папина любовница

Машина плавно и почти бесшумно мчалась по пустой, залитой мягким предзакатным солнцем загородной трассе. Вокруг раскинулись бескрайние изумрудные поля, над которыми дрожал теплый осенний воздух. Дженнифер уверенно вела автомобиль одной рукой, в то время как её вторая, теплая ладонь крепко, до хруста сжимала чужую, родную руку, не отпуская её ни на секунду. — Так к кому именно мы едем, Варюш? — не отрываясь от дороги, тихо спросила Дженни, а на её губах играла легкая, спокойная улыбка. Варя мягко улыбнулась в ответ и опустила взгляд на колени, где лежала небольшая аккуратная коробка, обернутая в красивую подарочную бумагу и перевязанная атласной лентой. — К человеку, который спас нам жизнь, — негромко, но очень серьезно ответила Варя, переводя взор на пробегающие за окном деревья. Дженнифер озадаченно приподняла идеальные брови и на секунду бросила быстрый, любопытный взгляд на коробку. — Там подарок для него? — поинтересовалась она. Варя лишь молча кивнула, продолжая смотреть на золотистые от солнца поля. В их жизни наконец-то всё устаканилось. После внезапной смерти Константина пролетел целый месяц — безумный, тяжелый, но ставший для них очищением. За эти тридцать дней они вдвоем, держась за руки, прошли через все круги бюрократического ада: разобрались со сложным наследством, закрыли отцовские долги, уладили дела с его похоронами и, самое главное, полностью подготовили документы и визы для долгожданного переезда. Машина плавно свернула с шоссе на проселочную дорогу и затормозила у небольшого, уютного загородного дома, окруженного пышным садом. — Погоди, но ведь совсем рядом наш загородный дом… — удивленно сказала Дженнифер, глуша двигатель и оглядываясь по сторонам. — Ага, он там, — Варя кивнула в сторону густого зеленого массива. — На той стороне леса. Совсем близко. Варя легким движением вышла из машины, прижимая к груди подарок, и тут же уверенно направилась к деревянной калитке. Она осторожно заглянула через забор и сразу заметила маленькую, хрупкую девичью фигурку, которая сидела на качелях возле раскидистого дерева. — Ангелина! — звонко крикнула Варя, и её голос эхом разнесся по тихому двору. Светлая макушка ребенка тут же повернулась на звук. Большие глаза девочки засияли чистой, искренней радостью, как только она узнала гостью. — Варя! — восторженно крикнула малышка, спрыгивая с качелей, подбегая к забору и рывком открывая калитку. Варя стояла рядом с подошедшей Дженнифер, открыто улыбаясь. Ей было немного непривычно и неловко, но в её серых глазах, где раньше жила лишь колючая тьма, теперь виднелась неподдельная, чистая радость. — Знакомься, это Дженнифер, — мягко сказала Варя, указывая рукой на высокую элегантную блондинку. — Дженни, это Ангелина. Дженнифер ласково, невероятно тепло улыбнулась, глядя на ребенка, и чуть склонилась вперед, протягивая руку. — Приятно познакомиться, Ангелина, — искренне произнесла она. — И мне очень-очень приятно! — беззаботно, с детской непосредственностью ответила девочка, пожимая её пальцы. Варя не стала медлить и тут же протянула ей коробку. — Это тебе… — чуть тише, с легким волнением в голосе сказала она. — Мне? — глаза ребенка загорелись неподдельным восторгом, она бережно приняла подарок. — Ого! А что это там? — Узнаешь, когда откроешь, — загадочно улыбнулась Варя, легонько щелкнув девочку по носу.  Дженнифер смотрела на эту картину с невыносимой, щемящей теплотой в груди. Она до сих пор, засыпая каждую ночь в объятиях Вари, не могла до конца поверить, что эта прежде дикая, ершистая, сломанная девочка сейчас стала совершенно другой. Нет, Варя не превратилась в святую — она всё так же язвительно огрызалась, если ей что-то не нравилось, всё так же сторонилась чужих людей и прятала взгляд под капюшоном толстовки. Но она больше не боялась. Она больше не стыдилась проявлять свою любовь, нежность и заботу открыто, не защищаясь от мира острыми иглами. Варя вдруг замолчала. Её лицо стало серьезным. Она медленно опустилась на корточки прямо перед маленькой девочкой, оказываясь с ней на одном уровне. — Я хотела тебе сказать… самое главное. Спасибо, — Варя бережно взяла крошечные, теплые ладошки Ангелины в свои руки. — Если бы ты не подошла ко мне в ту жуткую ночь в лесу… Если бы ты не заставила меня задуматься… Я бы лишилась самого дорогого, что у меня есть. Ты мне, сама того не зная, подарила жизнь. Жизнь, которую я теперь люблю. Варя на секунду прервалась, её дыхание перехватило от подступивших к горлу слез радости. Она подняла свои сияющие глаза на стоящую рядом Дженнифер. — Дженни — тот самый человек, которого я так сильно боялась обидеть. Которого я безмерно люблю. И благодаря тебе я успела. Спасибо тебе за тот разговор на траве. Ангелина стояла, расплываясь в широкой, беззубой и невероятно счастливой улыбке. Она забавно пожала маленькими плечиками: — Да не за что! Я просто говорила то, что думаю. Мама всегда говорит, что нужно помогать тем, кто плачет. Варя не выдержала, тихо рассмеялась и крепко, отчаянно прижала своего маленького спасителя к себе, утыкаясь носом в её детское плечо. Ангелина обняла её в ответ своей тонкой ручкой, похлопывая по спине. Наконец Варя поднялась на ноги, её лицо светилось. Она сделала шаг назад и крепко переплела свои пальцы с пальцами Дженнифер. — Я прощаюсь с тобой, мой маленький ангел. Спасибо тебе еще раз за всё. — Пока! Счастливого вам пути! — звонко крикнула девочка, весело маша им рукой на прощание и уже вовсю разрывая подарочную упаковку. Они медленно направились обратно к машине. Солнце почти коснулось горизонта, окрашивая верхушки деревьев в багровые и золотые тона. — В тот самый день… — тихо начала Варя, когда они подошли к автомобилю. Она остановилась и посмотрела на густую стену леса. — Когда ты попала в ту страшную аварию… Я сидела прямо там, среди этих деревьев. Плакала, выла от бессилия, умирая от собственной глупости. И ко мне подошла она. Если бы не её простые, детские слова, я бы так и осталась рыдать в этой траве, Дженни. Я бы сдалась. Я бы не приехала в больницу и не успела бы отдать тебе свою кровь… Она действительно подарила нам жизнь. Дженнифер ничего не ответила. Её сердце переполняла такая огромная, звенящая нежность, что слова казались лишними. Она остановилась, развернула Варю к себе и плавным, оберегающим движением притянула девочку в свои самые крепкие, самые надежные объятия. — Она несомненно будет счастлива, — прошептала Дженнифер, утыкаясь подбородком в огненную макушку Вари и оставляя там долгий, невесомый поцелуй. — Как счастливы теперь и мы. Они простояли так несколько минут, молча впитывая тепло друг друга и провожая взглядом последнее загородное солнце их прошлой, болезненной жизни. Лес шумел над их головами, словно шептал напутствие. — У нас регистрация на рейс через полтора часа, Варюш, — мягко разорвала объятия Дженнифер, заглядывая в её лицо. — Надо немного поторопиться, если мы не хотим остаться здесь еще на день. Варя счастливо улыбнулась, её глаза блестели от подступивших слез, но это были слезы абсолютного, безоговорочного исцеления. Она снова крепко переплела их руки, чувствуя холодное золото кольца на пальце Дженни. — Я тебя люблю, — твердо, громко произнесла она, обращаясь к женщине. В её взгляде было безграничное, ослепительное счастье. — Я невероятно счастлива, Кошка. — И я люблю тебя, Варюш, — лазурные глаза Дженнифер светились тем же ответным чувством. — Теперь мы точно будем счастливы. Обещаю. Они сели в машину и, не оборачиваясь назад, поехали в аэропорт. Навстречу новой жизни. Сегодня они улетали в Италию. В страну солнца, лавандовых полей и теплого моря. Улетали навсегда, оставляя весь пережитый ад позади, на этой сожженной дотла земле. Впереди у них был целый мир. Одно будущее на двоих. И бесконечная, чистая любовь, которая наконец-то научила их обеих дышать.