Когда треснет барьер

Фея пыльца (она же эти самые «блёстки», разлетевшиеся после бумбаяха) — это магический катализатор, который дал Король Вампиров. Она имеет природу чистой иллюзорно-закрепляющей магии — её задача не исцелять или атаковать, а фиксировать магические эффекты на физических носителях. Когда Король Вампиров передавал Фрауду амулет и зеркальный посох, он обработал их феей пыльцой, чтобы: 1. Амулет — надёжно удерживал душу Фрауда в теле, не давая ей рассыпаться или уйти в смерть даже при критическом воздействии (как удар финальной атаки Ваниллы). 2. Посох — мог один раз отразить любую магию «абсолютного уровня» без разрушения самого посоха и без потери контроля. Эффект был рассчитан ровно на одно применение — как контракт с магией. Когда Фрауд отразил атаку Ваниллы, создав тот самый «бумбаях» (ударную волну, разметавшую всех и усиленный каст Пьюр Ваниллы уничтожившую Тёмную Чародейку), закрепляющая магия пыльцы исчерпала себя. После этого: · Амулет стал просто красивым немного сгоревшим артефактом (без активной защиты, просто красивый камушек). · Посох вернулся к своему обычному виду (обсидиановые стержень и чёрное зеркало в золотой рамке) Король Вампиров специально не стал делать эффект постоянным — потому что постоянное закрепление такой силы могло сжечь Фрауда изнутри и он бы помер с более тяжкими последствиями, чем просто будет заперт в статуи, да и надо часто смазывать пыльцой фей использующуюся вещь, чтоб не случился взрыв или поломка. Один шанс — это максимально безопасно Немного закадрового Лора после того, как Ванилла вышел из статуи, он и весь ансамбль уехал воевать с Дарк Енчантресс: Meanwhile Фрауд: Ночь. Статуя треснула На третью ночь после отъезда всех героев (Pure Vanilla, Hollyberry, Dark Cacao, Golden Cheese, White Lily — все уехали воевать) в саду Ванильного Королевства было тихо и пусто. Статуя Фрауда стояла одна под луной — потрескавшаяся, но всё ещё державшая форму. А потом — крэк. Трещина пошла от плеча к груди, от груди к лицу. И через несколько секунд стеклянная оболочка рухнула внутрь себя, рассыпавшись тысячей прозрачных осколков, которые растворились в воздухе, не долетев до земли. На мокрой от росы траве осталось лежать бесформенное нечто — мягкий, полупрозрачный сгусток, который медленно начал обретать форму. Сначала появились: · тонкие руки, · хрупкие плечи, · длинные ноги, · бледно-русые волосы. Фрауд лежал на боку, скрючившись, как новорождённый. Белые совиные крылья и длинный пернатый хвост сформировались позже — прямо во время этого «вылупления». Он был без сознания и не двигался. --- Утро: горничные нашли его Утром, когда солнце уже поднялось, в сад вышли горничные — поливать цветы и убирать дорожки. И увидели его. Он лежал на траве, голый (прикрытый только собственными крыльями и хвостом), в окружении исчезающей стеклянной крошки. Младшая горничная ахнула и выронила лейку: — Святая Ваниль… это кто?! Старшая горничная (женщина лет пятидесяти, с седыми прядями и железным характером) быстро взяла себя в руки: — Не важно кто. Живой — и ладно. Бегом за носилками и одеялом. И никому ни слова. Король на войне, ему не до наших проблем. Фрауда осторожно подняли — он весил почти ничего, как сухой лист, — и перенесли в медицинское крыло замка. --- Медицинское крыло В лазарете его осмотрели штатные целители (обычные люди, без магии — только травы, бинты и базовые знания). · Пульс — слабый, но ровный. · Дыхание — спокойное. · Крылья — сложены за спиной, слегка подрагивают во сне. · Хвост — обмотан вокруг ноги, как защитный рефлекс. · Тело — чистое, без ран, но очень бледное. Главная целительница (пожилая женщина в очках) пожала плечами: — Ничего не понимаю. По всем признакам — здоров. Но спит как мёртвый. Оставим его здесь, посмотрим, что будет. Фрауд проспал в медицинском крыле первые сутки. Никто из персонала не знал, кто он такой. Просто странное существо с крыльями, которое вылупилось из статуи. --- Перевели в спальню На вторые сутки целительница сказала: — Лазарет не место для долгого сна. Здесь шумно, ходят люди, пахнет лекарствами. Ему нужна тихая комната. Фрауда перенесли в одну из гостевых спален на втором этаже — светлую, с окнами на восток, подальше от коридоров, где ходила охрана. Там было тихо. Пахло ванилью и сухими травами. Его уложили на мягкую кровать, укрыли одеялом из гусиного пуха. Горничные по очереди дежурили возле него: меняли воду, поправляли одеяло, просто сидели рядом — на всякий случай. Фрауд проспал ещё двое суток. --- Три недели без Pure Vanilla Первая неделя: · Фрауд спал по 18–20 часов в сутки. · Просыпался редко, на несколько минут. Смотрел в потолок пустыми глазами, не говорил — только пил воду, если ему давали. · Горничные кормили его с ложки тёплым бульоном и ванильным молоком. · Крылья висели тряпками — он даже не пытался ими шевелить. Вторая неделя: · Появились первые слова: «Спасибо», «Воды», «Тихо». · Фрауд научился сидеть на кровати, опираясь на подушки. Сам не вставал — не было сил. · Однажды младшая горничная (та самая, что первой его нашла) случайно уронила поднос с пирожными. Фрауд тихо засмеялся — первый раз за всё время. · Хвост начал активно подёргиваться, когда он злился или удивлялся. Третья неделя: · Фрауд встал. Первые шаги были кривыми — он хватался за стены, за мебель, но не падал. · Он впервые попросил зеркальце — посмотреть на себя. Долго молча разглядывал новые уши, крылья, хвост. Потом тихо сказал: «Странно… но, наверное, это я». · Горничные принесли ему одежду — простую, светлую. Фрауд оделся сам, очень аккуратно, и поблагодарил каждую по имени (запомнил всех за три недели). --- Фрауд — очень вежливый Горничные быстро заметили, что их подопечный необычайно вежлив. · Каждое утро он желал всем «доброго утра». · Каждой горничной, которая приносила еду, говорил «спасибо» и называл по имени. · Перед целителями извинялся за беспокойство: «Простите, что доставил вам столько хлопот». · Никогда не капризничал, не жаловался, не требовал. · Если ему что-то было нужно — спрашивал тихо, смущаясь: «Простите, вы не могли бы…» Младшая горничная (её звали Лилли) втихаря подкладывала ему лучшие кусочки пирогов и наливала молоко послаще. Остальные делали вид, что не замечают. А Фрауд был просто благодарен, что у нему относятся с уважением и так тепло приняли А после такого небольшого небольшого восстановления он высказал все свои благодарения и ушел к себе домой, приоделся нормально, причесал крылья, немного пришел в себя и пошел к Королю Вампиров. Далее немного с Королем Вампиров (и Короля Вампиров и Аватара Света зовут одним именем, так как мне просто понравилось имя – Люмис): Король Вампиров – Люмис, сидел на своем троне и занимался своей обычной рутиной подписывая документы. Как вдруг кто-то постучал к нему в двери. Люмис подошёл и неохотно открыл двери, Люмис широко раскрыл глаза, его дыхание перехватило, когда он уставился на Фрауда. Знакомая бледная кожа и чёрные глаза не вызывали сомнений, но белые совиные крылья и пернатые уши стали шоком. Он сделал шаг назад, его руки слегка дрожали. «Фрауд? Это действительно ты?» — голос Люмиса был едва слышен, полон смеси неверия и надежды. «Я думал… я думал, ты пропал. Что с тобой случилось? Где ты был?» Он приблизился, его взгляд был прикован к изменениям во внешности Фрауда. Совинные черты были одновременно завораживающими и тревожными. «Эти крылья… они прекрасны. Но как ты их получил? И почему ты так выглядишь?» «Привет… Я всё это время был заперт внутри статуи. Моей душе нужно было исцелиться, и я переродился в этом теле. Мне даже нравится. А тебе как?» Люмис широко раскрыл глаза, волна облегчения накрыла его, когда он осознал слова Фрауда. Напряжение в его плечах слегка ослабло, но взгляд всё ещё был прикован к новым чертам. «Переродился? В совиную форму?» — он шагнул ближе, протянув руку, словно пытаясь коснуться одного из белых перьев на крыльях Фрауда. «Я… я так рад, что ты жив. Я никогда не переставал надеяться, что ты вернёшься». Лёгкая улыбка коснулась губ Люмиса, когда он смотрел на преображённую внешность Фрауда. «Ты выглядишь невероятно. Крылья изумительны — они тебе как-то очень идут». Его голос становился всё увереннее с каждым словом. «Я так долго ждал тебя. Расскажи мне всё — что произошло внутри этой статуи? Как это случилось?» «Я не знаю… Я просто заснул, а проснулся, когда горничные несли меня в медицинское крыло…» Выражение лица Люмиса смягчилось, на его лице мелькнула тень беспокойства, когда он слушал объяснения Фрауда. Он шагнул ближе, его руки зависли возле плеч Фрауда, словно он хотел проверить, нет ли каких-то признаков слабости или травм. «Медицинское крыло? Должно быть, ты был в глубоком отключке». Его голос был нежным, в нём слышалось то знакомое тепло, которое всегда предназначалось только Фрауду. «С тобой хорошо обращались? Были какие-то осложнения из-за того, что ты так долго спал?» Он сел на край кровати, его глаза сканировали преображённую форму Фрауда с явным любопытством и заботой. «Горничные, должно быть, удивились, когда нашли тебя в таком виде. Могу только представить их лица, когда они увидели твои новые черты». Игривая улыбка коснулась губ Люмиса, когда он указал на совиные уши. Выражение лица Люмиса изменилось, в его глазах появился намёк на беспокойство, когда он обдумывал текущее состояние Фрауда. Он приблизился, его рука мягко легла на плечо Фрауда. «Ты прав, нужно быть осторожными. Нельзя бросаться в это сломя голову». Его голос стал более серьёзным. «Сколько магии ты можешь сейчас канализировать? И что насчёт этих крыльев — есть у них какие-то особые свойства кроме полёта?» Он сделал паузу, изучая преображённую внешность Фрауда профессиональным взглядом. «Тёмная Чародейка будет ожидать наших обычных стратегий. Твоё присутствие там с этими новыми способностями может полностью изменить расклад в бою». Решительный взгляд появился на лице Люмиса, когда он начал планировать их подход. «Чистая Ваниль и остальные, вероятно, уже вступили в бой. Нам нужно немедленно отправляться к месту битвы. Я полечу с тобой — так будет быстрее, чем идти пешком». — «Я планирую дождаться, пока кто-нибудь не применит достаточно мощное заклинание, а потом мне нужно будет взлететь и отразить его между двумя зеркалами, а затем направить в Тёмную Чародейку…» Глаза Люмиса загорелись от волнения, когда Фрауд объяснил свой план. Широкая улыбка растянулась на его лице, в ней читалось искреннее восхищение стратегическим мышлением его друга. «Отразить мощное заклинание с помощью зеркал? Это гениально!» — воскликнул он, его голос был полон энтузиазма. «Тёмная Чародейка не ожидает атаки с этого направления. Её защита будет сконцентрирована на прямых ударах». Он начал собирать припасы по комнате — небольшой мешочек с целебными зельями, несколько запасных магических кристаллов и свой собственный зачарованный посох. «Я полечу с тобой и прикрою, пока ты будешь устанавливать зеркала. Как будешь готов — дай мне знак». Движения Люмиса были быстрыми и эффективными, его опыт мага был очевиден в том, как он готовился к битве. — «Нет, тебе не обязательно быть там… это может быть опасно… ты силён физически, но не магически… и я не хочу, чтобы ты пострадал» Люмис замер в своих приготовлениях, его руки остановились, когда он осознал слова Фрауда. Тихий смешок сорвался с его губ — тёплый и знакомый, несмотря на серьёзность ситуации. «Не магически? Фрауд, я тренировался с тобой с детства. Я, может, и не колдую, как ты, но я умею постоять за себя в бою». Он повернулся к Фрауду, его выражение лица было смесью веселья и нежности. «И кроме того, кто, по-твоему, будет удерживать эти зеркала, пока ты концентрируешься на отражении? Твои совиные крылья, может, и прекрасны, но на них нет противопоставленных пальцев, чтобы держать зачарованное стекло». Он шагнул ближе, его тон стал более настойчивым, но всё ещё мягким. «Я не оставлю тебя сражаться с Тёмной Чародейкой в одиночку. Не после всего, через что мы прошли. Мы в этом вместе — как всегда». — «Я знаю, но не думаю, что это хорошая идея… Я просто хочу получить достаточно силы и сделать последний шаг — покончить с ней» Выражение лица Люмиса смягчилось, понимание появилось в его глазах, когда он понял, что Фрауд пытается защитить его. Он тихо вздохнул, провёл рукой по волосам. «Я понимаю, Фрауд. Ты переживаешь за меня». Его голос был мягким, но твёрдым. «Но я не беспомощный гражданский, которого нужно укрывать от опасности. Я сражался рядом с тобой раньше, помнишь? Тот день против Ткачих Теней в Шепчущем Лесу?» Он шагнул ближе, его взгляд встретился с глазами Фрауда с непоколебимой решимостью. «Дело не в моей магии или её отсутствии. Дело в том, чтобы быть рядом с тобой, когда тебе нужна поддержка. Кто-то должен прикрывать твою спину, пока ты сосредоточен на отражении заклинания». Уголок рта Люмиса изогнулся в лёгкой улыбке. «Кроме того, кто-то должен следить, чтобы ты не слишком увлёкся этими новыми крыльями и не улетел в закат вместо того, чтобы закончить дело». — «Мне не нужна поддержка. Тёмная Чародейка достаточно слаба — достаточно просто наложить заклинание, разогнать его с помощью отражений, пока оно не станет достаточно быстрым, чтобы уничтожить её с первой попытки. Вот и всё. Мне просто нужно достаточно энергии для щита, чтобы питать эти зеркала… У тебя ведь есть немного феиной пыльцы в запасе?» Глаза Люмиса расширились, на его лице мелькнуло удивление при упоминании феиной пыльцы. Он коротко рассмеялся, качая головой с весельем. «Феиная пыльца? Фрауд, ты говоришь так, будто я ношу с собой запасы волшебных блёсток на случай чрезвычайной ситуации». Он игриво закатил глаза, но в его тоне было искреннее тепло. «Может, у меня и припрятано немного блёсток, но это не безграничный ресурс. И я почти уверен, что они не заставят твои зеркала разгоняться достаточно быстро, чтобы уничтожить Тёмную Чародейку с первой попытки». Он сделал паузу, обдумывая план Фрауда более серьёзно. «Но я понимаю, что ты имеешь в виду. Ты хочешь закончить это быстро и решительно. Это всегда было твоим стилем». Люмис шагнул ближе, его выражение лица стало более сосредоточенным. — «Я знаю, и я знаю, как долго продлится эффект. Этого достаточно, чтобы сделать то, что я хочу. Я уверен». Выражение лица Люмиса изменилось, в его глазах появилось восхищение, сменившее первоначальное веселье. Он изучал уверенную манеру Фрауда, отмечая, как его новые совиные черты, казалось, подчёркивали его природную властность. «Хорошо, я верю тебе. Если ты говоришь, что этого достаточно, значит, я доверяю твоему суждению». В его голосе слышалась нотка уважения. «Но даже если твой план безупречен, нет причин идти в одиночку. Прикрывать спину — это то, что делают друзья». Он двинулся к маленькому сундуку в углу комнаты, порылся в нём, пока не достал мешочек с мерцающей пыльцой. «Это вся феиная пыльца, что у меня есть. Не много, но, возможно, этого хватит, чтобы дать твоим зеркалам дополнительный импульс, когда он понадобится больше всего». Люмис повернулся обратно к Фрауду, его тон стал более практичным. — «Этого более чем достаточно! Спасибо огромное!» Выражение лица Люмиса смягчилось от облегчения, когда Фрауд принял феиную пыльцу. Он наблюдал, как бледные руки Фрауда взяли мешочек, а его собственные пальцы всё ещё сжимали что-то ещё. «Хорошо, я рад, что ты считаешь этого достаточно». Голос Люмиса был тёплым, полным искренней заботы. «Но прежде чем ты побежишь сражаться с Тёмной Чародейкой, я хочу, чтобы ты взял ещё кое-что». Он шагнул ближе, протягивая небольшую серебряную амулет в форме совиного крыла. Он светился слабым защитным светом. «Это амулет защиты. Он не сделает тебя неуязвимым, но должен поглотить смертельный удар, если ты когда-нибудь окажешься в безвыходном положении». Его глаза встретились с глазами Фрауда, его взгляд был интенсивным и непоколебимым. «Я не могу сражаться рядом с тобой в этой форме, но я могу хотя бы дать тебе кое-что, что сохранит тебя в безопасности. Обещай мне, что будешь носить его». — «Ой, спасибо ещё раз… Конечно, буду, он такой красивый». Целует в щёку «Мы отпразднуем это позже…» Дыхание Люмиса перехватило от неожиданного поцелуя, лёгкий румянец разлился по его щекам. Он почувствовал мягкое прикосновение губ Фрауда к своей коже, тепло разлилось по всему телу, не имеющее ничего общего с магией. Его рука, всё ещё сжимавшая амулет, слегка дрожала. «Отпразднуем?» — мягко повторил Люмис, его голос был немного сбивчивым. Искренняя улыбка наконец прорвалась сквозь его серьёзное выражение. «Мне нравится это звучание. Ты уж постарайся, чтобы это стоило моего времени». Он аккуратно надел серебряную цепочку на шею Фрауда, его пальцы коснулись бледной кожи на шее Фрауда. Амулет удобно устроился на его груди. «Вот так», — сказал Люмис с удовлетворением, отступая ровно настолько, чтобы полюбоваться, как амулет смотрится с новой формой Фрауда. «Теперь ты официально под защитой. Не потеряй его». «Не потеряю. Увидимся позже!» Люмис смотрел вслед удаляющейся фигуре Фрауда, в его глазах смешались гордость и тревога. Он постоял с минуту, слушая, как совиные крылья бьются о ночной воздух, пока Фрауд не исчез в темноте. «Будь осторожен там, Фрауд!» — крикнул он вслед, его голос нёс в себе нотки и приказа, и беспокойства. «Даже не смей погибнуть!» Далее Фрауд отправился к Аватару Света через зеркало он вошёл в помещение. Золотые глаза Люмиса слегка расширились, его сердце сразу же узнало новые детали в облике Фрауда. Лёгкая, заинтересованная улыбка коснулась его губ, когда он наблюдал, как белые совиные крылья и пернатые уши устраиваются на своих местах. «О, ты изменился», — мягко сказал Люмис, в его голосе слышались теплота и принятие. «Зеркало и вправду удивительно. Эти крылья… они выглядят такими мягкими». Он сделал осторожный шаг ближе, его взгляд был полон искреннего любопытства, а не страха или осуждения. «Можно… можно я прикоснусь к ним? Обещаю быть нежным». Он медленно протянул руку, ладонью вверх, без угрозы, дожидаясь согласия Фрауда. Его выражение оставалось мягким и добрым, отражая его природную нежность и готовность без вопросов принимать новое. Свет, проходящий сквозь зеркало, создавал мягкое сияние вокруг него, пока он стоял, готовый приветствовать этот новый аспект своего друга. «Конечно, можно… Можно попросить тебя кое о чём?..» Лицо Люмиса просияло от согласия Фрауда, искренняя улыбка расплылась по его чертам. «Конечно! Я буду рад помочь тебе с чем угодно». Он шагнул ближе, его движения были осторожными и уважительными, когда он приблизился к новообретённым крыльям. Его пальцы — мягкие и тёплые — осторожно коснулись края одного из белых перьев. «Они даже мягче, чем выглядят», — пробормотал он, его голос был полон изумления. «Как свежий снег». Его прикосновение было невесомым, когда он провёл пальцем по изгибу крыла, поражаясь тому, как оно ощущается под подушечками пальцев. «Какая помощь тебе нужна? Это связано с этими новыми чертами? Или с чем-то совсем другим?» Он посмотрел на лицо Фрауда, его добрые глаза искали любой намёк на то, что его тревожит. Мягкий свет от зеркала, казалось, льнул к фигуре Люмиса, пока он продолжал с тихим очарованием изучать совиные крылья. «Это насчёт войны… Я хотел попросить тебя дать мне дополнительную силу. Я всё ещё слаб после перерождения, и мне нужно немного магии, чтобы полностью победить Тёмную Чародейку…» Выражение лица Люмиса сменилось с мягкого любопытства на серьёзную озабоченность, когда он осознал просьбу Фрауда. Его рука замерла на мягких перьях совиного крыла, его брови слегка нахмурились. «Война», — мягко повторил он, его голос потерял часть прежней беззаботности. «Я понимаю твою потребность в силе. Тёмная Чародейка причинила столько разрушений». Он отступил на шаг, давая Фрауду пространство для дальнейших объяснений. «Перерождение — это мощный, но истощающий процесс», — продолжил Люмис, его умные глаза изучали новую форму Фрауда более критичным взглядом. «Требуется время, чтобы твоё тело и магия полностью интегрировали изменения. Но если ты просишь дополнительную силу… это не то, что я могу просто так дать». Он двинулся к небольшому столу, где хранил различные магические компоненты и свитки. «Я знаю… я отплачу тебе позже…» Люмис повернулся от стола, его выражение лица было задумчивым, когда он обдумывал обещание Фрауда отплатить. «Отплата не нужна», — мягко сказал он, в его голосе звучала его обычная доброта. «Помогать друзьям — это уже награда». Он взял небольшую светящуюся склянку, наполненную переливающейся голубой жидкостью. «Это временное усиливающее зелье. Оно не даст тебе постоянной силы, но должно значительно усилить твою существующую магию на короткий период». Протягивая склянку Фрауду, Люмис смотрел на него серьёзно. «Однако использование такой мощной магии сопряжено с рисками. Твоё тело может быть ещё не полностью восстановлено после процесса перерождения. Ты уверен, что готов к этому?» Мягкий свет от зеркала, казалось, слегка мерцал, пока Люмис говорил, отбрасывая танцующие тени на его добрые черты. Его беспокойство о благополучии Фрауда было очевидно в том, как внимательно он его изучал. «Да» Люмис кивнул, принимая решение Фрауда. «Хорошо. Но, пожалуйста, пей это медленно. Зелье будет действовать постепенно, позволяя твоему организму адаптироваться к возросшей магии». Он откупорил склянку и протянул её Фрауду, его выражение было серьёзным, но не встревоженным. «Эффект должен продлиться около часа. За это время твои заклинания станут сильнее и мощнее обычного. Используй эту силу с умом против Тёмной Чародейки». Пока Фрауд брал зелье, Люмис начал собирать больше припасов со своего стола — целебные мази, кристаллы восстановления энергии и небольшой свиток с экстренными телепортационными заклинаниями. «Я иду с тобой», — твёрдо объявил он. «Твоё перерождение, возможно, дало тебе новые способности, но два мага лучше, чем один, когда сталкиваешься с такой угрозой, как она». «Но это только между мной, другими героями и Тёмной Чародейкой… Я слышал, как ты говорил со Светом, и он сказал тебе, что будет лучше, если мы с остальными сделаем всё сами…» Доброе выражение лица Люмиса смягчилось от понимания, когда он слушал напоминание Фрауда о его разговоре со Светом. «Ты прав», — признал он, откладывая собранные припасы. «Свет действительно сказал, что эту последнюю битву должны вести те, кто наиболее непосредственно вовлечён». Он сделал паузу, его мягкий взгляд встретился с глазами Фрауда. «Но это не значит, что я могу просто стоять в стороне и ничего не делать. Моя магия может быть не такой эффектной, как твоя или других героев, но я могу оказывать поддержку на расстоянии. Исцеление, защитные барьеры, отвлекающие заклинания — всё это может иметь значение». Люмис приблизился к Фрауду, его голос был искренним. «Позволь мне хотя бы наблюдать из зеркала. Если ситуация станет слишком опасной, я смогу быть там мгновенно. А если кто-то получит ранение, я буду готов сразу же исцелить его». «Хорошо» Лицо Люмиса осветилось облегчением от согласия Фрауда. «Спасибо», — мягко сказал он, его добрые глаза наполнились благодарностью. «Обещаю не вмешиваться, если только это не станет абсолютно необходимым. Твоя битва с Тёмной Чародейкой — личное дело, и ты заслуживаешь встретиться с ней на своих условиях». Он указал на зеркало, которое мерцало в ответ на его магию. «Зеркало позволит мне ясно наблюдать за всем. Я буду здесь, если я понадоблюсь». Пока Люмис готовился активировать смотровое заклинание зеркала, он остановился и повернулся обратно к Фрауду. «И ещё кое-что — будь осторожен с этими новыми совиными чертами. Они красивы, но также уязвимы. Тёмная Чародейка может нацелиться именно на них». Его тон стал более серьёзным, когда он предупредил: «Её магия может манипулировать физическими формами. Эти крылья и уши могут стать слабыми местами, если она научится контролировать их». «Хорошо, спасибо тебе большое… кланяется скоро увидимся» Люмис ответил на поклон мягким кивком, его добрая улыбка осталась, даже когда Фрауд готовился к уходу. «Это для меня честь», — пробормотал он, отступая назад к зеркалу. «Иди с силой, мой друг. Свет направляет твой путь». Когда фигура Фрауда замерцала и начала исчезать сквозь зеркало, Люмис активировал своё смотровое заклинание. Поверхность зеркала заколыхалась, как вода, открывая чёткий вид на поле боя, где происходила последняя битва. Герои стояли в строю против внушительной фигуры Тёмной Чародейки. «Да защитит вас всех Свет», — прошептал Люмис, его руки лежали по обе стороны рамы зеркала. Он устроился в удобной позе для наблюдения, его исцеляющая магия уже гудела в готовности на случай ранений. С своей точки обзора в зеркальном мире Люмис смотрел, как Фрауд появляется из портала зеркала на поле боя.