Исполненное желание

Они решили переночевать одну ночь в гостинице, потому как оба были сильно вымотаны и им нужны были силы, прежде чем отправиться в путь. Это был первый сон в кровати за несколько месяцев. Большую часть времени Урса молчала, погребеннная под весом мыслей, а Икем не лез к ней в сердце, чему она была благодарна. Возможно, он и без того понимал ее смятение. Каждую минуту она могла думать только о собственных детях, только о времени, которое она пропустила. Понимание, что теперь ее сын является Лордом Огня делало все ещё страннее. Она могла вспомнить его ребенком. То, каким добрым он был. Каким нежным было его сердце. Остались ли в нем эти качества? Не сломило ли его бремя власти? А ее дочь? Может ли Урса как-то помочь ей, если уже несколько лет та находилась на лечении? Она провалилась в тревожный сон, раздираемая переживаниями. На следующий день они отправились в путь в Кальдеру. В тот самый город, который, как была уверена Урса, остался в прошлом. На самом деле она никогда не была в нем как обычный человек. Ранее все ее передвижения были ограничены пространством дворцовых стен. Сейчас же мысль, что охрана не будет следить за каждым ее шагом и Урса будет вольна идти туда, куда сама захочет, казалась непривычной. Однако, стоило ей ступить на корабль, уже через несколько часов ее возбуждение от предстоящего приключения сменилось скукой. Путешествие по волнам всегда представляло собой монотонное перемещение по голубой бескрайней глади. Словно застывший между небом и водой, корабль практически незримо двигался куда-то вперёд. Урса, расслабленно упирающаяся в перила, позволяла себе наслаждаться спокойствием этого времени. Ей не нужно было никуда бежать и не нужно было никуда спешить. Лениво изучая скользящую под кораблем воду, женщина то проваливалась в собственные мысли, то прислушивалась к разговорам других путешественников. На судне были люди не только в красных одеждах, но и в зелёных и синих. Для Урсы это по-прежнему было невообразимо. Из времени, из которого она прибыла, подобное было уму непостижимо, отчего женщина то и дело косилась на людей других народов, невольно рассматривая их повадки, украшения, прически. Большинство путешественников казались счастливыми. Они обсуждали будничное течение времени, то и дело возвращаясь к взбудораженности от предтоящего фестиваля в честь окончания войны. — А я еду на встречу с сестрой, — проговорила одна девушка в красных одеждах народа огня, — Она работает во дворце и обещала постараться провести меня внутрь. — Все интересное будет происходить в городе, зачем тебе внутрь? — удивилась одна из женщин. Та лишь таинственно улыбнулась. — Может быть повезет увидеть Лорда Огня вблизи… Изо всех сил Урса постаралась выглядеть незаинтересованной, несмотря на то, что все ее тело словно застыло. Полностью превратившись в слух, она ловила каждое слово чужого разговора. — Серьезно? — фыркнула одна из женщин, — Ты потратишь кучу времени, но не факт, что на самом деле сможешь увидеть его. Не проще ли попытаться подобраться ближе перед выступлением? — Вы прекрасно знаете, что будет там твориться. Я уже была на фестивалях прошлых лет и там не протолкнуться! — Ох, — протянула другая девушка, прижимая руки к груди, — Но если тебе и правда удастся реализовать свой план, напиши потом, так ли он красив, как его описывают? Я слышала, он носит шрам на лице с гордостью, но неужели он совершенно его не уродует? — Этот шрам показывает силу его сердца! — возмутилась ещё одна участница разговора, — Естественно, он его не уродует! Как-то жеманно захихикав, первая девушка, прикрывая рот ладонью, произнесла негромко: — Сестра говорит, наш Лорд Огня красив, как само Солнце. Шрам не может скрыть утонченность его черт. Щеки Урсы покрылись пятнами смущения. Она прекрасно знала суть подобных разговоров, — в конце концов, тоже сплетничала с подружками по молодости — а оттого понимала, в какую сторону подобная болтовня может зайти. Она поспешно ретировалась, не желая слушать воздыхания по своему сыну. В ее разуме Зуко все ещё был маленьким одиннадцатилетним мальчиком и обсуждения его красоты все ещё казалось чем-то неправильным, пусть Урса и пыталась внушить себе, что для взрослого, кем ее сын теперь являлся, естественно привлекать внимание противоположного пола. — У вас знакомая энергия, — вдруг донеслось откуда-то сбоку. Дёрнувшись от неожиданности, Урса обнаружила рядом с собой невысокую девушку, опирающуюся на металлические перила палубы. Совершенно не ожидая, что с ней кто-то заговорит, она растерялась. Тем более что она может ответить на такие странные слова? — Что вы имеете ввиду? Зелёные одежды девушки колыхал ветер, пока она смотрела куда-то в сторону бескрайнего горизонта моря. — Именно то, что я сказала. Ваша энергия похожа на ту, которая есть у моего близкого друга. Вы случайно никак не относитесь к королевской семье? Сначала привычный страх сковал ее тело, но затем она силой заставила себя вспомнить — она больше не в бегах, Озай больше на нее не охотится, она в безопасности… — Если я скажу, что это так, что тогда? — Ничего. Просто было интересно, кем вы приходитесь Зуко, если практически вся его родня либо мертва, либо в заключении. Этот разговор приносил Урсе все больше дискомфорта. Эта странная девушка продолжала разговаривать, но как будто намеренно избегала встречаться с ней взглядом. И она была той, кто впервые назвал Зуко просто по имени. Без титула. — Вы знакомы с Лордом Огня Зуко? — спросила Урса. После предыдущей ошибки она не стала называть сына просто по имени. Ей все ещё казалось странным произносить его так. Многие годы это было просто «Зуко», просто «сынок», «милый» и все то, что выходило из ее рта подсознательно. Она никогда не любила Озая, как и он ее, и единственная близость, которая была между ними — та, что была необходима для зачатия. Однако, стоило Зуко появиться на свет, она полюбила его безусловно, нежно и всем сердцем. Потом появилась Азула, но она… Пугала ее. Из-за этого она сконцентрировалась полностью только на своем сыне, так как он стал единственным светлым пятном ее вынужденного замужества. — А вы меня не узнаете? — удивилась девушка, — А если так? Девушка из народа земли повернулась к ней и Урса поняла, отчего эта странная незнакомка не смотрела ей в глаза. Пустой, абсолютно расфокусированный взгляд был направлен куда-то в сторону плеча Урсы. Девушка была слепой! Совершенно растерявшаяся от увиденного, Урса не знала, что могла сказать. — Нет, боюсь, я не знаю, кто вы. На лице слепой незнакомки нарисовалось оскорбление, смешанное с откровенным удивлением. — Серьезно, что ли? Да вы издеваетесь… Последнее она обиженно пробухтела, раздражённо дунув на длинную челку, практически полностью закрывающую ее лицо. Осознавая, что совершила ошибку, Урса поспешно постаралась исправить ситуацию: — Я не хотела вас обидеть. Просто я с мужем много лет скрывалась в лесах и не знаю практически ничего, что произошло за последние годы. Вопреки ожиданиям, девушка напротив не стала выглядеть менее расслабленно. Напряжённо склонив голову к плечу, будто прислушиваясь, она пробормотала: — Вы лжёте. Сердце Урсы провалилось куда-то в желудок. Эта странная слепая женщина ее пугала. Ей хотелось убежать от нее, но насколько успешно это получится, когда ты заперт с человеком на одном корабле? — Вы так и не ответили, кем вы приходитесь Зуко. Тревога смутно толкалась в грудной клетке. Урса совершенно не знала, как поступить правильно. Может ли она довериться этой незнакомке? Она друг или враг? Урса собрала вместе всю свое сохранившееся достоинство, выпрямилась, как подобает Леди Огня и пошла в нападение: — А как зовут вас и кем вы приходитесь Зуко? Лицо незнакомки перекосила ухмылка. — Я Тоф Бейфонг. Величайший маг земли, создатель магии металла, друг Аватара, а так же Лорда Огня. А теперь ответьте мне вы, — она сделала шаг вперёд, вступая в личное пространство Урсы, отчего стала очевидна их разница в росте, — Кем вы приходитесь Зуко? И учтите, что ложь тут же выкинет вас за борт, потому что родственники Зуко обычно не желают ему добра. Урса была выше этой молодой женщины практически на голову, но это не помогало ей чувствовать себя ни капли увереннее. Отчего-то казалось, что она не врёт, и Урса действительно рискует собственной шеей. — Я его мать… — тихо проговорила она, надеясь, что не совершает ужасную ошибку. Тоф Бейфонг резким движением отстранилась от нее, лицо ее представляло собой смесь растерянности и напряжения. — Вы говорите правду… — удивлённо произнесла она, — Но этого не может быть. Зуко говорил, что его мать мертва. — Он так думал, — пробормотала Урса, — На самом деле все… Гораздо сложнее… Тоф Бейфонг продолжала изучать ее слепым взглядом, напряжённо вслушиваясь куда-то в себя. — Родственники Зуко имеют нездоровую тягу вредить ему, — наконец проговорила она, — Что насчёт вас? Ответ пришел молниеносно прямо из сердца: — Я бы умерла за его благополучие. Судя по всему это были правильные слова. Лицо новой знакомой смягчилось, перестало казаться воинственным. — Хорошо. Вы говорите правду, — признала она, а затем развернулась и махнула рукой, зазывая идти за собой, — Идёмте. Нам нужно поговорить где-то, где не будет лишних ушей. Не сразу, но Урса поняла, что ее ведут во внутренние каюты. Понимание, что Икем не представляет о появлении нового союзника, заставило ее сделать предложение: — Может быть пойдем в нашу каюту? Там находится человек, которому тоже нужно знать подробности. Пожав плечами, Тоф Бейфонг пошла следом. Ей явно было не принципиально, где провести разговор. Не в первый раз Урса задумалась о том, как эта слепая женщина ориентируется в пространстве. Для кого-то, у кого не работают глаза, она шагала удивительно твердо и уверенно. — Простите за грубость, но вы ведь слепа? — не удержалась Урса, оборачиваясь на идущую за ней девушку. Ответом ей была колючая ухмылка: — К чему эти очевидные вопросы? — Я просто не понимаю… — смутилась Урса, — Вы совершенно не похожи на… — Беспомощную? — подсказала Тоф. Ее брови подпрыгнули вверх, превращая ее лицо в выражение откровенной наглости. На самом деле вся она была воплощением самоуверенности практически на грани грубости. — Ну… Да. — Я чувствую окружение, с помощью магии земли. Она и является моими «глазами». Причем здесь магия земли и железный корабль, Урса не могла понять. Кажется, ранее эта девушка сказала что-то про магию металла, если ей не показалось. Женщина была практически уверена, что ей объяснят, как это работает, но Тоф явно не собиралась этого делать. Вздохнув, Урса направилась дальше к своей каюте. Едва она зашла внутрь, Икем взволнованно приподнялся с койки, разбуженный шумом. Так как на корабле было нечем заняться, он часто дремал, чтобы скоротать время в пути. — Икем, я должна тебя кое с кем познакомить, — тут же произнесла Урса, пропуская слепую девушку перед собой, — Это Тоф Бейфонг. Она сказала, что является другом Зуко. Внутрь последовала Тоф, тут же уверено пройдясь внутрь, будто эта каюта принадлежит ей. Недолго думая, она нашла себе место у стены, приняв там расслабленную позу. — Итак, — без каких-либо предисловий начала маг земли, — Каким образом давно погибшая мать Зуко оказалось живой? Почему столько лет вы даже не попытались связаться с ним? Укол попал ровно туда, куда целилась Тоф. Урса поморщилась и попыталась объяснить: — Я родила Зуко в девятнадцать. Сейчас мне тридцать лет. Я видела Зуко в последний раз где-то полгода назад и ему было одиннадцать. Это дело одного Духа, который, судя по всему, перенес меня и Икема примерно на пятнадцать лет вперёд. Как только мы выяснили, что прошло уже несколько лет, я решила отправиться в Кальдеру, чтобы встретиться с ним. Быстро проведя нехитрые вычисления, брови Тоф удивленно взлетели. Возможно, Урса могла бы гордиться, что смогла откровенно удивить эту грубую слепую женщину. Судя по ее странной способности выявлять ложь, она так же услышала, что Урса говорит правду. Тоф помолчала с пол минуты, а затем фыркнула и рассмеялась: — Что же, похоже, теперь ваш сын практически ваш ровесник. Не вздумайте показываться ему без предупреждения. Бедный Спарки будет в ужасе, думая, что сходит с ума. Дождитесь окончания фестиваля, а затем я помогу вам. Сейчас его лучше не отвлекать, он и без того тонет в заботах. Девушка вывалила так много информации, что Урса даже не знала, как ее воспринять. Со всеми этими волнениями она совсем пропустила простой факт, что вопреки ей, Зуко проживал каждый из этих пятнадцати лет. Мысль о том, что теперь он был фактически ее возраста… Казалась не просто противоестественной, но и какой-то нездоровой. Ее разум даже не мог усвоить этот неожиданный факт. — Это… Все ещё кажется каким-то безумием… — воспользовавшись тем, что кровать была поблизости, Урса рухнула на нее, слегка подпрыгнув на матрасе. Рядом находящийся Икем растерянно поглядывал на двух женщин, все ещё слегка лохматый после сна. Откровенно говоря, ему было мало что понятно, но он решил, что ему в любом случае позже расскажут подробности. Это не мешало ему тщательно вслушиваться в разговор, потому что основную суть он уловил сразу. — Возможно, — коротко ответила Тоф, — Однако, я совершенно не удивлена. Эти духи… Решив не заканчивать фразу маг земли взмахнула рукой так, будто духи каждую неделю приносят ей неприятности. На несколько секунд возникла тишина и Урса решилась спросить то, что не давало ей покоя все это время: — Ранее вы сказали, что являетесь другом моего сына… Расскажете мне о нем? Последнее прозвучало скорее как мольба, но Урса не собиралась стыдиться. Это было абсолютно естественное желание и наконец-то она могла спросить об этом открыто, не придумывая оправдания, почему ее это интересует. Как-то лениво потянувшись, слепая девушка чуть ли не зевнула. — Ой, да что про него рассказывать? Занудный. Вспыльчивый, но научился прятать это. Любит чай. Изо всех сил Урса постаралась не выказывать своего разочарования. — Зуко был моим единственный лучом света в ненавистном мне месте на протяжении многих лет, — вкрадчиво произнесла она, чувствуя, как ногти впиваются в ладонь от скрытого раздражения, — Сейчас я узнаю, что я пропустила пятнадцать лет его жизни. Я потеряна и совершенно не знаю о событиях, о которые знают все. Выдохнув, Тоф скрестила руки на груди и отчего-то отвернулась. Зачем, если ее взгляд все равно был пуст? — Он честный, — тихо начала Тоф, все так же делая вид, что смотрит куда-то вбок, — Верный своему слову и народу. Ответственный до одурения. Надёжный, как скала. Затем, словно смутившись, добавила уже резче: — Чувство юмора посредственное! И сам он неловкий, как его любимые утко-черепашки, вокруг которых он носится. Выдохнув, Тоф перевела «взгляд» обратно куда-то в сторону своих собеседников. — Однако, он умеет выглядеть угрожающим, отчего большинство не догадываются, что он абсолютно безобидный асоциальный придурок. Хотя я и понимаю, что ему нужно иметь какой-то авторитет, чтобы управлять этими высокомерными снобами, а потому не могу его винить. Застыв на месте, Урса с трепетом ловила каждое слово, запоминая и пригревая у сердца. Очевидно, Тоф тяжело давалась откровенность, отчего даже сейчас добавляла язвительные комментарии, но они звучали настолько беззлобно, что не могли оскорбить. В ее словах чувствовалась скрытая нежность, отчего становилось ясно — девушка не так эгоистична, какой хочет казаться. Описание… Не было похожим на Озая. С неохотой Урса вспомнила, какой беззащитной всегда чувствовала себя рядом с ним. Бесстрастная маска на лице, когда он смотрел на нее сверху-вниз. Какая сухая усмешка таилась в уголке его губ. Как бездушно он брал ее против ее воли, чтобы зачать… — Вкупе с его внешностью, — вдруг продолжила Тоф с язвительной ухмылкой на губах, — Это даёт ему то, что девицы так пускают на него слюни, что я чувствую пятками, как они стекают на пол. Отвлекаясь от воспоминаний, Урса вновь почувствовала, как слегка смущается. Сейчас она уже второй раз за день слышит это утверждение, которое одновременно ощущалось неловкостью, но при этом вызывало внутри странную гордость. Да, это ее ребенок. Да, он самый лучший. Да, хорошо, что остальные тоже замечают это. Так же Урсе было радостно, что Зуко не потерял себя в попытках уважить отца, которого он очевидно любил, но который был совершенно неспособен на любовь в ответ. Для Озая даже его дети представляли для него важность только в том случае, если могли принести ему пользу. А Зуко был слишком добрым, слишком мягкосердечным мальчиком, чтобы Озай мог это оценить. Даже в детстве Зуко совершенно не был похож на своего отца, который был совершенно не доволен его слабохарактерностью. По крайней мере, Озай был уверен, что это именно она. — А что насчёт его правления? — с любопытством уточнила Урса, невольно ощущая себя по-детски взволнованной от получаемой информации, — Я слышала, что он помог закончить войну… — О, да, — весело фыркнула Тоф. Звучало это так многозначно, что явно скрывало под собой какие-то истории, — Это правда. Нам очень повезло, что наш союзник как раз имел полное право усесться на трон. Иначе все было бы гораздо сложнее. На самом деле очень удачно, что до Зуко так же дошло, что безумного папашу-тирана нужно свергать. Я разговаривала с Озаем после того, как все успокоилось. Червяк ещё тот, уверенный в собственной исключительности. Удивительно, что он как-то поспособствовал рождению такого добросердечного человека, как Зуко. Это оказалась настолько масштабная тирада, что Урса даже несколько растерялась. Однако, кое-что она почувствовала явно — открытое презрение, с которым относились к ее супругу, что все ещё было непривычно. В ее времени Озай был высокопоставленным человеком, приказы которого выполнялись беспрекословно. Представить, чтобы кто-то так открыто выказывал свое истинное к нему отношение было просто невозможно. В конце концов, даже Урса играла по этим правилам. Возможно, она должна была вспомнить хоть что-то хорошее про своего супруга. Встать на его защиту хотя бы словами. Она не смогла. Сейчас она наконец-то услышала то, о чем думала годами, но не смела оставить даже на бумаге в страхе за свою жизнь и жизнь родных. О, как же она его презирала. И как счастлива от того, что сейчас он получил по заслугам за все то зло, что причинил ей и ее детям. — Озай в тюрьме? — О, да. Вообще мы все хотели его прикончить, но Аанг был категорически против. — Аанг? — Аватар. Слово это отозвалось подпрыгнувшим сердцем. Аватар. Реинкарнация ее дедушки… Возможно, она даже сможет встретиться с ним позже. — Спасибо, — выдохнула Урса, все ещё пытающаяся осмыслить все услышанное, — У меня так много вопросов, что я не знаю, за какой ухватиться. Кажется, будто я пропустила не пятнадцать лет, а сто. Фыркнув, Тоф продолжала смотреть куда-то перед собой, прижимая руки к груди: — Что же, в таком случае вам определено будет о чем поговорить с Аангом. — Что вы имеете ввиду? — Неважно, — Тоф оторвала лопатки от стены, направились в сторону выхода и сообщила, — Увидимся после фестиваля. Несмотря на сильнейшее желание остановить девушку в зелёных одеждах и продолжить заваливать ее вопросами, Урса не стала этого делать. Не хотелось бы сломать своей навязчивостью то хрупкое доверие, что возникло сегодня между ними. Тем более, если учесть, что в будущем ей ещё часто придется контактировать с этим слепым магом земли. — Ах, да, и ещё кое-что, — остановилась в дверях Тоф Бейфонг, зачем-то оборачиваясь в сторону своих собеседников, — Не говорите Зуко, что я так о нем переживала. И она ушла, не дожидаясь ответа.