Узел двух лун

Дождь барабанил по жестяному козырьку лавки «Ведьмина петля» на Бурбон-стрит, превращая редкие огни Нового Орлеана в расплывчатые акварельные мазки. Внутри пахло полынью, старыми книгами и сургучом. — Ты уверена, Бонни? — Кэролайн Форбс провела пальцем по стеклянной витрине, за которой лежало ожерелье. Мерцающий камень внутри напоминал застывший лунный свет. — Это амулет связи, — ведьма Бонни Беннет даже не взглянула на амулет. Она его чувствовала. Её голос звучал глухо, будто из-под земли. — Плетение Флоренс Норткотт, девятнадцатый век. Соединяет двоих. Если один в опасности — второй чувствует. Если один умирает... — Вторую придется добить следом, — холодно закончил Деймон Сальваторе, прислонясь к косяку. Он лениво крутил своё кольцо с лазуритом на пальце, но глаза оставались хищными. — Мило. Романтика для садистов. — Заткнись, Деймон, — Кэролайн взяла себя в руки. — Мне нужно защитить Хэйли. Элайджа просил присмотреть за ней, пока его нет в городе. А Элайджа Майклсон, как назло, отсутствовал уже вторые сутки. Где-то в Луизианских болотах он выслеживал ведьму, похитившую древний гримуар. Записи в котором могли бы испортить жизнь всему сверхъестественному, что осталось в Мистик-Фоллс или находилось сейчас в Новом Орлеане. На прощание он сказал только одно: «Хэйли — моя пара. Я не переживу её потери, Кэролайн. Пожалуйста, позаботься о ней». И Кэролайн, сама не зная почему, согласилась. Возможно, потому что понимала, что такое бояться за того, кто связан с тобой магией крови. — Я заплачу, — она потянулась за кошельком. — Не надо. — Из задней комнаты вышла Рокси — высокая блондинка с дерзкой улыбкой и челкой, закрывающей правый глаз. Подруга Стефана, новое лицо в их странной компании, оказалась хозяйкой этой лавки. — Стефан рассказал, что творится в городе. Забирай. Но будь осторожна. Эти амулеты — не игрушка. Они усиливают врожденные способности того, кто надел свой амулет первым. Второй просто получает связь. Вся компания смотрела на амулеты заворожённо. Холодный серебристый перелив амулета приковывал к себе внимание. Его пара — алый камень в серебряной оправе — пульсировал, как сердце, стремясь оказаться на шее своего обладателя. — Врожденные способности? — Кэролайн нахмурилась. — У меня нет врожденных способностей. До того как я стала вампиром, единственное, что я умела это организовывать классные вечеринки в школе и клеить мальчиков. — Откуда ты знаешь, не проверив? — Рокси загадочно улыбнулась. В тот же вечер, надев амулеты, Кэролайн впервые за полгода почувствовала боль. Причём чужую боль. Хэйли Маршалл стояла на крыше заброшенного склада в квартале Алжир, глядя на луну. В её венах гудела неспокойная кровь оборотня. Она ждала сигнала от стаи Кресцент, клана оборотней Нового Орлеана, чтобы начать переговоры. Но переговоры пошли наперекосяк. — Ты не в том положении, чтобы диктовать условия, сука! — Оливер, бета Кресцент, сжал её плечо так, что кости хрустнули. Хэйли взвыла — не от боли, от ярости. Но в ту же секунду в её голове раздался другой крик. Не её. «Кэролайн?» — мысль пришла сама собой. «Хэйли, беги! Черт, что это за хрень? Я чувствую твою руку!» Оборотень замерла. Связь работала. Амулет Кэролайн активировался, и теперь они были скреплены — блондинка-вампир и беременная волчица, которую полгорода хотело убить. Оливер замахнулся снова, но на этот раз Хэйли не стала уклоняться. Вместо этого она почувствовала, как по её телу разливается чужая скорость — вампирская, текучая, смертоносная. Её собственные мышцы напряглись не по-волчьи, а как у вампира. Она ударила Оливера в солнечное сплетение с такой быстротой, что тот не успел моргнуть. Полетел в стену. Хэйли ошарашенно посмотрела на свою ладонь. — Что за... «Это я, — голос Кэролайн в голове звучал растерянно. — Кажется, я могу передавать тебе свои способности. Скорость. Силу. Правда, только на пару секунд». — Так ты мое личное усиление? — выдохнула Хэйли, оскалившись. «Лучше скажи спасибо. И беги, там еще четверо». Четверо Кресцент вышли из тени. И тогда в дверном проеме материализовалась третья сила. — Вечеринка и меня не пригласили? — Клаус Майклсон, гибрид, первородный и мастер хаоса, вошел в склад так, будто был здесь хозяином. За ним, недовольно щурясь, шагали Стефан и Деймон. Стефан сжимал кулаки, Деймон — свой обычный коктейль из цинизма и кокетсва смертью. — Клаус, — выдохнула Хэйли. — Не благодари. Элайджа прислал сообщение через младшую Беннет. Сказал, что его волчице нужна нянька. — Клаус перевел взгляд на Оливера, пытающегося подняться с пола. — А я ненавижу, когда трогают то, что принадлежит моему брату. Он двигался плавно, словно в танце. Через минуту четверо Кресцент валялись на бетоне, боясь даже дышать в сторону Майклсона. И в этот момент Хэйли согнулась пополам. Боль пришла резко, будто кто-то разрывал её изнутри. Но боль была не её. Опять Кэролайн. «Что с тобой?!» — крикнула Хэйли мысленно. Ответа не было. Только волны агонии. — Кэролайн в беде, — Стефан побледнел. Он достал телефон, но сеть в складе не ловила. — Где она была в последний раз? — Деймон был уже серьезен, от привычного сарказма не осталось и следа. — Ведьмина лавка, — Хэйли шагнула вперед, выпрямляясь и отодвигая Стефана. — Она пошла туда, чтобы купить зелье для подавления перехода для одного из новых оборотней. Одна. Идиотка. Она хотела порадовать беременную своей заботой. Чёрт. — Одна, — повторил Клаус. Его голос стал вязким, как смола. — Кэролайн Форбс — одна в Новом Орлеане. В районе, где ведьмы продают амулеты за человеческую кровь. Как вы вообще такое допустили? — рыкнул он на братьев Сальваторе и повернулся к Хэйли. — Ты чувствуешь её? — Я чувствую только боль. Я не вижу ничего, моя связь слабее, чем её. — Ты должна вывести нас к ней. — Клаус схватил Хэйли за плечо и потянул на выход из склада. — Мы свяжем вас магически сильнее. Где Бонни? Бонни появилась из тени как призрак. Её руки уже светились мягким синим пламенем. — Я наложу временные путы. Хэйли, ты будешь видеть её глазами. А вы, мальчики, бегите быстрее ветра. — Она взглянула на Клауса. — И, Клаус, если ты её потеряешь... — Я не потеряю, — отрезал гибрид. — Никогда больше. Они мчались по ночному Новому Орлеану — вампиры и волчица, соединенная с вампиршей узами древнего амулета. Хэйли видела Кэролайн так, будто та была рядом: блондинка в подвале какого-то особняка. Над ней склонилась ведьма с черными венами под глазами. Жрица темной магии. — Твой амулет, — прошептала ведьма, — усиливает не только тебя, дитя. Он усиливает связь. А связь можно перерезать или перетянуть на себя. Она занесла ритуальный нож. Но Кэролайн улыбнулась. Сквозь боль, которую она теперь могла чувствовать, сквозь страх. — Ты не знаешь, с кем связала меня судьба, — сказала она. И в тот же миг Хэйли остановилась возле одного из особняков. Стоя рядом с Клаусом на улице, она почувствовала, как амулет на её шее полыхнул белым светом. На мгновение она стала Кэролайн. Она почувствовала, как её руки двинулись сами — сорвали путы, перехватили нож ведьмы. В этот момент в подвале Кэролайн ударила ведьму локтем в лицо, а затем Клаус, выбив дверь особняка, ворвался внутрь и вырвал блондинку из подвала, прижимая к себе так, будто она была дороже всех древних гримуаров мира. — Жива, — выдохнул он в её волосы. — Не совсем, но дышу, — прошептала Кэролайн, а потом обняла его в ответ. Элайджа нагнал их утром. Запыленный, с порезом на скуле, но живой. Хэйли бросилась ему на шею, и первородный поймал свою волчицу как хрупкую драгоценность. Амулет, снятый с шеи Кэролайн, Бонни забрала для изучения. Но связь между блондинкой и Хэйли осталась — тонкая, почти невидимая, как нить, которую не порвать никакой магией. — Две луны, — сказала Рокси, заваривая чай на заднем дворе лавки. Стефан молча крутил её локон. — Одна — оборотень, дочь полнолуния, вторая — та, кто осветит путь даже в темноте. — Это ты обо мне? — Кэролайн подняла бровь. — О вас обеих, — улыбнулась ведьма-торговка. Деймон, развалившись в кресле, подмигнул Елене, которая только что вошла с Кэтрин (да, они шли вместе, и это была странная история). Кэтрин, как всегда, закатила глаза. — Всё это сентиментальное дерьмо, — проворчала она. — Но амулет я бы вернула. Он же стоит кучу денег. — Я уже продала его Кэролайн за улыбку, — Рокси пожала плечами. — Деньги — не главное. Кэтрин только фыркнула и уселась на мягкий диванчик рядом с Еленой. Клаус, стоя у окна, наблюдал за смеющейся Кэролайн. Он ещё не сказал ей главного. О том, что амулет связал её не только с Хэйли. Что магия, разбуженная в Кэролайн, привлекла внимание старых врагов. И что теперь он, Клаус Майклсон, будет её тенью. Потому что тот, кто однажды спас его от одиночества, не имеет права умирать. — Что ты задумал, Клаус? — тихо спросила Хэйли, подходя ближе. — Я? — он криво усмехнулся. — Я только начинаю. А на шее у Кэролайн Форбс под воротником платья замер новый амулет — подарок от Клауса. С незаметной гравировкой: «Моя луна. Мой свет. Моя навеки». И это была самая сильная магия из всех, что продавались в «Ведьминой петле».