Согрей мои лапы

Слабый костёр испускал больше дыма, чем тепла, лениво облизывая сырые ветки. Ригз на секунду отвлёкся от пламени и подошёл к узкому проходу пещеры. Снаружи бушевал настоящий ад: белая стена снега полностью скрыла горизонт. Чтобы ледяные потоки воздуха не проникали внутрь, Ригз принялся молча заваливать лаз самыми крупными камнями, какие только мог поднять. Каждое движение давалось с трудом, мышцы гудели от усталости, но он не позволял себе расслабиться ни на секунду. Протокол безопасности P.A.W.S. требовал обустроить лагерь, и он выполнял его безукоризненно.Закатив последний валун на место, Ригз отряхнул лапы от пыли и обернулся. Гул метели теперь доносился словно сквозь толстый слой ваты, но легче от этого не становилось. Настоящая опасность скрывалась внутри пещеры — это был медленно подползающий, парализующий холод. Роуз сидела у огня, сжавшись в комочек. Она упрямо пыталась растереть свои лапки, но они едва слушались её. Услышав шаги, она подняла голову и попыталась выжать из себя свою фирменную, оптимистичную улыбку, которая всегда подбадривала команду на миссиях. Получилось плохо — её губы заметно дрожали.— Отличная… отличная работа, супершпион, — её голос сорвался на тихий хрип, и она поспешно кашлянула. — Теперь мы официально в домике. Жаль только, отопление здесь забыли включить.Ригз не улыбнулся в ответ. Он подошёл ближе и сел напротив неё. Его строгий, оценивающий взгляд профессионала скользнул по её промокшей шерстке. Внутренний таймер Ригза безжалостно отсчитывал минуты: если они не согреются в ближайшее время, Роуз просто заболеет, и тогда выбраться из этих гор живыми станет почти невозможно.— Прекрати паясничать, Роуз, — негромко, но твёрдо сказал он, хотя в его голосе впервые за весь день проскользнула не грубость, а глухая, тщательно скрываемая тревога. — Ты едва дышишь. Иди сюда. Роуз удивлённо моргнула, её большие глаза блеснули в отражении гаснущих угольков костра.— Угу… — Кошечка подошла к нему. Ригз молчал. Вместо слов он решительно потянулся к ушкам Роуз и стал вылизывать их с материнской заботой. Замерзшая кошечка залилась краской. — Р... Ригз... Я в состоянии согреть саму себя... — Тот ухмыльнулся и поднялся на лапы. — Ну-ну! Расслабься. Нас никто не видит. Я же вижу как тебе холодно. Ты и пошевелиться не можешь. Роуз хотела было что-то возразить, открыть рот и выдать колкую или оптимистичную шутку, но очередной приступ дрожи безжалостно разрушил её хрупкую защиту. Сил сопротивляться не осталось. Она лишь тихо, побеждённо выдохнула, и этот звук был подозрительно похож на беззащитное кошачье пищание.Ригз не стал дожидаться, пока её упрямство окончательно победит здравый смысл. Наплевав на свою обычную напускную отстраненность, он мягко, но настойчиво притянул её к себе за плечи.— Меньше слов, Роуз. Это приказ старшего по званию, — негромко проворчал он, усаживая её прямо перед собой и со спины обнимая лапами.Он прижался к ней всем телом, делясь собственным теплом и укрывая её от гуляющих по пещере сквозняков своим пушистым хвостом. Роуз замерла. Внутри неё сейчас бушевал пожар, который не имел ничего общего с холодом снаружи — её щёки горели, а сердце колотилось в груди как бешеное. Ригз, гроза шпионов и самый нелюдимый член отряда P.A.W.S., сейчас держал её так крепко и надёжно, словно она была самым ценным артефактом в его жизни.— Твои лапы, — тихо, почти шёпотом произнёс Ригз над её ухом. Его тёплое дыхание приятно обжигало замёрзшую кожу. — Дай их мне.Роуз послушно протянула свои розовые лапки. Они были пугающе ледяными, а подушечки совсем потеряли чувствительность. Ригз осторожно взял их в свои широкие тёмные лапы и начал медленно, аккуратно растирать. Каждое его движение было пропитано такой несвойственной ему нежностью, что у Роуз перехватило дыхание.— Согрей мои лапы… — едва слышно, словно в бреду, пробормотала кошечка, утыкаясь носом в его мягкую грудь. Чужой размеренный стук сердца странно успокаивал. — Пожалуйста.— Именно это я и делаю, глупая, — тише обычного отозвался Ригз. Он уткнулся подбородком в её макушку, чувствуя, как её дрожь постепенно утихает, сменяясь расслабленным теплом.Слабый костёр позади них окончательно сдал позиции, оставив после себя лишь едва заметное красное свечение углей и тонкую струйку дыма. В пещере воцарился полумрак. Снаружи всё так же глухо билась в каменные стены метель, но здесь, в их маленьком, заваленном камнями убежище, холод отступил. На его место пришло опасное, хрупкое молчание, готовое вот-вот разрушить всё, что они так долго скрывали друг от друга.