Скованные одной цепью

Лололошка проснулся от какого-то шума: в коридоре что-то стучало, падало, разбивалось. Лололошка вышел на шум и увидел, как зелёные болванчики Эбардо хаотично двигаются, разрушая замок и сталкиваясь друг с другом. Катрина была очень странной. Лололошка пошёл по коридору, уворачиваясь от летящих предметов, и столкнулся с Эбардо. — Что здесь вообще происходит? — задал мироходец вполне себе очевидный вопрос. — Я не знаю! Иногда на их поведение влияет моё эмоциональное состояние, но сейчас я не понимаю, что происходит. Я не могу просто взять и остановить их. — Предлагаю решать проблему так, как это делаю я. Лололошка призвал меч, сразу появившийся в его руке. — Сработает? — Да, но мне потом новых создавать. Ладно, пофиг, всё легче, чем новый замок строить. Эбардо достал из ножен клинок и направился в атаку на сумасшедшую прислугу. От одного удара зачарованного меча дымка исчезала без следа, но их было так много, что пришлось попотеть. К концу побоища и Эбардо, и Лололошка ужасно устали. Хозяин замка убрал меч в ножны и съехал по стенке на пол, закрывая голову руками. Лололошка наклонился. — Что случилось? Он никогда не видел Эбардо таким... уязвимым? Раньше он бы без раздумий обрадовался слабости врага, но сейчас его поникший вид вызывал сострадание. Эбардо поднял глаза, взял Лололошку за грудки, притянул к себе, а после поцеловал. Неумело, грубо, но честно. Лололошка так опешил, что свалился на колени рядом с сидящим и не отстранился, пока Эбардо сам не отпустил. Похититель был готов к любой негативной реакции, поэтому просто отвернулся. Однако Лололошка присел рядом, почти вплотную. — И что это было? Проблема с болванчиками из-за этого? Эбардо поднял глаза. — Наверное. Со мной такого никогда не было, чтобы я к кому-то проникся... Эбардо попытался как-то объяснить свои чувства, но Лололошка уже понял его. Он встал и протянул руку. — Пойдём, объяснишь мне всё. Между прочим, так внезапно целовать людей некрасиво. Последнее было сказано без обиды или злости. Лололошка ухмыльнулся, а Эбардо принял его руку и встал. --- Они сидели на кухне и пили чай. Эбардо изредка делал глотки, в основном просто смотрел в кружку. — Так, ты ко мне что-то чувствуешь? — спросил мироходец, попивая мятный отвар. — Очевидно же... Лололошка вздохнул. — Ну да, просто хочу понять, очередная ли это твоя игра или, может, временное влечение. Эбардо промолчал. Видно было, как тяжело давался ему этот разговор. — Я не думаю. Ты же понимаешь, что я видел миллионы существ, убивал, использовал и ни разу не думал о жалости, а тут появляешься ты с твоей улыбкой и взглядом, и я... не хочу тебе вредить или использовать. Это не похоже на какую-то магию, но мне в руки попался роман... Знаешь же, как автор описывает любовь героев? Мне оставалось только сопоставить факты. Лололошка кивнул. Он подошёл к Эбардо, взял его за подбородок и коснулся губами губ. Мироходец тоже не был мастером в признаниях, но посчитал, что такой вариант более чем уместен. Впрочем, Эбардо отреагировал точно так же, как и Лололошка в прошлый раз: просто замер. Когда мироходец отстранился и был готов сесть на место, Эбардо встал и затянул его в новый поцелуй объятием. — Как же это странно... — сказал он, не отпуская Лололошку. — Для меня тоже. Не знаю, любил ли я кого-то. Эбардо удивлённо посмотрел на него, и мироходец решил поведать свою историю. Собеседник слушал внимательно, не перебивал и начал задавать вопросы, когда Лололошка закончил рассказ. — То есть ты помнишь многое, но не всё... И как живётся с ощущением, что ты не помнишь половину жизни? — Я уже смирился. Тем более последние несколько лет память возвращается, и я отдалённо помню даже старые воспоминания. А у тебя какая история? — Ну... Сначала я решил, что хочу править миром, чтобы люди боялись меня. Похитил солнце, уничтожил пару миров. Потом я попал в Видомнию, где... Эбардо закусил губу. Неприятные воспоминания нахлынули снова. Он задрал рукав, открывая огромное количество рубцов и шрамов, затем показал шею. — И так по всему телу. Лололошка свёл брови к переносице. Их края чуть приподнялись, выражая сожаление. Эбардо продолжил: — А дальше я просто сильнее возненавидел всё живое и... ты сам знаешь. Лололошка положил ладонь поверх руки Эбардо. Тот поднял глаза и встретил тот самый печальный взгляд Лололошки. — Было и было... — буркнул он, но руку убирать не стал. Разговор плавно перешёл в более расслабленное русло. После получаса непринуждённой беседы Эбардо быстро расцвёл и с улыбкой сказал: — Знаешь, после разговора с тобой мне всегда становится легче. — Отрадно слышать.