hot

- Значит, тебя не будет месяц? - спрашивает его Юнхо словно между делом. Он только что вернулся из душа и закончил наносить лосьон для тела, поэтому к его естественному запаху фруктов добавляется запах карамели, и Минги почему-то вспоминает о долгих летних днях, когда они с одноклассниками сбегали на пляж после уроков и покупали холодные десерты в "сэвен элевен" по дороге. Иногда он даже жалеет, что не альфа - тогда бы мог ощущать сладость Юнхо на полную. Хотя Минги и без полноценного воздействия феромонов чувствует себя иногда так, словно с ума сходит, стоит только увидеть, проснувшись рано с утра Юнхо рядом с собой или посреди ночи, когда Юнхо во сне прижимается к нему всем телом, обвивая руками и закидывая ногу. Больше от того, что они начали жить вместе, счастливы только Юджун и Сумин - им и не надо больше ходить друг к другу в гости и они теперь спят на соседних кроватях в одной комнате каждый день. От деловой поездки по работе ему все еще не по себе. У Минги возникает ложное чувство, словно то дорогое, что у него наконец появилось у него сейчас снова забирают. Только вот для успешной карьеры и благополучного будущего над этой карьерой надо работать, тем более, что теперь Минги приходится думать не только о будущем Сумина, но и о Юнхо с Юджуном. Юнхо, конечно, вернулся к своей любимой работе и у них с Минги с самого начала абсолютно равноценные отношения, но Минги все равно хочется чтобы заботы и стабильности от него шло чуть больше - ему хочется дать их Юнхо и Юджуну, которые всего этого так долго были лишены. Поэтому сказать "нет" хену он не может, и даже не потому, что Хонджун на него рассчитывает - ему нужен свой бета в компании с продюсерским трио Бан Чана, потому что маленькая стая Чана во всем поддерживает. Все дело в том, что у Минги теперь появилась (и ему даже не страшно так думать) снова его полноценная семья и ему нужна эта работа прежде всего для того, чтобы эта самая семья ни в чем не нуждалась. - Примерно, где-то месяц, - честно признается он, снимая очки для чтения и убирая книгу на тумбочку, - Может чуть дольше. Но точно не меньше. Юнхо фыркает. Потом принимается наносить крем на лицо. Последние дни он просто лучится: пахнет интенсивнее, кожа словно светится изнутри, глаза сияют, и Юнхо такой отзывчивый, что они занимаются любовью не только поздно вечером, но и с утра. Минги даже начинает подозревать, что вероятно у него скоро начнется течка, только вот Юнхо вернулся к приему блокаторов и поэтому теория Минги и близости течки критики из-за этого не выдерживает. Минги прием блокаторов Юнхо не задевает - даже с альфой для омеги течка всегда несет больше дискомфорта, чем удовольствия, как бы не пытались убеждать в обратном. Поэтому Минги не хочется, чтобы его любимый человек ломался для того, чтобы ему, Сон Минги, было чуть приятнее, чем обычно, с ним в постели. В этом для него смысл любви - думать и заботиться о своем человеке больше, чем принято. Минги знает, что многие не понимают в нем этого, но иначе он и не умеет. После того, как он отпустил Херин, потому что ее здоровье и разум были важнее для него, чем собственные чувства, его компания друзей существенно поредела, но Минги тогда пришел к выводу, что ушедшие из-за его “мягкотелости” люди его друзьями никогда и не были. - А что? - шутит он, откидываясь на подушку, - Ты будешь по мне скучать? - Может быть, - мурлыкает Юнхо, а потом убирает баночку с кремом на тумбочку со своей стороны кровати. В какой-то момент его поза становится слишком напряженной и у Минги все же перехватывает дыхание, потому что он начинает думать, что вероятно сделал что-то не так, но Юнхо не хочет этого показывать. Оно и понятно - Юнхо бросали все (и у Минги всегда при мысли об этом начинает кипеть кровь в венах и сколько бы времени не прошло, но желание как следует врезать Джунхи у него так и не прошло) и ему не хочется вставать в эту очередь. Но потом Юнхо смотрит на него чуть искоса, прикусывая губу, и дыхание у Минги схватывает по другой причине. - Тогда, - говорит Юнхо, медленно начиная тянуть край пояса своего бледно-василькового халата, - может нам и не стоит терять время, чтобы ты уж точно был уверен в том, что я буду по тебе скучать? После душа он горячий и расслабленный, от запаха его тела, лосьона и крема у Минги почти начинает кружиться голова, пока они целуются. Юнхо млеет под его прикосновениями, дает стянуть с халат вниз, привычно оседлывает бедра Минги, и так чертовски хорошо чувствовать вес его тела, что Минги перехватывает дыхание от этой тяжести. Короткие ногти Юнхо легонько царапают шею Минги, ему за ушами, пока они продолжают целовать друг друга, а потом Юнхо откидывает голову назад со смешком, давая Минги себя укусить возле железы, хоть Минги и бета. Минги знает, что не может оставить на Юнхо свой запах, да и все его укусы и засосы уйдут слишком быстро с кожи Юнхо, потому что не являются метками, но Юнхо всегда находит способ показать, что у него уже есть Минги и никто ему больше не нужен. Юнхо носит его вещи, он всегда касается его на людях. Юнхо берет его за руку, крепко сплетая пальцы Минги со своими. Он целует, и целует, и целует его - легонько в губы или за ухо или в шею, не обращая внимания на все те неодобрительные взгляды, что на них бросают. Юнхо не боится любить его в открытую, и именно поэтому их сыновья так и не спросили ни разу о том, почему они теперь живут все вместе. Минги никогда не перестанет быть за это Юнхо благодарным. И иногда, как вот сейчас, когда Юнхо смотрит ему прямо в глаза, с легким румянцем на щеках, с лукавыми искрами в больших карих глазах, Минги кажется, что его сердце просто не выдержит всей той любви, что он к нему испытывает. Однажды оно просто разорвется. И это будет очень хорошая смерть. А пока Юнхо трется о него, снова целуя, и негромко стонет, когда Минги сжимает под полами халата его голую упругую задницу ладонями. Минги знает, что Юнхо ощущает, насколько он уже твердый, а он и через уже ткань собственных пижамных штанов чувствует то, насколько Юнхо возбужден, потому что она уже совсем мокрая от его смазки. Поэтому, когда Юнхо чуть сдвигается с его бедер чуть дальше, давая себе пространство, чтобы запустить руку за пояс штанов и плотно обернуть ладонь вокруг члена Минги, Минги тихо спрашивает: - Ты точно этого хочешь? Юнхо фыркает, а потом бегло целует его в губы, прежде, чем стянуть штаны с его бедер. - Я же сказал, Сон Минги, я хочу, чтобы ты заставил меня по тебе скучать... ...но пока это Юнхо кажется собирается сделать все, чтобы Минги скучал по нему. Он опускается на член Минги одним плавным движением, и Минги стонет, потому что это слишком хорошо, и слишком горячо, видеть то, как чуть расширяются зрачки Юнхо в тот момент, когда их тела соприкасаются. С губ Юнхо срывается только вздох. Его ладони упираются Минги в грудь, и Минги накрывает их своими. Юнхо улыбается, чуть приподнимаясь, чтобы тут же медленно снова опуститься. Он разгоряченный после душа и расслабленный, но ему все равно надо чуть больше времени, чтобы привыкнуть к Минги и поэтому Минги не торопится. Он отдает Юнхо полностью контроль над собой и своим телом, давая ему и себе время. Стенки его влагалища так плотно сжимают член, что Минги страшно двигаться, потому что он и забыл то, насколько черт возьми Юнхо все еще тесный, если не ласкать его до этого пальцами. Он помнит, что все это - физиологические особенности омег. Их тела настолько заточены под чужое вожделение и размножение, что неудивительно, что как полноценных людей их начали видеть лишь в начале прошлого века. И это еще одна причина, по которой Минги никогда не будет указывать Юнхо, что тому делать с его собственным телом - ему хочется, чтобы рядом с ним у Юнхо было как можно больше свободы. - Прекрати думать, - выдыхает Юнхо и начинает очень медленно двигаться на его члене, - Минги, я почти вижу то, как ты думаешь. Прекрати. Ты вернешься и это - самое главное. Это все - часть взрослой жизни, чагия. Отпусти тревоги, просто будь со мной. И Минги сложно его не слушаться, особенно когда Юнхо такой. Румянец очень быстро выступает у него на щеках, разбегается по груди, а потом Минги тянет его на себя, заставляя на лечь, фиксируя так, чтобы колени Юнхо упирались плотно в кровать. И, конечно, ему хочется и дальше смотреть на то, как Юнхо объезжает его член, следить за тем, как толстый ствол, влажный от естественной смазки Юнхо, медленно исчезает в растянутом вокруг него входе, но только Юнхо просил Минги заставить о себе скучать, поэтому Минги хочется сейчас его просьбу выполнить. Минги сжимает его бедра ладонями, толкаясь сильнее на пробу, и Юнхо мягко стонет ему от этого на ухо. - Черт, - выдыхает он, - Мин, так хорошо. И тогда Минги целует его уже сам, вылизывая рот, прихватывая нижнюю губу зубами, мерно посасывая, втягивая ее в рот, находя одновременно нужный сильный и глубокий ритм, такой, что очень скоро дыхание Юнхо сбивается и он не может отвечать на его поцелуи, а только безостановочно стонет, почти ноет ему в рот, откликаясь этим на каждый глубокий толчок члена в себя. Он пахнет сладко, невыносимо сладко, от этой сладости Минги начинает кружить голову. Он чувствует влагу между их телами, слышит влажные звуки, которые оставляет каждый толчок его члена. Он чертовски глубоко в Юнхо из-за такого угла, и по тому, как дрожит тело Юнхо под его руками, Минги понимает, что Юнхо чертовски близок к оргазму. Как и он сам. - Подожди, - выдыхает Минги, бегло целуя его ключицы, - подожди, детка. Дай мне минутку. Юнхо ничего не говорит. Только замирает на его члене, давая возможность Минги замереть на себе. Его тело пульсирует вокруг члена Минги, и Минги это чувствует так остро, что ему хочется провести вот так целую вечность, но он заставляет себя вытащить из-под подушки смазку. - Что...что ты делаешь? - шепчет удивленно Юнхо и Минги целует его в нос. - Даю тебе поводы скучать по себе. Но если тебе не понравится, то я остановлюсь. Юнхо вздрагивает всем телом, когда Минги осторожно проталкивает палец в его задницу. Он настолько расслабленный и возбужденный, что это происходит без особого труда. - Минги, - выдыхает он, - Минги, пожалуйста... Это не похоже на возражение и Минги начинает его медленно трахать пальцем, прежде, чем добавить второй. Смазки достаточно и чувствовать свой член через стенку очень странно и приятно, но Минги концентрируется больше на том, что чувствует Юнхо. Его тело кажется вначале чертовски напряженным, но когда Минги начинает толкаться в него пальцами чуть сильнее, Юнхо судорожно выдыхает и цепляется за его плечи. И Минги решает, что это ему знак продолжать. Он знает, что его самого хватит не на слишком долго - внизу живота сладко начинает тянуть и это напряжение стекается к его члену, который все еще внутри Юнхо. Поэтому Минги снова начинает двигать бедрами, вначале не спеша, подстраивая движения члена под ритм своих пальцев, трахая Юнхо с двух сторон, а потом меняет ритм, начиная входить в него одинаково сильно и глубоко и пальцами, и членом, пока хватка на его плечах не становится болезненной, а с губ Юнхо не начинают срываться короткие вскрики. Вот такой он чертовски податливый и горячий, и пульсация тела Юнхо вокруг пальцев и члена сводит Минги с ума. Он добавляет третий палец и Юнхо болезненно кусает его за шею, но, черт, насколько же это все хорошо, что Минги смеется. Юнхо внезапно сжимается и на его пальцах, и на его члене, так сильно, что Минги надо остановиться, но он этого не делает, дотрахивает его через оргазм, кончая почти следом, и Юнхо уже не дает отстраниться ему , кажется кончая сразу же второй раз, и это настолько потрясающее чувство, что Минги даже не уверен, что испытывал столько удовольствия хоть с кем-то до Юнхо в своей жизни и испытает ли с кем-то после него. Но, разумеется, никаких после Юнхо существовать не будет: Минги дает себе в этот момент обещание сделать все, чтобы этого не случилось. Минги слышит то, как Юнхо безостановочно шепчет его имя, двигаясь на его пальцах и члене в ритме их общего оргазма, и ему хочется задержать этот момент в своей памяти навсегда. - Ох, в-вау, - Юнхо издает какой-то невнятный звук, когда Минги все же очень осторожно вынимает из него пальцы, - что ты сделал, Сон Минги? - Теперь ты будешь по мне скучать? Юнхо вместо ответа наклоняется к нему, чтобы поцеловать. Он не торопится сняться с его члена и их общая влага, растекающаяся по бедрам и животам, даже не кажется Минги дискомфортной. Ему слишком хорошо чувствовать Юнхо на себе, вокруг себя, целовать его сейчас такого - расслабленного и абсолютно счастливого. Карамель, фрукты, сильный пряный запах возбуждения Юнхо - все это окутывает Минги коконом из которого ему совсем не хочет выбираться. - Тебя хватит на еще один раз? - спрашивает вдруг Юнхо и тут же прячет лицо в сгиб его шеи, словно смущаясь. После всего, что они только что тут делали, это кажется скорее милым, чем смешным. - А тебя? - Ну, для начала, тебе надо будет убрать за собой, - мурлычет Юнхо, а потом все же отодвигается от Минги. Лицо Юнхо раскраснелось кажется от того, что он только что сказал. - Давай посмотрим, - Минги думает, что его хватит не только на еще один раз, но может быть и еще на парочку, особенно если он попьет воды с электролитами, потому что самолет у него завтра днем, но переоценивать свои силы вслух ему не хочется, поэтому он, прежде чем, опуститься между разведенных бедер Юнхо, говорит: - Давай посмотрим, что я могу с этим сделать. И Юнхо смеется, прикрывая ладонью, рот, а потом дергает легонько Минги за волосы, чтобы притянуть к себе и очень медленно поцеловать. И Минги ничего против этого не имеет.