Хроники Студеного потока

Всю свою жизнь Малд имел проблемы с кухарками. С поварами, впрочем, тоже. Приготовленное чужими, пускай и умелыми руками, совершенно не подходило его вкусам. То слишком соленое, то слишком пресное, то пересушено, то чересчур много приправ… До четырнадцати Малд молча ел, что дают, ведь не умирать же с голоду. На следующий день после четырнадцатого дня рождения он собрался с духом и спустился в кухню, сообщив, что в дальнейшем пускай все приправы, включая соль, ему подают отдельно. - И как сие понравится вашему папеньке? - ехидно поинтересовался повар, на что Малд очень спокойно ответил: - Едва ли отца волнует мое меню. И усилием воли заставил себя посмотреть повару в глаза. Тот долго не выдержал, потупился и кивнул. Вечером ему принесли два подноса; второй, маленький, был уставлен тщательно подписанными баночками. Какое-то время в плане пищи Малду жилось более-менее сносно. Покинув отчий дом, он снова столкнулся с проблемой кухарок. Ещё и попадались ему всякий раз особы сварливые и упрямые. Каждая со своим “особым” рецептом. После употребления внутрь очередного кулинарного “шедевра” Малд получал длительный приступ изжоги, а порой и чего похуже. Объяснения и увещевания ни на одну из кухарок не действовали: каждая была твердо уверена в том, что именно она знает, чем и как следует кормить приличного джентльмена. Несколько раз Малд пытался готовить самостоятельно. Расплавил три котла и едва не спалил дом. Оказалось, что с обычным, не собственным, огнем драконы справляются далеко не всегда. Пришлось покупать еду в тавернах. Тамошняя стряпня мало отличалась от того кошмара, которым его потчевали нанятые кухарки, но хозяева таверн хотя бы не пытались учить его жизни. Однажды Малд нашел таки идеального повара - громадного рыжего мужчину по имени Ньювелл. Нагло переманив того из заведения “Пикси и наковальня”, Малд наконец зажил в спокойствии и сытости. Хотя в нагрузку к Ньювеллу шла его супруга, но она, к счастью, оказалась женщиной расторопной и понимающей. Ещё и умудрялась держать в рамках горничную, посудомойку и прачку. После тридцати семи прекрасных лет Ньювелл отошёл в мир иной; его вдова так и осталась при доме - и как дань уважения усопшему, и потому, что Малд как-то незаметно привязался. Увы, эта милая женщина совершенно не способна была к готовке - во всяком случае, на вкус Малда. Двадцатый век принес с собою шквал дивных изобретений и смелое решение: ещё раз испытать себя на ниве поварского искусства. Чуть ли не первым в королевстве Малд поставил в своей кухне газовую плиту - тогда ещё к ней полагалось присоединять громоздкие баллоны. Под кулинарные книги он выделил отдельный шкаф. А так же завел толстенную тетрадь, потому что каждый рецепт он переделывал специально под себя. “Слава небесам за прогресс!” - думал Малд, с нежностью распаковывая новенький кухонный комбайн самой последней модели. Как-то раз Ирне, забежав “на огонек”, умял четыре порции нарочно для него приготовленного жаркого и поинтересовался, почему Малд не хочет открыть собственный ресторан. - Ты имел бы колоссальный успех, брат мой, - убеждал он, хрустя ещё тёплыми печеньками. - Глупости, - проворчал Малд, не поднимая глаз, но чувствуя себя польщенным. - Дома я всегда знаю, для кого готовлю. - Всё-таки подумай, - ответил на это Ирне. - В случае чего, мы с Кэрайгом вложимся. - Ещё чего не хватало… В общем и целом, он отлично выучился справляться со всеми домашними делами. Кроме глажки. Битву с утюгом Малд проиграл вчистую, потому дважды в месяц в его маленький дом являлась угрюмая женщина, дабы привести в подобающий вид все, что Малд успевал извлечь из стиральной машины. Малд скрупулёзно следил за новинками. На смену шумному агрегату со шлангом и кучей насадок пришел юркий робот-пылесос, кухня почти напоминала каюту космического корабля. Взбивая нежнейшие крем для домашних эклеров, Малд тихо мечтал о том дне, когда наконец изобретут устройство, способное самостоятельно выбирать пыль с книжных полок какой угодно высоты...