Лесная сирота

Лес встретил нас привычной прохладой. Стоило Сулейману и Ибрагиму скрыться за деревьями, как я ещё несколько минут стояла на тропе и смотрела им вслед. Хотя давно уже не видела ни их самих, ни лошадей. Просто стояла. Сама не понимая зачем. Нокс, как обычно, первой нарушила тишину. — Ну всё? Насмотрелась? — На что? — На дорогу. — Я просто задумалась. — Конечно. — Нокс. — Что Нокс? Я видела, как ты смотрела вслед этим людям. Я закатила глаза. Иногда мне казалось, что моя змея слишком много о себе понимает. Маленькая чёрно-серебристая гадюка лежала на моём плече, свернувшись кольцом, и внимательно наблюдала за мной своими жёлтыми глазами. — Они хорошие люди. — Не знаю. — Зато я знаю. — Ты всех считаешь хорошими. — Неправда. — Правда. — Неправда. — Тогда почему ты притащила двух неизвестных мужчин к себе домой? На это мне ответить было нечего. Потому что Нокс была права. Любой нормальный человек так бы не поступил. Но я никогда не была нормальным человеком. Вздохнув, я развернулась и пошла обратно к дубу. Лес вокруг постепенно оживал. Птицы перелетали между ветвями. Белки прыгали по стволам. Где-то неподалёку трещали кузнечики. Солнечные лучи пробивались сквозь листву и золотыми пятнами ложились на землю. Я любила это время суток. Когда лес ещё не раскалился от жары. Когда воздух оставался свежим. Когда всё вокруг выглядело особенно красивым. — Серафима! Я подняла голову. По стволу ближайшей сосны стремительно спускалась Рика. Её пушистый рыжеватый хвост мелькал между ветками, а маленькие лапки ловко цеплялись за кору. Через несколько секунд белка уже сидела на нижней ветке и смотрела на меня блестящими глазами. — Они ушли? — Ушли. — Жалко. — Почему? — Весело было. — Тебе всё весело. — Потому что жизнь прекрасна! Нокс громко зашипела. — Опять начинается... — Не завидуй. — Кому? — Мне. — Было бы чему. Я невольно рассмеялась. И белка, и змея тут же начали спорить между собой. Настолько громко, что мне пришлось остановиться посреди тропинки. — Так. Обе замолчали. — Можно хотя бы пять минут без скандалов? — Это она начала. — Нет, это она. — Тихо. Наступила обиженная тишина. Ровно на десять секунд. Потом всё началось заново. Я только покачала головой. Иногда мне казалось, что у меня не друзья, а маленькие дети. Когда впереди показался огромный дуб, я почувствовала знакомое спокойствие. Дом. Настоящий дом. Пусть не дворец. Пусть не богатое поместье. Но мой. Я провела ладонью по коре дерева. Старая привычка. Дуб словно приветствовал меня. Может быть, это было глупо. Но мне нравилось так думать. — Мы вернулись. — Наконец-то. — А теперь что? — Будем жить дальше. — Скучно. — Нормально. — Очень скучно. Я усмехнулась и полезла в своё убежище. Внутри всё оставалось точно таким же. Звериные шкуры. Полки. Книги. Связки трав. Камни. Моё маленькое королевство. Только почему-то сегодня оно казалось немного пустее. Я нахмурилась. Неужели привыкла к присутствию гостей? Нет. Наверное. Хотя... Я поймала себя на мысли, что ищу взглядом место, где обычно сидел Ибрагим. И место возле костра, где чаще всего находился Сулейман. Странно. Очень странно. — Ой. — Что? — Ничего. — Серафима. — Что? — Ты скучаешь. — Нет. — Да. — Нет. — Да. — Нокс! — Да что сразу Нокс? Я бросила в неё маленькую шишку. Змея ловко увернулась. Рика громко рассмеялась. А я вдруг поняла, что улыбаюсь. Наверное, всё будет хорошо. Они вернулись домой. Я тоже дома. Значит, всё правильно. Вот только почему-то внутри поселилось ощущение, что эта история ещё не закончилась.

***

Неделя пролетела удивительно быстро. Обычно дни в лесу тянулись размеренно и спокойно. Каждый был похож на предыдущий, но при этом оставался особенным. Рассветы никогда не бывали одинаковыми. Птицы каждый день пели по-разному. Даже ветер приносил новые запахи. Но эта неделя словно исчезла. Я и сама не заметила, как прошло семь дней. Утром я проверяла ловушки. Днём собирала травы. Читала книги. Разговаривала с лесными жителями. Готовила еду. Чинила одежду. Всё было как всегда. И всё же не как всегда. Потому что мысли постоянно возвращались к двум путникам. Особенно к одному из них. Я сидела на одной из толстых ветвей дуба, свесив ноги вниз. Подо мной шумел лес. Нокс грелась на солнце рядом. А Рика грызла орех, устроившись на соседней ветке. — Ты опять думаешь о них, — заявила белка. Я тяжело вздохнула. — Не думаю. — Думаешь. — Не думаю. — Думаешь. — Рика. — Что? — Замолчи. Белка довольно захихикала. — Значит, думаешь. Я бросила в неё желудем. Рика легко увернулась. — Попала бы. — Не попала бы. — Попала бы. Нокс лениво подняла голову. — Вы можете хотя бы один день не спорить? — Нет. — Нет. Мы с Рикой ответили одновременно. Змея закатила глаза. Насколько вообще змея могла закатить глаза. Наступила тишина. Я посмотрела вдаль. Туда, где за деревьями проходила дорога. Та самая. По которой уехали Сулейман и Ибрагим. Странно. За двадцать лет жизни я встречала много людей. Охотников. Торговцев. Беглецов. Солдат. Но обычно они быстро исчезали из моей памяти. А этих двоих почему-то забыть не получалось. Я вспоминала их разговоры. Вопросы Ибрагима. Его бесконечные истории. Его смех. И почему-то улыбнулась. — Вот. — Что вот? — Улыбаешься. — И что? — Вспомнила его. — Кого? — Болтливого. Я тихо рассмеялась. Да. Ибрагим действительно много говорил. Иногда мне казалось, что он способен разговаривать даже во сне. Но воспоминания не остановились на нём. Почти сразу в памяти возник второй образ. Высокий мужчина с тёмными глазами. Спокойный. Молчаливый. Наблюдательный. Я сама не заметила, как задумалась. Странный человек. Очень странный. Он говорил мало. Но когда говорил — хотелось слушать. А ещё он постоянно наблюдал. Будто запоминал каждое слово. Каждое движение. Каждую мелочь. — Ооо... Я вздрогнула. — Что? Рика смотрела на меня с хитрым видом. — Ничего. — Говори. — Не хочу. — Рика. — Ты думаешь уже не про болтливого. Я почувствовала, как начинают гореть щёки. — Глупости. — Конечно. — Именно. — Верю. — Ты врёшь. — Немножко. Нокс громко зашипела. — Отстань от неё. — Почему? — Потому что она сейчас упадёт с дерева от смущения. — Нокс! — Что? Белка рассмеялась так громко, что едва не свалилась с ветки. Я только закрыла лицо руками. Невыносимо. Просто невыносимо. Иногда мне казалось, что лес специально собрал вокруг меня самых вредных существ. Через некоторое время разговоры стихли. Ветер качал ветви дуба. Солнце медленно двигалось к закату. Я смотрела на небо. И снова думала. Кто они были на самом деле? Обычные путники? Нет. Слишком образованные. Слишком воспитанные. Слишком уверенные в себе. Особенно Сулейман. Иногда во время разговоров он рассуждал так, будто лично присутствовал на советах правителей. Будто видел войны. Будто принимал решения, от которых зависели тысячи людей. Тогда я не обращала на это внимания. Но теперь... Теперь некоторые детали казались странными. Очень странными. — Нокс. — Да? — Как думаешь, они действительно были простыми путешественниками? Змея немного подумала. — Нет. — Почему? — Потому что простой путешественник не держится так, как держался он. Я удивлённо посмотрела на неё. — Ты тоже заметила? — Все заметили. — Даже Рика? — Особенно Рика. Белка гордо выпрямилась. — Я вообще самая умная. — Конечно. — Конечно. Я невольно улыбнулась. И снова посмотрела на дорогу. Неделя. Прошла всего одна неделя. А казалось, будто прошёл целый месяц. Странное чувство. Будто вместе с теми путниками из моей жизни исчезло что-то важное. Что-то, чего раньше там никогда не было. И именно это беспокоило меня больше всего.

***

В это время далеко от леса, за высокими стенами дворца Топкапы, жизнь продолжала идти своим чередом. С самого утра дворец напоминал огромный муравейник. Слуги спешили по поручениям. Чиновники приносили документы. Послы ожидали аудиенции. Военачальники готовили отчёты. А я сидел на совете Дивана. Обычно подобные собрания требовали всего моего внимания. Каждое решение могло повлиять на судьбы тысяч людей. Каждое слово имело значение. Каждая подпись могла изменить будущее целой провинции. Но сегодня всё было иначе. — Венецианские купцы вновь просят уменьшить пошлины, мой султан, — говорил один из визирей. Я смотрел на разложенные передо мной документы. Смотрел. Но не видел. — Повелитель? Голос визиря заставил меня поднять голову. — Продолжайте. — Если уменьшить пошлины, торговля возрастёт... Он говорил дальше. Что-то о кораблях. О товарах. О прибыли. О новых соглашениях. Я слушал. И одновременно не слушал. Потому что мысли упрямо возвращались совсем в другое место. Не к морям. Не к торговым путям. Не к политике. А к лесу. К огромному дубу. К девушке с необычными глазами. — Ваше мнение, мой султан? Я моргнул. Вопрос явно был обращён ко мне. Несколько человек внимательно смотрели в мою сторону. — Оставить всё без изменений. Визирь поклонился. — Как прикажете. Совет продолжился. На стол ложились новые бумаги. Обсуждались новые вопросы. Но с каждой минутой мне становилось всё труднее сосредоточиться. Я невольно вспомнил вечер возле костра. Серафима тогда спорила с Ибрагимом о каком-то старом трактате, который нашла среди украденных книг. До сих пор удивительно. Девушка без образования рассуждала о науке так, будто обучалась у лучших учёных империи. Я вспомнил её слова. Её уверенность. Её любопытство. И неожиданно поймал себя на том, что сравниваю её с людьми, сидящими сейчас в этом зале. Многие из них учились с детства. Имели лучших наставников. Читали сотни книг. Но мало кто обладал таким живым умом. — Повелитель? На этот раз голос принадлежал Ибрагиму. Я посмотрел на друга. Он сидел немного в стороне и внимательно наблюдал за мной. Слишком внимательно. — Да? — Ваше решение по вопросу поставок? Несколько секунд я молчал. Затем спокойно ответил. — Утвердить. Ибрагим кивнул. Но его взгляд остался прежним. Подозрительным. Будто он прекрасно понимал причину моей рассеянности. Совет продолжался ещё долго. Солнце успело подняться высоко над дворцом. Воздух в зале становился всё тяжелее. Голоса визирей постепенно начали сливаться в один сплошной шум. Я подпирал рукой висок и смотрел перед собой. В какой-то момент один из чиновников развернул карту. Мой взгляд скользнул по ней. По дорогам. По рекам. По городам. И неожиданно остановился на участке леса. Том самом. Сердце неприятно дрогнуло. Странно. Очень странно. Прошла всего неделя. Всего одна неделя. Но почему мне казалось, будто я оставил там что-то важное? — Повелитель. Голос Ибрагима снова вернул меня в реальность. На этот раз совет подходил к концу. Визири поднимались со своих мест. Собирали бумаги. Кланялись. Постепенно зал пустел. Вскоре остались только мы двое. Я тяжело выдохнул. — Наконец-то. Ибрагим усмехнулся. — Обычно вы так не говорите после заседаний. — Обычно. — Тогда что изменилось? Я посмотрел на него. Он прекрасно знал ответ. И всё же специально задавал этот вопрос. — Говори прямо, Ибрагим. Улыбка друга стала шире. — Вы думаете о ней. Я закатил глаза. — Опять начинается. — Значит, я прав. — Ты слишком много говоришь. Несколько секунд мы смотрели друг на друга. А потом Ибрагим неожиданно рассмеялся. — Неужели сам великий султан Сулейман влюбился? — Следи за словами. — Так я угадал? — Нет. — Угу. — Ибрагим. — Молчу. Он поднял руки в знак капитуляции. Но улыбаться не перестал. А хуже всего было то, что где-то глубоко внутри я понимал: его догадки были опасно близки к правде.