Принц и его принцесса

16 ноября       Вечер выдался на удивление тёплым. Луз, Уиллоу и Боша возвращались с прогулки по парку, болтая о всякой ерунде. Шатенка даже улыбалась.       Они были в двух кварталах от дома Луз, когда шатенка внезапно застыла на месте. Уши резко встали торчком, хвост напрягся. Джонс замерла, втягивая носом воздух, принюхиваясь к чему-то. — Луз? — настороженно позвала Уиллоу.       Но шатенка её не слышала. Голову резко дёрнуло в сторону переулка слева. В воздухе витал запах. Знакомый. Родной. И вместе с ним — металлический привкус крови. — Лия, — выдохнула Луз и сорвалась с места. — Что?! Луз! — крикнула Боша, но Джонс уже неслась к переулку со скоростью, на которую способна только полукровка. Девушки бросились следом. Уиллоу почувствовала, как сердце ухает в груди — она знала этот тон голоса. Луз чувствовала опасность.       Когда они вбежали в переулок, картина перед ними заставила Бошу зажать рот рукой, а Уиллоу — остановиться как вкопанной.       Луз стояла на коленях посреди асфальта. В её руках, безвольно откинув голову, лежала девушка. Вся в крови. Лицо избито до неузнаваемости, губа рассечена, один глаз полностью опух. Белая футболка пропиталась кровью, превратившись в багровое месиво.       Но Уиллоу узнала её. Те же черты лица, тот же разрез глаз. Лия. Та самая Лия, которую она не видела больше года — с тех пор, как им было шестнадцать. — Нет-нет-нет, — бормотала Луз, прижимая сестру к груди.       Руки тряслись. Хвост метался из стороны в сторону. Уши прижались к голове. По щекам блестели слёзы, но Луз, казалось, даже не замечала их. — Лия, открой глаза. Лия! — голос Луз сорвался на крик. — Боша, вызывай скорую! Сейчас! — скомандовала Луз. Розоволосая, всё ещё стоявшая в шоке, дёрнулась и схватилась за телефон дрожащими руками. — Я… да, скорая нужна… избили девушку… переулок на углу Кленовой и Третьей… да, она без сознания… много крови… — голос Боши срывался, но она старалась говорить чётко. — Скорая будет через пять минут. Она присела рядом и впервые разглядела Лию вблизи. Розоволосая побледнела. — Господи… кто мог такое сделать? — прошептала Боша. Луз медленно повернула голову. Взгляд был ледяным: — Я знаю кто, — процедила Луз сквозь зубы. Вдалеке завыла сирена.       Больничный коридор утопал в стерильной белизне. Луз сидела на жёстком пластиковом стуле, уставившись в одну точку. Руки и одежда всё ещё были в крови — крови Лии.       Уиллоу и Боша сидели рядом. Парк держала подругу за руку, но Луз, казалось, даже не замечала прикосновения.       Прошло уже два часа. Лию увезли в операционную сразу по прибытии. Диагноз был страшным: множественные переломы рёбер, сотрясение мозга, разрыв селезёнки, внутреннее кровотечение. Врачи сказали, что ещё час — и было бы поздно. — Кофе? — тихо предложила Боша, протягивая пластиковый стаканчик.       Луз не ответила. Не пошевелилась. Боша вздохнула и поставила стакан на пол рядом. Ещё через полчаса из операционной вышел врач. Луз вскочила мгновенно: — Как она? — прохрипела Луз. Врач, пожилой мужчина с усталым лицом, снял маску: — Стабильно. Операция прошла успешно, мы остановили кровотечение и удалили селезёнку. Переломы зафиксировали. Сейчас она в реанимации, — он сделал паузу. — Но, мисс… — Джонс, — подсказала Уиллоу. — Мисс Джонс, я обязан сообщить в полицию. Это явно криминальный случай. Такие травмы не получают случайно, — сказал врач.       Луз молча кивнула. Врач ещё что-то говорил о сроках восстановления, о том, когда можно будет увидеть Лию, но шатенка уже не слушала.       Когда он ушёл, Луз достала телефон. Пальцы летали по экрану. Она нашла нужный контакт и набрала. Три гудка. Мисс Джонс? В такой час? Ответил мужской голос, слегка удивлённый. Маркус. Мне нужна информация. Вся, что сможешь найти. На парня по имени Итан Кроуфорд. Возраст около двадцати пяти. Встречается с моей сестрой. Нужно всё: где живёт, где работает, с кем общается, финансовое положение, связи, грязное бельё. Всё, что найдёшь. И чем быстрее, тем лучше. Понял, мисс Джонс. Какие сроки? К вечеру среды. Будет сделано, мисс Джонс. Луз отключилась, не попрощавшись. — Кто такой Маркус? — осторожно спросила Боша. — Частный детектив. Работает на меня уже три года. Лучший в своём деле, — коротко ответила Луз. Даже не спрашивая, девчонки знали: Луз собирается сломать этому мудаку жизнь. И они это полностью поддерживали. — Кстати, Луз, — осторожно начала Боша, нарушая тяжёлую тишину. — А как давно всё это началось? С этим мудаком? Луз не отрывала взгляда от двери реанимации, но челюсть напряглась. Уши слегка дёрнулись. Уиллоу сжала руку подруги чуть сильнее, давая понять, что она рядом. — В марте, — глухо ответила Луз. — Прошлого года. Нам тогда было по шестнадцать. До нашего дня рождения оставалось больше полугода. Шатенка провела рукой по волосам, хвост нервно дёрнулся: — Познакомились они в каком-то кафе. Она пришла домой вся счастливая, светящаяся. Сказала, что встретила парня своей мечты. Итан, говорила она, такой умный, успешный, внимательный, — Луз скривилась. — Я попросила познакомить нас. Через неделю она привела его домой. И мне он сразу не понравился. Что-то в нём было неправильное. Слишком гладко говорил, слишком идеально себя вёл. Как будто играл роль. А ещё этот взгляд, которым он смотрел на Лию. Не как на человека. Как на вещь. Как на собственность. Уиллоу кивнула: — Мне тоже. Помню, мы с Луз потом говорили об этом. Он был слишком собственнический. Держал Лию за талию так крепко, что оставались красные следы. Постоянно спрашивал, где она, с кем, что делает. Прикрывал это заботой, но это была не забота, — Уиллоу поморщилась. — Это был контроль. Чистый контроль. — Мы пытались сказать Лие, — продолжила Луз, голос дрогнул. — В тот же вечер. Сели втроём, я максимально мягко попыталась объяснить, что мне в нём не нравится. Что мне кажется, он не тот человек, с которым ей стоит связываться. Что я волнуюсь за неё. — И что она? — спросила Боша, хотя уже догадывалась об ответе. — Взорвалась, — горько усмехнулась Луз. — Сказала, что мы просто завидуем. Что не можем смириться с тем, что у неё есть кто-то ещё, кроме нас. Что мы ревнуем её к нему. Луз сглотнула комок в горле: — Я пыталась объяснить, что дело не в ревности. Что я просто хочу, чтобы она была счастлива и в безопасности. Что я вижу красные флаги, которые она упорно игнорирует. Но она не слушала. Кричала, что мы понятия не имеем, что такое настоящая любовь. Что Итан — её судьба. Что он единственный, кто её по-настоящему понимает и любит, — Луз вытерла предательскую слезу. — Сказала, что мы просто не хотим её счастья. — После этого всё покатилось под откос, — тихо добавила Уиллоу. — Лия стала отдаляться. Сначала перестала приходить домой вовремя. Потом начала пропускать наши совместные пятничные ужины, которые у нас были традицией с детства. Потом перестала отвечать на звонки. А если и отвечала, то разговор длился от силы минуту. Луз кивнула, не отрывая взгляда от двери: — Каждый раз, когда я пыталась с ней поговорить, она уходила от разговора. Говорила, что занята, что Итан ждёт, что у них планы. Он забирал всё её время. Всё её внимание. Всю её. — Луз сглотнула. — А я чувствовала, как теряю сестру. Как она ускользает сквозь пальцы. И ничего не могла с этим сделать. Боша слушала молча, сжимая кулаки. Уиллоу продолжила: — К лету стало совсем плохо. Лия почти не появлялась дома. Луз ждала её каждый вечер, готовила ужин на двоих. Но Лия приходила поздно ночью, когда Луз уже спала, и уходила рано утром, пока та не проснулась. А августе… — Уиллоу грустно улыбнулась. — Что было в августе? — тихо спросила Боша. — Лия сказала, что переезжает к нему, — открыла глаза Луз, в них стояли слёзы. — Что они будут жить вместе. — Слишком быстро, — пробормотала Боша. — Они встречались всего пять месяцев. — Именно, — подтвердила Уиллоу. — Для обычных людей это даже не срок, чтобы познакомиться с родителями. А тут сразу съезжаться. Луз горько усмехнулась: — Я пыталась остановить её. Умоляла подождать хотя бы до нашего дня рождения в октябре. Говорила, что они могут встречаться сколько угодно, но зачем торопиться со съездом. Предложила снять ей отдельную квартиру, если ей не нравится жить со мной, — голос Луз сорвался. — Но она… — Она выбрала его, — закончила за неё Боша. Луз кивнула, вытирая слёзы: — Десятого августа она собрала вещи и ушла. Просто взяла два чемодана и ушла. Даже не оглянулась. Я стояла в дверях и смотрела, как она уходит. Хотела окликнуть, остановить, но не смогла. Просто стояла и смотрела, — Луз сжала челюсть. — За это время я видела её всего три раза. — Три раза больше чем за год? — ахнула Боша. — Серьёзно? — Серьёзно, — подтвердила Уиллоу. — Первый раз случайно в торговом центре в сентябре. Мы с Луз тогда были вместе. Лия была с ним. У неё уже тогда был синяк на запястье. Когда Луз спросила, что случилось, Лия соврала, что упала. Луз сжала кулаки до побеления костяшек: — Второй раз она пришла на наш день рождения пятого октября. Пришла на час, поздравила и отказалась остаться. Сказала, что Итан ждёт, что у них планы. У неё был синяк под глазом. Замазанный тональником, но я всё равно заметила, — голос Луз превратился в рык. — А третий раз… — Третий раз она пришла десятого ноября, — тихо закончила Уиллоу. — Шесть дней назад. Когда он её выгнал. Избитую. Напуганную. И Луз её прогнала. Повисла тяжёлая тишина. Боша смотрела на Луз широко раскрытыми глазами. — Ты её прогнала? — недоверчиво переспросила Боша. — Я её прогнала, — эхом повторила Луз, голос был полон боли и вины. — Она пришла ко мне только потому, что он её выгнал. Не потому что соскучилась. Не потому что я её сестра. А потому что ей было некуда идти. Хотела переночевать одну ночь, а потом вернуться к нему. К этому ублюдку, который её бьёт. И я не выдержала. Сорвалась. Накричала. Выгнала. Луз уткнулась лицом в ладони: — Я выгнала свою сестру. Единственную семью. Человека, ради которого я всю жизнь старалась. Выгнала её прямо к нему. И теперь она лежит в реанимации, — произнесла Луз. — Это моя вина. Я должна была удержать её. Запереть, если надо. Но я её выгнала. И он чуть её не убил. Уиллоу обняла подругу, прижимая к себе. Боша присела с другой стороны, положив руку на плечо Луз. — Это не твоя вина, — твёрдо сказала Боша. — Ты слышишь меня, Рыжая? Это не твоя вина. Виноват только этот мудак Итан. Он избил её. Он довёл до этого. Не ты. — Но я её выгнала, — всхлипнула Луз. — Ты была ранена, — мягко сказала Уиллоу. — Луз, ты целый год ждала её. Звонила, когда она не отвечала. Пыталась помочь, когда она отталкивала. Ты имела право сорваться. Ты человек. Полукровка, но всё равно человек. У тебя есть предел. Боша кивнула: — И знаешь что? То, что ты её выгнала тогда, возможно, спасло ей жизнь сейчас, — Боша сжала плечо Луз. — Если бы ты позволила ей остаться на одну ночь и спокойно вернуться к нему, она бы думала, что так можно. Что можно приходить к тебе только когда ему угодно. А теперь, когда она придёт в себя, может быть, наконец поймёт, что всё зашло слишком далеко. — Ты думаешь? — спросила Луз. — Я уверена, — твёрдо ответила Боша. — И знаешь что ещё? Итану Кроуфорду пиздец. Полный пиздец. Потому что он тронул не просто девушку. Он тронул сестру Луз Джонс — владелицы сети «Луна», одной из самых влиятельных людей в стране. Полукровки, которая готова порвать любого, кто обидит её близких. Уиллоу мрачно улыбнулась: — Боша права. Этот придурок даже не представляет, с кем связался. Он думал, что Лия одинока. Что некому за неё заступиться. Но он ошибся. У неё есть ты. И когда ты разберёшься с ним, он пожалеет, что вообще родился на свет, — сказала Уиллоу. Луз вытерла слёзы. В глазах появился стальной блеск: — Клянусь, он заплатит за каждый синяк. За каждую слезу. За каждую каплю крови Лии. Маркус найдёт всё. Абсолютно всё. И я разрушу его жизнь так же, как он пытался разрушить жизнь моей сестры, — сказала Луз.