Глава 4
2 июля 2026 г., 20:36
С каждым днем новости в Мистик Фоллс становились все хуже. Через пару дней после того, как я побыла у Елены, новостные каналы нашего города вещали о пропаже трех парней. По правде говоря, мне не было их особо жалко. Это был тот самый тип людей, которых даже собственные семьи будут оплакивать с натяжкой. Парни в довольно молодом возрасте стали пить, возможно употреблять тяжёлые наркотики, после чего их поведение все больше походило на звериное — ими руководили инстинкты.
Следом за их пропажей я узнала о смерти Дженны Саммерс — тёти Елены. В тот момент я готова была сама присесть и пребывать в глубочайшем шоке. Не представляю, каково сейчас Елене и Джереми. Год назад родители, теперь тётя. Насколько я знаю, у них больше нет близких родственников.
Сегодня похороны Дженны. Особых мероприятий никто не собирался организовывать. Все желающие могли в любое время подойти и почтить память умершей. Я зашла в цветочный магазин и купила две гвоздики.
Не знаю, почему я решила пойти на могилу Дженны. Я практически ее не знала. Но мне показалось, что я должна почтить ее память в знак уважения к Елене.
Когда я пришла на кладбище, там никого не было. Свежая могила Дженны была вся закрыта свежими цветами. Ее многие любили и уважали.
Я присела на корточки и положила свои гвоздики. В душе щемило и скребло. Я не представляла, что чувствует Елена и Джереми. Как они вообще смогут с этим справится. Но навязываться и насильно лезть в душу к Елене я не хотела, прекрасно понимая на собственном примере, как тяжело, когда все подходят с соболезнованиями.
—Ты тоже решила положить цветы?
Я вздрогнула, когда услышала голос Елены. Обернулась и посмотрела на девушку. Бледное лицо, натянутая улыбка и вселенская печаль в глазах. Она выглядела совсем не так, как в день похорон родителей. Тогда был яркий контраст между жизнерадостной девчонкой, потерявшей смысл жизни. Сейчас Елена выглядела так, будто смерть Дженны окончательно выбила в ней крупицу веры в лучшее.
—Подумала, что это будет правильно,—ответила я. Поровнялась с девушкой, становясь лицом к могиле. Приобняла ее. —Кто будет вашим опекуном ?
—Рик уже готовит документы. Они встречались с Дженной, поэтому никто не восприпятствует тому, что он возьмёт нас под свое крыло.
—В данной ситуации позволю сказать тебе твои же слова. Тебе нужно открыться и готовиться к чему-то лучшему, чтобы когда оно настанет, ты смогла впустить его в свое сердце. Паршивая у вас судьба, но я верю, что когда-то настанет тот момент, когда ты и Джереми будете счастливы.
—Надеюсь, что настанет, потому что мест на семейном кладбище Гилбертов уже не осталось. Последнее занял Джон,—Елена запнулась и словно сквозь силу произнесла:—наш дядя.
Я обратила внимание, что рядом с могилой Дженны была еще одна свежая могила. Подумать только, они потеряли последних два близких родственника в один день. Не знаю, как они вообще умерли, но это совпадение просто добивает даже мою веру во что-то хорошее.
—Не буду давить на тебя. Если захочешь поговорить, то я всегда к твоим услугам, —произнесла я.
—Ты голодная?—неожиданно спросила Елена, когда я хотела уйти. —Можем сходить в Мистик Гриль. Не хочу возвращаться в пустой дом.
Мы пробыли в Мистик Гриле около двух часов. Разговаривали совсем на другие темы, не затрагивая то, насколько ранены наши души и что понятия не имеем, как с этим жить. Мне хотелось бы думать, что я чем-то помогаю Елене, находясь рядом. Мне была приятна ее компания даже тогда, когда она не оказывала мне поддержку касательно смерти родителей. Я уже не один раз задумывалась, что мне комфортно рядом с Гилберт и даже жаль, что мы не начали общаться раньше. Она очень эмпатична, что безусловно делает ее приятным собеседником.
—Жаль, что мы не общались раньше,—неожиданно призналась Елена, словно прочла мои мысли. —Я всегда считала тебя закрытым человеком, к которому трудно найти подход, пока ты сама этого не захочешь.
—Так и есть. Я с трудом впускаю в свою жизнь новых людей, гораздо комфортнее мне со старыми и проверенными годами,—я пожала плечами. —Возможно моментами я кажусь ассоциальной, но сейчас я как никогда тянусь к людям. Раньше я не боялась остаться одна.
Елена понимающе кивнула.
—Все таки даже в плохих моментах можно найти нечто хорошее. Еще месяца два назад ты бы могла подумать, что мы будем сидеть в Мистик Гриль, есть пиццу и обсуждать одежду? —спросила я.
—Месяца два назад если бы мне такое сказали, я бы приняла это за шутку,—хмыкнула Гилберт.
Я видела, как она старается держаться на плаву. Пытается не тонуть в собственном горе. Она повзрослела слишком рано. Сразу после смерти родителей в ее глазах больше не было того детского озорного огонька. Боюсь, я выгляжу так же. Меня и раньше считали ассоциальным и явно не компанейским человеком, а сейчас и подавно. Разница лишь в том, что прежде я не искала компании людей, сейчас же предпочитаю находиться в обществе, но не взаимодействовать с ним.
—Какие планы на лето? Может куда-то поедите с дядей?—поинтересовалась Елена, сходя с довольно тонкой для нас обоих темы.
—У него проблемы с работой, поэтому отпуск останется в мечтах. А я буду помогать ему настолько, насколько вообще смогу. Для нас обоих это лучшее решение, хоть Бен и сопротивлялся, —ответила я. —Про твои планы, думаю, не стоит спрашивать.
—Их нет,—устало вздохнула Елена. —Слишком много событий за последнее время, проблема на проблеме и все это нужно как-то решать.
—Если я могу тебе чем-то помочь, то обращайся, —проговорила я.
—Ты очень мне помогаешь тем, что я могу отвлечься, не втягивать тебя в эти проблемы и на несколько минут забыть о всём ужасе, что творится в моей жизни. Ты как глоток свежего непропитанного бесконечной болью воздуха, Хлоя.
Я мягко улыбнулась. Было трудно выдавить слово, когда мы вновь свернули на тонкую и хрупкую тропу разговора. Эти несколько часов в компании Елены были максимально комфортными и в какой-то степени нужными нам обоим.
***
За лето мы достаточно часто виделись. О своих проблемах Елена предпочла не рассказывать, как и я больше не упоминала о смерти родителей. Возможно я уже смирилась и до конца осознала, что их больше нет. Либо же мне просто было некогда об этом думать. Я много помогала Бену, за лето мы сблизились еще больше и до конца приняли тот факт, что мы есть друг у друга. Дела в его фирме шли откровенно плохо. Помимо того, что заказов было мало, работники уходили один за другим, налоговая вдобавок заинтересовалась финансовой частью. Бен был уверен, что с этим все в порядке, однако, как оказалось, бухгалтер у него был не самый компетентный. По итогу появилось куча проблем и долгов с налоговой. К концу лета мы были просто обессилены этими проблемами. Бен старался сначала держать меня от них подальше, но в один из вечеров выложил все как есть. Сказал, что теперь заказов не будет, из-за долгов он не может закупать новые строительные материалы. После этого я пошла на подработку в Мистик Гриль, чтобы как-то помочь финансово. В баре была вечная нехватка официанток, поэтому меня взяли с радостью. Дядя очень переживал, что подводит меня. Я не знала уже, как его переубедить. Не всегда все идет так, как мы хотим. Но это не повод опускать руки. Я не считала, что Бен недостаточно старается. Он столько всего делал для нас. Я видела, как тяжело ему это дается, боялась, что его нервная система такого скоро не выдержит. В один из вечеров я пришла домой после смены. Дядя был дома. Он ждал меня на кухне с готовым ужином. —Пахнет очень вкусно,—проговорила я, втягивая носом приятный аромат. —Сделал лазанью как ты любишь,—сказал Бен. Я улыбнулась. Дядя умел ее делать так, как никогда не получалось у меня. Мы сели за стол и начали ужинать. —Я устроился в государственную строительную фирму. Зарплаты хватит, чтобы оплатить счета и понемногу закрывать долги. Тебе не обязательно работать в Мистик Гриль во время учёбы в школе, ты ведь знаешь? —Знаю, но я хочу работать официанткой и чем-то помогать. Деньги лишними не будут. Разговор прервался из-за звонка моего телефона. Я достала телефон из кармана и увидела, что звонит Елена. —Привет, надеюсь, я тебя не отвлекаю?—спросила Гилберт. —Привет. Совсем нет. Мы ужинаем с Беном. —Ты ведь знаешь про традицию, когда выпускники перед началом учебного года устраивают ночь проказ в школе? —Знаю, это кажется сегодня. —Да. Кэролайн и Бонни уговорили меня прийти туда. И я подумала, что раз уж меня затащили, то нужно тащить и тебя. Мы можем заехать за тобой через час. —Ладно, раз даже ты согласилась, то и я не против. —Отлично, мы посигналим, когда приедем. Дальше я ела уже быстрее, а разговор с Беном на счет работы мы отложили. Это к лучшему, мы оба будем стоять на своём и к общему решению сразу точно не придём. Я доела, сходила в душ и переоделась. Уже начала сомневаться, стоило ли соглашаться, но после откинула эти мысли. Это традиция выпускников, такое бывает лишь раз в жизни и будет жаль, если я откажусь. Через час девочки заехали за мной, и мы вместе поехали в школу. Следующие несколько часов превратились в сплошные шутки, генерации дурацких идей приколов для учителей. Я не пожалела, что пришла, хоть все еще оставалась слегка асоциальной. —Пойду положу Рику на стул острые кнопки,—проговорила Елена и ухмыльнулась. —Правильно, нельзя же обделить опекуна, —усмехнулась я. Бонни с Мэттом закидывали бассейн туалетной бумагой, Кэролайн тоже куда-то испарилась. Я взяла коробку с принадлежностями и решила помочь ребятам в спортзале. По коридору сновали ученики, придумывая самые извращенные идеи, как поиздеваться над учителями. Я миновала всех, направляясь в заданную сторону, вошла в спортзал спиной, держа коробку в руках. —Хлоя! От радостного мужского выкрика моего имени я вздрогнула и чуть не выпустила коробку из рук. Обернулась и не поняла, откуда незнакомый мужчина знает мое имя. —Нет-нет-нет, Клаус, только не ее!—взмолила заплаканная Елена. Я напряглась всем телом, перевела взгляд с Гилберт на незнакомца, который неспешной походкой шёл ко мне и ухмылялся как-то не очень по-доброму. В спортзале была еще Дана, стоящая на одной ноге. В голове горела неоновая табличка «Беги!», но я впала в ступор и не понимала, что тут происходит. —Клаус, пожалуйста, делай со мной что хочешь, только не трогай Хлою, —Елена хотела двинуться с места, но мужчина обернулся и остановил ее жестом руки. Пригрозил. Девушка закрыла лицо руками, словно боялась того, что случится дальше. —Что происходит?—спросила я и свела брови к переносице. В коробке есть степлер и ножницы. При желании последние отправятся в глаз этому Клаусу. Вряд ли я смогу это провернуть, но попытаюсь точно при необходимости. —Милая Хлоя, —Клаус ухмылялся все шире, будто в его голове рождался безумный план. —Сегодня у меня чертовски плохое настроение, грех им не поделиться, —он подошел вплотную и взглянул в мои глаза, а после сказал:—Вспомни все, что я внушил тебе забыть. Меня будто ударило молнией. Коробка вылетела из моих рук и с глухим стуком упала на пол. Воспоминания накрыли словно лавина, и я поняла, что уже знакома с ним. Вечер после похорон. Я сказала ему имя убийцы моих родителей, а на следующий день он умер. Потом парк и попытка изнасилования, от которого меня тоже спас Клаус, вырвав сердца тем парням, которых после искали. Кто же он мать твою такой? —Боже… —Так меня еще не называли,—удовлетворенно хмыкнул Клаус. —Что ж, на сегодня с тебя плохого хватит, обдумай все. Уходи домой и не смей возвращаться сюда сегодня. Ах, и да, в теле Аларика на школьных танцах тоже был я. И Хлоя, ты никому не расскажешь о том, что вспомнила. Он опять это сделал. Заставил слушаться меня одними словами. Я развернулась и ушла прочь, пытаясь пересилить себя, остаться, помочь как-нибудь Елене. Но ноги не слушались, они бескомпромиссно вели меня домой. Что, черт возьми, происходит в этом городе? Что Клаус сделает с Еленой? Я должна вернуться, должна как-нибудь помочь. Но пришла домой, села на свою кровать и не могу двинуться. Не могу заставить себя встать и пойти в школу. Картинка начала сходиться в голове. Вот почему Зальцман вел себя так странно. Вот почему Деймон говорил о том, что он сам не свой. Это было буквально. Но как такое вообще возможно? Я взяла ноутбук и открыла интернет. Вбила слово вампир. Первое, что взбрело мне в голову. Было написано много информации, я не понимала, что верно, а что ложь. Но это казалось единственным логичным, хоть и бредовым объяснением. Взялась за голову, пытаясь уложить все в мыслях. Я виновна в смерти четырёх человек. Клаус убил их из-за меня. А его слова про то, что он нарабатывает репутацию злодея… Видимо, перед Еленой и нарабатывал. Он чего-то от нее хотел, и судя по всему это те самые проблемы, о которых она говорила. Господи, во что же я вляпалась…
