Сила берсерка

Гаррет стоял на крыльце, вглядываясь в небо, затянутое тучами. Окружающий мир словно реагировал на мрачное настроение хозяина. Травы покачивались из стороны в сторону, но привычный запах не успокаивал, а наоборот раздражал. Хоук с раннего утра бесновался внутри, даже привычный полет и игры в догонялки с Джастисом не развеяли его тревоги. — Ты слишком напряжен. — Андерс встал рядом, обнимая Гаррета за талию и кладя голову ему на плечо. — Я знаю, что грядут перемены. Те, что предрекала Флемет. Те, к которым готовили нас сами боги. — Гаррет привычным жестом обвил плечи Андерса рукой, словно хотел спрятать его от всех неприятностей этого мира. — Боги сделали нам дар. Три сотни лет полного покоя. Мира, дарованного нам на двоих, — улыбнулся Андерс, — ты знал, что это не будет длиться вечно. Они никогда ничего не делают просто так. Но разве ты когда-то сомневался в их мудрости? — Сама Гилланайн привела меня к порогу твоего дома, — ответил Гаррет, — как я могу сомневаться в ее мудрости, если она подарила мне счастье? — И пока Силейз хранит наш дом, нам нечего бояться. Но ты и сам знаешь, что, когда придет время, нам придется исполнить свой долг. — Я знаю, солнце, я знаю, — Гаррет тяжело вздохнул и всмотрелся в горизонт. Одинокая фигура появилась вдали. Вестник перемен, которые могут навсегда изменить мир к лучшему, а могут спалить его в огне междоусобных войн. Гаррет тяжело вздохнул, надеясь, что боги сделали правильный выбор, возложив эту миссию на их плечи. — Максвелл, рад приветствовать тебя и Азраила в стенах нашего мира, — сказал Гаррет, когда фигура наконец-то замерла возле их крыльца. — Рад приветствовать тебя, благословленный даром прорицания, Гаррет. И дракон твой Хоук, обладающий силой берсерка. Рад приветствовать тебя, исцеляющий тела и души Андерс. И дракон твой Джастис, усмиряющий гнев берсерка. — Максвелл склонил голову. — Тело твое в исцелении не нуждается, — сказал Гаррет, — но и душевный покой вернуть мы тебе не в силах. С этим сможешь справиться только ты сам. — Я знаю, что Уорд приходил к вам. Вы помогли ему принять решение, — Максвелл посмотрел прямо в глаза Гаррета, — я тоже не хочу следовать указаниям отца. Я не хочу крови, что так жаждет Зара. Но отец и слышать ничего не хочет. Если я вступлю в брак, то, рано или поздно, он найдет повод для войны. Он бы и сейчас нашел, но все же чтит законы богов и традиции предков. — Есть вещи, которые не победить даже жажде крови. И ты хочешь найти брата, чтобы вместе бросить вызов отцу, — улыбнулся Гаррет, — ты готов пойти против собственной крови, чтобы избежать гибели других. Ты знаешь, что даже вместе вы можете не выстоять против столь мощного берсерка? — Пусть не сразу, но со временем мы будем готовы. Я верю, что Уорд поддержит меня. А ты, великий провидец, можешь сказать мне, где его искать. Я прошу указать мне путь. Ты ведь и сам берсерк, но когда-то бежал от разрушений. Гаррет посмотрел на Андерса. Тучи на небе расступились, позволяя солнечным лучам осветить мир. Хоук довольно заурчал. В их душу возвращался покой. — Это зелье. — Гаррет достал склянку и протянул ее Максвеллу. — Выпей его, а затем слушай Азраила. Он приведет тебя к Руку. А где Рук, там и Уорд. Твой брат счастлив, так что не обрушивай на него свой план так сразу. — Спасибо, Гаррет. Рад был встрече, Андерс. — Максвелл не дождался ответа, развернулся и поспешил к краю поля. Гаррет и Андерс смотрели ему вслед. Максвелл не задерживался. Шел быстро и уверенно, словно каждое мгновение было у него на счету. А за ним тенью скользили перемены. Боги сплели паутину, расставили фигуры на доске. Теперь все зависело только от того, насколько верными будут их ходы. И когда придет время, я надеюсь, что ты прыгнешь, Гаррет. Теперь это твоя судьба. — У нас осталось не так много времени наедине? — спросил Андерс. — Совсем чуть-чуть, — ответил Гаррет, — но мы всегда можем отказаться прыгать. — Ты ведь и сам знаешь, что мы должны поступить правильно? Гаррет не ответил, а лишь повернулся к Андерсу и поцеловал его. Он не собирался отказываться от роли, написанной для него богами. Но сейчас он хотел еще немного насладиться теплом любимого человека. Радостью самого важного дара богов. Тем, кто научил его оставлять цветы там, где раньше Гаррет оставлял пепел.