Вне расписания

Часы над кухонным островком в общежитии NEXZ беззвучно отсчитывали половину второго ночи. Вся квартира уже погрузилась в сон: из комнаты младших не доносилось ни звука, даже вечно шумный Хару наконец-то затих.Ю стоял у плиты, завернувшись в безразмерное домашнее худи. В полумраке кухни горела лишь одна тусклая лампа, отражаясь в стекле кружки, где Ю медленно размешивал ложкой теплое молоко с мёдом. Это был его личный ритуал. Когда мысли в голове начинали крутиться слишком быстро, а хореография к новому камбэку продолжала прокручиваться перед глазами, только этот сладковатый напиток помогал ему уснуть.Входная дверь тихо, почти умоляюще щелкнула.Ю даже не обернулся — он слишком хорошо знал этот неровный, шаркающий шаг. В коридор буквально ввалился Томоя. Его плечи, обычно расправленные и гордые на сцене, сейчас были тяжело опущены. Волосы растрепались от пота и постоянных прикосновений рук во время репетиции, а в глазах застыло глухое, ментальное исступление. Он даже не стал включать свет — просто на автопилоте сбросил кроссовки, едва не споткнувшись о чужую обувь, и побрел в сторону комнат. В его руке мёртвым неоновым светом горел экран телефона. Уведомления из рабочего чата от менеджеров и стаффа всплывали каждую секунду, подсвечивая его бледное лицо.Ю перехватил его прямо на пороге спальни. Прежде чем Томоя успел что-то сказать, Ю мягко, но абсолютно непреклонно накрыл его ладонь своей. Из вымотанных пальцев лидера мобильный телефон перекочевал на комод, лег экраном вниз и наконец-то замолчал.Томоя поднял на него тяжелый, протестующий взгляд, в котором читалось детское упрямство: — Ю-хён, отдай... Мне нужно ответить стаффу по поводу завтрашнего тайминга для съемок. И ещё проверить плейлист для прогона... Ю не дал ему договорить. Он сделал шаг вперед, сокращая расстояние между ними до минимума, взял Томою за запястья и осторожно увлек в глубь комнаты, закрывая за их спинами дверь. Шум внешнего мира остался там, в коридоре.Ю посмотрел в его уставшие глаза и тихо, но уверенно произнес: — Ты — лидер за порогом этой комнаты, Уэмура. А здесь ты можешь быть просто собой. Эти слова подействовали на Томою как физический выключатель. Вся эта тяжелая, невидимая броня «JYP Elite Ace», которую он был обязан носить перед фанатами, камерами и младшими мемберами, мгновенно осыпалась к его ногам.Томоя издал долгий, рваный вздох облегчения. Его колени на секунду подогнулись, и он просто упал вперед, уткнувшись лбом в плечо Ю. Ю тут же обнял его со спины, крепко прижимая к себе и утыкаясь носом в растрепанную макушку. Он медленно покачивал их из стороны в сторону, словно убаюкивал, создавая для Томои ту самую безопасную гавань, где никто ничего от него не требовал. — Устал? — шепотом спросил Ю, запуская пальцы в мягкие волосы на затылке Томои, аккуратно распутывая колтуны. — Очень, — глухо отозвался Томоя, еще сильнее пряча лицо в ткань его худи. — Все смотрят на меня, Ю... Если я ошибусь в тайминге или пропущу деталь на репетиции, это отразится на всех. Мне кажется, у меня голова взорвется. Ю чуть отстранился, заставив Томою поднять голову. В полумраке комнаты глаза Ю светились такой искренней, мягкой теплотой, какую он никогда не позволял себе показывать на публике. Он бережно обрамил лицо Томои ладонями, согревая его холодные щеки, и большим пальцем нежно очертил острую линию скулы.А затем наклонился и коснулся его губ своими.Поцелуй был неспешным, глубоким и спасительно домашним. Он пах мёдом и теплом. Томоя тихо выдохнул прямо в эти губы, послушно приоткрывая рот и полностью отдаваясь моменту. Ю целовал его трепетно, без капли спешки, словно через это прикосновение пытался физически забрать себе всю накопившуюся за день усталость своего лидера. Его руки спустились на талию Томои, притягивая того еще ближе, стирая любое расстояние между ними.Когда они наконец отстранились друг от друга, дыхание Томои выровнялось. На его щеках появился слабый румянец, а в глазах вместо паники загорелся привычный, мягкий блеск. Он шмыгнул носом и слабо улыбнулся. — Идем спать, Моя, — Ю ласково щелкнул его по кончику носа и протянул ему кружку с молоком. —Выпей половину. А завтра, обещаю, я встану пораньше и приготовлю твой любимый тонкацу. — С сыром? — с надеждой в голосе спросил Томоя, делая послушный глоток и уже затягивая Ю за руку к кровати. — С двойным сыром. И соусом, как ты любишь. Спустя десять минут они уже лежали под тяжелым зимним одеялом. Томоя привычно свернулся калачиком, закинув ногу на бедро Ю и уткнувшись носом где-то в районе его ключицы. Ю сонной улыбкой обнял его в ответ, оставив короткий, невесомый поцелуй на его макушке.Рабочий телефон на комоде продолжал беззвучно мигать уведомлениями, но здесь, в коконе их одеяла и переплетенных пальцев, это больше не имело никакого значения. На сегодня обязанности лидера были официально завершены.