Stay

Солнечные дни шли вперемешку с дождливыми. И медленно, но уверенно связь Тэхёна с Чонгуком обретала новую, куда более пугающую форму. Статус ростовщик — должник был далеко позади. Всё обернулось с ног на голову. Тэхён получил свободу, которой так жаждал. Но свобода так и осталась безвкусной. Она была безвкусной. Чонгук же впервые оказался заложником своих собственных чувств, которые связали его по рукам и ногам. Свобода его решений была ограниченной. Потому что теперь его сердце не подчинялось холодному рассудку. А ещё он преподнёс свою искалеченную душу омеге, как и обещал. Мужчина понимал, что этим самым он собственноручно выносит себе приговор. Но как быть иначе, когда чувство вины и раскаяние медленно разъедали его изнутри? Часы складывались в дни, а дни — в недели. Со временем омега стал чуть мягче, однако временами между ними дул северный ветер. Тэхён старался оттеснить ненависть, но давалось ему это очень трудно. Сегодняшняя смена подходила к концу. Сменщик уже пришёл в магазин и сейчас они занимались передачей кассы. Тэхён закрывал свою смену, а напарник как раз её только открывал. Было ровно полночь, когда омега вышел на улицу, закончив с работой. Он тут же начал ощупывать карманы в поиске сигарет, находя их в правом кармане синих спортивок. Привычка есть привычка и от неё трудно избавиться, даже если приложить усилия. Тэхён их не прилагал. Ему это не нужно. Пройдя несколько метров омега свернул в небольшой тёмный проулок. Щёлкнул зажигалкой, поджёг сигарету и сделал первую длительную затяжку, ощущая на языке привычную горечь. Усталость наваливается на плечи и те опускаются вниз. Парень закидывает голову и выдыхает дым в ночное небо. Перед глазами — лишь чёрное ночное небо, с мелкими тусклыми звёздами. Они размыты для него, потому что сам взгляд вымучен. Он не видит в этом красоты изначально. Какая может быть красота во мраке? А может быть, он не видит красоты потому что привык жить во тьме? Там он был слеп. Городские огни светят ярко, отбрасывая свои тени на землю. Тэхёна в этой темноте толком и не видно, однако даже так его находят. Чонгук появляется бесшумно. Он останавливается напротив омеги, прислоняется к стене и тоже закуривает. Кончик сигареты медленно тлеет, когда альфа затягивается, не отводя пристального взгляда от Тэхёна. Омега смотрит прямо. Он не уводит взгляд, а скользит им по фигуре мужчины. Чёрный спортивный костюм совсем не вписывается в его стиль. Он выглядит моложе, особенно сейчас, когда у него растрёпанные волосы. Чонгук не опускает свои чёрные глаза, а смотрит на омегу долго. Запоминает черты лица, изучает мелькающие остатки эмоций и впитывает каждое действие. Как держит сигарету меж пальцев, как зажимает фильтр губами, как затягивается и как выпускает сизый дым не в ночное небо, а прямо, будто пытаясь его задеть. Коснуться без прикосновения. Альфа первым это начал, Тэхён просто повторил. И снова молчание. Без спешки, без давления. Но холодное. Вдали слышны звуки машин. Ветер тихо шепчет над их головами. Людей нет. И темно. Сюда не достаёт свет фонарей, однако они видят друг друга и без света. Свет им был не нужен. Те, кто долго жил во тьме, привыкают к отсутствию света. На самом деле это выматывает. Потому что иногда хочется тепла, но вокруг только холод. Ненавязчивый аромат дождя и никотина ощущается как глоток свежего воздуха. Тэхён выдыхает дым и делает вдох полной грудью. Он не может не знать, откуда этот запах. Ведь это всё Чонгук. Он его гибель и спасение в одном флаконе. Ни оттолкнуть, ни принять. Фильтр падает на асфальт. Омега наступает на него, сильнее вдавив в асфальт и прячет руки в карманы спортивной кофты, чтобы не мёрзли. Тэхён первым вышел из проулка, медленно двигаясь по тротуару. А Чонгук следом, ровняясь с парнем. - Я просто проведу тебя до дома, - сдержанно предупреждает ростовщик. Тэхён даже не поворачивается в его сторону, но тихо говорит. - Проведи, - отстранённо. Они идут в тишине. Никто не нарушает молчание. Оно звучит для них как исповедь. Оба сломлены этим миром. Оба искалечены этим миром. Оба уничтожены этим миром. Им не нужно понимать друг друга, не нужно говорить. Это видно по глазам, как застывает боль. Поистине ужасное зрелище. И вот они останавливаются возле подъезда. Тэхён не прощается, сразу же отворачивается, собираясь заходить внутрь, но в последний момент альфа его останавливает. Он поднимает руку и нажимает на дверь, закрывая её перед омегой. Тэхён замирает, а сам смотрит прямо. - На чай не позову, - коротко бросает. Чонгук поджимает губы. Руки с двери не убирает. Понимает, что должен, но не может. - Я знаю, что не позовёшь, - хриплый голос трескается. Альфа звучит обречённо. Это даже вызывает у омеги некий интерес, поэтому он медленно разворачивается и впивается своими тёмными глазами в чужие, абсолютно чёрные. - Убери руку, - мелодичный голос обретает резкие нотки. Чонгук мечется. Разум требует отпустить. Сердце — нет. Не хочет отпускать. Не хочет прощаться. Но кто он такой, чтобы просить о большем? - Не уходи, - низкий голос альфы становится тихим. Эти два слова звучат почти шёпотом. Нет и следа от былой дерзости и грубости. Тэхён присматривается к чужим эмоциям и вдруг отвечает: - А если я хочу уйти? — спрашивает невозмутимо. Чонгук застывает. Во взгляде проскальзывает что-то отчаянное. Альфа стискивает челюсти и убирает руку, опуская взгляд в пол, чтобы не видеть отдаляющуюся спину Тэхёна. Омега уходит. Мужчина видит, как парень делает шаги, слышит, как открывается и закрывается дверь. Напряжение так велико, а ноющая боль под рёбрами так сильна, что Чонгук не выдерживает, опускается на корточки и склоняет голову, вытягивая руки вперёд. Мысли рассыпаются в его голове, крошатся, и он за ними совсем не слышит, как дверь подъезда снова открывается и закрывается. Когда перед глазами появляются чужие кроссовки, ему кажется, это выдумка. Он тянется рукой к ним, чтобы проверить. Реальность, не сон. Аккуратно касается обуви, проводит по ней ладонью и наконец смотрит на красивое лицо Тэхёна. Тот стоит над ним, его взгляд наполнен различными эмоциями. Жалость это, или что-то ещё — это лучше чем пустота. Тёплая ладонь омеги взмывает в воздух и нежно касается сначала чёрных волос альфы, а потом мягко скользит и замирает на щеке. Вот истинное положение дел. Зверь скулит, а внутренний монстр уже лежит у ног Тэхёна. Руки монстра все в крови. Он только что вырвал своё бьющееся сердце, готовый преподнести его Тэхёну. Забери себе. Прими его. Тэхён смотрит неотрывно. Разглядывает, а после говорит: - Дальше будет только сложнее. Это твой последний шанс, Чонгук, - предупреждает тихо. — Последний шанс, чтобы передумать и исчезнуть из моей жизни. Чонгук дёргает, судорожно хватаясь за руку омеги. - Я обещал тебе свою душу и от своих слов не откажусь, - уверенно. Тэхён выдыхает, хватает альфу за подбородок и склоняется ещё ниже, выдыхая в самые губы: - На милосердие даже не рассчитывай, — бросает. — Я не стану тебя жалеть. Тэхён убирает ладонь и скрывается за дверьми подъезда. Только что он дал альфе понять, что примет его чувства и заберёт себе его душу. И ему лучше к этому приготовиться. Всегда сдержанный Чонгук вдруг улыбнулся. Больше того он начинает смеяться. Как же это глупо. Внушать страх другим одним своим появлением и при этом бояться, что омега исчезнет из его жизни, оставив ему его дрянное сердце. Нет, пускай забирает. И делает с ним всё что хочет. Боль? К боли им не привыкать. Это лишь доказательство, что они всё ещё живы. А жить стоит. Тэхёну ради аромата никотина и дождя. Чонгуку ради аромата сирени и хлопка. Они обречены. С самого начала это не могло закончиться ничем хорошим. Их связь ядовита. И она их убьёт. Затеяли это, чтобы окончательно провалиться в пропасть, откуда не смогут выбраться. Ненависть, как и любовь — не лечится. И не стоит забывать, что от ненависти к любви один шаг. И лежит он через пропасть. Сегодня Чонгук напивается. Он пьёт до тех пор пока не успокоится. На седьмом этаже, в той самой квартире до сих пор пахнет сиренью и хлопком. Здесь каждый уголок пропитан феромонами омеги, а после того, как он съехал, оставив ключи под ковриком перед входной дверью, альфа не мог выдерживать и переехал сюда. Квартира на восьмом этаже теперь пустовала. Чонгук засыпал и просыпался в кровати, где когда-то спал омега. Он курил сигареты на балконе, так же как это делал Ким. Пил горький кофе, который омега так и не выбросил, когда уходил, будто знал, что альфа сойдёт без него с ума и будет цепляться за его присутствие. Он пьяный. Сидит на полу в комнате, оперевшись спиной на кровать. Голова откинута назад, взгляд мутный, расплывается, а губы обхватывают фильтр сигареты. Дым поднимается к потолку красивыми узорами. Но альфе нет до них дела. Воображение рисует лицо Тэхёна и желание курить становится ещё сильнее. Вот бы он был сейчас рядом. Но это невозможно. Да и разве он имеет право быть рядом с ним? Абсурдно. Настолько, что смех рвётся наружу. Почему он такой жалкий? Почему он хватается за телефон и обрывает омеге трубку? Так сильно хочет услышать его голос. Хотя бы на минутку. Гудки кажутся бесконечными. Но когда на том конце принимают звонок, альфа затягивается крепче и расплывается в счастливой улыбке. - Ты ответил, - не смеётся, но через голос чувствуется его хорошее настроение. На том конце сонный омега недовольно хмурится. Он потирает глаза и поднимается с кровати, шаркая босыми ногами. - Я не могу спать, потому что ты трезвонишь, - цедит омега. Звук стеклянной посуды. Шорох пакетика с растворимым кофе, который омега высыпает в чашку. Тихий щелчок — включается чайник. - Хотел услышать твой голос, - выдыхает откровенно, затягиваясь новой порцией никотина. Тэхён молчит пару секунд, а после говорит: - В пять утра? — спрашивает. Чонгук сам себе кивает и выдыхает дым в потолок. - В пять утра, - уверенно. Тэхён хмурится сильнее. Ему кажется что альфа подозрительно весел. - Ты пьян? — голос омеги явно недовольный. - Пьян, - соглашается. Слышно шорох. Чонгук поднимается на ноги и плетётся на балкон. Садится на стул, широко расставив ноги. Телефон в одной руке, сигарета во второй, а перед глазами просыпающийся город. Снова между ними молчание. Оно затягивается. Альфа слышит как закипает чайник, как омега заливает кофе и как шаркает ногами. И снова тишина. Минуты растягиваются и обретают форму до того момента, пока мужчина не слышит щелчок и шипение сигареты. Всё становится понятным. Вот они снова молчат и курят. Тэхён время от времени пьёт кофе, а его взгляд устремлён на восход солнца. Небо разжигается золотом. Лучи тёплые касаются лица омеги, поэтому он закрывает глаза. Босые ноги поджаты к груди, а фильтр зажат меж губ. Красиво. Очень красиво. Чонгук помнит и ему этого не хватает, пускай рядом и мелькает слабый аромат сирени и хлопка. Хотелось бы иначе. Тэхёна прямо здесь. - Не пей больше эту гадость, - глубокий голос альфы охрип и звучал низко. Чонгук закрывает глаза и откидывает голову на спинку стула. Тэхён делает ещё один глоток кофе и затягивается. - Кофе? — спрашивает спокойно. Чонгук выбрасывает фильтр с балкона. - Он отвратительный на вкус, - отвечает ростовщик и кривится. Тэхён выпускает дым и стряхивает пепел. - Алкоголь вкуснее? — звучит обыденно, но с явным укором. Омега докуривает сигарету, а фильтр летит вниз с балкона. Последние глотки допитого кофе на самом деле отвратительны. Чонгук недолго молчит. Тэхён прав. Какой ещё кофе, если он сам заливает в себя алкоголь? Это в разы хуже. - Ещё хуже, - коротко отвечает и прислушивается к шагам омеги. Тэхён уходит с балкона, забирает чашку и оставляет её на кухне в раковине. Мыть её сейчас не будет. Хотелось бы ещё немного поспать перед сменой. - Ложись спать. После этих слов омега бросает трубку и сам возвращается в спальню. Ещё несколько часов сна. И снова на смену. Как и планировал, Тэхён проснулся через несколько часов. Быстро собрался, выпил ещё чашку кофе, оставляя в раковине уже две чашки и поспешил на работу. Сменщик искренне обрадовался его появлению. Наконец он будет свободен. Закрыв смену, омега открыл свою и сразу приступил к обязанностям. Их было не так много, поэтому он работал не спеша. Ближе к обеду в круглосуточный пришла компания альф. Все они были учениками старшей школы. Они смеялись и о чём-то спорили. Тэхён слушал их вполуха, по большей части вникая в документы о поступившем товаре. Но все они быстро ушли, оставив только одного парня, который спешно подошёл к кассе. Он выглядел напряжённо и зажато, а взгляд и вовсе выдавал в нём затравленную жертву. Сохраняя спокойствие, омега внимательно посмотрел на парня и тут же понял, что тот не альфа, а бета. Видимо, те ребятки ему и вовсе не друзья. Губа была разбита, форма потрёпанная и испачканная. Парень выглядел испуганно. И это не могло не заставить омегу насторожиться. - П-пачку сигарет п-пожалуйста… - его тихий голос дрожал. При этом парень прятал глаза и смотрел в пол, едва выговаривая слова. Тэхён нахмурился. - Я так понимаю просить удостоверение личности бесполезно? — спрашивает Ким. — Ты ученик старшей школы, несовершеннолетний, а мне запрещено продавать сигареты таким детям, как ты. Тэхён говорит спокойно, но парень неожиданно поднимает на него мокрый взгляд. Его губы, как и руки, дрожат. Он выглядит отчаявшимся, загнанным в угол. И Тэхён помнил ту ситуацию, когда он хотел помочь, но только пострадал. Поэтому в этот раз он сомневается. А стоит ли интересоваться? - П-пожалуйста… т-только один р-раз…! — парнишка задрожал и с глаз хлынули слёзы. Кажется, впервые Тэхён был растерян и не знал, как поступить. - Давай ты для начала успокоишься? Омега обеспокоенно пролепетал, пытаясь хоть как-то утешить школьника. - П-продайте… всего о-один…р-раз… пожалуйста, - слёзно просит мальчишка. Он выглядит как человек, у которого нет выбора. Как тот, кто не хочет здесь стоять и выпрашивать продать ему сигареты, но не может просто так уйти. Он напуган и прекрасно понимает, что с пустыми руками возвращаться к тем ребятам нельзя. Иначе они изобьют ещё хуже. Их издевательства и так уже вышли на новый уровень, а если он ослушается просто страшно представить, что они сделают. Поэтому он плачет. Дрожит. И просит омегу сделать исключение. - Если я это сделаю, меня арестуют, - отвечает ему Ким и мысленно пытается подобрать нужный ключ к этому бете. Он явно делает это не по своей воле. Школьнику угрожают. Над ним издеваются. Это зашло слишком далеко. Мальчишка поднимает глаза на омегу и выдаёт нечто ужасное. - В п-прошлый… раз они п-пришли… ко мне домой и перевернули в-всё… - плачет бета, опустив сутулые плечи. — Б-бабушка… с-сильно испугалась. Е-если… я н-не… принесу с-сигареты они з-зайдут… дальше. Омега мысленно возмущённо вскрикнул, но в реальности только поджал губы. Собственные воспоминания ворвались без разрешения. Он помнил тот день, когда к нему пришли ростовщики. Он представил себе тот ужас, что сейчас творится в жизни беты. Для ребёнка это страшно. Очень страшно. И оставлять это вот так нельзя. - Они на этом не остановятся, - твёрдо говорит омега и бросает беглый взгляд на улицу, где стоит та самая компания. — Станет только хуже. Кто-то из взрослых знает? Классный руководитель? Полиция? Мальчишка отрицательно качает головой, но не слишком активно, чтобы альфы ничего не заподозрили. - Плохо… - недовольно бурчит под нос. - П-просто… п-продайте…, - тянет жалостливо. Тэхён остро смотрит на школьника. Хмурится и указывает на камеры. - Они здесь не для красоты, - напоминает. Нижняя губа беты задрожала сильнее и новая порция слёз выступила на глазах. Омега судорожно пытался понять, что ему делать. Идея появилась сама собой. Тэхён на секунду отошёл в подсобку, а после вернулся с пачкой палочек в шоколаде. Пробил их и вручил парню, принимая у него купюру. - Отдашь им вот это, скажешь, чтобы заглянули внутрь, только не перед магазином, а где-то в укромном месте, - бета крепче сжал упаковку со сладостями, с надеждой заглянув в глаза Кима. - С-спасибо… Но когда уже хотел уходить, омега схватил его за запястье и тихо проговорил: - Как закончатся занятия, сразу иди сюда. Я подожду. Мальчишка замялся, но согласно кивнул и быстро выскочил на улицу. Компания тут же столпилась вокруг него. Один из альф закинул руку ему на плечи и взъерошил чужие волосы. Со смехом ребята ушли, а у Тэхёна образовалось плохое предчувствие. Школьник не врал. Когда врут, так не выглядят, хоть каким бы умелыми лжецами ни были. Обед закончился. Он медленно перетекал в вечер. На улице становилось всё темнее, а мальчишка всё не приходил и не приходил. Эфемерное чувство волнения щекотало внутренности. Возможно из-за похожих историй он так переживал за бету. Он ведь знает, каково это. Вот-вот должен был прийти сменщик. Когда колокольчик зазвонил, омега подумал, что это он, но на пороге магазина стоял избитый школьник. Кровь запеклась на лице. Школьная форма была покрыта следами от обуви. И бета не мог нормально идти, он хромал на одну ногу. Проглотив шок, Тэхён мигом побежал к мальчишке, помогая сесть на стульчик возле окна. Каждый шаг сопровождался болезненным шипением. Школьник прижимал руку к рёбрам и морщился, не в силах скрывать свою боль. - Чёрт! Тэхён не сдерживает ругательств и быстро хватает аптечку под столом возле кассы. Раны выглядят пугающе. Особенно страшно смотреть на лицо парня. Оно в ужасном состоянии. Бровь и губа разбиты, один глаз наполовину заплыл из-за гематомы, а на виске след от ожога. Такие следы остаются от сигарет, когда их тушат. Смотря на всё это, омега не сдерживает мелкой дрожи. Это зверство. Руки беты в царапинах и ссадинах. Мальчишка хромает и едва может сидеть. Как он только сюда дошёл? Не нужно было спрашивать кто это сделал. Омега знал. Имя, которое бета ему не говорил при первой встрече, Тэхён прочитал на школьной форме. Шин Сухо. - С такими ранами тебе нужно в больницу, - лепечет омега, оттирая кровь с лица мальчишки. Тот шипит, потому что щиплет и отрицательно качает головой. - Нельзя в больницу. У меня нет денег, да и бабушка будет переживать, - вяло отвечает школьник. Тэхён хмурится. - У тебя могут быть сломаны рёбра, - старается говорить спокойно, но получается не очень. — Такое мазью не лечится. Бета и сам понимал, что его состояние может быть весьма плачевным. В конце концов били они не жалея. Новый звук колокольчика заставил омегу подскочить на месте. Его взгляд остановился на появившемся Чонгуке, который выглядел хмурым и явно недовольным. В мгновение ока он оказался рядом прошивая воздух грубым голосом. - Что здесь происходит? — спрашивает альфа и ловит на себе сразу несколько взглядов. Тэхён молча отворачивается, продолжая обрабатывать чужие раны, а мальчишка сжался сильнее и быстро увёл взгляд. - Тэхён, - чуть громче называет имя омеги, осторожно перехватывая его руку с мазью. Омега останавливается и смотрит на Чона. Секунда. Две. Три. Чонгук ждёт. - Его нужно отвезти в больницу, - коротко говорит. — Кажется, ему сломали рёбра. И ещё нога… не знаю перелом или ушиб. Мужчина успокаивается глядя на серьёзного омегу и переводит взгляд на мальчишку, который услышав разговор тут же запротестовал. - Нет, - замотал головой. — Бабушка… Но не договаривает, потому что Тэхён его перебивает. - Как бы ты ни пытался её уберечь, она должна знать, - строго говорит парень. — Я говорил, что станет хуже. Одними сигаретами не закончится. Они зайдут ещё дальше. Мальчишка поджимает руки и тихо роняет слёзы. Наблюдающий за всем этим Чонгук быстро сообразил что к чему, и теперь уже обращался к школьнику. - Что случилось? — низкий голос немного пугает, но бета не боится. Просто сложно решиться рассказать о пережитом ужасе. Но как бы сложно не было, он смог это сделать. Со слезами, дрожью и болью. Но он это сделал. Выражение лица Чонгука стало мрачным, но заметив ожог от сигареты на виске беты, он помрачнел ещё сильнее. Он ничего не обещал, но решил взяться за это. Тэхён сразу уловил чужой настрой. В этот момент как раз пришёл сменщик, который порядочно офигел, увидев происходящее. Омега же пообещал рассказать ему всё потом и быстро закрыл свою смену, оставляя все дела на напарника. Чонгук с Тэхёном помогли Сону добраться до машины альфы, аккуратно посадили его и поехали в больницу. На осмотре переломов не обнаружили, поэтому ложиться в больницу не нужно, однако врач сказал отлежаться дома где-то недельку, пока самочувствие не станет лучше. Раны нужно каждый день обрабатывать, а вот ожог останется навсегда, как напоминание об этом дне. По окончании Чонгук и Тэхён отвезли Сону домой. Тот слёзно их благодарил за помощь и за то, что оплатили его осмотр и лекарства. Он пообещал вернуть деньги, но альфа даже слушать не стал. Убедившись, что бета зашёл домой, мужчина тронул машину с места. Чонгук ехал узкими улочками не спеша. Внутри салона стояла тишина, которую альфа не стал обрывать музыкой. Вместо этого он слушал тихое и размеренное дыхание Тэхёна, незаметно вдыхая аромат нежной сирени и хлопка. Тэхён же, облокотившись на дверцу, немигающим взглядом прожигал сменяющийся вид за окном. Заводить разговор между собой они не рвались. Чонгук ничего не спрашивал о недавней ситуации, а омега не пытался рассказать больше того, что видел альфа. Стоило ли ему объясняться? И зачем? Однако царящая в салоне машины тишина не звучит напряжённо или неловко. Она была той самой тишиной, которая возникает после тяжёлого дня. Они устали говорить. Просто устали… Выезжая на главную дорогу, они попадают в затор. Машины буквально не двигаются. Медленно тянутся в общем потоке красных фар. И вот тогда омеге становится невыносимо. Не потому что альфа рядом и он не может уйти, а потому что душно, потому что всё накопленное напряжение за целый день стремится выйти наружу. Пальцы сами нащупывают пачку сигарет в кармане. Вытаскивает и бросает взгляд на мужчину. - Откроешь окно? — голос омеги звучит устало. Чонгук не отвечает, молча нажимает на кнопку и открывает окно, наблюдая со стороны как Тэхён поджигает сигарету и делает первую долгую затяжку. Сигарета тихо шипит, кончик медленно тлеет, а дым парень выдыхает прямо в окно. Взгляд мужчины нельзя назвать мимолётным. Нет, он безбожно залипает на парня, пристально следя за каждым его движением. Как длинные пальцы держат сигарету, как пухлые губы обхватывают фильтр, как рассеивается дым, когда омега скручивает губы трубочкой, выдыхая никотин в ночное небо. Чужие карие глаза блестят, отображая свет уличных фонарей. Чёрные волосы растрёпаны и выглядят мягкими на ощупь, но мужчина не решается их коснуться. Рука тянется, но он вовремя себя останавливает. Аромат никотина и дождя распространяется по салону. Чонгуку приходится подавлять свои желания и реакции организма, поэтому феромон медленно просачивается, доходя до Тэхёна. Парень замирает на несколько секунд, а после поворачивает голову к ростовщику. Его глаза внимательно смотрят на мужчину, который точно так же смотрит на омегу, но не выдерживает и опускает взгляд на сигарету. Тэхён тоже переводит взгляд на сигарету, смотрит несколько секунд, потом возвращается к лицу альфы и глядя прямо ему в глаза делает глубокую затяжку. Ким немного щурится, убирает сигарету и выдыхает дым в сторону Чонгука. От курения его голос обретает низкие нотки. - Тоже хочешь? — спрашивает спокойно, делая очередную затяжку. Чонгук смотрит на омегу и не понимает. Суть вопроса он едва улавливает, во рту пересохло. - Хочу, - он отвечает будто заколдованный. И ведь действительно был. Он околдован этим омегой. Тэхён облизывает пересохшие губы, достаёт из пачки новую сигарету и протягивает её альфе. Чонгук её принимает в ту же секунду, обхватывая губами и машинально ища зажигалку, которая ему совершенно не нужна. Потому что омега стряхивает пепел и зажимает фильтр губами, а после наклоняется к Чонгуку, поджигая его сигарету своей. Мужчина едва её не роняет. В моменте он теряется, а его глаза бегают по красивому лицу, которое медленно отстраняется. Омега возвращается в исходное положение, только взгляд оставляет прикованным к Чону. Оба крепко затягиваются, не отрывая взглядов друг от друга. Кажется, между ними происходит та самая химия. Из-за дыма внутри салона становится туманно, всё пропиталось ароматом никотина, среди которого едва можно уловить аромат сирени. Водитель машина позади громко им сигналит, а через окно слышно гневные ругательства, однако они никак не реагируют. Тэхён кивает на дорогу и Чонгук прекрасно понимает, чего от него хочет парень, но взгляд оторвать не может. Он затягивается и выдыхает дым омеге в лицо. - Да пошли они все к чёрту, - низкий рокот звучит неожиданно приятно для омеги. На губах почти появляется слабая ухмылка. Уголки губ едва приподнимаются, но альфа замечает. Замечает и цепляется за эту эмоцию. Он жадно поедает его глазами и полностью игнорирует злобные и громкие сигналы позади. Вообще плевать, даже если мир рухнет. Тэхён впервые за столько лет показал нечто удивительное. Разве это не подарок? Разве не везение? Но Тэхён сделал это неожиданно даже для себя. Он не думал, что способен на такое. Омега быстро приходит в себя, возвращаясь к реальности. Поэтому фильтр летит в окно, а намёк на улыбку исчезает. - Поехали, - командует парень, усаживаясь поудобнее и закрывая глаза. Чонгук хмыкает, зажимает сигарету меж губ и давит на газ, уезжая вперёд. Буквально через десять минут они наконец начинают ехать на привычной скорости. Чонгук не обгоняет машины, чтобы как можно дольше побыть с омегой, но рано или поздно они всё же приедут, как бы сильно альфа не хотел оттянуть этот момент. Машина останавливается возле подъезда. Оба выходят на улицу. Тэхён никогда не прощается и в этот раз не собирался, он просто пошёл в сторону дома, но его неожиданно поймали за запястье. Чонгук обхватывает ладонью тонкое запястье омеги, останавливая его. Он сделал шаг вперёд, прижимаясь к спине омеги, а руки поползли вверх, замирая на хрупких предплечьях. - Давай поговорим, - тихо говорит Чон. Тэхён застыл, ощущая как аромат никотина буквально окутывает его с ног до головы. - Разве есть о чём? — спокойно спрашивает парень. Чонгук молчит несколько секунд. - А разве нет? — тихо. Альфа звучит осторожно, однако с долей настойчивости. Не напирает сильно, но и не отступается. А Тэхён уже знает, что мужчине нужно. Все эти разговоры не случайны. Чонгук хочет большего — Тэхён пока что этого ему дать не может. От него требуют слишком многое. Взаимность. Чувства. Даже если всё это ради мести — всё равно тяжело. Мстить совсем не легко. Чтобы взрастить ненависть понадобились годы отвращения и неприязни, а чтобы взрастить любовь нужно меньше что ли? Чтобы полюбить нужно понять, а понять Чонгука невозможно. Нужно ли полюбить по-настоящему, чтобы месть свершилась? Не обязательно. Вовсе не обязательно любить монстра, который его искалечил. Но в чём тогда смысл его мести? Если всё будет так просто тогда и начинать не стоило. Потому что всё ещё больно, всё ещё неприятно и всё ещё отвратительно. Не мстить, а любить. Альфа задыхается без него. Он постоянно ищет встреч. Он постоянно рядом. Он постоянно пытается незаметно следовать за омегой, но сам омега это видит. Мужчина вовсе не незаметный. Такой как Чонгук не может быть незаметным. Открывшаяся сегодня неожиданная сторона альфы немного усыпила бдительность, Тэхён повёлся на это. Альфа не был безразличен к школьнику, он позаботился и о нём, и об омеге. Однако от осознания этого внутри Тэхёна всё разрывается. Значит он умеет? Умеет быть не только безразличным к чужим бедам? Тогда почему? Почему к нему он такой не был? Почему заставил молить о смерти? Зачем его разрушил? Но если чувства так сильны, что альфа готов помогать другим ради омеги? Что, если сам бы он никогда не стал этого делать, а именно ради Тэхёна он помог мальчишке? Что тогда? Тогда его чувства — не пустой звук. Тогда он действительно готов меняться ради него. И если это так, то тогда его месть свершится. Она станет самой болезненной для Чонгука. - Ты постоянно что-то от меня требуешь, - говорит Ким. Тэхён не спешит избавиться от рук альфы на своём теле. Пускай будет. - Тебе не нравится? — альфа звучит спокойно, но волнительные нотки прорываются. Если бы Тэхён мог, то рассмеялся альфе в лицо. Он ещё спрашивает? - А мне должно это нравиться? — холодно любопытствует. Омега разворачивается к альфе лицом и остро смотрит ему в глаза. Ответ ясен. - Не должно, - отвечает Чон. Его взгляд недовольный и виноватый. Он такой, потому что мужчина и сам всё понимает. Он просит слишком многое. И он не имеет права на это. Однако его натуру так просто не изменить. Он жадный, жестокий и властный мужчина. Сдерживаться не так-то легко для него, но ради того, кого любит, того, кому душу отдал, он старается. - Ты сам всё понимаешь, - терпеливо разъясняет парень, не уводя взгляда от альфы. Во дворе слышно свист ветра, шелест листьев и пустое молчание. Вот так просто смотреть друг на друга без слов — очень на них похоже. Не доказывать — молчать. Не кричать — молчать. Не уходить — молчать. Курить и молчать. Смотреть и молчать. Дышать одним воздухом и молчать. - Лучше бы не понимал, - выдыхает альфа и первым уводит взгляд, запуская руки в карманы чёрной кожаной куртки. Тэхён тоже не смотрит на альфу. Роняет взгляд вниз на свои кроссовки. Те самые, которые альфа гладил сидя на корточках. - Я говорил тебе не рассчитывать на милосердие, - строго чеканит Тэ, внимательно скользя глазами по своей обуви. — Говорил, что не позволю получить лёгкое прощение, - начинает монотонно перечислять. — Говорил, что сделаю тебе больно и разорву твою душу в клочья. — омега замолкает. Он делает паузу, потому что мысли не прекращают шуметь в голове. — И ты согласился. Ты сам обрёк себя на эту боль. Чонгук слушает внимательно, а выражение его лица становится хмурым. Альфа чувствует как из-за слов омеги его сердце бьётся сильнее, готово выпрыгнуть из груди. Пульс ощущается где-то в глотке и бьёт в виски. Почти оглушительно громко. - Я сломал тебе жизнь… - загробным голосом говорит Чон, закрывая лицо руками. Тэхён не реагирует. Молчит. Он чувствует тупую боль под рёбрами, когда смотрит на Чонгука. Но почему сердце ноет, а мозг молчит? - Сломал, - звучит твёрдо. — поэтому ты сейчас так страдаешь. Потому что твоё сердце выжигают чувства, оно хочет взаимности, тепла, но у человека которого ты полюбил вместо сердца — глыба льда. Больно сталкиваться с айсбергом, особенно когда не знаешь его глубины. Невыносимо больно, Чонгук. Наверное уже тошно от этой боли, от которой избавиться не можешь. Но и умереть ты не можешь. Не имеешь права! Чонгук корчится, заламывает брови и убирает руки от лица. Он знает всё это. Тэхён просто озвучил. Это правда больно. Но ведь это только начало. Тэхён ещё даже не начал мстить. Вот что страшно. - Я сам тебе отдал свою душу, - тянет хрипло. — Попросил её уничтожить. И теперь я знаю насколько больно тебе было, Тэхён. Омега фыркает. Да что альфа может знать о его муках? - То, что с тобой происходит сейчас, — пустяк. Я тебя не пожалею, Чонгук! Омега говорит уверенно и твёрдо, стремительно приближаясь к альфе. Ещё один короткий шаг, а далее тёплые ладони обхватывают лицо альфы, омега поднимается на носочки и впивается в чужие губы поцелуем. Он целует так как умеет, но мужчина делает по-своему, обнимает за талию, прижимает к себе и углубляет поцелуй. Тот становится тягучим, влажным и очень сладким. Слабый укус за нижнюю губу приводит Чона в себя. Тэхён отстраняется, упираясь ладошками в грудь альфы и жёстко чеканит: - Это тебе за то, что помог Сону, - голос бархатный, немного садиться. — А «спасибо» ты от меня не дождёшься. Как ненавидел, так и ненавижу тебя, Чонгук. Омега коротко целует альфу в приоткрытые губы, задерживается на его глазах, а после ловко выпутывается из рук Чона. Тэхён никогда не прощается, и это неизменно. А Чонгук… Что Чонгук? Он стоит у подъезда, смотрит на закрытую дверь и улыбается, будто сумасшедший. Он счастлив. Ему делают больно, но он счастлив, потому что хоть кто-то рядом с ним, пусть даже из ненависти. Ненависти он не боится. Его пугает пустота, в которой тонул омега. А теперь пускай ненавидит, сколько хочет.