Операция: "Два придурка"

Когда Цяо Лин впервые видит, как Лу Гуан целует Чэн Сяоши, то ощущает что-то вроде ликования. «Наконец-то!» Между этими двумя последние недели искрило так сильно, что все кампусы университета Гуидо вполне могли освещаться только за счет вот этого невылитого напряжения. Тлело между ними всегда, но Цяо Лин не считала себя человеком, способным влезать в отношения лучших друзей. Прошли времена, когда она насильно поила Чэн Сяоши молоком. Третий курс универа, оба способны разобраться самостоятельно. Видимо, разобрались. Кстати, она поторопилась, решив, что поцелуй начал Лу Гуан. Оба вцепились друг в друга так сильно, и целовались столь жадно, что определить, кто выступил инициатором не представлялось возможности. Да и назвать это поцелуем уже можно было с большой натяжкой. Потому что Чэн Сяоши уже сидел на столе, а руки Лу Гуана уже задрали ему толстовку, блуждая по голой коже. Цяо Лин быстро делает несколько снимков (все, кто недооценивает силу компромата — непроходимые идиоты), благодарит Будду, что давно выключила на камере звук затвора (она сомневается, что эти двое сейчас услышали бы и ядерный взрыв, но все, кто рискует по пустякам — непроходимые идиоты тоже) и возвращается в комнату. — Ого, Лин-лин, — лениво тянет Вейн, отрываясь от своего телефона. — Ты выглядишь так, будто у тебя наконец-то появилась личная жизнь. — Не твое дело, — фыркает Цяо Лин, победно скрещивая руки на груди. — А где стаканы? — Ся Фей поднимает идеально выщипанную бровь и взмахивает идеально ровными ресницами. Именно за чистыми стаканами ее на кухню и отправили, и теперь Цяо Лин лихорадочно придумывает причину, почему туда так и не зашла. «Там наши придурки целуются» определенно не годилось — некоторые из собравшейся здесь компании обладают тем уровнем интеллекта, который погонит их смотреть на эпохальное событие вживую, а этим двоим зрители сейчас точно помешают. — Разбились по дороге, — выдает она первое, что пришло в голову и плюхается на диван. — Ты не порезалась? — Цянь Цзинь смотрит на нее с усмешкой с легким прищуром, по которым Цяо Лин прекрасно понимает, что тот раскусил ее с первого слова, но выдавать не будет, потому что не имеет привычку вмешиваться в чужие дела. — Нет, — фыркает она. — Спасибо. Никто в мире не мог даже представить, что находящиеся в одной комнате люди смогут когда-нибудь не то, что найти общий язык, а вообще друг с другом заговорить. И то, что соберутся они в пентхаусе Томсон Ривьера — тоже. Лю Минь с небрежностью хозяина квартиры закинул ноги на стол из каких-то там ценных пород дерева и снисходительно наблюдает за собравшимися. Ся Фэй презрительно рассматривает грязный стакан, но даже при этом выглядит как на модной съемке. Лю Сяо не отрывает взгляд от ноутбука, но Цяо Лин уверена, что местный гений тоже не повелся на историю со стаканами, потому что он умнее всех, с кем ей доводилось встречаться. Чуть в стороне, идеально прямой и пугающе вежливый, расположился Цянь Цзинь. Цяо Лин его бы побаивалась, если бы он не раздражал ее так сильно. Вейн сидит в самом центре, сияя пугающе-эксцентричной ухмылкой. Единственный, кто не отрабатывал ту дурацкую повинность, потому что в компанию его притащили позже. В его локоть вцепляется Ли Тяньси — девчонка явно с прибабахом. Она заинтересовалась Вейном только потому, что он капец как похож на какого-то там Дилюка из какой-то там гачи. Цяо Лин понятия не имела, что это за гача, кто такой Дилюк и почему этот красноволосый псих должен быть на кого-то похож, но Чэн Сяоши, когда услышал, хохотал, как безумный. Вейну, кстати, на гачи тоже было плевать, но Ли Тяньси ему, кажется, нравилась, иначе зачем бы он отзывался на дурацкое «мастер», позволял одевать себя в черное и присоединился к их безумной компании. Мрачный Ли Тяньчэнь, как две капли воды похожий на Ли Тяньси, алкоголь демонстративно игнорирует и смотрит на Вейна так, будто прикидывает, в каком лесу его закопает, если тот сделает к сестре хотя бы лишний шаг. И последний в этом безумии — Чэн Бинь. Самый простой, ничем не выделяющийся студент, который, кажется, до сих пор не может понять, какие жизненные решения привели его к тому, что он отмечает сдачу сложнейшего семинара в пентхаусе самого престижного и дорогого здания Шанхая. Вокруг царит полухмельной полумрак. Мысленно Цяо Лин шлет пламенный привет и тонну благодарностей тому святому человеку, который когда-то изобрел алкоголь. Без пары стаканов крепкого эти два упрямых придурка ни за что бы не решились перешагнуть черту и так и ходили бы вокруг да около до самого выпуска. А сейчас целуются на кухне. Она хмыкает, вспоминая про приятно греющий карман компромат и невольно вспоминает взыскание, которое привело к тому, что совершенно непохожие друг на друга люди сидят в одной квартире и еще не поубивали друг друга. Началось все, разумеется, с Чэн Сяоши. Любые бредовые приключения в их жизни всегда начинались с Чэн Сяоши. В этот раз он втянул их в историю с угоном дорогущего робота-садовника, которого университет выписал за бешеные деньги для стрижки главного газона. Чэн Сяоши показалось, что искусственный интеллект грустит из-за монотонной работы, и он решил устроить железке экскурсию по городу. Лу Гуан вздохнул и обреченно поплелся следом. Затея предсказуемо накрылась, когда робот застрял в фонтане. Деканат рвал и метал, и под раздачу попали все. Лю Минь просто стоял рядом с новым спорткаром и милостиво позволял его всем фотографировать, Цянь Цзинь и близнецы проходили мимо с документами, Лю Сяо взламывал поблизости сайт университета, а Чэн Биня просто прижало волной паники. Ректор не стал разбираться и влепил всем две недели исправительных работ — вручную выщипывать сорняки вокруг пострадавшего газона и красить бесконечные бордюры. Не помогли даже идеальные оценки Цянь Цзиня и родство Лю Миня с попечителями университета. Первые три дня они едва не поубивали друг друга: мажор плевался от грубых перчаток, Ли Тяньчэнь рычал на каждого, кто косо смотрел на сестру, а Цянь Цзинь пытался найти в уставе вуза лазейку, позволяющую избежать общественных работ. Но тонны выполотой травы, общие мозоли и пара тайком распитых за главным корпусом бутылок пива сделали свое дело. Они сдружились. Совершенно непонятно как, вопреки законам логики и здравого смысла. Диаметрально разные, из абсолютно полярных миров, они каким-то чудом умудрялись теперь сосуществовать и, хоть никто бы в жизни в этом не признался, стали друг другу дороги. Цяо Лин снова улыбается. Лу Гуан и Чэн Сяоши сегодня наконец-то потрахаются и перестанут выматывать нервы всем окружающим. Семинар сдан. А ее окружают люди, которые ей небезразличны. Жизнь прекрасна и удивительна.

***

Утро понедельника встречает Цяо Лин стойким запахом пережаренного кофе и предвкушением грандиозного зрелища. В ее кармане лежит компромат века, на лице блуждает улыбка, а в голове уже крутится идеальный план шантажа, в котором Чэн Сяоши отрабатывает за нее все дежурства по корпусу до самого выпуска. Она ожидает увидеть все что угодно: как эти двое держатся за руки под партой, как Чэн Сяоши смущенно прячет лицо в воротник толстовки, или как Лу Гуан — ну, хотя бы — смотрит на него на полсекунды дольше обычного. Реальность оказывается… шокирующей. В аудитории стоит такой мороз, будто кондиционеры включили на полную мощность во всем Шанхае сразу. И дует со стороны третьего стола у окна. Чэн Сяоши сидит, уставившись в учебник по макроэкономике с таким яростным усердием, словно там зашифрован секрет вечной молодости. Он даже не шевелится. Лу Гуан располагается через проход, идеально прямой, как будто проглотил линейку, и с ледяным спокойствием листает конспект. Между ними примерно полтора метра пространства и стена абсолютного, звенящего, ядерного игнора. — Привет, мальчики, — Цяо Лин с размаху опускает сумку на парту перед ними, внимательно сканируя лица. — Привет, Цяо Лин! — Чэн Сяоши подпрыгивает так, точно под ним взрывается петарда. — Как дела? Погода супер, да? Отличный день, чтобы учиться! Обожаю понедельники. Цяо Лин медленно переводит взгляд на Лу Гуана. Тот даже ухом не ведет, лишь едва заметно — буквально на миллиметр — сжимает челюсти. — Нормально, — коротко отзывается Лу Гуан, не поднимая глаз от тетради. — Вы что, поругались? — Она хмурится, переводя взгляд с одного на другого. — Мы? Нет! С чего бы? Все отлично! Мы вообще не разговаривали! — Чэн Сяоши тут же прикусывает язык, видно, понимая, как тупо звучит последнее предложение. Лу Гуан в этот момент перелистывает страницу с таким хрустом, будто ломает чужие кости. «Да ладно», — мысленно присвистывает Цяо Лин. — «Они после такого поцелуя решили просто включить режим «ничего не было» и игнорировать друг друга»? Когда профессор заходит в аудиторию и объявляет командную работу на семинаре, Чэн Сяоши с присущей ему прытью разворачивается к задней парте: — Чэн Бинь! Дружище! Давай в паре, а? Помнишь, как мы справились с тем сорняком, у нас же ментальная связь! Чэн Бинь, который вообще не хочет ни во что вмешиваться, от неожиданности роняет ручку. Лу Гуан тем временем с самым невозмутимым видом уже пододвигает стул к Цянь Цзиню. Тот поднимает бровь, но, видно, и тут решает, что он выше этого. Весь триумфальный настрой испаряется, уступив место жгучему желанию постучать этими двумя головами друг об друга. И это люди, которые пару дней назад жадно вжимали друг друга в кухонный гарнитур, забыв, как дышать? Цяо Лин честно держится целых три дня. Она включает режим умудренной опытом женщины, которая выше этого детского сада. В конце концов, они взрослые парни. Ну поцеловались, ну испугались собственной прыти, ну забаррикадировались каждый в своей крепости ледяного игнора — с кем не бывает? Пусть сами разбираются. Она думает так ровно до первой тренировки по баскетболу. Обычно связка Чэн Сяоши и Лу Гуана работает как часы — они читают друг друга без слов. Но сегодня это полная катастрофа. За всю тренировку между ними нет ни одного паса, ни одного осознанного взаимодействия. Они игнорируют существование друг друга на площадке: Лу Гуан отдает передачи кому угодно, только не Чэн Сяоши, а Чэн Сяоши упрямо идет на таран сам, даже если Лу Гуан стоит абсолютно открытым под кольцом. В тайм-аутах они расходятся по разным концам лавки, замораживая атмосферу в зале до минусовой температуры. — Да они сливают игру, — шипит Чэн Бинь, тяжело опускаясь на скамейку рядом с Цяо Лин и вытирая пот со лба. — Если мы так через неделю сыграем с Цзяотун, нас разнесут. Цяо Лин протягивает ему бутылку воды и смотрит на Чэн Сяоши, который с преувеличенным энтузиазмом что-то доказывает парням из второго состава, а затем переводит взгляд на Лу Гуана, от идеальной спины которого веет арктическим холодом. «Ну уж нет», — злорадно думает она, доставая телефон. — «Мой универ позориться не будет. Раз вы, придурки, решили поиграть в гордость, я начинаю свою игру».

***

<Цяо Лин создала чат «Два идиота”> <Цяо Лин пригласила в чат: Лю Минь, Цянь Цзинь, Вейн, Ли Тяньси, Ли Тяньчэнь, Лю Сяо, Ся Фэй, Чэн Бинь> Лю Минь: что я здесь делаю? Цянь Цзинь: а кто второй идиот? Ли Тяньси: [стикер хохочущей панды] Цяо Лин: ржать будешь, когда спасем универ от позора. Лю Сяо: дай угадаю. они перестали слаженно играть? Лю Минь: кто? Ли Тяньси: ой, я поняла. так и не помирились? Чэн Бинь: [Голосовое сообщение 0:14] «…да они тренировку топят! Мы сегодня из-за них продули второму составу! Второму! Из-за того, что эти двое отказываются дышать одним кислородом на поле…» Лю Минь: блять, мне объяснят, что происходит? Лю Сяо: [Стикер: панда закатывает глаза] Лю Сяо: Лу Гуан и Чэн Сяоши поругались, а теперь намеренно игнорируют друг друга, слив вечернюю тренировку. Мы не можем этого допустить, потому что через неделю игра с Цзяотун. Я все правильно понял? Лю Минь: нихрена себе. Цяо Лин: обожаю тебя за выдающийся ум. все верно. Лю Сяо: не подлизывайся. что произошло на кухне три дня назад? Цяо Лин: [Стикер: вздох] Цяо Лин: без этого не обойтись? Лю Сяо: нет. Цяо Лин: [Стикер: вздох] Цяо Лин: [Стикер: вздох] Цяо Лин: [Стикер: вздох] Цяо Лин: [Вложенное изображение] Лю Минь: нихуя себе! Цянь Цзинь: однако. Ли Тяньси: [Стикер: аниме-девочка с сияющими глазами] Ли Тяньси: выглядит как начало гейского порно. Ли Тяньчэнь: и часто ты смотришь гейское порно?! Ся Фэй: привет. зачем меня сюда добавили? Ся Фэй: ох и нихрена себе! <Лю Минь переименовал группу в «Гейские проблемы”> <Вейн вышел из чата> <Цяо Лин добавила Вейн> Цяо Лин: ты не можешь сливаться только потому, что тебе неинтересно! Ли Тяньчэнь: да, мастер, не можешь! Цянь Цзинь: давайте к делу? Лю Сяо: поддерживаю. я, вообще-то занят. Цяо Лин: в общем, мы должны за неделю объяснить двум придуркам, что они жить друг без друга не могут. Лю Сяо: я правильно понимаю, что словами не сработает? Цяо Лин: с Лу Гуаном сработало бы, но они оба отрицают реальность. Ся Фэй: пусть кто-то начнет откровенно подкатывать к Чэн Сяоши на глазах у Лу Гуана. Ся Фэй: или наоборот. Лю Минь: ты красавчик, тебе и подкатывать. Ся Фэй: Лу Гуан размажет меня по стенке. Лю Минь: тогда давайте запрем их в моем загородном особняке на эту неделю. Вейн: [Стикер: панда жует попкорн] Чэн Бинь: Нам нельзя пропускать тренировки! Тренер распнет нас на том самом газоне! Лю Минь: ладно. запираем их в раздевалке после тренировки. Ли Тяньси: «Ой, дверь заклинило, нам придется провести здесь ночь и греть друг друга своими телами, потому что отопление отключили» [Стикер: дьявольский оскал] Ли Тяньчэнь: Хватит читать эту чушь. У Лу Гуана наверняка есть с собой какая-нибудь шпилька, он вскроет этот замок за две секунды, чтобы сбежать от Чэн Сяоши. Ли Тяньчэнь: И мозги, кстати, тоже имеются. Цянь Цзинь: Раздевалка тренировки — вариант рабочий. Могу взять у завхоза старый навесной замок и запереть снаружи, пока они переодеваются перед уходом домой. Лю Сяо: Навесной замок это прошлый век, к тому же в спорткомплексе в прошлом месяце обновили терминалы доступа. Мы же Китай, у нас технологии. Цяо Лин: И какой план, гений? Лю Сяо: Я могу переписать код от электронного замка мужской раздевалки. Цяо Лин: И что это даст? Они просто вызовут охрану или администратора. Лю Сяо: У охраны терминал на это время тоже зависнет. А дверь раздевалки откроется только в том случае, если оба их смартфона будут находиться на расстоянии ближе 15 сантиметров друг от друга в течение минимум пяти минут. Чэн Бинь: Нихера себе технологии… Цянь Цзинь: Изящно. Но им придется как-то догадаться до этого алгоритма, иначе они просто выломают дверь. Лю Сяо: Я выведу им пуш-уведомление через приложение универа: «Ошибка синхронизации Bluetooth-меток посетителей спорткомплекса. Для экстренной разблокировки шлюза прижмите устройства задними панелями друг к другу и удерживайте до окончания загрузки». Цянь Цзинь: а если они догадаются просто сложить телефоны на лавку, подождать пять минут, а сами разойдутся по разным углам раздевалки? Лю Сяо: За пять минут вплотную друг к другу они либо поубивают друг друга, либо наконец-то поговорят. Цяо Лин: Ты пугающий человек. Мне нравится. Цяо Лин: План официально запущен. Завтра после вечерней тренировки приступаем. <Цяо Лин переименовала группу в «Операция: Два придурка”> <Вейн вышел из чата>

***

<Цяо Лин добавила Вейн> Цяо Лин: все готово? Лю Сяо: почти. осталась пара мелочей. Цяо Лин: пара мелочей??? тренировка через полчаса!!! Лю Сяо: не паникуй. мне нужно десять минут. Цяо Лин: [Стикер: абсолютный гнев]

***

Цяо Лин обгрызает маникюр уже на третьем ногте, когда на соседний стул опускается Цянь Цзинь. Одетый, разумеется, так, будто пришел не в пропахший потом и пылью спортзал, а на заседание совета директоров крупнейшей в мире компании. — А ты что здесь делаешь? — шипит она. — Ты выглядишь так, будто готова ворваться на площадку, схватить наших идиотов и засунуть в раздевалку уже сейчас. Не могу этого допустить. — Очень смешно, — она прикусывает губу и кивает в сторону поля. — Но ты прав. Только посмотри на этот пиздец. Бровь Цянь Цзиня приподнимается. Раньше таких высказываний Цяо Лин себе не позволяла. Впрочем, он понимал — то, во что превратилась игра, другим словом назвать было сложно. — Если эти придурки сегодня не поговорят… Она осекается на полуслове, потому что тренер, всегда выдержанный, спокойный и добродушный Сяо Ли, человек, которого не один раз просили быть с игроками пожестче, вдруг начинает кричать. — Вы надо мной издеваетесь?! Я вам руки и ноги повырываю, раз они без надобности! Команда смотрит куда угодно, только не на него. — Чэн Сяоши! У тебя на правом фланге был коридор шире Янцзы, какого черта ты полез под таран?! — Я думал… — Тебе не надо думать! Белоснежка тебе на что?! Цяо Лин, несмотря на ужас ситуации, прыскает в ладонь. — А ты, моя красавица?! — тренер поворачивается к Лу Гуану и уже не кричит, он орет что есть сил. — Почему, Королева моя, блять, Снежная, мяч не просишь?! Тебя на площадке вообще нет! Выражение лица Лу Гуана даже не меняется. — Значит так, — теперь Сяо Ли говорит едва слышно. — Сладкие вы мои. Принцессы мои дорогие. Либо прекращаете надо мной издеваться, либо уходите на скамейку запасных до конца сезона. Оба. «Лучше бы он орал», — со страхом подумала Цяо Лин. — Но, тренер! — Чэн Сяоши побелел. — Хочу ли я этого? Нет, не хочу. Потому что ты мой лучший игрок. Но я, блять, это сделаю, если вы не возьметесь за ум. — Пиздец, — Цяо Лин прячет лицо в ладонях. — Они научили тренера материться. Телефон в кармане надрывается уже какое-то время, и она поспешно снимает блокировку. Лю Сяо: Все готово. Замки заблокируются вовремя. Я молодец. Лю Сяо: И небольшой сюрприз Лю Сяо: [Ссылка: live_stream_room_04] Лю Минь: че это? Лю Сяо: Бонусом — стрим из раздевалки. Установил камеру в вентиляцию. Цяо Лин: О_О Цяо Лин: Чего?! Ли Тяньси: [Стикер: крыса падает в обморок] Ся Фэй: Ого. Гений превзошел себя. Ли Тяньчэнь: Это вообще легально? Нас не отчислят? Лю Сяо: Камера смотрит только на зону шкафчиков и лавки. Никакого криминала. Цянь Цзинь помогал ставить. — И ты молчал?! Цяо Лин раздраженно тычет пальцем в грудь невозмутимого Цянь Цзиня, но тот лишь слегка улыбается и пожимает плечом, чем начинает бесить ее еще больше. Ли Тяньси: то есть, вот если просто в теории, в душ тоже можно поставить? Вейн: нельзя. Лю Минь: ахахахаха, ревнуешь? Цяо Лин: вернитесь к делу, блять! Это вторжение в частную жизнь! Лю Минь: да ты фоткала их на кухне, а потом скинула в общий чат! Лю Минь: [Стикер: панда смеется до слез] Лю Сяо: возвращаясь к делу — я хочу полностью контролировать ситуацию. Если они начнут ломать дверь, я сниму блокировку. Цяо Лин: те фотки были для дела! Лю Сяо: а ты думаешь, я просто хочу посмотреть, как они переодеваются? Лю Минь: а нет? Лю Сяо: ой, иди нахрен. — Идиоты… — Цяо Лин блокирует телефон и кидает еще один косой взгляд на Цянь Цзиня. — Тебя все это веселит, да? Тот смотрит на нее какое-то время, прежде чем дать ответ: — Забавно наблюдать, что ты устроила. Но сама ситуация раздражает. — Почему? — Потому что она не стоит выеденного яйца. Все, что им нужно — это поговорить. — Но они не… — Не перебивай. Она задыхается от возмущения, но послушно замолкает. — Эмоции не дают им нормально мыслить. Это неэффективно. — Как будто это легко, — буркает она, смотря на площадку, где Чэн Сяоши — явно нехотя — отдает пас Лу Гуану. — Более чем. — Бесполезно говорить с тем, у кого вместо сердца процессор. — Мозга. — Что, прости? — Если ты решила сравнить меня с компьютером, то процессор является мозгом компьютера, тогда как сердца у него нет. — Собственно, подходит. Резкий свисток тренера Сяо Ли прорезает напряженную атмосферу зала, возвещая об окончании. Цяо Лин сжимает телефон вспотевшими ладонями. Цяо Лин: Тренировка закончена. Чэн Бинь, как договаривались. Ся Фэй: Качество картинки — мое почтение. <Вейн вышел из чата> <Цяо Лин добавила Вейн> Цяо Лин: Если ты, блять, еще раз так сделаешь, я отрежу твои патлы и буду медленно сжигать на огне, пока от них не останется ни одной волосинки. Ли Тяньси: Не смей!!! Я только собралась покраситься в синий! Ли Тяньчэнь: Зачем?! Ли Тяньси: Ты не поймешь, братик. Чэн Бинь: Я в раздевалке. Все пошли в душ. Наши сидят по разным сторонам злые, как черти. Ся Фэй: мы видим, Чэн Бинь. Чэн Бинь: а, точно. Цяо Лин: вырубай воду. Не проходит и трех минут, как злые и недомытые баскетболисты гурьбой вываливаются из раздевалки. Лу Гуан в камеру не попадает. Чэн Сяоши ходит между скамьями кругами, вцепившись в волосы. Он что-то бормочет себе под нос, но так тихо, что разобрать не представляется возможным. В чате — ни одного нового сообщения. Оно и понятно — наверняка все вцепились кто в телефоны, а кто в компьютеры, с нетерпением ожидая развития событий. Ее пальцы уж точно слегка дрожат — так сильно она сжимает мобильник. Быстрый взгляд в сторону Цянь Цзиня — как и предполагалось, абсолютно спокоен. Лу Гуан первым идет к выходу, тянет ручку двери и замирает. — Ну да, не работает, — удовлетворенно бормочет Цяо Лин. Лу Гуан дергает сильнее — ничего. И тут же из-за рядов шкафчиков вылетает Чэн Сяоши. — Т-ты! Ты еще здесь?! Его игнорируют, снова дергая ручку двери. Разумеется, ни к какому результату это не приводит. — Заклинило? — Как видишь. Они все еще не смотрят друг на друга и вздрагивают, когда телефоны обоих взрываются уведомлением. — Ошибка синхронизации Bluetooth-меток… — читает вслух Чэн Сяоши, хмурясь. — Для экстренной разблокировки шлюза прижмите устройства задними панелями друг к другу и удерживайте до окончания загрузки. Чего? Лу Гуан хмурится сильнее и вдруг смотрит прямо в камеру. Сердце у Цяо Лин падает. — Понятно… Давай сюда телефон. — Зачем он тебе?! — Просто дай, — вздыхает он. — Пожалуйста Он складывает телефоны на скамью задней стороной друг к другу. Лю Сяо: вот этого я и боялся. Цяо Лин: заткнись. На экране появляется полоса загрузки: «Расчетное время: 5 минут 00 секунд». — Зашибись, — зло говорит Чэн Сяоши и отходит в противоположный угол раздевалки. Минута. Вторая. Четвертая. Никто не произносит ни слова. Через камеры видно, что Чэн Сяоши сидит, обхватив голову руками и снова что-то бормочет. — Ты так и будешь делать вид, что ничего не было?! — вдруг взрывается он. Он в три шага подходит к Лу Гуану, и его голос в пустой раздевалке звучит слишком громко. — Так и будешь меня игнорировать?! Так и будем лажать на тренировках? Так и просидим весь сезон на скамейке запасных?! Лу Гуан вздрагивает. Медленно поворачивает голову, встречаясь с ним взглядом. — Тебя только баскетбол волнует? — глухим голосом спрашивает он. — Нет, придурок! — Чэн Сяоши бьет кулаком по чужой груди. — Меня волнуешь ты! Потому что ты мой… друг! Он спотыкается о последнее слово, и вдруг хватается за него, как за соломинку. — Именно! Лучший друг! Которого я не хочу терять! — Друг? — также глухо спрашивает Лу Гуан. — Ну подумаешь, поцеловались по пьяни. С кем не бывает?! Напились, наделали глупостей. Так что теперь, до конца жизни друг друга игнорировать?! Чэн Сяоши тараторит быстро, проглатывая окончания слов и не глядя Лу Гуану в глаза. Видно, как Лу Гуан замирает. Как его глаза на секунду расширяются, а пальцы рук — сжимаются в кулаки. — Это же не испортит нашу дружбу? — жалобно спрашивает Чэн Сяоши. — Давай просто забудем? Ну, как страшный сон. — Как страшный сон… Да, — ровно отвечает Лу Гуан. — Ерунда. Конечно, забыли. С кем не бывает. Через секунду он уже улыбается, а сердце Цяо Лин разлетается на осколки. Она видит, что улыбка фальшивая насквозь, но Чэн Сяоши рад и такой, поэтому радостно хлопает Лу Гуана по плечу. — Вот и отлично! Сходим поесть лапши? В эту же секунду лампочка на двери загорается зеленым. — Иди вперед, — ровно говорит Лу Гуан. — Я догоню. Лю Минь: блять, какой же он непроходимый идиот. Цянь Цзинь: Это… разочаровывающе. Вейн: Нет, это пиздец как смешно. Но ни одному из тех, кто сейчас смотрит в экраны, смеяться совершенно не хочется. — Понравилось? Цяо Лин подпрыгивает на месте и с ужасом смотрит на Лу Гуана. Тот нависает над ними — мрачный и совершенно измученный. — Лу Гуан… Я просто… я… хотела. Слов нет, они никак не хотят идти на язык, и она лишь испуганно смотрит на друга, понимая, что зашла слишком далеко и только что испортила что-то настолько личное, что Лу Гуан мог доверить бы только ей. — Сил не было смотреть, как вы не ладите, — спокойно отвечает Цянь Цзинь, даже не изменившись в лице. — Так не смотрели бы, — зло говорит Лу Гуан. — Или, постой. Вас тоже волнует только гребаный баскетбол? — Нет! — Цяо Лин почти кричит это, когда на глазах выступают слезы. — Мы любим вас обоих! И хотим, чтобы вы были вместе! Она испуганно прикрывает рот ладонью, понимая, что сказала лишнего, а с лица Лу Гуана пропадают последние краски. — Откуда ты знешь? — сузив глаза, спрашивает он. — Я… Я… На ее плечо вдруг ложится рука и успокаивающе сжимает. — Она только что поняла из вашего разговора, — ровно отвечает Цянь Цзинь. — Лу Гуан! — раздается из коридора. — Ну ты идешь? — Только попробуйте еще раз вмешаться в то, что вас не касается. Только попробуйте. Лу Гуан разворачивается и скрывается за трибунами, оставив Цяо Лин растерянно смотреть ему вслед.