Принц и его принцесса

11 ноября       Весь день девушка была разбитой. Уиллоу не лезла с расспросами — Луз дала понять, что это связано с сестрой и разговаривать она не хочет. Джонс попрощалась с Уиллоу и Бошей и осталась сидеть на крыльце.       Луз ненавидела это чувство. Она не признавала, когда что-то брало над ней контроль, — особенно собственные эмоции. Хотя ещё полтора года назад она была совсем другой.       Тогда Луз Джонс любила кататься на скейте и шумные компании, где все творили полную дичь. Любила животных и заботиться о них. Любила возвращаться домой, где её ждала младшая сестра.       Луз и Лия рано потеряли семью и большую часть жизни провели в детдоме. Поэтому у них были только они друг у друга. Лию часто обижали, и Луз всегда вставала на защиту любимой сестрёнки — той самой, которая была единственной причиной, по которой Луз продолжала жить и не сдавалась.       Когда им исполнилось двенадцать, девочки начали жить самостоятельно. Луз, вынужденная выживать и заботиться о младшей сестре, создала популярную сеть кофеен и ресторанов «Луна». Так к своим пятнадцати годам она стала одной из самых богатых и влиятельных людей страны.       У Луз было множество связей благодаря бизнесу, но мало кто знал, кто на самом деле скрывается за образом загадочного владельца сети. 15 ноября       Луз просыпается от непрерывного звона в ушах. Сначала кажется, что мерещится от количества алкоголя, выпитого накануне, но нет — это кто-то настойчиво просится внутрь квартиры. Джонс устало приоткрывает глаза и замечает бутылку крепкого алкоголя прямо перед лицом.       Желание отрубиться ещё на сутки улетучивается вместе с головокружением и головной болью. Шатенка едва приподнимается на локтях и нащупывает телефон. Суббота, раннее утро — и кому она, блять, нужна в такой час? — Да иду я, блять! — прорычала Луз.       Луз пытается утихомирить незваных гостей, которые продолжают давить на звонок. Только девушка встала, как рвотные позывы дали о себе знать, но, сумев их сдержать, Луз двинулась ко входной двери. — Ну что?! — Луз распахивает дверь, чуть ли не сбивая с ног гостей. — Ну наконец-то! — Уиллоу прыгает на Луз с объятиями, а потом, принюхавшись, морщит нос и делает шаг назад. — В ванну, бегом!       Луз проводит рукой по волосам и вздыхает, окидывая взглядом подругу, как вдруг из-за зелёной макушки показалась Боша. Шатенка махнула рукой в знак приветствия и направилась на кухню, но Уиллоу схватила ту за шкирку. — Я сказала в душ! Ты вчера не явилась на пары и целый день трубку не брала, а теперь стоишь вся в том, что явно было виски. Мыться. Сейчас, — твёрдо сказала Уиллоу.       Луз подняла обе руки, показывая жест «сдаюсь», и развернулась на пятках в сторону ванны. Спорить с Парк нет смысла, особенно когда она злая.       Джонс едва скинула одежду и забралась под холодную струю воды. Холод хоть как-то привёл девушку в чувства, и уже через пятнадцать минут она спокойно вылезла из ванны и направилась на кухню.       Луз прошла к чайнику, потирая мокрые волосы полотенцем. Уиллоу прожигала её взглядом, полным ярости, хоть в нём и проскакивали нотки заботы. Джонс оперлась поясницей о раковину и достала из ящика пачку сигарет.       Хоть Уиллоу и говорила Боше, что Луз — полукровка, она всё равно не могла оторвать взгляда от пушистых рыжих волчьих ушей, стоящих торчком, и пушистого хвоста, покачивающегося из стороны в сторону. — Ну и зачем вы пришли? — Луз затянулась, смотря в потолок. — Почему ты вчера не пришла на занятия? — спросила Уиллоу.       Парк скрестила руки на груди. Луз перевела взгляд сначала на Уиллоу, потом на Бошу и усмехнулась, доставая сигарету изо рта. Девушка глянула на настенные часы и провела рукой по волосам, пытаясь сдержать лёгкое раздражение от того, что не смогла поспать в выходной. — Бухала, по мне не видно, что ли? — Луз вставила сигарету обратно и выключила закипевший чайник, принимаясь заваривать чай. — Да видно, ты ж как бомж какой-то выглядела, — наконец подала голос Боша, но Луз предпочла пропустить её слова мимо ушей. — Боша хотела сказать, — Уиллоу бросила грозный взгляд на подругу, а затем снова посмотрела на Луз. — Что мы очень волнуемся. Особенно после того, как Лия…       Громкий хлопок по столешнице. Луз смотрела в свою чашку, не в силах перебороть подступившую тоску. Уши прижались к голове, а хвост заходил ходуном, выдавая напряжение. Так всегда.       Только стоит Лии появиться в жизни Джонс, как всё катится под откос. Шатенка продержалась три дня без алкоголя, а теперь опять забухала. — Знаете что… — Луз выдохнула и натянуто улыбнулась, выпуская дым. — По-моему, это не ваше дело. Уиллоу сжала кулаки, но Луз продолжила, не дав подруге и слова вставить: — Не пизди, Уилл. Вам плевать. Точнее, Боше плевать, — Луз ткнула сигаретой в сторону розоволосой. — Она сюда пришла только из-за тебя, так что не надо мне тут про «мы волнуемся».       Повисла неловкая тишина. Уиллоу открыла рот, чтобы что-то возразить, но Боша неожиданно встала со стула. Лицо было спокойным, но в глазах читалась обида. — Ты серьёзно так думаешь? — тихо спросила Боша, скрестив руки на груди. Луз пожала плечами и сделала очередную затяжку, демонстративно отворачиваясь к окну. — А что, не так? Мы знакомы всего неделю. Какого хрена ты вообще сюда припёрлась? — Луз! — возмутилась Уиллоу, но Боша остановила её жестом.       Розоволосая подошла ближе к Луз и забрала у той из рук сигарету, затянувшись. Джонс удивлённо приподняла бровь. — Знаешь, Джонс, за эту неделю я поняла про тебя больше, чем ты думаешь, — Боша выпустила дым и посмотрела шатенке прямо в глаза. — Ты считаешь, что всем на тебя плевать. Что ты никому не нужна. Но если бы мне было плевать, я бы сейчас валялась дома в кровати, а не стояла в этой вонючей квартире, пытаясь достучаться до упёртой идиотки. Боша сделала ещё одну затяжку и протянула сигарету обратно. — У меня, если что, подруга одна — не считая Эмити. И это ты, придурок ты рыжий. Так что заткнись и перестань строить из себя одинокого волка. Тебе не идёт, — сказала Боша.       Луз застыла, глядя на Бошу широко раскрытыми глазами. Хвост перестал нервно метаться. В груди что-то сдавило, горло перехватило комом. Шатенка отвела взгляд, не зная, что сказать.       Боша откашлялась и вернулась на своё место, демонстративно разглядывая ногти. Уиллоу всё ещё стояла, переводя взгляд с одной на другую, пока Луз молча доставала из пачки новую сигарету. — Ладно, раз уж мы все тут собрались на душевные беседы, — Боша облокотилась на стол. — Расскажите, как вы вообще познакомились? Вы с Уилл как сиамские близнецы ходите. Уиллоу слегка улыбнулась, украдкой глянув на Луз. Шатенка поморщилась, но уголок губ предательски дёрнулся. — Тринадцать лет назад, — тихо начала Уиллоу, усаживаясь обратно. — Нам было по пять. Я тогда только в детдом попала. Луз затянулась, глядя в окно, но было видно, что она слушает. — Там были старшие дети, которые… ну, ты поняла, — продолжила Уиллоу. — Они отбирали еду у младших. В тот день они пристали ко мне и к Лие. — И тут эта идиотка, — Боша кивнула в сторону Луз. — Решила сыграть в героя? — Не решила, — хрипло отозвалась Луз, стряхивая пепел в пепельницу. — Просто они тронули Лию. Уиллоу тихо рассмеялась: — Она им всем троим морды набила. Причём ей тоже было пять, а они на три года старше. После этого её на неделю в изолятор отправили, — рассказала Уиллоу. — Четыре дня, — поправила Луз. — Неделю, — настаивала Уиллоу. — Я считала. Каждый день приносила тебе печенье, которое прятала за обедом.       Повисла тишина. Боша задумчиво смотрела на Луз, которая всё ещё упорно отворачивалась к окну, но уши слегка дрогнули. — И с тех пор вы неразлучны, — констатировала Боша. — С тех пор, — подтвердила Уиллоу. — Луз всегда защищала нас. И меня, и Лию. От всех. — От всех, кроме этого мудака, — процедила Луз сквозь зубы, и все поняли, что речь о парне Лии. Боша встала и подошла к холодильнику, достав воду. — Значит, вы втроём росли вместе, — Боша сделала глоток. — А потом Лия свалила к какому-то придурку и бросила вас обеих. — Боша! — одёрнула её Уиллоу. — Что? Это же правда. Я просто называю вещи своими именами, — произнесла Боша. Луз резко обернулась, в глазах полыхнул гнев, но Боша продолжила спокойно: — Она выбрала абьюзера вместо сестры, которая всю жизнь за неё горой стояла. Это говно, Джонс. И ты имеешь полное право злиться, — сказала Боша. Шатенка разжала кулаки. Хвост медленно опустился. — Но, — Боша ткнула пальцем в сторону Луз. — Это не значит, что ты должна убиваться из-за этого. Ты же видишь, что тут творится? Ты сама себя хоронишь. — А что мне ещё делать? — сорвалась Луз. — Она моя сестра, блять! Единственная семья! И я не могу… не могу просто смотреть, как он её…       Голос сорвался. Луз отвернулась, яростно вытирая выступившие слёзы. Уиллоу тихо встала и обняла подругу со спины. Боша допила воду и тоже подошла, неловко обняв за плечи — Луз выше обеих девчонок чуть ли не на полторы головы. — Слушай, Рыжая, — начала Боша. — У тебя есть семья. Вот она, — Боша кивнула на Уиллоу. — Тринадцать лет — это не шутки. Это больше, чем у многих с кровными родственниками. И ещё одна семья у тебя теперь есть, — Боша усмехнулась. — Я, придурок ты рыжий. Хочешь не хочешь, а я к вам прилипла.       Уиллоу тихо рассмеялась, крепче обнимая Луз. Шатенка наконец развернулась, и на её лице была слабая, но настоящая улыбка. Так они простояли несколько минут, пока Луз не начала отстраняться. — Вопрос такой: сколько вы тут пробудете? — вдруг спросила Луз. — До следующего воскресенья, — ответила Боша. Луз уставилась на неё широко раскрытыми глазами, явно не ожидая такого ответа. — Что, простите? — переспросила Луз, приподняв бровь. — До следующего воскресенья, — невозмутимо повторила Боша, доставая из сумки пакет с продуктами. — Мы с Уилл решили, что тебя нельзя оставлять одну в таком состоянии. Уиллоу виновато улыбнулась: — Прости, Луз. Но ты сама видишь, что происходит. Мы не можем просто уйти и оставить тебя здесь одну, — сказала Уиллоу. Шатенка тяжело вздохнула и потушила сигарету в пепельнице. — И что вы собираетесь делать целую неделю? — спросила Луз, скрестив руки на груди. — Ну, для начала приведём эту свинарню в порядок, — Боша окинула взглядом кухню, где на столе валялись пустые бутылки, окурки и грязная посуда. — Потом накормим тебя нормальной едой. А дальше посмотрим. Уиллоу подошла к Луз и взяла её за руку: — Мы просто хотим помочь. Ты всегда была рядом, когда нам было плохо. Теперь наша очередь, — сказала Уиллоу.       Луз почувствовала, как комок подступает к горлу. Уши слегка прижались к голове, хвост медленно качнулся из стороны в сторону. Она не привыкла к тому, чтобы о ней заботились. Всегда всё было наоборот — это она защищала, она помогала, она решала проблемы. — Ладно. Вы двое приберитесь в остальной квартире, а я останусь здесь и приготовлю что-нибудь, — сказала Луз. Боша уже хотела что-то сказать, как вдруг её перебила Уиллоу: — Жду с нетерпением! — воскликнула Уиллоу. Увидев вопросительный взгляд Боши, добавила: — Луз готовит лучше, чем профессиональные шеф-повара, — сказала Уиллоу. Боша удивлённо приподняла бровь, переводя взгляд с Уиллоу на Луз. — Серьёзно? Ну-ка, посмотрим на твои таланты, шеф-повар, — усмехнулась Боша.       Луз закатила глаза, но уголок губ всё же дёрнулся в подобии улыбки. Она открыла холодильник и начала доставать продукты, которые принесла Боша. — Валите уже отсюда, не мешайте, — буркнула Луз, доставая разделочную доску.       Уиллоу потянула Бошу за руку к выходу из кухни. Розоволосая ещё раз оглянулась на Луз, которая уже начала нарезать овощи с какой-то профессиональной лёгкостью, и покачала головой. — Никогда бы не подумала, — пробормотала Боша, когда они вышли в коридор. — Что именно? — спросила Уиллоу, начиная собирать разбросанные по полу вещи — Что эта угрюмая задира умеет готовить, — ответила Боша. Уиллоу рассмеялась: — Луз вообще много чего умеет. Просто не любит об этом распространяться. Помнишь, я говорила, что она владеет сетью «Луна»? Так вот, все рецепты в меню она сама разработала. Каждое блюдо. Я как-то раз была на кухне одного из ресторанов — там её боготворят, — рассказала Уиллоу. Боша присвистнула: — Вот это поворот. А я думала, она просто богатая наследница какая-то, — произнесла Боша. — Нет, — Уиллоу покачала головой. — Луз всего добилась сама. С нуля. Ради нас. Повисла тишина. Боша задумчиво смотрела в сторону кухни, откуда доносились звуки готовки. — И эта Лия просто взяла и бросила её. Вас, — тихо сказала Боша. — Не бросила, — вздохнула Уиллоу. — Лия просто запуталась. Влюбилась не в того парня. Думает, что любовь всё исправит. — Любовь не исправляет синяки под глазами, — жёстко отрезала Боша. Уиллоу грустно улыбнулась: — Знаю. Луз тоже знает. Но что мы можем сделать? Лия совершеннолетняя, она сама делает свой выбор, — произнесла Уиллоу. — Хреновый выбор, — пробормотала Боша, швыряя бутылки в мусорный пакет.       Они убирались около часа, периодически отвлекаясь на ароматы, доносящиеся из кухни. Наконец, когда квартира стала выглядеть более-менее пристойно, из кухни послышался голос Луз: — Эй, бездельники! Идите есть! — крикнула Луз.       Уиллоу и Боша переглянулись и направились на кухню. То, что они увидели, заставило Бошу остановиться на пороге с открытым ртом.       Стол был накрыт как в ресторане. Три тарелки с идеально сервированными блюдами, свежевыжатый сок, даже салфетки были красиво сложены. Луз стояла у плиты, помешивая что-то в сотейнике, — хвост медленно покачивался из стороны в сторону. — Это… ты всё за час сделала? — выдохнула Боша. — За сорок минут, — поправила Луз, не оборачиваясь. — Садитесь уже, пока не остыло.       Девушки уселись за стол. Уиллоу сразу же потянулась за вилкой, но Боша всё ещё смотрела на блюдо с каким-то благоговением. — Это что вообще такое? — спросила Боша. — Ризотто с белыми грибами и трюфельным маслом, — буркнула Луз, наконец присаживаясь. — К нему идёт салат с карамелизированной грушей и горгонзолой. А на десерт будет панна-котта с малиновым соусом. Боша попробовала ризотто и закатила глаза от удовольствия. — Охренеть. Уилл, ты не шутила. Это невероятно вкусно, — выдохнула Боша. Луз смущённо отвернулась, уши слегка прижались к голове. Уиллоу улыбнулась, наблюдая за подругой. — Вот поэтому я и хотела, чтобы она готовила, — довольно сказала Уиллоу.       Они ели в приятной тишине, изредка перебрасываясь фразами. Луз заметно расслабилась — хвост уже не метался нервно, а лениво покачивался, и даже на лице появилось подобие спокойствия. — Знаешь, — вдруг сказала Боша, откладывая вилку. — Может, тебе стоит чаще готовить? Это явно помогает тебе отвлечься. Луз пожала плечами: — Я готовлю только для заведений. Разрабатываю новые блюда раз в месяц. Обычно, — ответила Луз. — А дома? — спросила Боша. — Дома… — Луз замолчала, глядя в свою тарелку. — Дома я раньше готовила для Лии. Каждый день. Она любила мои блинчики по утрам. Повисла неловкая пауза. Боша открыла рот, но Уиллоу незаметно пнула её под столом. — Ладно, хватит грустить, — резко сказала Луз, вставая. — Боша, ты моешь посуду. Уиллоу, ты вытираешь. Я пойду приму душ. Она направилась к выходу из кухни, но на пороге обернулась: — И… спасибо. Что пришли, — тихо добавила Луз и быстро скрылась в коридоре. Уиллоу и Боша переглянулись и улыбнулись. — Она оттаивает, — шёпотом сказала Боша. — Потихоньку, — согласилась Уиллоу. — Главное — не давить. Луз не любит, когда на неё давят.       Они принялись убирать со стола. Боша мыла посуду, а Уиллоу вытирала, напевая что-то себе под нос. Из ванной доносился шум воды и едва слышный голос Луз, которая тоже что-то напевала. — Она поёт? — удивлённо спросила Боша. — Давно такого не было, — улыбнулась Уиллоу. — Это хороший знак.       Вечер прошёл на удивление спокойно. Девушки расположились в гостиной с пледами и горячим какао. Луз сидела на полу, прислонившись спиной к дивану, Уиллоу устроилась на самом диване, а Боша растянулась в кресле. — Так, а теперь самое важное, — сказала Боша, потягивая какао. — Расскажи мне про Эмити. Луз поперхнулась напитком. Уиллоу застонала: — Боша, может не надо? — сказала Уиллоу. — Надо, — настаивала Боша. — Я же вижу, что происходит. Луз следит за ней, работает в магазине рядом с её домом, на парах постоянно за ней наблюдает. Это уже не просто симпатия. Луз молчала, крепче сжимая кружку. Хвост нервно дёрнулся. — Луз, — мягко позвала Боша. — Я не осуждаю. Просто хочу понять. Почему именно она? Шатенка долго молчала, глядя в кружку. Потом тихо начала: — Первого сентября. Я опаздывала на пары, бежала по коридору и врезалась в неё. Она уронила все свои вещи, я помогла их собрать, — Луз замолчала, вспоминая. — И она улыбнулась. Просто улыбнулась и сказала «спасибо». Такая искренняя, тёплая улыбка. Как будто… в тот момент я была единственным человеком, который для неё имел значение. Уиллоу и Боша молчали, слушая. — После этого я стала замечать её везде, — продолжила Луз. — В столовой, на редких совместных парах, в библиотеке. И каждый раз, когда наши взгляды встречались она улыбалась. И я… я просто не смогла. Не смогла перестать думать о ней. — А когда ты узнала про Хантера? — спросила Боша. Луз усмехнулась, но в этой усмешке не было ничего весёлого: — Через две недели. Увидела, как они вместе гуляют. Было больно. Но я же не могла просто выкинуть её из головы. Поэтому начала… наблюдать. Хотела понять, счастлива ли она с ним, — произнесла Луз. — И? — подала голос Уиллоу. — И я поняла, что нет, — Луз подняла взгляд. — Они никогда не держатся за руки. Никогда не обнимаются. Встречаются раз в две недели, гуляют час и расходятся. Это не отношения. Это… — Прикрытие, — закончила за неё Боша. — Я же говорила. Луз кивнула: — Когда ты это подтвердила, я… не знаю. Почувствовала надежду? Но одновременно и вину. Потому что я рада, что у неё нет парня, а это эгоистично, — сказала Луз. — Это не эгоистично, — возразила Уиллоу. — Это нормально. Ты влюблена, Луз.       Шатенка замолчала. Слово «влюблена» повисло в воздухе. Она никогда не произносила его вслух. Даже для себя старалась не думать об этом в таких терминах. — Я знаю, что это безнадёжно, — тихо сказала Луз. — Мы даже толком не разговаривали. Она даже не знает, кто я. Для неё я просто кассир в магазине. — А ты хочешь, чтобы она узнала тебя? — спросила Боша. Луз посмотрела на неё: — Каждый день. Каждую минуту. Но я не могу. Так будет лучше для неё. Мне достаточно знать, что она жива и в безопасности. Полукровки влюбляются лишь раз в жизни. Для меня её благополучие важнее собственного счастья, — сказала Луз.       Боша задумчиво покрутила кружку в руках. Повисла тишина, которую нарушила Уиллоу, решившая разрядить обстановку: — Кстати, Боша, ты знаешь, как Луз называют в универе? — с лёгкой улыбкой спросила Уиллоу Розоволосая приподняла бровь: — Нет. Как? — спросила Боша. — Принц, — выдала Уиллоу, едва сдерживая смех.       Луз мгновенно напряглась, уши прижались к голове, а хвост резко дёрнулся. Она бросила на Парк убийственный взгляд: — Уилл, блять, зачем? — прошипела Луз сквозь зубы. Но Боша уже расхохоталась, чуть не расплескав какао: — Серьёзно? Принц? Это из-за того, как ты себя ведёшь? Типа рыцарь на белом коне? — Боша вытерла выступившие слёзы. Уиллоу кивнула, давясь смехом: — Ага. Помнишь, на второй неделе учёбы, когда тот парень пристал к девушке из параллельной группы? — рассказала Уиллоу. — Уилл, заткнись, — простонала Луз, пряча лицо в ладонях. Но Парк была неумолима: — Луз подошла, вежливо попросила его отвалить. Он начал наезжать, и она просто схватила его за шкирку и вынесла из аудитории. Буквально. Подняла и вынесла, как мешок с мусором, — Уиллоу всхлипнула от смеха. — А потом спокойно вернулась, как ни в чём не бывало. Боша смотрела на Луз с восхищением: — И после этого тебя стали называть Принцем? — спросила Боша. — После этого и ещё пары инцидентов, — Уиллоу утёрла слёзы. — Луз постоянно кого-то защищает. Особенно девушек. Открывает перед ними двери, подаёт руку, отдаёт свою куртку, отшивает назойливых парней — типичное джентльменское поведение. — И самое смешное, — продолжила Уиллоу, игнорируя протесты подруги. — У неё куча фанаток в универе. Девчонки постоянно пытаются с ней заговорить, оставляют записки в шкафчике, приглашают на свидания. — И что, она всех отшивает? — спросила Боша, с интересом разглядывая покрасневшую Луз. — Вежливо, но твёрдо, — кивнула Уиллоу. Луз наконец оторвала лицо от ладоней. — Я просто делаю то, что правильно. Это не повод давать мне дурацкие прозвища, — буркнула Луз. — Дурацкие? — Боша ухмыльнулась. — По-моему, очень даже подходящее. Хотя погоди-ка… Розоволосая прищурилась, изучающе глядя на Луз: — Если ты Принц, то кто твоя Принцесса? Дай угадаю… — Боша театрально задумалась. — Эмити? Луз подавилась воздухом. Уши встали торчком, хвост застыл. — Я… это… — Луз запнулась, судорожно пытаясь найти слова. Но Боша уже торжествующе улыбалась: — Так и знала! Боже, это же так очевидно. Принц и его недосягаемая Принцесса. Классика жанра, — Боша откинулась в кресле. — А Эмити знает о своём прозвище в твоей голове? — Боша! — одёрнула её Уиллоу, но сама едва сдерживала улыбку. Луз встала, решительно направляясь к выходу: — Всё, я пошла спать. Наслушалась уже, — бросила Луз через плечо. Она вышла, оставив Уиллоу и Бошу сидеть в тишине. Розоволосая посмотрела на Парк: — Она правда так сильно влюблена? — спросила Боша. Уиллоу грустно кивнула: — Ты даже не представляешь насколько. Луз никогда никого не любила. За всё время, что я её знаю. Эмити — первая. И, судя по всему, последняя, — Уиллоу вздохнула. — Полукровки влюбляются раз в жизни. Это у них в крови. Инстинкт. Когда они находят свою половинку, это навсегда. — И что теперь? Она так и будет издалека на неё смотреть? — возмутилась Боша. — Не знаю, — честно призналась Уиллоу. — Луз упрямая. Если она решила, что так будет лучше для Эмити, её не переубедить.