Его, её и их или Третий не лишний

Девочки вздрогнули от неожиданности. Профессор Снейп стоял в паре шагов от них, и наблюдал за ученицами с нескрываемой надменностью. — Мисс Блэк, Мирэй, я задал вам вопрос. — ледяным тоном сказал он и в смеси с отвращением взглянул на Марию. — Надеюсь, не очередная ночная прогулка? — Никак нет, профессор. — Мария мотнула головой, едва собравшись силами для ответа. — Даже не думайте, что я ничего не вижу. — прошипел профессор и переключился на Дину. — А вы, Блэк... Не ожидал от вас подобных отношений со студентами Гриффиндора. Знайте же, что своими действиями вы подрываете честь и статус своей семьи. От его слов Дина оцепенела и сделалась совсем бледной. Профессор Снейп, очевидно, знал, куда бить больнее всего. — И я уверен, вашей тёте будет очень интересно узнать об этом. — растягивая слова, злорадно добил он. — И не забывайте про отработки после случая невиданной щедрости к мисс Мирэй. — профессор Снейп перевёл укоризненный взгляд на Марию, отчего та стыдливо потупила глаза в пол. Наконец, вдоволь насладившись издёвками над ученицами, Снейп отправил их на отработку. На спуске в подземелья Мария окончательно пожалела, что оставила свои валенки дома. Казалось, ноябрьские холодп становились только крепче с каждым разом, как она шла на занятия по зельеварению. Зима только подступала, и то-ли ещё будет. В кабинете зельеварения уже бурлила перепалка между Самирой и Мериком. — Да вы!.. — Мерик, судя по всему, уже долго вёл свою тираду, поэтому воздух в его лёгких заканчивался. — Вы позорите наш факультет! — на одном дыхании выпалил он. — Подобными словами ты позоришь только своё имя. — холодно парировала Самира, не отвлекаясь от письма. Слизеринцы сидели за единым длинным столом. Юноши, кто не был занят препираниями с Самирой, только шуршали перьями о пергамент, желая поскорее покинуть класс. Только один Мерик пыхтел, придумывая очередное оскорбление в сторону своей сокурсницы. Мария и Дина вошли в класс. — О, а вот и подкрепление! — злорадно ухмыльнулся Мерик. Самира резко обернулась к вошедшим, но тут же расслабилась. — А, это вы. — вздохнула она и окинула взглядом Дину, которая до сих пор была бледной как призрак. — Что с тобой? Выглядишь обеспокоенной. — Снейп. — коротко ответила Дина, присаживаясь за стол рядом с Самирой. Та понимающе кивнула. Мария не знала всей истории Дины, но догадывалась, что семья для неё — больная тема. — Что, Снейп твоей мамочке пожалуется? — Мерик воспользовался такой возможностью подсыпать соли на рану, — Ах да, она же... — Ты слишком много болтаешь. — раздражённо подметила Дина и взмахнула палочкой. — Силенцио. — Мерик против своей воли замолчал. — Так-то лучше. Самира сообщила подругам задание, и все трое принялись за письмо. "Что Мерик хотел сказать?.. Что-то про маму Дины..." — думала про себя Мария, то и дело поглядывая на Дину, чьё лицо сейчас выражало крайнюю степень концентрации. Вторая неделя ноября выдалась напряжённой, поскольку началась подготовка к предстоящим зимним экзаменам. — Эй, вы же придёте на наш матч против Слизерина? — Фред подсел к девочкам за общим столом в свободное время между занятиями и ужином. — Какие вопросы, Уизли? Самира отозвалась первой и отложила книгу в сторону. — Конечно! — Мария воодушевлённо закивала. Дина кивком поддержала Марию. — Отлично! — обрадовался Фред. — Кстати, девочки, это вам. — он поставил на стол небольшую коробочку с конфетами. — На оценку. — и хитро подмигнул Марии. Глаза той вспыхнули любопытством — ведь можно вновь испытать на себе что-то новенькое! Самира первой взяла одну конфету и с подозрением её оглядела. — Что это? Мария, не долго думая, закинула себе в рот сразу две. — Конфеты с перечной мято... Фред не договорил. Из ушей Марии повалил густой пар, а на глаза навернулись слёзы. — О, просто прелесть. — с сарказмом хмыкнула Самира и положила конфету обратно. — Как ощущения? — спросил Фред, довольный эффектом. — Офигенно! — с улыбкой ответила Мария, активно размахивая руками у лица в попытке унять слёзы. Всё-таки ментол и перец — слишком яркое сочетание. — Поезд Лондон-Хогвартс отправляется с платформы 9¾ прямо сейчас! — воскликнула Дина и изобразила машиниста, дающего гудок. — Чух-чух! Фред довольно ухмыльнулся. — А где твой брат? — поинтересовалась Мария, когда эффект конфеты почти закончился. — Какой из? — вопросом на вопрос ответил Фред. — У меня их много. Мария с секунду поразмышляла. — Она имеет в виду твоего близнеца. — объяснила Самира, догадавшись, про кого спрашивала Мария. — У нас, вообще-то, есть имена. — нарочито вежливо заметил Фред. — Но, благодаря тому, что мы оба неотличимые красавчики, хотя бы предположите, кто я. — он театрально, по-девчачьи заправил прядь своих рыжих волос за ухо, хотя их длины не хватало для полноценного жеста. — Джордж. — выдвинула своё предположение Мария, чуть погодя. — А с чего ты взяла, что я Джордж? Гриффиндорка вновь задумалась и в конечном итоге пожала плечами. — Не знаю... Вы вроде одинаковые. — Ай-яй-яй, Мария! — с шутливым укором Фред покачал головой и скрестил руки на груди. — Не знаешь даже как выглядят твои друзья! Обязательно передам Джорджу, чтобы в следующий раз мы придумали что-то более устрашающее! Или Фреду. Мы же одинаковые! — передразнил он Марию её же словами. — Ну извини, пожалуйста! — затараторила извинения Мария, параллельно заливаясь румянцем. Фред сделал вид, что крепко задумался и почесал подбородок, как бы оценивая серьёзность сказанного. — Ну ладно. — согласился он. — Но ты без вопросов заценишь нашу следующую вредилку. Мария облегчённо выдохнула и кивнула. — Хорошо. Суббота началась для Марии рано. От волнения перед матчем она проснулась раньше положенного, как будто это был не матч её друзей, а её собственный. Спустя несколько минут безрезультатного лежания в кровати Мария поняла, что сон не придёт. На ощупь найдя в полумраке свою сумку, она спустилась в общую гостиную, которая сейчас пустовала. Заклинанием развела в камине огонь, села на диван поближе к теплу и раскрыла альбом для рисования. Поглядывая в окно, за которым лил дождь, Мария спокойно рисовала, пока тишина не нарушилась: — Что рисуешь? Это был Чарли Уизли. За шумом дождя и завываниями ветра Мария и не заметила, как он подошёл и положил руки на спинку дивана. От испуга она чуть не выронила альбом на пол. — Извини, не хотел тебя напугать. Чарли добро глянул на Марию, и только оказавшись в непосредственной близости она смогла разглядеть его веснушчатое лицо, сейчас отливающее золотом от света камина. Внезапно Марию осенило, что последние две недели она практически не видела Чарли в свободное время, и в башне перед отбоем тоже. Неужели он всё это время был занят тренировками?.. — Н-ничего страшного. — мотнула головой Мария. Чарли тепло улыбнулся. — Так что рисуешь? — легко напомнил он, и Мария, очнувшись, протянула ему альбом. — Люди у меня не особо получаются, но животные... — Я вижу. — проговорил Чарли, разглядывая рисунок гиппогрифа. — Могу полистать? — А... Да... Да, конечно! — с опозданием ответила Мария. Чарли сел рядом, молча перелистнул на страницу назад, и через некоторое время листнул ещё. Мария почувствовала, что от образовавшейся неловкой тишины стало как-то душно. Наконец Чарли долистал до рисунка из категории "шедевр" в детском понимании Марии. — Это дракон? Мария кивнула. — Это... — она хотела пояснить, какого дракон вида, но Чарли её опередил: — Венгерская Хвосторога. — в голосе послышалось искреннее восхищение, а его глаза слегка расширились от удивления. Мария, завидев подобную реакцию, просияла от гордости за саму себя. Заколдованный рисунок двигался по листку и извергал нарисованные языки пламени. — Неплохо получился. — похвалил дракона Чарли. — Даже зачаровала его. — он закинул руку на спинку дивана и едва качнул головой, про себя поражаясь нынешнему поколению. — А ты чего не спишь в такую рань? — внезапно спросил Чарли, передавая альбом обратно Марии. Та замялась с ответом. — Я... Не смогла уснуть из-за сегодняшнего матча. — Ого, — с лёгкой улыбкой удивился Чарли и приподнял брови. — Переживаешь за Фреда и Джорджа? Это же их первый матч. Мария робко кивнула. — Видел тебя на трибунах. Ты ни одной нашей тренировки не пропустила. В ответ гриффиндорка отвела смущённый взгляд в сторону. — Вы же победите? — спустя паузу с надеждой в голосе спросила Мария. — Приложим все усилия. — улыбнулся Чарли. В его улыбке было столько тепла, что Марии просто не верилось, что именно она получает эту доброту. На душе сделалось так хорошо, что стало немного дурно. На глаза начали наворачиваться слёзы, которые попридержали часы, пробившие семь утра. — Ну, пойду будить команду. — Чарли со вздохом поднялся с дивана и глянул на часы. — Ещё не хватало, чтобы мы вышли на поле не разогретые. А твоя задача — как следует поддержать нас, и близнецов в частности. — он выставил вперёд сжатый кулак, и Мария, спохватившись, стукнула своим кулачком о его. — Удачи на игре. — тихо пожелала Мария, когда Чарли почти скрылся на винтовой лестнице к спальням мальчиков. Она долго смотрела ему вслед, наконец почувствовав, как сердце бьётся где-то у горла. Дождь продолжал лить как из ведра. Трибуны у поля для квиддича окутал лёгкий туман, но сквозь серую пелену ярко горели алые и зелёные флаги. Мария сидела рядом с Диной и Самирой, и с нетерпением ждала начала матча. Холоднющий ветер задувал капли дождя прямо в лицо, но болельщиков это мало волновало. Она наблюдала, как игроки каждой сборной вышли на поле. Капитаны пожали друг другу руки и, под гремящие с трибун крики, команды взмыли в небо. Судья, мадам Трюк, выждала момент, поднялась на метле вверх, и мячи взметнулись в воздух. Раздался свисток, и игра началась. В первые же минуты команда Слизерина постепенно набирала агрессивный темп игры, то намереваясь скинуть противников с мётел, то специально отбивая бладжер прямо кому-то в голову. Ли Джордан исполнял роль комментатора, но ему явно требовалось прикладывать усилия, чтобы фильтровать речь, поскольку рядом с ним сидела профессор Макгонагалл и контролировала весь процесс. Фред и Джордж, не смотря на то, что это был их первый в жизни матч, работали битами с идеальной синхронностью — оба знали, где кто окажется и куда отобьёт бладжер, даже не глядя друг на друга. — Смотри! — крикнула Самира, указывая пальцем куда-то в сторону, — Чарли уже на позиции! Мария проследила за пальцем Самиры и увидела его — старшего Уизли, парившего над полем чуть поодаль, чей взгляд был острым и сосредоточенным на поиске золотого снитча. — ...Йен делает пас Анджелине и го-о-ол! — проорал в микрофон Ли Джордан. — Получайте... — он запнулся, вспомнив о присутствии рядом профессора Макгонагалл. Кашлянув, Джордан исправился: — Первый гол за Гриффиндором! Десять очков! Давайте, ребята! — подбадривающе кричал он. Следующие полчаса закончились в пользу Гриффиндора: 60:40. Чарли не раз то исчезал в низких облаках, то почти касался метлой земли. Снитч пока не появлялся. Хиггс, ловец Слизерина, тоже выискивал его, но всё безуспешно. Оливер Вуд успел отбить три опасных броска в сторону колец, один из которых — с лёта, ногой. Трибуны неиствовали в ожидании развязки матча. Комментатор Ли Джордан вгляделся в происходящее на поле — капитан слизеринской команды, Маркус Флинт, о чём-то коротко переговорил с мадам Трюк, после чего та дунула в свисток, оповещая о... — Что?! Да быть того не может! — воскликнул Ли Джордан. — Команда Слизерина берёт тайм-аут! Насквозь промокшие от дождя, команды спустились на землю. — Наши не замышляют ничего хорошего... — протянула Дина, щурясь, чтобы разглядеть игроков своей сборной получше. — Если снитч не появится — жди беды. — нехотя согласилась с подругой Самира. Марии сделалось нехорошо только от одной подобной мысли. Нервно сглотнув, она вгляделась сквозь пелену дождя к месту, где собралась команда Гриффиндора и обсуждала дальнейшие действия. Тайм-аут закончился, и игроки вновь поднялись в воздух. Свисток обозначил продолжение матча. Слизеринцы стали играть ещё агрессивнее, чем раньше, и теперь основательно целились в гриффиндорского капитана. Так что, помимо поиска снитча, бладжеры стали для Чарли ещё одной задачей. От львиных охотников удача тоже начала отворачиваться. Монтегю, один из охотников Слизерина, систематически бил первого, кто попадался ему на пути. То локтем по рёбрам, то ногами по метле или коленям. Змеиный факультет успел за несколько минут сравнять счёт. Ни одно нарушение не могло укрыться от внимательных глаз Ли Джордана, и он, не стесняясь, высказывал всё, что думал об этом. За что, естественно, получил нагоняй от Макгонагалл. Судья тоже заметила нарушения, однако вместо штрафа сделала лишь устное предупреждение, что вызвало новую волну недовольства у гриффиндорских болельщиков и восторженные крики и свист у слизеринцев. Неожиданно, близнецы ответили агрессией в ответ. — Что же это происходит?! — недоумевал Ли Джордан. — Джордж врезается в охотника Слизерина — Эдриана Пьюси! Когда они оба чуть не упали с высоты, Мария хотела было закрыть холодное лицо руками, но зрелище настолько захватывало дух, что единственное, что она могла делать — это нервно теребить в руках бахрому шарфа. Толпа взревела. Счёт вскоре стал 110:70 в пользу Слизерина. Их охотники провели три гола подряд, пользуясь тем, что Вуд отвлёкся на бладжер, пущенный ему прямо в лицо. — Давайте, ребята! — нервное молчание Марии закончилось с последним забитым голом в гриффиндорское кольцо. Она поднялась со скамьи и вцепилась руками в ограждение трибуны. Чарли, судя по резким движениям, был весь на нервах. Близнецы старательно опекали старшего брата от посылаемых в его сторону бладжеров и неотрывно прикрывали своих охотников. Один из болельщиков воскликнул что-то неразборчивое, но толпа за пару мгновений разнесла сказанное по трибунам. Кто-то увидел снитч. Мария изо всех сил всматривалась в квиддичное поле, и, едва заметив золотой блеск, не удержалась от восторженного восклика: — Снитч! К её наблюдениям присоединились Самира и Дина, а следом и все ученики, кто её услышал. Маленький золотой шарик то и дело мелькал у земли, почти у самой кромки поля. Чарли Уизли, преисполненный надеждой от увиденного мяча, что есть сил устремился вслед за ним. Хиггс тоже заметил снитч. Гонка за золотым мячом длилась минуты две. Подруги наблюдали, как Чарли с каждой секундой становится на сантиметр ближе, его пальцы почти касаются крылышка снитча... Бах! С глухим звуком бладжер сбивает Чарли. Бешеный мяч как-то сумел пробиться сквозь оборону загонщиков и был послан точно в локоть капитана, когда тот тянулся к снитчу. Мария оцепенела. Трибуны затихли. Такого исхода никто не ожидал. Чарли слетел с метлы и перекувыркнулся на мокрой траве. Снитч улетел. Хиггс использовал этот момент и ушёл в ложный манёвр — он сделал вид, что атакует слева, а сам резко нырнул вправо. Чарли тем временем поднялся и неслышно выругался (спасибо взволнованным крикам с трибун). Его рука была согнута в предплечье под неестественным углом, и от увиденного Марию затрясло. В носу защипало, а к глазам подступили слёзы. Она пыталась прийти в себя, прикрыв рот руками, однако, не моргая, продолжала смотреть на капитана. — О боже... — с трудом выговорила Самира от шока, заворажённо наблюдая за игрой. К Чарли подлетела мадам Трюк, но тот лишь подозвал метлу в здоровую руку и взлетел повыше, полный решимости продолжать игру. — Вот это настоящий лев! — прокричал Ли Джордан вне себя от гордости. Слизеринцы тем временем удвоили давление. После случившегося с Чарли, Фред потерял самообладание и намеренно послал мяч в Хиггса. Тот пригнулся, и бладжер врезался в трибуны. Мария почувствовала, как дрожит деревянная конструкция и сделала шаг от ограждений. Мячу же было всё ни по чём — он вылетел из пробитой им же дыры, и снова Фред отправил его в Хиггса. В отличие от первой попытки, мяч достиг своей цели. Свисток мадам Трюк — и Фред получает штраф на 10 минут. — Гриффиндор остаётся в меньшинстве! — негодующе комментировал Джордан. В этот момент снова заметили снитч, но уже у колец Слизерина. Чарли помчался к нему, лавируя между игроками, квоффлом и бладжерами. Хиггс пошёл на перехват, словно знал, что ловец полетит именно напролом. Чарли отчаянно вытянул здоровую руку — пальцами он уже касался снитча, но кулак не сжать. Ещё пара усилий... И ещё один глухой удар. Хиггс с силой врезался в бок Чарли. — Хиггс сбросил Чарли с метлы! Капитан алым пятнышком полетел вниз. Мария забыла, как дышать. Дина и Самира, сидевшие рядом, и думать забыли о разворачивающейся выше борьбе за квоффл. Вот Чарли через несколько секунд уже шмякнется на землю... Но каким-то невероятным усилием воли он воззвал к своей метле и ухватился за древко сломанной рукой. Ли Джордан издал звук, полный сочувствия и боли от увиденного, который вскоре перерос в радостный крик. Капитан с трудом взобрался на метлу и победно вытянул вверх здоровую руку, в которой поблёскивал золотой мячик. Он поймал снитч! — Снитч у Гриффиндора! — обрадовался Ли Джордан. Гриффиндорское трибуны взорвались восторженными криками. — Нет... — печально улыбнулась Самира и мотнула головой. — Что? — Мария не поняла опасений подруги. — В чём дело? — Посмотри на счёт. — Дина кивнула на большие счёты у поля. За время отсутствия Фреда Слизерин успел забить... — Сколько?! — в недоумении воскликнула Мария. — 230:220! — безрадостно провозгласил итоги Ли Джордан. — Победа за Слизерином! По трибунам прокатывается зелёная волна криков. Гриффиндорская часть трибун вмиг затихает.