Скованные одной цепью

За окном уже начинало смеркаться, и Лололошка встал, собираясь уйти. — Ну, приятно было поговорить. — Постой. Эбардо взял его за запястье и потянул куда-то за собой. Лололошка не стал спорить и подчинился. Они долго шли по каменным коридорам, как вдруг дверь распахнулась. «Спальня? Серьёзно?» — Лололошка посмотрел на Эбардо со скептицизмом, а Эбардо — с ухмылкой. Лололошка закатил глаза, но Эбардо уже тянул его к кровати. Не успел мироходец что-то сказать, как оказался прижат к ней. — Выбирай: ложимся и спим, или я продолжаю. Лололошка задумался. С одной стороны, как-то странно сразу соглашаться, а с другой... Эбардо поцеловал его — уже более настойчиво. — В общем, если захочешь, чтобы я остановился, скажешь. Я не хочу тебя насиловать. Снова поцелуй, и на этот раз он получил ответ. Лололошка тоже не был умельцем в любовных делах, в том числе и в телесных взаимодействиях, но Эбардо, видимо, кое-что понимал, по крайней мере во втором. Почувствовав отдачу, он запустил пальцы в кудрявые волосы Лололошки и оттянул его голову, открывая шею. Вскоре он уже покрывал её поцелуями и засосами, а Ло гладил его по голове и тихонько мычал в ответ на особо страстные касания. Наконец, Эбардо захотелось большего. Он снял с Лололошки худи, а затем и футболку. Мироходец настоял, чтобы Эбардо тоже разделся. Тот без вопросов послушался и снял верх. Под ним обнажилась кожа, полностью покрытая шрамами. Это зрелище было ещё более жутким, чем на руках и шее, но Лололошку не пугало. Он протянул руку к чужой груди и начал ощупывать шрамы, гладил их, будто читал. Эбардо не возражал. Лололошка был единственным существом во вселенной, которому он позволил бы прикоснуться к следам пыток. Лололошка убрал руку и сел. Он потянулся губами к особенно крупному шраму и поцеловал его. Почему-то для Эбардо это стало неожиданностью. Он коснулся места поцелуя, будто желая сохранить это ощущение, и снова прижал Лололошку к кровати, обнимая и целуя. Грудь, плечи, руки и живот мироходца покрывали невидимые, а иногда и очень даже видимые следы, надолго оставшиеся в памяти. Эбардо перевернул Лололошку на живот — тот не сопротивлялся — и снял с него последнюю одежду. Он не мог разглядеть явное смущение на лице партнёра, но чувствовал его всем телом. Это только больше заводило. Немного магии — и пальцы уже сами произвели нужное количество смазки. Хоть где-то химия пригодилась. Эбардо приподнял Лололошку за живот, заставляя подогнуть колени и лечь в позе кошки, и аккуратно вставил пальцы. Мироходец промычал в подушку, которую сильнее прижимал к себе, но не стал ничего говорить. Когда пальцы начали двигаться внутри, Ло даже еле заметно подавался им навстречу, откликаясь тихими стонами. Эбардо несколько раз поцеловал лопатки возлюбленного, вызывая вздрагивание возбуждённого тела, и начал входить. Лололошка чувствовал каждое движение внутри себя и цеплялся пальцами за простыню и подушку, готовый вот-вот порвать их. Эбардо почувствовал, что Ло привык, и начал двигаться увереннее. По комнате разносились стоны Лололошки, тихие вздохи Эбардо и пошлые шлепки бёдер о ягодицы, которые становились всё быстрее и громче. Ближе к пику Эбардо резко перевернул Лололошку. Его лицо было красным, в уголках глаз выступили слёзы, однако выражение говорило о сильном удовольствии и возбуждении. Одного взгляда на это лицо было достаточно, чтобы Эбардо ускорился, готовый вот-вот потерять остатки контроля от напряжения, которое должно было разрешиться разрядкой. Он громко простонал, вбиваясь в Лололошку с особой силой, и это заставило мироходца вцепиться ему в спину и кончить почти одновременно. Лололошка тяжело дышал прямо в ухо Эбардо, а тот прижимал к себе его туловище, не желая отпускать. В конце концов оба легли на кровать. Лололошка лежал лицом к возлюбленному, перебирал его сбитые, чуть спутанные волосы и поглаживал голову. Эбардо смотрел на лицо Лололошки: раскрасневшееся, уставшее, но счастливое. Он уже был готов отдать всю вселенную за эту мирную улыбку. — Не думал, что доставлять удовольствие кому-то может быть так приятно, — сказал Эбардо, наблюдая за руками Лололошки. — А я никогда бы не хотел секс без чувств. Поэтому для меня многое тоже было в новинку, — улыбнулся Лололошка. — У тебя первый раз? — На моей памяти — да. Ло снова хмыкнул и прижался к груди Эбардо. Тот накрыл его голову ладонью, второй рукой приобнял за талию и начал тихонько поглаживать уставшее тело. — Спи давай. — Сладких снов. Лололошка быстро чмокнул Эбардо в грудь и снова прильнул к ней. Преступник улыбнулся и прижал его к себе чуть крепче.