Его, её и их или Третий не лишний

После матча Мария затащила подруг в гостиную Гриффиндора, и, не обращая внимания на присутствующих сокурсников, взрывалась от негодования. — Но Чарли поймал снитч! — А наши успели забить достаточно голов, чтобы очков с поимки снитча не хватило для победы. — без особого желания ответила Самира, сидя на подоконнике. — Но это..! — Мария судорожно дышала, подбирая слова. — Это нечестно! Слизерин играл не по правилам! — Если ты ещё не заметила, большинство со Слизерина пренебрегает правилами. — на этот раз отозвалась Дина, стоя рядом с сокурсницей и скрестив руки на груди. — Они сломали Чарли руку! — с пылом продолжала Мария. Самира вздохнула и переглянулась с Диной. — К сожалению. — тихо проговорила Самира, уже изрядно подуставшая от криков. — Да они все там полные... Но тут проход в башню отворился, не дав Дине договорить. Самира спрыгнула с подоконника и оглянулась на Марию. Та с замиранием сердца смотрела на вход в гостиную. Все обсуждения матча, кипевшие в гостиной до этого, стихли. Из-за портрета Полной Дамы появилась сборная Гриффиндора в почти полном составе. Капитана с командой не оказалось. — Чарли в больничном крыле. — с тяжестью в голосе сообщил Фред. Джордж бросил на брата сочувственный взгляд, и вместе близнецы двинулись вглубь гостиной. Ли Джордан первым подал голос: — Это было просто возмутительно! — выпалил он, активно жестикулируя руками. — Они специально выводили вас из себя! Слизеринцы просто жалкие подобия квиддичистов! — Успокойся, Ли, — устало сказал Оливер Вуд, опускаясь в пустое кресло. — Сейчас-то чего орать? — он глянул на Лиру, присевшую на подлокотник его кресла, но ничего не сказал. Непривычно было слышать от него — главного фаната квиддича, такой спокойный голос. Стало быть, Оливер уже успел как следует высказать своё мнение в раздевалке и у Чарли в больничном крыле. — Но это!.. Это!.. — не унимался тот. — Серьёзно, Джордан, — раздался с дивана как всегда полный дружелюбия голос Харви Джонсона, — С твоей лексикой Макгонагалл точно прибьёт тебя раньше, чем ты закончишь школу. — Да она уже меня чуть не убила! — воскликнул Ли Джордан и с негодующим видом скрестил руки на груди. — А я ведь всего лишь сказал правду! — Ты сказал, что Монтегю летает как сквибб на гнилом венике. — ехидно протянул Джордж, прошёл чуть дальше и оперся спиной о подоконник рядом с Самирой, которая тут же демонстративно отодвинулась. — Как он? — спросила Мария Джорджа дрогнувшим от беспокойства голосом. — Восстанавливается. — ответил за него Фред. — Мадам Помфри сказала, что он будет отдыхать до завтра. Мария тяжело вздохнула и опустила плечи. — Эй, ты чего? — уже веселее спросил Фред и дружески приобнял Марию за плечо. — Чарли у нас так просто не сдастся! — Это такая фигня по сравнению с тем, как ему от мамы достаётся! — на ходу вспоминая, с улыбкой добавил Джордж. От их слов Марии сделалось немного легче. Однако, она догадывалась, что Чарли чувствует в подобной ситуации. Поражение, даже не смотря на пойманный снитч, так ещё какой ценой, — это, должно быть... Очень тяжело. — А ты чего, Перси? — кивнул Джордж в сторону такого же рыжего юноши, но чуть старше их с Фредом. — Не уж-то переживаешь? Обеспокоенный вид Перси сменился деланной невозмутимостью. — Мне важно, чтобы он был в порядке. — важно ответил он. — О, ну конечно. — Фред закатил глаза и отвернул голову от брата. Мария переводила взгляд с близнецов на Перси и обратно, но ничего не сказала. — А, знакомься. — небрежно махнул рукой Фред, — Ещё один наш брат — Перси. — Но мы уже начинаем думать, что он приёмный. — саркастично усмехнулся Джордж. — Я всего лишь превосходно учусь. — обыденно ответил Перси. — А вам бы уже пора подумать об экзаменах! Если провалите хоть один, мама вам такое устроит! — Ой, всё, у меня от тебя голова болит! — отмахнулся Фред и отвёл Марию на пару шагоа в обратную от старшего брата сторону. — И не смейте саботировать первокурсниц к своим пакостям! — возмущённый восклик Перси встретил лишь спины близнецов. — А вот с этим мы сами разберёмся! — встал на защиту Джордж. — Да и у них свои головы на плечах! — поддакнул Фред и уже тише обратился к Марии, — Ведь так? Та участливо закивала, хотя самой сделалось неловко после такого подобия ссоры. В больничное крыло Мария побоялась заходить — ей казалось, что она не настолько близкий друг для Чарли, чтобы... Ну... Визит она сочла слишком личным. Хотя внутри Марию и терзали сомнения, однако страх был непробиваем. На следующий завтрак Чарли явился мрачнее тучи. Мария молча поглядывала, как близнецы изо всех сил старались приободрить брата. И только ближе к вечеру Чарли, наконец-то, смог улыбнуться. С декабрём пришёл и долгожданный снег. Выйдя с занятия по защите от тёмных искусств, подруги залюбовались снегопадом за окнами. Проходя мимо внутреннего двора, Мария замедлилась. В свежих нетронутых сугробах игрались друг с другом совы. Они боролись за что-то маленькое и серое. Игра двух сов завораживала сильнее, чем запоздало пришедшее осознание, что играют они мёртвой мышью. — Мария, ты идёшь? — Дина остановилась вслед за подругой. Самира успела пройти ещё несколько шагов, прежде чем встала и, скрестив руки на груди, молча дожидалась Дину и Марию. Когда подруги пересекли заснеженный внутренний двор, а открытые окна сменились застеклёнными массивами, Мария спросила: — Самира, а ты поедешь домой на каникулы? — Не-а... — безрадостно ответила Самира и мотнула головой. — Родители будут только рады, если я не появлюсь дома ещё какое-то время. — Серьёзно? — Мария непонимающе нахмурилась. — Я тоже остаюсь на каникулы. — с кивком добавила от себя Дина. — Что?! — Мария вертела головой от одной подруги к другой и обратно, проверяя, не шутят ли они. — Да вы чего?! Рождество же, Новый Год... — Ну а что? — Дина пожала плечами, — Мои предки... Ну... — она поняла, что на легке сболтнула лишнего и теперь отчаянно пыталась придумать продолжение своей темы. — Не ссы, — спокойно заверила Самира, — Осуждения за чокнутую семейку у нас в планах нет. — она переглянулась с Марией и долго моргнула, обозначая молчаливое согласие. — Мои родичи, например, всё время грызутся, аж жить невозможно. И прилетает тоже. Бесит. — Самира сжала кулаки. — Батя нахлебником живёт, а мать всё тащит сама. Дина сочувственно охнула. — А мои родители... — начала Мария и почесала затылок. Её семья самая обычная. Мама, папа, и она. Живут они в самом обычном доме, родители работают, Мария часто гостит у бабушки — совершенно ничего такого, от чего Дине могло бы сделаться легче. — Мои обычные. — призналась Мария и внезапно вспомнила одну деталь. — Правда, мама иногда слишком сильно меня опекает. — А твои чем похвастаться могут? — с лёгкой улыбкой кивнула Самира Дине. — Моя мать... От меня отказалась. — с трудом выговорила она и потупила взгляд в пол. — А отец... Отца у меня нет. — Дина тяжело вздохнула и покачала головой. — Был дядя, и тот обезумел. — в голосе Дины послышалась горечь. — А тётки... К ним я ничего не чувствую. Все помешанные. "Чистая кровь, чистая кровь!" — небрежно передразнила она, повысив голос до фальцета и изобразила, будто двумя пальцами держит полы длинного платья. — Тьфу! Задолбали со своей чистотой! — Дина вмиг вернулась к привычному голосу и обхватила себя за плечи. — Вот возьму и как отец... Ай, забейте. — под конец она отмахнулась, не желая продолжать разговор. — А как... — Мария хотела было задать свой вопрос, но Самира, догадываясь о её следующих словах, перебила: — Дина, — осторожно обратилась она, — Мы и не знали... — А кто твой отец? — напрямую спросила Мария, но сразу же об этом пожалела. Самира сверлила её гневным взглядом. На несколько долгих секунд образовалась неловкая тишина. — Я не хочу об этом говорить. — с привычным безразличием Дина мотнула головой. — По крайней мере не сейчас. Мария виновато понурила голову. Сейчас она больше ничего поделать не могла. — Извини... После занятий слизеринки ретировались в подземелья на отработки за очередную стычку с Мериком в гостиной, так что Мария бессмысленно слонялась по коридорам замка. В третий раз проходя мимо внутреннего двора, навязчивые мысли пересилили. Мария осторожно шагнула на снег. И только несколько раз оглянувшись по сторонам и убедившись, что на неё никто не смотрит, принялась лепить снежный шарик. Скатала основание и почти слепила снеговику тело, как где-то в коридоре поблизости раздался знакомый гомон. По приближению голосов Мария догадалась, что близнецы вышли во двор. Внутреннее чутьё в ожидании подвоха сдавило грудь. Тело привычно напряглось и она навострила уши. "Может, они всё это время со мной притворялись?.. Могло ли мне просто повезти..? Но они же хорошие..." — промелькнуло в голове Марии прежде, чем она услышала: — Мария! — её окликнул один из близнецов. Мария медленно повернула голову на вдруг задеревеневшей шее. Фред и Джордж, по своему обыкновению на веселе, лепили снежки. — Ты чего одна сидишь? — поинтересовался Фред, но тут же немного дёрнулся — Джордж запустил в него снежок. — Давай с нами! — предложил Джордж, наклоняясь к снегу. Фред воспользовался этим и попал брату прямо в макушку. Джордж дёрнул плечами и ойкнул. Тревожные мысли Марии понемногу начали отходить на второй план. Только когда она отвлеклась от лепки снеговика и переключилась на снежок, Мария ощутила пропадающую дрожь во всём теле, которую сменяло приятное облегчение. Она заметила, как Фред замахнулся для броска и вовремя пригнулась — снежок пролетел прямо над её головой и врезался в стену рядом. — Это был предупредительный выстрел, — с невинной улыбкой пояснил Фред. Мария, не долго думая, запустила снежок в первого, кого увидела. Джордж схватился за грудь, издал страдальческий стон и с наигранной трагичностью упал на колени. — Я поражён! — простонал он, падая в снег. Однако быстро поднялся и атаковал Марию — она едва успела закрыться руками. — Это нечестно! — воскликнула Мария, когда к Джорджу присоединился Фред. — Вас двое! Под массированной атакой близнецов Мария сначала съёжилась, а чуть позже повалилась на снег. — А вот и подкрепление! — весело прогремел голос подоспевшего на помощь Чарли. Когда Фред и Джордж после стремительного поражения вытряхивали снег из-за шиворота друг друга, старший Уизли помог первокурснице подняться. — Теперь наши шансы ближе к равным. — улыбнулся он и отряхнул шапку Марии от снега. Тут же в его плечо прилетел снежок, посланный Джорджем. — Ну, держитесь!.. — задорно пригрозил Чарли, лепя в руках новый снаряд. — Ой-ёй... — голоса близнецов синхронно дрогнули от страха, и они, не сговариваясь, рванули через весь двор. Однако от плотно сжатого снежка Чарли было не увернуться. Он попал в одного, но тот потащил за собой и второго, и вместе они комично упали в сугроб. Слишком комично, чтобы Чарли и Мария не разразились смехом. Снег всё падал, укрывая двор новым слоем белого одеяла, и Мария на мгновение почувствовала себя совершенно беззаботной, словно исчезли все её тревоги. Спустя какое-то время Чарли и Мария понемногу начали отступать к стенам замка, отстреливаясь от Фреда и Джорджа. Перемахнули через подоконник, и, оказавшись в коридоре без материала для атаки, Чарли взмахнул руками. — Эй! Мы безоружны! — Тогда это уже только ваши проблемы! — усмехнулся Фред и зарядил снежком Марии в плечо. Чарли вмиг встал перед ней стеной, закрыв собой от обрушившегося по его спине града летящих снежных снарядов. Мария едва слышно ахнула, неотрывно смотря на Чарли с открытым восхищением. Она чувствовала, как сердце бьётся быстрее и пыталась понять, почему её так тронул этот жест. Старший брат обернулся к близнецам, когда те сбавили темп, и Джордж дополнил брошенную ранее фразу Фреда: — И мы вообще не говорили, что будем играть честно! Снежки перестали бить Чарли спину — Фред и Джордж готовились к новой атаке. Чарли усмехнулся, обернулся к Марии и, заметив её пристальный взгляд, слегка смутился. — Ты как? — спросил он, стряхивая снег с её плеч. — Не замёрзла? — Нет, — ответила Мария и отрицательно кивнула, хотя её промокшие штаны и варежки говорили об обратном. — Спасибо... — смущённо поблагодарила она, отведя взгляд в сторону. — Всегда пожалуйста, — тепло улыбнулся Чарли, отчего Мария мгновенно зарделась. Он глянул на братьев и после того, как они остановились, продолжил: — Ребят, мне пора. — Чарли махнул рукой, — Раз битва закончилась, я пойду. — повернувшись к Марии, он выставил руку со сжатым кулаком вперёд. Та сразу ответила на этот жест, и вскоре ребята остались одни в пустом коридоре. Близнецы вошли в коридор (благо, через двери) и Мария только заметила, что и на них одежда была уже мокрая от долгой игры в снегу. Только она собралась что-то сказать, как из-за противоположного поворота появилась кошка. "Скорее всего, прибежала на крики. Вот уж свезло, так свезло." — подумала Мария. Следом за Миссис Норрис появился и её хозяин. —А-а-а, — недобро проскрипел Аргус Филч, — Мистеры Уизли в компании своей новой подружки!.. — он поглядел на Марию так, словно она только что нарушила все законы мира, хотя лично они до этого не пересекались. — Снова нарушаете порядок!? Голос Филча стал громче и ещё скрипучее. — Мы идём в гостиную... — сообразил Джордж, но вдруг у ног завхоза громко мяукнула Миссис Норрис. — А это что?! — он указал на полурастаявший снег и лужи воды, натёкшие с гриффиндорцев за столь короткий срок. — Грязь! В коридоре! А ну за мной! С этими словами заведующий хозяйством грубо схватил Фреда и Джорджа за уши. И, под их громкие болезненные стоны, потащил их по коридору. Миссис Норрис подошла и толкнула Марию в ногу, так что ей ничего не оставалось, как последовать за Филчем и близнецами. Пришли они в небольшую комнатку без окон. Посередине стоял письменный стол, перед ним два стула. Вдоль стен стояли шкафы с множеством ящиков. С потолка свисала старая лампа, отчего атмосфера создавалась, мягко говоря, напряжённая. Филч пододвинул ещё один стул и усадил троицу. Мария чувствовала холод от промокшей одежды, и казалось, он проникал глубоко под кожу, хотя её лицо продолжало пылать со стыда. Рядом с ней Фред и Джордж сидели одинаково несчастные, потирая покрасневшие уши. На ящиках значились буквы в алфавитном порядке, за исключением двух: один был подписан как "ФРЕД И ДЖОРДЖ УИЗЛИ", а другой, подальше, как "КОНФИСКОВАННЫЕ ВЕЩИ". Стало быть, там и лежит та волшебная карта, о которой говорили близнецы. Когда Филч отвернулся к шкафу, Фред наклонился к Марии. — Это наш шанс. — заговорщически прошептал он, словно забыв о том, что только что был самым несчастным учеником на свете, и о том, где они все вместе находятся. — Отвлеки его. — Фред кивнул на копошащегося в ящиках Филча. Мария промолчала и только с тревогой наблюдала за тем, как Миссис Норрис запрыгнула на стол и села, обвив хвостом серые лапки. Филч тихо бубнил, какое наказание к кому применит, и вскоре взял несколько бумаг и сел за стол. Поднял голову к Марии и с зловещим прищуром её разглядывал. — Как тебя звать? Мария на секунду помедлила с ответом. — Мария Мирэй, сэр. — она старалась, чтобы голос звучал ровно. — Мария Мирэй... Стало быть, первый курс. А уже беспредел творишь... — с презрением проговорил Филч, записывая её имя на листок. — Ты будешь... Ты будешь... — он буквально упивался властью, так что начал задыхаться, придумывая первокурснице наказание. — Сэр, мы... — Мария осеклась, и внутри всё сжалось, встретив гневный взгляд завхоза. — Мы не хотели... Филч беспардонно её оборвал: — Молчать! — Извините... — виновато промямлила Мария, опустив голову. Она бы хотела возмутиться на несправедливость, с которой Аргус Филч оценивал их проступки, но сейчас лучшим решением было не злить его ещё сильнее. — Я не хотела, чтобы так вышло... На лице Филча промелькнуло что-то похожее на задумчивость, будто он оценивал степень раскаяния Марии. Она тем временем отчаянно придумывала выход из этого невесёлого положения. В кармане, пальцы, наконец, нашарили что-то подходящее. — Не хотела, — передразнил её тон завхоз. Мария поёрзала и тихонько выкинула несколько стеклянных шариков. Те со звоном рассыпались по полу. Миссис Норрис бросилась на звук, и Филч отвлёкся от записей. — Ой! Простите, пожалуйста! — сделав максимально сочувственный тон, проговорила Мария, собирая шарики, а сама глянула на близнецов. Те синхронно кивнули ей и хотели двинуться к шкафу, как Филч повернулся к ним и выложил оставшиеся стеклянные шарики на стол. — Мне правда очень жаль!.. — залепетала Мария извинения, но как гром по комнате пронёсся голос Филча: — Все трое! Выворачивать карманы! Живо! Фред переглянулся с Джорджем и, синхронно пожав плечами, начали выкладывать всё содержимое своих карманов. В их покладистости чувствовалось неладное. И чутьё не подвело: из кармана как бы случайно выпала навозная бомба. Вмиг всю комнату наполнил зловонный запах и едкий дым. Кто-то из близнецов кинул Марии ещё парочку подобных бомбочек со словами: "Действуй!". Сердце своим сильным стуком будто готовилось сломать ей грудную клетку. Под неконтролируемую брань Филча, Мария, прикрыв краем мантии лицо, сгребла содержимое их карманов со стола и, обернувшись, чуть не наткнулась на завхоза. Глаза его слезились, а сам он зашёлся в приступе кашля. Мария прямо перед ним бросила о пол дымовую шашку, как вдруг её дёрнули за локоть. — Бежим! Едва нащупав дверь, все трое стремглав вылетели из каморки Филча. Неслись даже не глядя, куда именно — лишь бы подальше. Лавируя между учениками, Мария не могла скрыть своей улыбки. Чтобы она, да и творила что-то подобное... Просто не верится. Близнецы не бросили её, не обвинили во всём, как сделало бы большинство хулиганов. Всё произошедшее, включая просто безумный побег, по-настоящему захватывало дух. Так, что всё вокруг начало казаться чем-то нереальным, как самый крутой сон. Ещё никогда Мария не была так свободна, как сейчас. Свободна от правил, от наказаний, и даже всякие мысли не шли в голову. Определённо, этот день был одним из самых счастливых в её жизни. Притормозили только когда они пробежали, по ощущениям, треть замка и чуть не прошли насквозь Почти Безголового Ника. — Ребята, осторожнее! — опешил от их скорости Ник. — Извините!.. — на ходу извинилась Мария и вслед за Джорджем обошла призрака. — Ничего, просто будьте аккуратны, — вежливо обратился Почти Безголовый Ник к уходящим по коридору гриффиндорцам. Всё трое согласно кивнули и старались отдышаться. Остановились они только когда в коридоре кроме них никого не было. Мария с замиранием сердца подняла глаза и спросила: — Получилось? Близнецы долго переглянулись и медленно расплылись в довольных улыбках, до последнего сохраняя интригу. Наконец, Фред торжественно достал из-за пазухи свёрнутый кусок пергамента. — Так точно, мэм. — весело отрапортовал он. — Карта мародёров у нас.