Исполненное желание

Урса распахнула веки, отшатываясь назад. Чувство было таким, будто она вынырнула из толщи воды, в которой ее удерживали и пытались удушить. Суматошно хватая воздух, она начала озираться, высматривая духа, который до этого пугающе наседал над ее телом. Его последние слова все ещё эхом отдавались в голове: «Я выполню твою просьбу, дитя огня». — Урса? Она испуганно дёрнулась, когда кто-то коснулся ее напряжённого плеча. Обернувшись, она столкнулась со взглядом Икема. Облегчение тут же навалилось на нее, отчего она упала в объятия своего первого мужчины. — Ты же говорил, что тут можно встретить только Мать Лиц, — встревоженно пролепетала она в чужую грудь. Сильные руки прижали ее крепче. — Так и должно было быть… — Он представился как Дух Времени, — зачастила она, — И сказал, что исполнит мое желание скрыться от Озая! Что именно он сделал, если мое лицо все ещё со мной?! Руки Икема продолжали сжимать ее дрожащее тело, пока сам он не произнес неуверенно: — Если это был Дух Времени и он исполнил твое желание… Значит, теперь мы находимся во времени, когда Озай не может тебе угрожать. Урса застыла в его объятиях, ошарашенная навалившимся осознанием. — Но тогда… Мы можем быть даже на сотни лет вперёд… Икем молчал так долго, что Урса засомневалась, что получит ответ. Однако, через некоторое время он все-таки заговорил: — Есть только один способ узнать. Женщина ничего не ответила, абсолютно растерянная навалившимся осознанием. Как бы не было тяжело поверить в догадку Икема, она казалась единственной возможной. Каждому было известно, что сила духов непостижима. Чтобы покинуть это место им не понадобилось много времени. Собрав свои немногочисленные пожитки, они отправились назад, обратно в свою деревню, которую они покинули несколько месяцев назад в поисках Матери Лиц. Путь назад был лишён привычного комфорта. Пара молча двигалась вперёд, находясь каждый в своих мыслях. Урса одновременно желала узнать правду и при этом — боялась этого. Из-за этой дилеммы в голове у нее творилась полная сумятица, отчего она не знала, как лучше поступить. Может быть вообще остаться в лесу и позволить ему поглотить ее до конца жизни? Однако, это казалось уж слишком радикальным решением. Едва родная деревня замаячила на горизонте, в груди тревожно заколотилось сердце. То, что что-то не так, стало ясно, едва они переступили невидимую границу. Урса не узнала ее. Не узнала большую часть домов, которые окружали ее с детства. Не узнала людей, каждых из которых когда-то могла назвать поимённо. Ладонью она чувствовала, как Икем нервно сжимает ее пальцы. — Здесь есть люди из народа земли, — вдруг подал он голос, и Урса подняла взгляд туда, куда смотрел ее возлюбленный. Действительно. Их было немного. Но пара зелёных пятен мелькали то там, то здесь. Понимание, что перемещение во времени действительно произошло, тисками сдавило сердце. Иначе все увиденное просто нельзя было объяснить. Урса перевела взгляд на мужчину, глядя ему прямо в глаза. Она не знала, что именно хотела передать, но видела в его взгляде — он понимает ее чувства. Судя по всему они остались вдвоем друг у друга в этом незнакомом времени. — Нам нужно узнать подробности, — проговорил Икем, и Урса согласно кивнула. Поспрашивав, где можно найти таверну, они постепенно вышли к нужному зданию. Именно это место было точкой сбора путешественников, сплетен и новостей. Пройдя в темное просторное помещение, они изучили взглядом обстановку. Это здание было одним из новых, ведь его не было ранее. Внутри было пусто, только за прилавком стояла тучная женщина, намывающая столешницу со скучающим видом. Увидев их приближение, она кинула в них цепкий взгляд, тут же изучая их грязную поношенную одежду. Нервно сглотнув, Урса нащупала кошель с деньгами в глубине своей сумки. — Что у вас есть съестного? — тут же спросил Икем, — У нас была долгая дорога и мы давно не ели. Заметив, что деньги у неизвестных имеются, им выставили по тарелке какой-то похлёбки. С голоду оба практически накинулись на еду и только через несколько минут смогли оторваться от нее. — Мы отшельники, — будто бы невзначай проговорил Икем, — Мы провели в лесах много времени, совсем потерялись в происходящем. Может быть расскажете нам новости за последнее время? Взгляд владелицы трактира проследил за скользнувшей по столешнице монете. — Ну, смотря за какой промежуток времени вам нужны новости… — медленно протянула она, — Через несколько дней в Кальдере пройдет масштабный фестиваль в честь десятилетия с окончания столетней войны. Будут все важные гости, герои войны, даже сам Аватар. Ещё я слышала, что Лорд Огня Зуко выйдет к народу. Если вы путешествуете имеет смысл присутствовать на таком событии. Только благодаря титаническому усилию над собой и долгой жизни во дворце, Урса смогла не подавиться едой. Шок заставил ее тело сковать в камень, пальцы — сжать ложку. Недожеванная еда так и застыла на языке. Ей же не послышалось, правда? Она не могла придумать это. Где-то у правого бока, там, где рядом сидел Икем, она услышала его робкий голос: — А Лорд Огня Озай? Что случилось с ним? Трактирщица вперила в них взгляд, словно смотрит на психически больных людей. — Вы сколько в лесу просидели, ребята? Он свергнут уже лет как десять. — Свергнут? Внутри Урсы кружился такой вихрь чувств, что она не знала, за какое ухватиться. Где-то среди них было оно. Облегчение. Много лет ее супруг был ее самым главным кошмаром. А сейчас? Если это правда, если он свергнут… Он больше не мог быть ей угрозой. — Вы сказали, Лордом Огня теперь является другой человек… Настороженно изучив их ещё одним подозрительным взглядом, женщина ответила: — Ну, да. Страной Огня уже десять лет управляет его сын, Лорд Огня Зуко. Имя прозвучало эхом в голове. Ее сын? Ее сын Лорд Огня? Это казалось безумием, хоть на самом деле было довольно логично. После того, как Айро лишили первородства, он был следующим на престол после Озая. Однако эта картинка совершенно не укладывалась у нее в голове. Ее сын — маленький, прелестный мальчик, едва достающий ей до груди. Сейчас, если он уже десять лет правит страной, он должен выглядеть совсем иначе… Сколько ему лет? Она пыталась нарисовать его взрослым в своем воображении, но могла представить только лицо Озая. Горячее, жгучее любопытство обожгло ее сердце. Как он себя чувствует? Счастлив ли он? Здоров ли? Как складывалась его жизнь? Как он выглядит? Однако, вспыхнув, это чувство тут же потухло. А имеет ли она вообще хоть какое-то право на то, чтобы интересоваться жизнью сына? Она… Она была согласна бросить его. Забыть его и Азулу. Что с ее дочерью? Как сложилась ее жизнь, если Зуко стал Лордом Огня? Почувствовав ее состояние Икем незаметно взял возлюбленную за руку. Это движение словно дало ей новые силы и Урса подняла взгляд выше, впервые заговорив. — Возможно, это прозвучит странно, но… Вы можете рассказать подробнее о Зуко? Женщина обвела пару неодобрительным взглядом. — Могла бы, — припечатала она суровым тоном, — Однако мне не нравится ваше неуважение. Это Лорд Огня Зуко и никак иначе. Урса невольно захлопала глазами и, осознав причину замечания, почувствовала, как нагреваются ее щеки. Определенно, это был один из самых странных упрёков в ее жизни. С тех пор, как Зуко родился, она называла его по имени или ласковыми прозвищами. Это была просто привычка. В конце концов она имела полное право называть сына так, как того желает. Но этого не знала женщина напротив, а Урса определенно не собиралась показаться сумасшедшей. — Да, вы правы, прошу меня простить, — поспешно она постаралась исправить свою оплошность, — За время отсутствия я немного позабыла правила приличия. — Лорд Огня годами работает ради нашего благополучия, — серьезно вперила в нее свой взгляд владелица трактира, — Я не потерплю неуважения в его сторону в моем доме. — Вы правы, ещё раз прошу меня простить. Женщина обвела ее внимательным взглядом и смягчилась. — Ладно, что вас интересует? Урса не знала, как уложить весь тот поток вопросов, который был у нее в голове в какой-то вразумительный ответ. На ее счастье Икем решил помочь ей. — Мы не считали годы, которые провели в лесах, — проговорил он, — но когда мы уходили, война ещё была. Судя по всему мы сильно задержались в попытках избежать ее. Брови женщины удивлённо взметнулись под челку. — Но хотя бы про его изгнание вы знаете? — Изгнание?! — ахнула Урса, совсем позабыв про остывающую похлёбку. Трактирщица вздохнула, упёрла руку с сжатой тряпкой в бок и снова обвела взглядом парочку перед собой. — Если вы мне не врёте, — медленно проговорила она, — То вы провели в одиночестве больше пятнадцати лет. Как вы умудрились так долго пробыть вдали от людей? И почему решили вернуться? Обычно такие как вы остаются в лесах до конца жизни. Больше пятнадцати лет?! Приговор эхом отозвался в груди, пока Урса изо всех сил пыталась контролировать лицевые мышцы, чтобы не выглядеть откровенно испуганной. Это было совершено не то, что она хотела. Она хотела просто скрыться от Озая, просто иметь возможность жить, не озираясь на каждую тень… Она не хотела вычёркивать пятнадцать лет своей жизни… Сделав вздох, Урса кое-как заставила себя вернуться к разговору. Переглянувшись с Икемом, она несмело ответила пришедшей в голову догадкой: — Я жду ребенка, — солгала она, машинально оглаживая живот, — Мы решили, что будет лучше рожать и растить его в обществе. Это была ложь от первой до последней буквы, но ей нужно было срочно что-то придумать, чтобы не показаться подозрительной. У женщины перед ней был слишком цепкий взгляд, словно она по умолчанию выискивала людей, от которых могут быть проблемы. — Хорошо, — грузно опустилась та на табурет по ту сторону столешницы, — Наверное, я не лучший человек, чтобы рассказать новости за последние пятнадцать лет, но что поделать. Вы спрашивали о нашем Лорде Огня, верно? Урса так сильно закивала головой, что тут же смутилась и стушевалась на стуле. — Если кратко. Лорд Огня Зуко был изгнан в тринадцать лет. Он был единственным, кто встал на защиту одного отряда. Наши достопочтенные советники были недовольны тем, что он был не согласен с их решением отправить ребят на убой. Его отец, черт бы его побрал, сжёг ему половину лица в назидание. Наш принц пробыл в изгнании три года. Впоследствии он объединился с Аватаром и закончил столетнюю войну. Он стал Лордом Огня в шестнадцать и с тех пор правит страной. Совершенно ошарашенная, Урса прижимала ладонь к лицу, не в силах справиться с эмоциями. Этот ублюдок! Он же обещал, что с ее сыном ничего не случится! Сжёг половину лица?! Эта подлая, высокомерная скотина… Слова, одно другого гадче, потоком сыпались на голову ее законного супруга. Чувствуя, что начинает терять контроль над собой от яростного огня в груди, Урса сделала глубокий вдох. — А что насчёт его сестры? — К сожалению, девушку настигла болезнь разума. Она находится на лечении уже много лет. Урса почувствовала, как к горлу подкатил ком. Это была не та судьба, которую она желала своей дочери. Глубоко в сердце она надеялась, что однажды Азула найдет себя, перестанет цепляться за одобрение отца, которого ничто не было способно удовлетворить… Неужели, он всё-таки и ее сломал? — А что насчёт Озая? Его… Убили? — Нет, — женщине явно было плевать на соблюдение приличий при упоминании предыдущего правителя, — Аватар лишил его магии и больше про него ничего не известно. Наверняка гниёт в какой-то тюрьме. — Лишили магии? — искренне удивилась Урса, — Разве это возможно? В глубине груди родился неровный, злорадный смех, который она едва смогла подавить. Ее супруг так кичился своей силой, что наверняка потеря способностей сильно ударила по его самолюбию. — Раз Аватар сделал это, значит, возможно. Аватар… Тот, кого так яростно боялась вся королевская семья. После смерти ее знаменитого дедушки, из-за которого ей выпала сомнительная честь родить от Озая, следующий Аватар так и не появился. Десятилетиями народ Огня безуспешно искал его и даже сама Урса уже верила в то, что цикл Аватара закончен. Иначе почему он пропал так надолго? — Аватар вернулся? — Да. Я не знаю точно, как это произошло… Но он очень молод. Он победил Озая в двенадцать лет. Сейчас ему чуть за двадцать. Смех, который она задавила ранее, вырвался из ее груди. «Двенадцать!» Озай проиграл ребенку! О, как же задета его хваленая гордость! Это было ужасное чувство. Чёрное и злобное. Она злорадствовала и не могла найти в себе сопереживания. Любые теплые чувства к Озаю были подавлены им же много лет назад, отчего она откровенно ненавидела его. После того, как он собирался убить ее драгоценного сына ради трона, он стал ее врагом. Подскочив на месте и понадеявшись, что Икем как следует отблагодарит хозяйку трактира, Урса вырвалась на улицу. Там было жарко, но не было лишних глаз, а ей сейчас нужно было хоть какое-то уединение. Совершенно не контролируя себя, бывшая Леди Огня прижала ладонь ко рту, чувствуя, как истерический смех вырывается из нее. Это было слишком много. Слишком много эмоций, которые внезапно восторжествовали в ее теле. Понимание о перемещении во времени и события последних пятнадцати лет обрушились на нее одновременно, погребая под собой. Она даже не могла понять, что чувствует. Ей не было весело, но неконтролируемые слезы так и текли из глаз, пока она сдавленно смеялась в ладонь. Знакомые объятья прижали ее к груди. Перед взглядом возникла тьма, уравновешивая ее. — Моя дочь больна, — зачастила Урса, прижимаясь к единственному человеку, которой искренне мог ее понять, — Мой муж изгнал моего сына, сжёг ему лицо, хотя клялся мне, что не навредит ему! Мои дети наверняка уверены в моей смерти! Столетняя война окончена! — затем она прошептала практически неслышно, — Мой сын — Лорд Огня. Чужая грудь под ее лицом поднялась от глубокого вздоха. — Дух исполнил наше желание. Теперь мы оба свободны. Урса приподняла взгляд, всматриваясь в лицо любимого мужчины, который, пусть и выглядел сейчас иначе, имел все те же глаза, которые она когда-то полюбила. — Я… Я должна их увидеть. Раньше она даже и помыслить не могла, что вернётся в Кальдеру добровольно. Ей… просто нужно снова увидеть сына. Ей нужно знать, как он выглядит сейчас. Нужно объяснить причину ее отсутствия и… Простит ли он ее? Без нее он уже прожил дольше, чем с ней. Она ему чужая, и наверняка он давно смирился с ее гибелью. Может ей просто залечь на дно, притвориться, что у нее никогда не было детей… Мысль эта загорелась ярким отторжением, едва пришла на ум. Нет, он должен знать. Она должна объясниться. А потом… Потом будет так, как он скажет. Если он не захочет ее видеть, она послушается. Глаза Икема смягчились, он нежно улыбнулся ей. — Я бы удивился, если бы ты не предложила.