Глава 11. Фатальное прозрение и падение мастера зелий
14 июня 2026 г., 10:20
В кабинете директора Хогвартса, где теперь безраздельно властвовала Тьма, царил полумрак. Тёмный Лорд восседал в монументальном кресле, лениво перебирая тонкими пальцами. Гарри Поттер стоял у окна, скрестив руки на груди, а Бузинная палочка послушно покоилась в его рукаве.
Северус Снейп застыл посреди комнаты. Его лицо оставалось непроницаемой маской, но в глубине чёрных глаз затаилась настороженность. Лорд Волан-де-Морт медленно поднял на него свой тяжёлый, змеиный взгляд красных глаз.
— Северус, мой верный слуга, — вкрадчиво, почти ласково прошелестел Лорд. — Мы одержали великую победу. Дамблдор мёртв, Министерство у наших ног, а Хогвартс послушно выполняет волю моего Наследника. Ты оказал нам неоценимую услугу, рассказав об увиденных воспоминаниях Петунии Дурсль. Но теперь, когда старый порядок рухнул, я должен быть абсолютно уверен в каждом, кто стоит по правую руку от меня. Настало время полной открытости. Раскрой свой разум передо мной, Северус. Я желаю лично убедиться в твоей абсолютной, безусловной верности.
Снейп внутренне похолодел. Выбора не было. Отказ означал мгновенную смерть. Уповая на свои выдающиеся, отточенные годами навыки окклюменции, он склонил голову и посмотрел прямо в глаза Тёмного Лорда.
— Мой разум всегда открыт для вас, повелитель, — тихо ответил мастер зелий.
— Легилименс! — ледяным тоном произнес Волан-де-Морт.
Мощный ментальный таран Тёмного Лорда с грохотом сокрушил первые, внешние барьеры окклюменции Снейпа. Защита мастера зелий, уставшего после бессонной ночи переворота, дала едва заметную трещину — и этого оказалось достаточно. Волан-де-Морт, ведомый абсолютной подозрительностью, проник в самые потаённые, глубокие пласты чужой памяти.
***
Перед мысленным взором Лорда замелькали скрытые образы: тайная встреча со стариком Дамблдором на заснеженном холме, его просьба защитить Лили, хладнокровная клятва защищать Гарри ради памяти о ней и… тайная, двойная игра, в которой Снейп до последней секунды оставался преданным шпионом Альбуса. Но самым омерзительным было то, с какой слепой, извращённой яростью Северус отыгрывался на самом Гарри во время первого курса, выплёскивая на него всю желчь и ненависть, предназначенные Джеймсу Поттеру.***
Тёмный Лорд с шипением разорвал ментальный контакт. Его лицо исказилось от бешеной, зловещей ярости. — Предатель… — прорычал Сами-Знаете-Кто, взмахнув палочкой. — Ты до последней секунды служил Дамблдору, Северус! Ты лгал мне! Ты оберегал мальчишку не ради моей победы, а по приказу своего мёртвого старика! Гарри резко повернулся от окна, его зелёные глаза сузились, превратившись в две ледяные щели. Информационный удар Тёмного Лорда мгновенно отозвался в сердце мальчика удушающей волной ярости. Он медленно пошёл на Снейпа, шаг за шагом сокращая дистанцию. — Так вот оно что… — процедил Гарри, и в его голосе прорезались зловещие, шипящие нотки. — Значит, вы, великий мастер зелий, всё это время были послушной собакой старого паука? И при этом вы смели выплёскивать свои гнилые, старые обиды на невинного ребенка, который и так пережил одиннадцать лет ада в магловском мире?! Снейп, чья маска окончательно сорвалась, побледнел как полотно. Он попытался отступить, но упёрся спиной в тяжёлый дубовый шкаф. — Поттер, послушай… — хрипло выдавленный голос Снейпа лишился былой уверенности. — Не смей называть меня этой фамилией! — со свистом выкрикнул Гарри, взмахнув Бузинной палочкой. — Весь мой первый курс в Хогвартсе ты превратил в непрерывную пытку! Ты издевался надо мной на каждом уроке зельеварения, ты занижал оценки, ты публично унижал меня перед всей школой только за то, что ты считал меня точной копией моего отца в плане характера! Хотя я даже не знал его! Я не имел ни малейшего представления о том, кем был этот предатель крови — Джеймс Поттер, и что он творил по отношению к тебе в школьные годы! Я пришёл в этот замок изголодавшимся, избитым сиротой, надеясь найти защиту в мире волшебников, а вместо этого встретил в твоём лице точную копию дяди Вернона и тёти Петунии! Гарри тяжело дышал, его лицо горело от застарелой, праведной ненависти: — Ты сознательно уничтожал мою жизнь в этих стенах, Снейп. Ты тешил своё убогое эго, отыгрываясь на одиннадцатилетнем ребёнке за грехи покойника! И теперь за всё, что ты совершил по отношению ко мне в Хогвартсе, пришло время платить. Поняв, что его раскрыли, и видя абсолютную, монолитную решимость мальчика, Северус Снейп сломался. Тот, кто годами носил маску циничного и бесстрашного шпиона, упал на колени, пачкая мантию о ковёр директора. Он судорожно протянул руки вперёд, его голос сорвался на жалкую, унизительную мольбу: — Гарри… пощади! Прости меня! Я делал это, чтобы защитить тебя… чтобы Тёмный Лорд не заподозрил мою привязанность! Я молю о прощении, Гарри! Я был не прав, я ослеп от старых обид… Умоляю, пощади! Гарри Поттер посмотрел на ползающего у его ног профессора с глубочайшим, ледяным презрением. — Раньше надо было думать, Северус, — тихо, безжалостно произнес Наследник Тьмы. — Теперь слишком поздно. Круцио! Яркий, красный луч из Бузинной палочки ударил Снейпа точно в грудь. Профессор зельеварения мгновенно рухнул на бок, его тело свело чудовищной, неестественной судорогой. Из его горла вырвался дикий, раздирающий уши крик, полный первобытной, невыносимой боли. Пытка была беспощадной. Гарри не опускал палочку, хладнокровно отсчитывая каждую минуту. Тёмный Лорд с холодным удовольствием наблюдал за действиями своего Наследника, одобряя его абсолютную жестокость. Прошёл час. Крики Снейпа переросли в хриплый, удушающий скулёж, его пальцы в кровь раздирали дорогой ковёр, а мантия взмокла от пота. Прошёл второй час. Бывший шпион уже не мог двигаться, его тело лишь мелко и непрерывно дрожало, а изо рта потекла густая слюна. К концу третьего часа непрерывного «Круциатуса» рассудок Северуса Снейпа окончательно расплавился от боли. Его глаза закатились, став абсолютно пустыми и бессмысленными — он разделил трагическую участь Долгопупсов и Дурслей, превратившись в пускающий слюни «овощ». Его сознание было стёрто навсегда. Гарри брезгливо опустил Бузинную палочку, глядя на то, что осталось от его главного школьного мучителя. — Довольно, — холодно произнёс мальчик. — Игра окончена. Авада Кедавра! Зелёная вспышка на секунду озарила кабинет, и дернувшееся тело Снейпа навсегда замерло на полу. — Превосходная работа, мой Наследник, — произнёс Волан-де-Морт, поднимаясь с кресла. — Что прикажешь сделать с его трупом? Органы для зелий? Ликантропам? — Нет, — отрезал Гарри, убирая палочку. — Его труп останется здесь, в Хогвартсе. Мы выставим его в подземной галерее подземелий, закованным в стеклянный саркофаг. Пусть этот труп служит вечным, наглядным экспонатом человеческой жестокости за чужие ошибки. Чтобы каждый студент и каждый взрослый в этом замке видел, что бывает с теми, кто пытается вымещать свои гнилые обиды на невинных детях.***
После казни Снейпа в Хогвартсе начался полный, неуправляемый хаос. Известие о том, что мастер зелий был разоблачён как предатель и жестоко казнен лично Наследником Тьмы, окончательно растоптало моральный дух защитников замка. Студенты Гриффиндора и Когтеврана в панике забились по своим гостиным, понимая, что старый мир уничтожен безвозвратно.***
В стенах древнего замка, под безмолвным надзором подчинённого Сириуса Блэка, Гарри Поттер заставил своего последнего взрослого обидчика сполна оплатить каждую секунду детских слёз, окончательно погрузив магическую Британию в пучину своего жестокого, безжалостного и незыблемого правосудия.
