутри всё сжалось. — Ничего не тайком, — недовольно ответила та, резко притянув к себе гвоздь и крепко зажав его в кулаке. Шатенка упрямо вскинула подбородок, изо всех сил пытаясь скрыть за напускным раздражением то, как сильно её застала врасплох эта ситуация. Зуко стоял слишком близко, а утренние лучи солнца, пробивающиеся сквозь полуприкрытые ставни, делали его шрам на лице еще более отчетливым. — Так на кой Катара вообще тебя попросила? — насупившись, перевела тему Ноэ, пытаясь вернуть себе контроль над разговором.— Не знаю. Мы пересеклись с ней у входа в дом, вот она... — У входа? — Ноэ осеклась, и в её глазах промелькнула догадка, от которой щеки мгновенно обдало жаром, да и она обратила на его слова о шпионаже внимание. — Да твою ж... Что у тебя за привычка такая – подслушивать разговоры? Она вспомнила всё, о чем они так откровенно болтали с магом Воды всего пару часов назад. Свои страхи за Аанга, воспоминания о маленькой Сонг и, что самое паршивое, – свои злые, полные ярости слова в адрес самого Зуко про страусовую лошадь и «отпрыска огня». Мысль о том, что этот хмурый принц стоял в тени и слышал каждую её реплику, заставила упрямство вспыхнуть с новой силой. — Ничего я не подслушивал! Оно само! — Зуко мгновенно вскинулся в ответ, его лицо тоже стремительно залилось краской от неловкости. Он раздраженно взмахнул руками, оправдываясь со своей фирменной, слегка нелепой экспрессией. — Я просто шел на кухню за водой, а вы сидели прямо на ступеньках! Что мне нужно было делать, уши заткнуть?! — Да! — сердито подтвердила Ноэ, скрестив руки на груди. — Ты стоял там и всё слышал! — Не хочу! — так же упрямо ответил он, резко отвернув голову в сторону. Между ними повисла тяжелая, искрящаяся от взаимного раздражения пауза. Зуко шумно выдохнул сквозь зубы, пытаясь вернуть себе самообладание, но обида и уязвленная гордость всё-таки взяли верх. Он снова резко повернулся к шатенке, и его единственный здоровый золотистый глаз яростно блеснул в утреннем полумраке комнаты. — Да и вообще, раз разговор зашёл об этом, то тогда почему при каждом диалоге я у тебя злодей? — с глухой, наболевшей обидой в голосе спросил принц. Этот вопрос сорвался с его губ слишком быстро, обнажая всю ту внутреннюю горечь, которую он копил. Зуко шагнул чуть ближе, и в его позе сейчас не было угрозы – только глухое, отчаянное недоумение человека, который изо всех сил пытается измениться, но прошлое продолжает бить его наотмашь. — Да, я совершил кучу ошибок! — продолжил он, эмоционально взмахнув рукой. — Я крал, я предал своего дядю, я охотился за Аватаром! Но я пришел сюда, чтобы всё исправить. Я учу Аанга, я помогаю вам. Так почему для тебя я всё еще тот самый вор из Царства Земли, который заслуживает только ненависти? Ноэ замерла, не ожидая от хмурого и вечно закрытого парня такой внезапной вспышки откровенности. Кусок гвоздя в её руке показался непривычно холодным. Стоя перед ним она впервые за всё время их знакомства сквозь маску высокомерного принца Нации Огня увидела парня, которому было по-настоящему, по-человечески больно от собственных грехов. — Уйди, — фыркнула девушка, резко развернувшись и садясь на кровать. Она демонстративно уставилась в деревянный пол, всем своим видом показывая, что не желает продолжать этот тяжелый, выворачивающий душу наизнанку разговор. Ноэ слишком устала за прошедшие сутки. Ей не хотелось копаться в старых ранах, а уж тем более – выслушивать оправдания человека, из-за Нации которого её жизнь превратилась в нескончаемый подземный кошмар. — Ну уж нет! Парень упрямо шагнул вперед и подошел к ней почти вплотную, перекрывая собой блеклый утренний свет из окна. Его фигура буквально дышала тем самым боевым упорством, которое Ноэ еще вчера хотела разглядеть в нем во время тренировок. Зуко опустился на одно колено прямо перед ней, чтобы их глаза оказались на одном уровне, и посмотрел на шатенку снизу вверх. В его золотистом глазу больше не было ярости – только пугающая, обезоруживающая искренность. — Я понимаю, я тот ещё подонок, — тихо, но твердо произнес принц, и его хриплый голос слегка дрогнул. — Я знаю, что сделал с твоей сестрой. Знаю, как подло поступил с вашей семьей после всего вашего гостеприимства. Мне... мне до сих пор стыдно за это, ясно? Он сделал глубокий вдох, словно признание этих грехов давалось ему с физической болью, и протянул к ней ладонь, не касаясь, но словно прося о перемирии. — Но дай мне шанс. Дай мне возможность показать, что я не так уж плох. Я здесь не для того, чтобы снова кого-то предавать. Я хочу помочь Аангу остановить отца. И... я хочу помочь тебе, если только ты позволишь. Ноэ замерла, продолжая крепко сжимать в кулаке погнутый железный гвоздь. Бордовая ткань платья Урсы мягко колыхалась от её прерывистого дыхания. Слова Зуко попали в цель, заставив её непоколебимую злость на мгновение дать трещину. Перед ней сидел не грозный враг и не высокомерный принц, а парень, который искренне, до хрипоты в горле умолял о прощении.