Оборотное средство для знакомства

— Хорошо, очень хорошо, — похвалила его мисс Трейси. — Это благое знамение. До тебя пытаются донести благую весть. Попробуй сосредоточить все свои силы в глубине этой дымки и увидеть послание извне, мальчик мой… Кроули очень театрально вглядывался в шар. Ему не хотелось знать, с чем конкретно было связано это видение: слишком тяжёлые и неприятные воспоминания о давно минувших днях, когда он постигал все прелести анимагии на своей шкуре, в попытке не слиться навсегда со змеёй, накатывали на него. К счастью, он больше ничего не увидел. — Простите, мисс, я больше ничего не вижу, — с толикой облегчения сказал Кроули. — Весьма печально, — покачала головой профессор. Она снова активно бормотала что-то себе под нос, когда порхнула к студентам за соседним столом, которым, на удивление, тоже удалось что-то разглядеть. Кроули попытался прислушаться к их разговору, но в этот момент его ладонь накрыла чужая, тёплая и нежная. — Кроули, что случилось? — встревоженно прошептал Азирафель. — Ты весь побледнел. Я думал, ещё чуть-чуть — и ты упадёшь без сознания. — Настолько я плохо выгляжу? — спросил Кроули, поправляя зализанные волосы. — Нет же, просто я подумал, что ты увидел что-то очень нехорошее. — Не бери в голову, — отмахнулся студент. — Потом всё обсудим. Поняв намёк, Азирафель кивнул. Правда, профессора он слушал уже без того же энтузиазма, что в начале занятия. Его больше интересовали каракули в записях Кроули. Россыпь звёзд покрывала значительную часть свободного от записей листа. Также он разглядел парочку карикатурных человечков, отдалённо напоминавших Хастура и остальных. Те бежали в слезах от огромной грозовой тучи, а шлейфом за ними тянулся какой-то странный след. Азирафель с трудом сдержал смех при виде знакомой картины. Кроули сразу отреагировал на смешок соседа. Оторвавшись от художественного промысла, он заговорщически наклонился и прошептал что-то, на что Азирафелю пришлось зажать себе рот, чтобы не расхохотаться в голос и не сорвать занятие. Профессор странно на них посмотрела, но ничего не сказала.

*****

— Как там Мерлин? Они шли по оживлённому двору трансфигураций. Кто-то читал, сидя под деревом или на монолитных заборчиках, кто-то медленно прогуливался по периметру школы. Многие студенты, столпившись по факультетам, горячо обсуждали предстоящий Турнир Трёх Волшебников, который в этом году снова проводился в стенах Хогвартса. — Намного мрачнее, чем обычно. — Кроули потянулся, разминая затёкшую спину. — Насколько я понял, Хастур припёрся к нему с Мальсом, выясняя детали произошедшего. Оба теперь посматривают на меня косо. Но словить меня с допросом эти придурки так и не успели. — он самодовольно ухмыльнулся. Азирафель сцепил пальцы на уровне живота. — Значит, чем раньше мы найдём книгу — тем лучше. Мало ли что они уже успели нарыть. — Я более впечатлён фактом того, что они умеют читать. Что ж, — Кроули хрустнул шеей, — пора прервать деятельность этого литературного клуба. За мной, ангел, я знаю короткий путь до ближайшего входа в подземелье. Новая кличка Азирафеля вначале смутила его, но, рассматривая это как простую поддёвку, он решил спустить другу эти шуточки. В целом, каждый раз это обращение почему-то отзывалось где-то глубоко в душе самыми тёплыми чувствами. Наверно, так и ощущается настоящая дружеская привязанность. Даже вопреки тому, что знакомы они всего пару дней, Азирафелю очень хотелось думать, что они станут самыми настоящими друзьями. Как и прежде, он доверчиво шёл за Энтони — только по обычным школьным коридорам, переполненным другими студентами, а не по промозглым коридорам подземелья. Впрочем, именно туда они снова направлялись. — Эй, Энтони! — их двоих догнала девочка, может, на годик-другой младше, с полным беспорядком из чёрных волос на голове. На ней была мантия с гербом Слизерина, совсем как у Кроули, а в руках она держала письмо. — Сова прилетала с письмом от матери. Кажется, это кричалка. По всей видимости, ты снова влип во что-то серьёзное, не так ли? — ехидно хмыкнула девчонка. — Съе… Отвали, Вельз. — Кроули отмахнулся, грубо вырвав у девочки письмо. Она опешила, но виду не подала, задрав носик. — Не суй нос не в своё дело. — О нет, я буду, — она ткнула Энтони в грудь пальцем. — Мало ли чем ты промышляешь. От тебя добра не жди. Мама просила следить за тобой. — Любопытной волшебнице на базаре нос оторвали. — Ах ты! Азирафель прервал перепалку, встав между ними. — Прошу прощения, юная леди, но мы торопимся. — Кивнув в извинительном жесте, он взял Энтони за руку и потянул в нужную сторону. Девочка покраснела от злости, топнула ногой и выкрикнула им в спину: — Придурки! — Я тоже тебя люблю, сестрёнка! — крикнул в ответ Энтони. Они вышли в пустой коридор, который выходил к одной из лестниц, спускающейся в подземелье. — Это моя сестра, Вельзевул. Не бери близко к сердцу, ангел. Азирафель хотел было ответить, как письмо Кроули выпорхнуло из рук, складываясь в подобие женских губ — будто перед ними стоял полтергейст, победитель соревнований по оригами, в полной мере демонстрирующий свои способности. Но нет, это была всего лишь магия. — ЭНТОНИ ДЖ. КРОУЛИ. — противным женским голосом прокричало письмо прямо в лицо ошеломлённому Кроули, у которого от удивления очки сползли на нос. — ТЕБЯ ЖДУТ ОГРОМНЫЕ ПРОБЛЕМЫ. МЫ С ОТЦОМ УЗНАЛИ О ТВОЕЙ УСПЕВАЕМОСТИ И КРАЙНЕ ТОБОЙ НЕДОВОЛЬНЫ. ЕСЛИ К КОНЦУ СЕМЕСТРА ТЫ НЕ ИСПРАВИШЬ ОТМЕТКИ, ТО НА КАНИКУЛЫ МОЖЕШЬ ДОМОЙ НЕ ВОЗВРАЩАТЬСЯ. — напоследок письмо окинуло их взглядом, показало язык и превратилось в кучку пыли. — Ого… — только и выдохнул Азирафель. — Я и сам такого не ожидал… — Кроули почесал затылок. — У тебя проблемы с учебой? — спросил Азирафель. — Что же ты сразу не сказал? Я мог бы поднатаскать тебя. — Рад за тебя, — недовольно хмыкнул Кроули. Он не был против помощи, но какая-то часть его не давала ему спокойно её принять. — Но пока у нас есть проблемы поважнее, ангел. Учёба подождёт.

*****

Они снова оказались в тёмных, бесконечных коридорах подземелья. На этот раз их уверенно вёл Азирафель. Он старался использовать свои способности, чтобы напасть на следы книги — его серые глаза чуть подсвечивались небесно-лазурным. Кроули шёл следом и не мог видеть преображения друга. Ему оставалось лишь скучающим взглядом обводить знакомые колонны и разбросанный здесь инвентарь — мётлы, старые мантии и прочий хлам. Картины на стенах с интересом наблюдали за ними. — Кажется, вижу! — радостно сообщил Азирафель, ускоряя шаг. — Прямо там! Они подошли к огромному часовому шкафу. Циферблат давно замер, стрелки застыли в районе половины десятого. Азирафель видел след магии, уходящий прямо за циферблат. Он достал палочку и поднёс её к часам: — Алохомора. Дверца шкафа открылась, открывая целый тайник артефактов, среди которых сверху лежала толстая старая книга. — Господи! — воскликнул Азирафель, и его лицо озарила ангельская улыбка. Он, не раздумывая, взял книгу, чуть ли не припрыгивая от радости. — Ангел? — неуверенно спросил Кроули. Шкаф, кажется, рычал. Дверца резко захлопнулась, чуть не задев Азирафеля, которого оттолкнул Кроули. Мебель на глазах обретала животные черты, опасно оскаливаясь. — Уносим ноги! — крикнул Кроули. И как только они ринулись в бег, вслед за ними побежало нечто. Циферблат преобразился в подобие пасти с острыми зубами, которой он щёлкал в погоне. Попутно бросая в монстра всё, что попадалось под руку, им удалось оторваться. Они бежали к выходу из зала, как вдруг Кроули свернул в сторону кучи барахла. — Какого чёрта ты творишь!? — развёл руками Азирафель, но в этот момент в его руки прилетела старая метла. — Самое время показать мастер-класс полётов, Азирафель. Азирафель смотрел на него как на умалишённого, но времени на раздумья не было — монстр стоял на пороге. Не сговариваясь, они сели на метлу и взмыли в воздух. Хотя Кроули мог взять отдельную метлу, он предпочёл сесть позади друга. Они пролетели над самой макушкой монстра, чуть не врезавшись в глухую стену, но Азирафель виртуозно вырулил в сторону внезапно появившейся двери. Они влетели в огромную комнату, заваленную хламом. — Ахренеть, Аззи! — Кроули крепче вцепился в друга. — Это Выручай-комната! Дверь сзади с грохотом захлопнулась и растворилась в стене. Слышно было лишь чьё-то поскребание за ней.