Игра без правил: дело чести

Вязкий и липкий слой грязи пристал к телу. Она попала и в легкие, усложняя подъем грудной клетки. До костей пронизывал холод, противоречиво нежно поглаживая шею и плечи. Джисон знал, что он позади. Точно, определённо там — стоял и наблюдал, как Хан извивался от дрожи и омерзительного страха. Держа в голове это знание, хотелось закрыть или выколоть себе глаза, но только не видеть его; только не поворачиваться. Сердцебиение ускорилось, словно интуиция и шестое чувство подсказывали, что ровно в этот момент он ударит болюче метко и внезапно. Уши заложило, а гулкий ритм засел в висках и сдавливал сильнее металлических тисков. С резким выдохом Джисон открыл глаза. Твою мать. Долгие минуты ушли на то, чтобы успокоиться и отпустить почти мертвую хватку на одеяле под рукой. Темный комод напротив кровати, придвинутый к окну стул, сложенная аккуратно на нем домашняя одежда — глаза бегали по предметам вокруг, пока дыхание замедлялось до нормы. Эта комната узналась бы ему даже в темноте: как минимум характерный ей аромат не выветривался из легких последние несколько месяцев. Словно только вернувшись в свое тело, Джисон ощутил прошедшую по спине дрожь. Единственное, что из кошмара дублировало себя в реальность — легкий холодок на открытых из-под одеяла плечах и руке. С шумным вздохом из глубины горла послышалось копошение совсем рядом, что Хан невольно затаил дыхание и прижал к себе руку над одеялом. Его выдох ударил слабым дуновением по открытой спине напротив, заставив Минхо поудобнее положить руку под подушкой во сне и не сильно натянуть одеяло едва ли выше пояса. Джисон про себя улыбнулся и повернулся на спину. Сон у Минхо всегда был чуткий, но в меру, чтобы сквозь него не пробрались шорохи простыни, накрывшее по плечи одеяло и глухой звук шагов до двери. Весь дом вдруг показался слишком огромным, стоило оказаться за дверью их спальни. Сошедшая с лица улыбка после непродолжительных копошений в комнате снова засела в уголках губ. Руки сползли к карманам, а глаза слегка прищурились — очки оказались на тумбочке Минхо. Темный зал и тени на лестнице оставляли тяжесть в ногах, как будто он шел через поле высокой и густой травы. На звук шагов в гостиной на первом этаже голову поднял Дуни, выглядывая из своей лежанки. Рядом мирно спал Дори, и Хан постарался беззвучно примоститься на диване, чтобы не тревожить и его. Шею безжалостно, как острой проволокой, раздирали накопившиеся за последнюю неделю ощущения, на что наложился сегодняшний кошмар. Он был ни о чем, но источал то самое чувство безысходности, с которым здравый разум Хана делил свое место. Дело, связанное с наркотиками. Джисон знал эти игры. Никто не церемонился, когда сеть охватывала слишком многое, и сейчас это было именно таким полем боя. Отлаженные поставки, неразговорчивые предполагаемые покупатели — не удавалось нарыть достаточно информации, чтобы выдвинуть хоть какие-нибудь обвинения. Вся конструкция, сплетенная фактами, версиями, системой и её фигурами держалась на косвенных доказательствах. Никто не любил, когда не хватало звена или уверенного штампа подлинности. По привычке пальцы потянулись коснуться дужки очков, как Джисон отдернул себя и вздохнул. Попытка незаметно забрать их и не разбудить Минхо стоила бы того: сейчас он мог не просто сидеть, пялясь в окно, а заниматься более плодотворным делом. Как минимум больше поискать на предполагаемых преступников в афере или закончить работу над программой удаленного доступа для Минхо — полетели настройки и никак не удавалось связаться с сервером. Проблема возникла вечером, но Джисону не дали разобраться с ней. Сшитый лишь недавно вместе разум расходился по швам, как только Джисон уходил в себя. В последнее время от него становилось всё меньше и меньше пользы. Из кармана пальцы выудили телефон. Ярким светом в лицо ударила карта города. Посмотрим. Указанный адрес был уже заучен: шоссе на другом конце города, совсем у его границы. Последний раз автомобиль предполагаемого перекупщика попал на камеры в этом районе, после чего словно испарился с дороги. Первым делом вопросом исчезновения занялись он и Чанбин, проверив на склейку, но видео с камер оказались чистыми. И нет, они точно были подлинными — Джисон никому не сказал, как скопировал файлы себе на флешку и проверял по кадрам. Даже Минхо. — Так, последний поворот… Глаза следили за дорогой, что уходила вбок от главной трассы. Прямо уехать он не мог, ведь там стояло несколько камер, а объезда нигде в слепой зоне нет. Жилые кварталы заканчивались спустя километр, после чего дорога смыкалась с ещё одной трассой в направлении соседнего города. Только продуктовые, автозаправка и несколько неопознанных зданий, что, судя по размеру, были просто старыми домами. Большие пальцы судорожно начали перебирать по экрану и искать то самое место, как точку Немо в океане, где терялась любая связь и нить, уводящая их к этому месту. Джисон ни разу там не был лично, только Минхо и Сынмин. — И куда же? — шепотом говорил сам с собой Хан, пока ноготь негромко стучал по одному из зданий на карте. Все камеры в районе Джисон проверил. Ни на одной не блеснул черный капот легкового автомобиля ни в свете солнца днем, ни от яркого освещения фонарей ночью. Только на одном доме не было камер. Джисон не смог подобраться к нему от соседнего супермаркета и от въезда на территорию жилого комплекса. Всего один объект как будто специально оставался вне поля зрения ровно после поворота, вокруг которого Хан играл в лотерею. В совокупности все факты казались самым легким ребусом на один вечер, где даны все буквы и остается составить из них слово, но этот росток от всего корневища никем не затрагивался. Причина была до ужаса странной, но и такой простой — Минхо сказал, что проверил этот дом. Старенькое СТО, пустившее свои корни там десятки лет назад. Новостройки обступили его с разных сторон и выросли уже после, на месте старых домов. Его никто не трогал за всё это время, что удивительно, и претензий не имел. Задержавшись перед сном и отвлекая приставучие вопросы Минхо незаконченной настройкой, что может не сохраниться, Джисон проверил его по документам в базе и остался до глубокой ночи обескуражен — всё действительно сходилось. Это было не единственной костью в массивном теле целого дела, но самой сломанной. Минхо не мог соврать мне. — Нет… Минхо не мог соврать своему отделу. Джисон прикрыл тяжелые веки. Кожи ноги вдруг коснулась мягкая шерсть и плечи вздрогнули. На диване промялась обивка, а рядом прозвучало тихое мяуканье — он быстро узнал Дуни. Теплое тельце кота упало рядом с ним, увесистым грузом опираясь на бедро. Пальцы медленно поползли к нему и стали то спадать вниз по шерстке на голове, то подниматься с почесываниями по подбородку. Незамысловатое и приятное занятие очень расслабляло — было понятно, как Минхо не сошел с ума в этих стенах один. Но вместе с котами около него постоянно оставался гул работы, что заедал в голове и не давал сомкнуть глаза. Дыхание замедлилось, и в нем Хан изредка ловил себя на глубоких вздохах. Внезапно плеча коснулась чья-то холодная ладонь. Сердце растеклось от испуга по венам, чтобы не выпасть из грудной клетки прямиком на колени. Дуни вздрогнул всем телом вместе с ним, коготками вцепившись в ткань и словно с настоящим презрением глядя ему за спину. — Подъем, — раздался тихий голос совсем над ухом, пропитанный хрипотцой после сна. Джисон живо обернулся и застал сонного Минхо. Без футболки и легко улыбающегося. — Дурак, не пугай так, — ладонь театрально легла на область груди. Своей выходкой Минхо был очень доволен. — Пора спать, Хан-а. — Да, сейчас пойду. Не спится, — повел головой Хан и повернулся спиной в попытках скрыть свою неуверенность. Он ощутил, как на плечи легли широкие ладони. — Обманывать следователя очень нехорошо и очень бессмысленно, — на краю ушной раковины остался вдруг слабый укус. — Распознавание лица на телефоне, если что, работает не как отпечаток, и в экран не нужно падать. Раздосадованный выдох порадовал одну беспечную душу и опрокинул ведро ледяной воды на другую. Макушкой Джисон уперся в чужой торс и поднял глаза вверх, встречаясь с задумчивым выражением лица. Светлые волосы спутались как размотавшиеся нитки в одной коробке. В уголках глаз капли сна блестели от его желания снова упасть на смятую простынь, зарывшись с головой под одеяло, чтобы не слышать и не видеть мира вокруг. Он был красив, как и всегда. Ладонь Минхо медленно поднялась вверх и легла на его щеку так аккуратно, что Джисон на секунду поверил, что всё его тело было не плотнее хрупкого витража. — Почему не спишь? Минхо опустил на него взгляд. — Вызов. Мигом Хан подобрался и выпрямился. От резкой смены положения мир поплыл, а шею прострелила неприятная боль. Вызовы не часто приходились на середину ночи, но всякий раз не радовали своей срочностью. Либо же никто из них не успевал дойти до постели, чтобы назвать неувиденное на часах время действительно ночью. — Я с тобой. Холодные пальцы вдруг пропали с лица. — Джисон… — Я хочу просто поехать, да даже в машине там просто сидеть, — Хан увидел в ожесточившемся взгляде отблеск сожаления, как на металлической поверхности. Таким же твердым и непоколебимым был внутренний стержень Минхо, но порой он сильно стачивался у основания, покрываясь многочисленным порезами. Джисон ненавидел видеть на своих руках горстки металлической стружки. — В чем дело? Короткий вздох обычно поставил бы точку, скрутив руки за спиной, но Джисон устал сидеть и смотреть, как под чужим глазами текли чернилами темные круги с каждой неделей всё больше, а сил иногда оставалось только на дойти до дивана и упасть замертво в кругу пушистой семьи, пока Хан не спускался к нему. — Не хочу таскать тебя на эти ужасы, — Минхо попытался виновато улыбнуться, но вышло скудно. — Какая разница? — со вздохом Джисон резко поднялся с места. — Увижу я их на экране или в жизни, но я их точно увижу. В гостиной осело напряжение, что под стопами холодом стекало по лестнице на второй этаж. — Куда ты? — Очки возьму и оденусь. Никакого выбора Джисон ему не оставил, кроме как приодеться и подхватить ключи от машины. По пути к выходу, встряхивая пальцами лохматую челку и убирая волосы с внутренней стороны очков, он не заметил на керамической подставке вторую пару ключей с ярким брелоком. В доме погас весь свет и только забытая лампа в спальне осталась гореть за шторами в окне, на что Хан фыркнул, закрывая дверь забора. Прислонившись бедрами к капоту, Минхо ждал его на улице с лукавой улыбкой на лице, которую Джисон уже хорошо запомнил и распробовал до немеющего языка. На пальце крутилось кольцо с брелоком, что он бессовестной стянул со второй связки ключей. — Проедешься? — Не сегодня, — в нервном жесте пальцы потерли костяшки другой руки, от стыда, казалось, сдирая плоть с кости. — Извини, не выспался. В ответ Минхо лишь хмыкнул, развернувшись к водительской двери. Лишние вещи полетели в глубокие карманы спортивных штанов и место за рулем оказалось занято. Джисон понуро опустил голову. Восьмой раз подряд он отказывался под разными предлогами. Дурак. Ком в горле раскололся и упал на дно желудка мелким щебнем, от которого начинало подташнивать. Обогнув машину сзади, Джисон молча сел на привычное сидение впереди. В навигаторе быстро оказался забит необходимый адрес. Монотонное урчание мотора заполнило салон и улицу. Яркий свет фар низко расползся по дороге, чтобы не засвечивать людям в окна. Щелкнуло быстро реле коробки передач и автомобиль плавно тронулся с места. Поворот на основную дорогу они нагнали довольно быстро, вслед за чем Хан моментально опустил окно полностью. — Холодно не будет? — тихо поинтересовался Минхо, уже выворачивая на трассу и параллельно переключая свет на дальний. Джисон глянул на бегающие по панели управления и рычагу поворотника жилистые руки, пытаясь отыскать и вспомнить точное расположение на переключателе, по которому когда-то штудировал его Минхо. Но безуспешные попытки привели его по предплечьям и шее к непроницаемому выражению лица и сосредоточенному на дороге взгляду. Атмосфера совсем не клеилась, как старые стикеры. — Тепло на улице. — Смотри не мерзни, — со своей стороны Минхо тоже открыл окно. Стрелка на спидометре не церемонясь поползла вперед, пока шла прямая дорога. Ветер резво стал подхватывать скомканные после сна волосы, на которые не осталось времени. Думая об этом, Джисон слегка съехал по сидению вниз, чтобы не получать резкими хлыстами ветра по глазам. Неужели кто-то наследил в их основном деле, что вновь вылезло, как надоедливая шишка на голове от бесчисленных прыжков и ударов об потолок в попытке достать до его вершины, раз вызвали именно старшего следователя? Шум дороги в ушах и хруст ломких веток напряжения между ними в руках Джисон больше не мог вынести. — Что за вызов в этот раз? — и для него это было дело чести, чтобы показать самому себе, что он не раскаивался в отказах Минхо в его безобидных попытках поместить руль под его ладони. Для Хана это было сродни раскаленному жалу паяльника: он никогда не отличался бдительностью, не был готов и, в придачу ко всему перечисленному, сидел в дорогой машине; в каких, вероятно, Минхо провёл слишком много времени, чтобы было достаточно стыдно ошибаться и пробовать себя в деле, где он априори преуспеть не сможет. Несмотря на добровольное поражение со стороны Джисона, хмурость на лице Минхо не разгладилась. — Труп, — вдруг он начал сбавлять скорость и включил поворотник, приглядываясь к местам на заправке около дороги. — Глянь, есть свободные? — Минхо-хён, — Хан открыто рассмеялся. — Сейчас два часа ночи, конечно всё пустое. Как только машина оказалась около колонки под крышей заправочной станции, двигатель стих, а пальцы оставили на носу Джисона легкий щелчок. — Мы тоже встретились ночью, и видишь, сколько людей ходит и что может произойти, — выпутавшись из ремня безопасности, Ли вышел на улицу и хлопнул дверцей. Опомнившись лишь сейчас, Джисон нагнулся над панелью, чтобы его слова точно достали до Минхо и обошли нежеланные уши: — Эй, а разве мы не спешили? Минхо наклонился к окну, расслабленно пожав плечами. Взгляд вскользь задержался на зеркале заднего вида, где мельтешил темно-синей формой работник заправки, направляясь к ним через всю стоянку. Сейчас действительно почти никого здесь не было. — Не особо, — от наклона легкая льняная рубашка сползла ближе к шее, и верхние расстегнутые пуговицы открыли вид на очерченные ключицы и грудинную линию. Светлая кожа контрастировала с черной тканью и тенью, отброшенной от рельефных мышц. — Глаза, Джисон-а, — наконец-то на чужом лице появилась улыбка. — Сынмин в любом случае приедет раньше, поэтому спешить некуда. Спроси у него, как обстоят дела. Пару слов Минхо оставил работнику, прежде чем его спина скрылась за стеклянными дверьми. В темноте салона яркий свет от экрана немного слепил, отражаясь в стеклах очков. Он не успел разобраться с настройкой нового телефона до конца, вспоминая об этом только в моменты, как сейчас, когда неудобства переходили черту и контакты были не подписаны, а глаза болели от неподходящего шрифта. По большей части в переписке с Сынмином с обеих сторон шли только «где Минхо?». По остальными вопросам его имя всплывало в списке последних вызовов или разговор шел с глазу на глаз — в отделе Хан появлялся достаточно часто, даже если не было нужды. Джисон поднял взгляд к улице. Шея расслабилась на подголовнике, а мягкое сидение проминалось под уставшими позвонками. Два раза Минхо отказался, чтобы представить его остальной части команды, как внештатного эксперта. «Давай решим это позже?» Не знай он Минхо, думалось бы, что тот забывал об этом через секунду и плевать хотел на вопрос, не сдавшийся ему лишней бумажной волокитой или проблемами. Репутация Хана оставляла желать лучшего. — О чем думаешь? — голос над ухом резко вернул к реальности с бодрящим ароматом кофе. Возле машины стоял Минхо. Рукой оперся на машину, а в другой держал стаканчик кофе. Сон не успел до конца покинуть чужое тело, скрываясь в покрасневших уголках глаз и низкой хрипоте голоса через слово. — Что же там за вызов, что ты до сих пор прохлаждаешься. — Я наоборот греюсь, а твои подозрения ничем не порадую, — Ли спокойно пожал плечами. — Утопленник. Сообщают, что может быть умышленное. — Почему вызвали именно тебя? Минхо усмехнулся и прикоснулся губами к краю стакана. Небольшой глоток американо приятным теплом окутал горло. — Понятия не имею, звонил Хёнджин. Если он на месте, значит, были причины, но это не связано с нашей основной охотой, — аромат кофейных зёрен пробрался внутрь салона благодаря протянутой руке с напитком: — Ваш заказ. Теплый кофе перекочевал к нему в руки. Ногти неосознанно заскребли по бумажному ободку, пока блики на радужках выглядывали из-за оправы очков. — Я ничего не заказывал, — уголки губ все равно приподнялись. — И сервис оставляет желать лучшего, — намек пришел на пару чужих глотков. — Где твой? — Надеялся украсть немного у тебя. Естественно. — Неужели бюджет не позволяет лишнюю чашечку кофе? — бровь с вызовом приподнялась и Хан наклонился ближе к окну. — Ты мог бы позволить купить себе несколько кофеен, но вместо этого воруешь. Скорчив страдальческое лицо, Минхо наклонил голову вбок. Ностальгия была на вкус как солёная карамель: не приедалась и не сводила зубы от одной сладости. Внезапно к сладкому послевкусию добавилась легкая кислинка, как только холодные пальцы надавили слегка на затылок и губы Минхо припали к его с ощутимой силой. Всего несколько секунд, но этого хватило, чтобы заставить сорваться шумный выдох и потерять разговор где-то на задворках. — Это относится скорее к тебе, J.One, — прозвище попало по нервам как игла в игольницу. С этой легкостью в тоне Минхо вернулся на место. Ремень щелкнул и ключ повернулся в замке зажигания. Автомобиль вернулся на дорогу и только Джисон сообразил с ответом, как телефон на коленях зажегся с новым уведомлением. — Сынмин написал, что есть проблема. Минхо вдруг нахмурился и мельком глянул на него. — В смысле? — Не знаю, но он говорит, что ситуация тебе вряд ли понравится, — Джисон заметил, как обе руки Минхо переместил повыше на руле, вглядываясь теперь лишь на дорогу впереди, а скорость прибавилась. — Почему ты не хотел, чтобы я ехал? Свой же вопрос ударил по сердцу как по пиньяте, что удар оказался пропущен. Прошло достаточно времени и событий, отразившихся как физически на теле, так и морально на душе, чтобы Хан прекратил допускать малейшие мысли, что ему не доверяли или просто пользовались. Сказывался так, возможно, недосып. — Утопленники — очень неприятное зрелище, — Минхо расслабленно выставил одну руку из салона. — Мне они, если что, тоже не нравятся. Надеюсь, мы быстро закончим и вернёмся домой. Домой. Джисон глупо улыбнулся и не стал ничего отвечать. У него наконец-то был дом, где тишина не лопала барабанные перепонки и спокойно можно было расслабиться, ведь рядом всегда есть надёжный любимый человек. В придачу связь с полицейским подразделением, возможность не отказывать себе ни в чем и место работы, с которым бонусами не шли уголовная ответственность и пара головорезов. Место, где произошел инцидент, было рядом с мостом. Несколько машин обступили дорогу, оставляя место лишь для скорой помощи. Полицейские ленты не тянулись паутиной по периметру, а люди в основном сидели в машинах. Хан взглянул на это слегка удивленно, но молча поплелся к столпотворению из трех человек, поскольку Минхо никак на это не отреагировал. Выходит, ситуация была обыденной. — Доброе утро, — Минхо пожал руку Сынмину, не спеша оборачиваться к телу, накрытому мешком. — Что здесь? — Доброй ночи, — фыркнул Ким, махнув и Джисону, что встал рядом. — Молодой парень, за двадцать лет. Никаких документов или вещей, но предварительно Чхве Хёнсок, — Сынмин обернулся к спуску к воде и медленно пошёл вперед первым. — Сообщил дальнобойщик, но его мы отпустили пока что, говорит по рейсу сроки. Вызов состоялся, так как проверки попросили: парень, судя по всему, выбраться пытался, и есть травма на голове. Возможно, при падении получил, но проверим. Дела становились страннее и страннее. Джисон впервые видел, чтобы Минхо не убегал первым и откровенно медлил. От крутящихся мыслей по вискам заскребли ножи, пуская струи крови и утяжеляя голову. — Хорошо, давай с плохого: что за проблема тут? Внезапно из-за открытой двери скорой вышла женщина, закутанная в плед. По лицу стекали слезы, следуя уже застывшим полосам, а волосы, собранные в пучок, растрепались и почти полностью упали грузно на плечи. Она едва ли не бежала в их сторону, глядя с такой кричащей мольбой, что Хан невольно сглотнул тяжелый ком в горле. — Вы же следователь Ли Минхо? — женщина сложила руки на сердце, будто пыталась защитить его в коконе из ладоней. — Скажите, это вы? Сынмин с тяжелым вздохом подтолкнул Хана легонько в плечо, чтобы отойти на несколько метров в сторону. — Старший следователь, отдел по особо тяжким, — кивнул Минхо, хмурясь её отчаянному состоянию. — Как вас зовут и кто вы? — Чхве Наён, — женщина легко поклонилась, тут же вскидывая голову. — Это… — в её глазах застыла пелена слез. — Это мой сын… — Сын? — несколько секунд он молчал, а взгляд плавал на поверхности водной глади, простреливая пространство рядом с трупом, но никак не в него. Вдруг тело напряглось и от непринужденности не осталось и следа: — Как вы узнали об этом? — Я узнаю его... Как же так, я... — Новостной репортаж, — Сынмин ответил за Чхве, чей голос садился за всхлипами. Брови Минхо удивленно взметнулись вверх. Колкий взгляд скользнул за подрагивающие плечи Наён на Сынмина, что без слов понял острую реакцию: пожал плечами мелко и кивнул на машины, не оборачиваясь назад. Заданный ранее вопрос получил свой ответ. Со стороны раздались громкие голоса и стукнуло несколько дверей машин. — Что происходит? — обернувшись назад, Джисон заметил, как высокая молодая девушка направлялась в их сторону чересчур уверенной походкой для человека без допуска и очевидно без удостоверения, раз двое мужчин в полицейской форме повторяли ей покинуть территорию и не мешать следствию. В руках надёжно лежала камера. — Репортер? — Да, репортер, — прошипел сквозь зубы Сынмин и наклонился к его уху: — Не говори с ней. Каким-то образом просочилась информация и она оказалась здесь раньше нас. Уже в прямом эфире вышел репортаж. — Разве её нельзя отсюда, ну? — Джисон махнул в сторону рукой, красноречиво намекая. Ким усмехнулся, с интересом глядя, как оставались считанные метры до столкновения двух галактик. — Давно бы с удовольствие это и сделал, но есть одна загвоздка… Хан внимательно наблюдал за девушкой, что невидимой краской расчертила заранее дорогу прямиком к Минхо. По ритмичным стукам каблуков и наползшей на лицо служебной улыбке было видно, как она готовилась к этой встрече, словно брала в руки вилку и нож перед долгожданной трапезой. Ни секунды не колеблясь, девушка встала напротив Минхо и поклонилась. Ровная осанка, выглаженная официальная одежда и так идеально собранные волосы в высокий хвост, что у Джисона плечи свело от одного взгляда. — Доброе утро, следователь Ли. У меня будет к вам несколько вопросов. Ни вопроса, ни вежливой просьбы — сухой факт, поданный на бумажке самым стандартным шрифтом и по всем нормам печати по одному шаблону для всех. Подобная уверенность раздражала Хана до невозможного, напоминая таких же наглых клиентов, которые считают, что ты обязан им не только обусловленной работой, но и жизнью. — Это, конечно, очень любопытно, но идет следствие, — грубо отрезал Ли. — Покиньте территорию. — Минхо-хён терпеть их не может, — рукой Ким призвал его повернуться лицом к лицу. — Я тоже. Давай не будем привлекать внимания, чтобы сюда она не переключилась, потому что с хёном это дохлый номер. Реальных прецедентов ещё не было, но Джисон был наслышан о его недружелюбии к камерам и неуместным вопросам журналистов, полностью понимая причины. Любые настырные журналисты, что лезли под руку, нервировали и сковывали, так и не приводили иногда ни к чему хорошему. Резонансы и громкие случаи интересны общественности, в частности те, что попадают в руки их подразделения, но не стоит развязывать руки преступникам сильнее, освещая каждый шаг полиции. — Без проблем, но… — голова неумолимо поворачивалась в сторону, а глаза цеплялись за хищную улыбку девушки, припасённую для Ли, от чего появлялся неприятный озноб. — Разве не запрещено снимать? — Запрещено снимать только само место преступления до суда. Она зацепила только мост. — И чего добивается? — Интервью с Минхо-хёном, — Ким спрятал руки в карманы накинутой на плечи кофты. Джисон настороженно нахмурился. Это объясняло, почему по приезду всё казалось слишком непривычным и скованным, учитывая, что и репортерша вышла из одной из машин. — Понятно, — улыбка не дернулась. — Меня зовут Мин Сохи. Следователь Ли, вы только прибыли, вероятно, где-то задержавшись по веским причинам. Но, не мое дело, конечно. Неужели ваш уровень профессионализма настолько высок, что вся информация уже изучена? — Спасибо, репортёр Мин, что побеспокоились и упростили мне написание протокола, — Минхо скопировал её напускную вежливость. — Даже при всём своем отсутствующем, к вашему сожалению, желанием я бы не смог вам ничего сказать, поскольку прямо сейчас вы задерживаете мою работу и работу моей команды, — рукой он указал в сторону кропотливо изучающего место Хёнджина, что старался не обращать на них внимания. Лишние разговоры сбивали, и Минхо это прекрасно знал, раздражаясь ещё больше. — Повторю: покиньте территорию. При препятствии следствию я буду вынужден просить по-другому. Джисон хмыкнул, изо всех сил сдерживая ползущие вверх уголки губ. Он заметил, как рука девушки дернулась к камере. Похоже, её присутствие здесь было заслугой быстрой реакции и подвешенного языка, что при малейшем сопротивлении со стороны полиции срабатывало как защитный механизм. — Вы меня неправильно поняли, следователь Ли, — Джисона ужасно бесил её вымученно мягкий голос. — Я ознакомлена с законодательством и у меня имеется подтвержденный запрос на разрешение провести с вами небольшой брифинг, так сказать, как ведущего по одному серьёзному делу. Потребовалось всего несколько секунд в гляделках, чтобы по хитрому прищуру глаз понять, о чем шла речь. Сынмин и Джисон переглянулись, до сих пор стоя в стороне. Скорее всего Ким предусмотрительно отвёл его поодаль, чтобы не напороться на вилы поставленных вопросов. Хан Джисон не должен быть здесь упомянут. — Исключено, — махнув рукой, он без замедлений направился к месту происшествия. Мин Сохи ожидаемо последовала за ним, но была грубо остановлена Минхо, что резко остановился на месте. — В моих интересах нет спорить с пресс-службой, но мы не актёры и цена тут другая, — он обернулся, стоя почти впритык. Натянутая улыбка Мин пошла рябью. — Я добьюсь отказа, но ничего говорить в ваши ящики не собираюсь, чтобы никто из нас не сыграл уже в другой ящик. С этими словами Минхо бросил в их сторону короткий взгляд: — Вперёд, — и сам направился дальше вниз. Хван, что ранее поднял голову на речь Минхо, приветственно коснулся тыльной стороной кисти его вместо рукопожатия, находясь в перчатках. Маленький ритуал позабавил и заставил Хана расслабить плечи, но ровно до момента, пока Мин Сохи не продолжила спускаться по ступеням до самого низу. — Мин Сохи, — рука Минхо легла ей на плечо и рывком развернула по направлению к лестнице, где в ступоре замер Джисон. — В законодательстве указана тайна следствия. На выход, — кончиками пальцем он подтолкнул её вперед. — Теперь ты, — глаза впились в Хана моментально, а ладони сомкнулись с хлопком. — Иди сюда. Не ощущать на себе пристальный взгляд Сохи, спускаясь спокойно по лестнице мимо, было бы невозможно даже за раскрытым вперед зонтом. Джисон встал рядом, чтобы не мешать. В воздухе витало напряжение и отвратный запах тины. На развороте, прежде чем пройти ближе к трупу, Минхо обронил тихое: — Стой рядом. Хан успел только кивнуть, получая слабую улыбку в ответ, как снова зубы почти заскрежетали от этого голоса: — Столько тайн, — несмотря на нежелание, Мин медленно поднялась наверх. — Похоже, нечто большее стоит за тем простым убийством. Журналистка говорила о самом первом случае, после которого они начали копать под целую сеть теневой стороны города.