Старая кассета

Вова сидел прямо напротив него. Его руки были крепко связаны верёвками, но выражение лица совершенно не соответствовало положению. Он улыбался. Будто не был пленником. Будто именно он контролировал происходящее. Рому это раздражало. Безумно раздражало. Где-то под домом мэра, за тяжёлыми железными решётками, находились жители деревни. Их голоса доносились глухо, почти неразличимо. Рома нервно сжал пистолет. Он понятия не имел, что делать дальше. Хотя... Нет. План у него был. Вот только шанс, что он сработает, был почти нулевым. — Я же говорил тебе, — спокойно произнёс Вова, не сводя с него взгляда. — Своих жителей ты не получишь... пока не освободишь меня. Рома крепче сжал рукоять пистолета. — Если ты прямо сейчас не скажешь, как их освободить, — голос дрогнул от злости, — этот пистолет окажется у тебя в глотке. Вова тихо усмехнулся. — М-м... заманчивое предложение... Он слегка наклонил голову. — Но, пожалуй, откажусь. Несколько секунд он молча смотрел на Рому. Слишком внимательно. — Слушай... Пока есть возможность, может, всё-таки поговорим? — неожиданно предложил он. — Я так понимаю, отпускать меня ты пока что не собираешься. — Поговорить? — Рома нервно рассмеялся. — Мне с тобой не о чем разговаривать!!! Он сделал шаг вперёд. — Ты запер моих жителей! — Ну...с кем не бывает?, — пожал плечами Вова. Улыбка так и не исчезла с его лица. — Ты ведь расстрелял моих тоже. Получается, один — один, Ромочка. — Я стрелял только из-за тебя! — сорвался Рома. Голос эхом разнёсся по комнате. Он уже не мог себя контролировать. Адреналин буквально разрывал грудь. Перед глазами снова всплывали лица жителей. Людей, которых ему пришлось убить. Он никогда не хотел становиться убийцей. И прекрасно понимал, что будет вспоминать это ещё очень долго. Каждую ночь. Каждый день. Снова и снова задавая себе один и тот же вопрос. «А можно было иначе?» Вова внимательно наблюдал за ним. И неожиданно тихо произнёс: — Но ведь ты же не думаешь, Рома... что я так просто сдамся? — Что?.. Не успел Рома договорить, как почувствовал резкую, обжигающую боль в боку. Что-то с огромной силой ударило его прямо под рёбра. Воздух мгновенно выбило из лёгких. — Кха... Он потерял равновесие и с грохотом упал на холодный кафельный пол кузницы. Пистолет выскользнул из руки и с лязгом отлетел в сторону. — Блять... Рома судорожно попытался вдохнуть. Перед глазами всё поплыло. Он ещё даже не понял, кто именно ударил его. Или... Что. Вова стоял прямо над ним. Между его ног. Рома тяжело дышал, не сводя с него взгляда. Верёвки, которыми Вова был привязан к стулу, уже лежали на полу. На запястьях оставались лишь обрывки. Чёрт... У него нож. Когда он вообще успел его достать? На губах Вовы появилась самодовольная улыбка. — Ну что, Рома? — тихо усмехнулся он. — Как тебе? Впечатлил, надеюсь? Рома резко сел, не сводя с него настороженного взгляда. — Чт... Откуда у тебя этот нож? — Ну знаешь... — Вова лениво покрутил его между пальцами. — Кажется, ты оставил его у себя в сундуке. Он пожал плечами. — Так что это уже твоя проблема, а не моя. Мне это только на руку. Последние верёвки соскользнули на пол. Вова окончательно освободился. Он сделал шаг вперёд и, словно специально испытывая терпение Ромы, поставил свою здоровую ногу прямо ему на бедро. Рома мгновенно схватил пистолет с пола. Ствол упёрся Вове прямо в лицо. Тот даже не дрогнул. Наоборот. Сделал ещё полшага ближе. — Почему ты не можешь просто оставить меня в покое? — сквозь зубы спросил Рома. На несколько секунд Вова замолчал. Улыбка медленно исчезла с его лица. Он отвёл взгляд. И неожиданно тихо ответил: — Я сам не знаю. Рома замер. — Что?.. — Не знаю, — повторил Вова уже тише. — Правда. В комнате повисла тяжёлая тишина. — Тогда иди ты на... Рома осёкся. Подождите. Что? Какого чёрта он сейчас сказал? — В смысле... «не знаешь»? Вова тихо выдохнул. На этот раз в его голосе почти не осталось привычной насмешки. — Знаешь... я и сам почти не понимаю, зачем всё это делаю. Он на секунду замолчал. Будто подбирал слова. — Вроде хочу и отомстить, но и без тебя как то скучно. Рома продолжал молча смотреть на него. Не веря ни единому слову. Ложь. Красивая ложь чтобы Рома потерял бдительность. И кажется, он уже потерял. — Все вокруг пытаются мне угодить, — продолжил Вова с кривой усмешкой. — Соглашаются, кивают, боятся сказать что-то против. Они готовы выполнять любой приказ. Он посмотрел Роме прямо в глаза. — А ты... Вова запнулся. Слово так и не сорвалось с губ. Он резко отвернулся. — Ладно. Забыли. Рома почувствовал, как внутри всё перевернулось. — В смысле «забыли»?! Голос сорвался почти на крик. — Объясни нормально! Хоть раз не уходи от ответа! Сам же хотел поговорить. Вова молча засунул руку в карман толстовки. Через секунду в его ладони оказался небольшой пульт. Рома сразу насторожился. — Что это?.. Вова крепче сжал пульт. Затем снова посмотрел на Рому. Теперь его взгляд был холодным. Почти пустым. — Я сказал... Он стиснул зубы. — Забудь. В комнате вновь воцарилась тишина. Такая тяжёлая, что становилось трудно дышать. Рома не знал, что сказать. Не знал, чему верить. Вова только что впервые показал что-то похожее на искренность. Хотя, он уверен что это простой обман. Иллюзия. Но в следующую же секунду снова закрылся. Как всегда. Нечего удивительного, ха. Рома тяжело выдохнул. Похоже, он снова проигрывал. Как и почти каждый раз, когда дело касалось Вовы. — Господи, как же ты меня раздражаешь! — наконец сорвался Рома. — Ты вообще умеешь хоть раз не убегать от разговора?! Его голос эхом разнёсся по комнате. — Я уже устал пытаться понять хоть одно твоё действие! Я нихрена не понимаю, что у тебя в голове! Он сжал кулаки так сильно, что ногти впились в ладони. — Ты выглядишь как какой-то псих, который просто помешался на мне! Если бы ты действительно был моим бывшим другом, то давно бы исчез из моей жизни! Но ты снов появляешься в моей жизни, и пытаешься меня убить, хотя, ты уже это сделал четыре года назад! Рома тяжело выдохнул. Но остановиться уже не мог. Все слова, которые он столько времени держал внутри, наконец вырвались наружу. — Но не-е-ет, и этого тебе мало! Тебе ведь захотелось ещё и внимания от моих подписчиков! Захотелось, чтобы они полюбили тебя! Он нервно усмехнулся. — Только знаешь, они любят тебя лишь потому, что видят красивую картинку. Они понятия не имеют, какой ты на самом деле. Насколько ты гнилой человек. Он посмотрел Вове прямо в глаза. — Поэтому либо убей меня прямо сейчас, либо я тебя. Я уже давно пытаюсь сделать конец этой истории, но ты так и не отстаешь! Несколько секунд Вова молча смотрел на него. Затем уголок его губ медленно поднялся вверх. Будто всё услышанное его скорее позабавило, чем разозлило. — Ты слишком много на себя берёшь, Ромочка, — спокойно ответил он. Рома стиснул зубы. — Твои «подписчики», которых ты почему-то считаешь своими друзьями... Они ведь совсем не друзья. Вова сделал небольшую паузу. — Они смотрят твои ролики. Ставят лайки. Пишут об продолжение. Но ты думаешь, когда тебе станет плохо они помогут тебе? Не-а. Он слегка наклонил голову. — Такие люди любят тех, кто интереснее. Тех, кто умеет удивлять с каждой новой серией. Неужели ты сам этого ещё не понял? В его голосе снова появилась знакомая насмешка. — Ты стал слишком... предсказуемым. Он усмехнулся. — А я — что-то новое. Точнее...хорошо забытое прошлое. И, согласись, я куда более интереснее твоих однотонных роликов про деревню номер тринадцать. Рома так сильно сжал челюсть, что почувствовал во рту металлический привкус. Он машинально провёл языком по губам. Кровь. Кажется, он прокусил щёку. Но сейчас это было последним, что его волновало. — Почему ты не можешь просто исчезнуть?! — почти выкрикнул он. В его голосе впервые прозвучала не только злость. Но и боль. — Я забыл тебя! Он сделал глубокий вдох. — Я пытался забыть! Я жил дальше, своей жизнью блогера. Но конечно тебе нужно вернуться. Рома глухо вздохнул — Потом опять исчезнешь. И этим ты считаешь извинения?! Ты буквально хочешь убить меня! Рома резко указал на него пальцем. — Или ты уже забыл, как чуть не утопил меня недавно в лаве?! Как чуть не взорвал деревню вместе со мной? А теперь стоишь здесь и рассуждаешь о моих подписчиках? Он попытался подняться с пола. Но Вова тут же сильнее прижал его ногой обратно. Не больно. Но достаточно, чтобы показать, кто сейчас контролирует ситуацию. Вова медленно выдохнул. Улыбка исчезла. Впервые за долгое время его взгляд стал серьёзным. — Потому что они тебя не знают. Он произнёс это почти шёпотом. — Совсем. Рома замер. — Они знают только то, что ты сам решил им показать. Вова выдержал паузу. — Красивую картинку. Улыбку в камеру. Весёлые видео. Удачные моменты в жизни. Но не тебя настоящего. Он смотрел прямо в глаза Роме. Не отводя взгляда. — А я знаю. Знаю, каким ты становишься, когда злишься. Когда боишься. Когда врёшь людям. Ещё одна короткая пауза. — Они не были твоими друзьями. Вова усмехнулся, но в этот раз без привычного яда. Скорее... с горечью. — А вот я был...когда-то. Тишина. Настолько тяжёлая, что казалось — ещё немного, и стены сами начнут трещать. Рома не сводил взгляда с Вовы. Вова — с него. Никто не двигался. Только пальцы Вовы медленно сжимали маленький чёрный пульт. Щёлк. Едва слышный звук. — Что ты... Договорить Рома не успел. Под ногами раздался глухой треск. Пол дрогнул. Сначала совсем немного. Затем ещё раз. Гораздо сильнее. Из-под плитки побежали длинные трещины. Одна. Вторая. Десятки. — Ты что сделал?! — Ничего особенного, — спокойно ответил Вова, словно обсуждал погоду. — Просто решил сменить место для разговора. — Ты псих! Грохот. Пол разломился прямо под ними. — ЧЁРТ! Оба одновременно провалились вниз. Ветер ударил в лицо. Каменные стены стремительно проносились мимо. Рома успел заметить только десятки деревянных подпорок, факелы, старые рельсы и бесконечные тоннели. — Опять эти чёртовы тоннели?! — успел выкрикнуть он. — Люблю их, — донёсся сверху совершенно спокойный голос Вовы. — ДА Я УЖЕ ДАВНО ЭТО ЗАМЕТИЛ! Через мгновение оба рухнули на песок. Удар выбил воздух из лёгких. Рома перекатился через плечо, болезненно ударившись боком о камень. Перед глазами всё поплыло. Где-то рядом послышался смешок. — Живой? — Да пошёл ты... Рома резко вскочил. Не успел Вова подняться, как в его сторону полетел первый удар. Кулак просвистел совсем рядом с лицом. Вова успел уклониться. — Уже лучше. Второй удар. Третий. Рома бил без остановки. Без техники. Без расчёта. Только злость. Только желание наконец выплеснуть всё, что копилось внутри. — Это за наше с тобой прошлое! Удар. — Это за жителей! Ещё один. — Это за подписчиков, мудила! Вова успел перехватить его запястье. Но Рома свободной рукой сразу ударил его в челюсть. Раздался сухой хруст. Вова сплюнул кровь. И... Улыбнулся. — Вот теперь узнаю тебя. — Заткнись! Рома снова бросился вперёд. На этот раз Вова ответил. Кулак с силой впечатался Роме в живот. Воздух мгновенно исчез из лёгких. Следующий удар пришёлся в скулу. Мир качнулся. Но Рома не остановился. Он снова кинулся вперёд, повалив Вову на землю. Они покатились по каменному полу пещеры, цепляясь друг за друга, словно пытались не победить, а уничтожить. Пыль поднялась столбом. Камни больно впивались в спину. Никто уже не думал ни о чём. Только эмоции. Только адреналин. В какой-то момент Вова оказался сверху. Он перехватил оба запястья Ромы и с силой прижал их к земле. — Хватит. — Отпусти! — Хватит, я сказал. — Да иди ты... Рома резко дёрнулся. Освободил одну руку. И со всей силы ударил Вову по губе. Тот качнулся назад. Но почти сразу ответил ударом. Кулак пришёлся Роме прямо в лицо. Перед глазами вспыхнули искры. Во рту появился знакомый металлический вкус. Рома медленно провёл языком по губам. Кровь. Несколько алых капель стекли по подбородку. Он зло усмехнулся. — Доволен? Вова почему-то замер. Совсем. Его взгляд остановился на тонкой струйке крови. Он больше не пытался ударить. Не говорил ни слова. Просто смотрел. — Чего уставился?... — раздражённо бросил Рома. Ответа не последовало. Вова вдруг медленно наклонился ближе. Слишком близко. — Ты...что делаешь?! Рома даже не успел понять, что происходит. На долю секунды между ними повисла абсолютная тишина. А потом... Вова неожиданно коснулся его губ своими. Всего на мгновение. Лёгкое, почти невесомое прикосновение. Будто сам до конца не осознавал, что делает. Рома застыл. Мир словно перестал существовать. ... Что? ... Что, блять? ... ЧТО, БЛЯТЬ?! Глаза Ромы расширились настолько, что, казалось, вот-вот выпадут из орбит. Он несколько секунд просто смотрел на Вову, совершенно забыв, как дышать. В голове была одна-единственная мысль. «Он..сейчас серьёзно?!» Сам Вова выглядел не менее ошарашенным. Он резко отстранился. Словно только сейчас понял, что натворил. На его лице впервые не было ни насмешки, ни самодовольства. Только искреннее недоумение. — Я... Он осёкся. Провёл рукой по лицу. Отступил на шаг. — Ох. Чёрт. Повисла оглушительная тишина. Первым её нарушил Рома. — ... — Ты... Он судорожно вдохнул. — Ты совсем ебанулся?!