Противоядие

      Небесного доктора привёл в Корё Чхве Ён.       Чан Бин слышал о том, что командир У Даль Чхи смело шагнул в сияющий лазурный вихрь, чтобы отыскать спасение для раненой юаньской принцессы. Но он, придворный лекарь, был учёным и мало верил в невероятное, тем более в то, чего не видел собственными глазами.       А сейчас его главной заботой была умирающая Но Гук, и ему было не до слухов и ложных надежд. Рана на горле хрупкой девушки, похожей на сломанный цветок пиона, вновь начала кровоточить. Сверхчеловеческой грозовой силы Чхве Ёна, направленной в тело принцессы через иглы, хватило едва ли на два часа. Да, вместе с капитаном он смог замедлить сердцебиение и приглушить энергию жизни Но Гук, чтобы сдержать поток крови, однако это не могло длиться долго, и Чан Бин с нарастающим отчаянием смотрел, как из глубокого разреза на белоснежной коже супруги короля Корё начинает ползти вязкий багровый поток. Всё, что он мог теперь, – это зажимать рану кусочками чистой ткани, запас которой таял на глазах.       – Ваше Величество, вы же понимаете, что случится, если Её Величество умрёт здесь? Тогда умрём мы все! Юань этого не простит – воспользуется смертью своей принцессы, отданной под ваше крыло, как поводом стереть Корё с лица земли! – надрывно причитал за его спиной главный советник Чо Иль Шин.       – Если моей супруги не станет, не станет и нашей страны, – печальным эхом соглашался Кон Мин. – Я едва взошёл на престол, а уже уничтожил собственное государство. Поистине велик, что и говорить…       – Лекарь Чан лучший из лучших, но даже он не может спасти королеву, – заламывая руки, подвывал главный советник. – Мы можем только молиться Небесам!       – Вы полагаете, молитва исцелит её? – с безнадёжным недоверием тихо отвечал Кон Мин.       – Король всем сердцем молил Небеса спасти свою королеву! – с трагической торжественностью возвысил голос господин Чо, и лекарь Чан едва не закатил глаза.       А советника короля несло:       – На него было больно смотреть! – поддал он слезливости в голос. – Три дня без сна и отдыха правитель молился Небесам! Именно это должны услышать люди в Юань.       – И что, таким образом мы сумеем сдержать их гнев? – горько усмехнулся король.       – Вы должны истово молиться, Ваше Величество! – упорствовал господин Чо. – В этом надежда и спасение Корё!       Слушая эту высокопарную чушь, лекарь Чан лишь скептически кривил губы и менял набухшие от крови повязки. Одну за другой.       Молиться он не умел и никогда не полагался на слепые упования. Да, может быть, в глубине души у него и теплилась слабая вера во всемогущего древнего лекаря Хва Та, тысячу лет назад ушедшего на Небеса. Может быть. Но ему нужны были доказательства. И действия, дающие видимый результат. А сейчас никакие действия не могли ему помочь удержать ускользающую хрупкую жизнь. Перепачканные кровью пальцы леденели от ощущения надвигающейся беды, а в груди стремительно густели темнота и холод.       Вдруг в коридоре постоялого двора, ставшего для королевской четы единственным пристанищем и ловушкой, зазвучали голоса, шум быстрых шагов, а пару секунд спустя на пороге сумрачной комнатёнки, наскоро превращённой в лечебницу, появились несколько воинов У Даль Чхи. Над ними возвышался капитан Чхве Ён, а из-за его спины робко выглядывало нечто, в котором осоловелый от усталости и безнадёжности Чан Бин сперва и не разглядел человека.       Но Чхве Ён без лишних церемоний вытолкнул вперёд это нечто, оказавшееся испуганной девушкой, одетой до неприличия облегающе и в невероятно нелепой обуви, к подошвам которой зачем-то были приделаны наконечники стрел длиной не меньше ладони.       Донельзя изумлённый доктор Чан не успел толком разглядеть спутницу У Даль Чхи, которая втягивала голову в плечи, то и дело спотыкалась и всё норовила улизнуть, что было заведомо пустой затеей, потому что единственный вход в комнату стеной загородила королевская охрана. Он едва поднялся навстречу вошедшим, как капитан Чхве Ён грубо схватил бестолково суетящуюся незнакомку за руку и швырнул её к принцессе.       – Чего вы ждёте? Вам нужно скорее её осмотреть! – рявкнул он, кивая в сторону неподвижно лежавшей Но Гук, после чего принялся деловито развязывать узел, что был у него за спиной. – Я принёс вещи, которыми она пользовалась, чтобы залечить похожую рану.       Чан Бин, справившись с первым изумлением, шагнул в сторону, уступая место у кровати:       – Значит, вам удалось привести Небесного доктора?       В ответ незнакомка лишь нервно кивнула, дёрнув уголками губ в подобии улыбки, и в нерешительности покосилась на постель.       – Её Величество ранили около двух часов назад, – принялся объяснять лекарь Чан, стараясь не выказать в голосе так и рвущееся из груди волнение, уже граничившее с паникой. – Мы остановили кровотечение с помощью акупунктуры, но она потеряла слишком много крови. Разрез пришёлся между точками Чхоный и Йебон. Я бы зашил рану, но боюсь нарушить жизненные потоки. Вы сможете помочь? Нужно скорее…       – А! Дошло!       Слушавшая его с открытым ртом девушка, не дав ему толком договорить до конца, вдруг так оглушительно хлопнула в ладоши, что и сам лекарь Чан, и У Даль Чхи – все, кроме монументально застывшего капитана Чхве Ёна – качнулись в стороны.       – Вы здесь киношку снимаете, и у вас на съёмках произошёл несчастный случай, да? Я поняла, бывает. Боитесь, что копы пронюхают, и поэтому решили похитить врача? Я права? – заглянула она в каменное лицо стоявшего рядом командира У Даль Чхи.       Чхве Ён и доктор Чан обменялись озадаченными взглядами. Оба не поняли ни слова из того, что тараторила бурно жестикулирующая девушка.       – О чём она толкует? – наконец умудрился выговорить Чан Бин.       Чхве Ён на это лишь молча развёл руками, а девушка, похожая на перепуганную белку, оставила его и бросилась к нему, Чан Бину:       – Просто позвоните 911, хорошо? Если я вляпаюсь в эту историю и даже если спасу пациента, не видать мне лицензии как своих ушей, – она жалобно всхлипнула и вновь покосилась на лежавшую без чувств супругу правителя Корё.       Когда девушка размахивала руками с неправдоподобно длинными блестящими ногтями, то и дело приподнимаясь на цыпочки, перед глазами у по-прежнему ничего не понимающего лекаря Чана огненными всполохами прыгали рыжие завитки рассыпанных по плечам волос, не убранных, как подобает достойной женщине. Густых, переливающихся осенним закатом волос…       Сообразив, о чём он думает в такой момент, Чан Бин мотнул головой, прогоняя наваждение.       А спятившая белка в женском обличии не унималась:       – Вы понимаете, что на моей карьере тогда можно будет поставить жирный крест? Просто позвоните в скорую, ладушки? Хотите, я сама звякну? Да? Не вопрос!       – Это… Это точно Небесный доктор? – выдавил Чан Бин, ни к кому не обращаясь, вконец обескураженный таким напором и ворохом непонятных слов, которыми сыпала странная девушка, копавшаяся в своей сумке из голубой кожи неведомого животного. – Если так, то почему она не осматривает лежащую перед ней больную?       – Послушайте, – вновь подскочила к нему та, кого притащили У Даль Чхи. – Я обязательно всё сообщу скорой и полиции. Идёт?       «Кто куда идёт?» – читалось в остекленевшем взгляде задеревеневшего напротив капитана.       – Клянусь! – меж тем вскинула руку девушка, другой прижимая к груди сумку. – Обещаю! Замётано, да? Вот и славненько! Ну, бывайте…       Её очередную попытку скрыться в коридоре пресекли мрачные воины Чхве Ёна, который, похоже, начал терять терпение.       – Сколько вам ещё повторять? – устало склонился он над своей пленницей и указал на королеву. – Спасёте эту женщину – и я верну вас назад.       Его вид был настолько непробиваемым, а тон не допускающим возражений, что девушка как-то сразу сникла и вернулась к постели больной.       И тут Чан Бин изумился вновь, но уже невероятному преображению Небесного доктора, которая вдруг совершенно спокойным собранным голосом принялась выспрашивать его о ранении Её Величества. А сама при этом стянула свой тесный верхний плащ, перепачканный в земле и крови, закатала рукава рубахи и принялась за дело.       Чан Бин замер рядом, разглядывая загадочные инструменты, которые выкладывал из принесённого узла Чхве Ён. Потом, приоткрыв рот, следил, как Небесный доктор второй кожей натягивает на руки перчатки, словно сделанные из тянущегося рыбьего пузыря, закрывает лицо куском ткани, не похожей на ткань, споласкивает руки голубоватой жидкостью из странного сосуда и пристраивает на носу замысловатое приспособление, которое после негромкого щелчка вдруг выстрелило лучом настолько нестерпимого света, что лекарь Чан охнул, зажмурился и не сразу услышал обращённые к нему слова.       – Крючок! – на него смотрели сердитые глаза, как будто скрытые за толстыми гладкими кусками прозрачного льда. – Я сказала крючок!       Не успев сообразить, при чём здесь ловля рыбы, Чан Бин увидел перед собой протянутую руку командира У Даль Чхи с двумя металлическими предметами. Видимо, это и были те самые «крючки».       Послушно передав их Небесному доктору, Чан Бин с усилием втянул воздух и заставил себя сосредоточиться на происходящем, стараясь не думать о сладковатом аромате цветов шиповника от распущенных огненных волос, шёлковым пологом колыхавшихся прямо у его щеки.       – А ну-ка помогите мне! – скомандовала бойкая белка, окончательно превратившаяся в нормальную молодую женщину.       И доктор Чан полностью отдался в её власть, следуя указаниям и пряча невольное восхищение за полуопущенными веками. Он и подумать не мог, что подобные безнадёжные следы меча можно врачевать вот так: споро, ловко, ладно. Сшивая сосуды, ткани, вовремя отводя кровь, орудуя всеми этими крючками, ножами и кривыми иглами.       – Затягиваю. Отрезайте! – коротко выдыхала Небесный доктор, и он, придворный лекарь Корё, послушно отрезал нити тоньше человеческого волоса, надёжно стягивающие края ужасной раны. – Затягиваю. Отрезайте…       Когда последний узел был затянут, а на шов наложена слепяще белоснежная повязка, волшебным образом сразу прилепившаяся к коже, Небесный доктор проверила пульс и, удовлетворённо кивнув, сунула в руки Чан Бину чистую ткань, которой он принялся аккуратно промакивать влагу на шее и лице принцессы Но Гук.       А девушка с Небес, только что сосредоточенно творившая чудо на его глазах, вновь обернулась говорливой трещоткой, из потока слов которой он едва понимал треть:       – Контролируйте пульс: он должен быть сто ударов минуту. Ей нужно придерживаться постельного режима. Вставать ни в коем случае нельзя! У неё гиповолемический шок, поэтому не спускайте с неё глаз. Почаще проверяйте давление и, раз операция прошла в такой антисанитарии, она могла подхватить инфекцию. Потому следите, что у неё нет температуры и озноба. Не забывайте дезинфицировать рану. И самое главное – гидрация! Когда она очнётся, почаще давайте ей воду, только понемногу, иначе разовьётся аспирационная пневмония…       Неумолкающий голос девушки таял где-то в лабиринтах коридора, а лекарь Чан, ослеплённый и оглушённый случившимся, по-прежнему сидел у постели принцессы.       Неужели с Небес к ним действительно явилась ученица легендарного Хва Та и супруга короля Корё спасена? Неужели смертельная опасность миновала?       Он осторожно взял в руки приспособление, которое во время операции было на лице Небесного доктора и, покрутив его, услышал щелчок, за которым немедленно вспыхнул нестерпимый свет, ударивший в глаза.       Чан Бин вскинул руки к лицу, пытаясь справиться с необоримыми слезами и проморгаться, но магический свет всё не уходил из-под век, и никак не рассеивался еле уловимый запах шиповника.