Пёс на поводке.

Рида будит стук в дверь. Громкий, жесткий. Рид выволакивается из-под влажного одеяла. Вытягивает из шкафа единственную оставшуюся там футболку, она дебильная и в катышках. Ну пиздец красавец. Идет к двери, там стук и вопли: - Рид!? Ты там живой? Что у тебя с дверью?? Я сейчас наряд вызову! Тина приехала. Рид стонет, быстро трёт лицо руками, чтобы соорудить сколько - то социальное выражение хари. - Тин, подожди, сейчас открою. - Сработали внутренние протоколы, голос Рида спокойный и доброжелательный. Подходит к двери, под ней пыльно и куски известки, они уже начали растаскиваться по помытому тостером полу. Убирает палку, подпирающую дверь, и открывает ее. Вламывается Тина, невысокий комок энергии. Рид аж удивился. Обычно то она флегматичная, как кошка, тряпочкой лежащая на солнцепёке, а тут взъерошенная, глаза горят. Забегает внутрь, втаскивает шурщащие пакеты - Ты что, ты как?? - Я заебался. - Рид торопливо раздербанил ситуацию и сплел более-менее перевариваемую версию. Это не ложь, просто кусочек правды. - Давно не высыпался, что-то мне херовато теперь. Словами начал запутывать, закапывать, земелькой присыпет и не видно будет. Рид это умеет. Спиздеть, что дома всё в порядке. Что всё под контролем. Мелкие звереныши могут сделать очень многое, чтобы сохранить тайны, в лихорадочных попытках сохранить свою семью и то, что в них есть. Извернуться, не привлекать внимания, протянутые руки - укусить, а то хули они. - Ты выглядишь, словно труп двухдневной давности! - Ну, это я немного выспался еще. - Это Ричард тебя так довёл? Рида аж перекосило, словно лимона куснул. - Чего вы все на него бочку катите? Тут вообще-то еще и я есть, взрослый, почти сорокалетний мужик. Чего я, облажаться не могу? Могу. Сам не отсёк, что заебался вусмерть, а когда отсёк, то у меня уже осталась одна извилина, и та прямая. - Ричард точно тебе не делал... ничего? Рид рассердился. - Нет конечно. Он просто фанат работы, пластиковый долбоеб, карьерист и пиздюк, три месяца назад вышедший с конвейра, но считающий, что во всём дохуя разбирается. - Рид вздохнул. - Но положительные моменты от работы с ним тоже были. Чекак у него дела, кстати? - Отстранен пока от работы до разбирательства. - Бляяя. - Рид вспомнил, что Коннор ему что-то такое уже затирал, но информация прошла мимо головы, не затекая в уши. Рид сжал башку. Ричард выжал его до конца, как хороший пресс - апельсин, оставив жмых и шкурки. Ричард оставил после себя жуткое ощущение неторопливого асфальтового катка, ощущение безнадеги и бесполезности. Еще Ричард взял на себя почти всю документацию. В драках и задержаниях с ним и вовсе было ощущение, словно Рид принес на игру в шашки противотанковую мину и шлепнул ее на доску. Конкурентов Ричарду не было. Рид пожамкал башку. Долг напарника, пусть и бывшего, призывал его вступиться за Ричарда. Но есть еще и долг перед коллегами. Кому-то такое золотце передадут и Ричард начнет свое блестящее соковыжимательное дело. На себя Риду было в приличной степени поебать. А вот за коллег (некоторых) было не по себе. Выбор из хуевого и хуевого, как же заебало всё... - Что за разбирательство? - О причастности Ричарда к твоему увольнению. - Так это моё личное дело, моя жизнь, никого это ебать не должно. - Нас ебёт, Рид. Ого ебать. Для загонной охоты на волка уже развешаны флажки. Рид терпеть не может заботу. Слишком многое можно навернуть в нее и в красивой обертке впихнуть полное говно. Раньше заботящихся волновало не благополучие Рида, а они сами. Чтобы их мирок не рухнул, чтобы их слабые нервишечки были в порядке. Мелкий Рид сломал руку - и в ответ - истерика. Не за Рида, а из-за того, что теперь хрупкий родительский мирок пошатнулся. Что люди подумают, что Рид останет в учебе, что они теперь плохие.. Мелкий Рид поздно пришел домой - истерика, что мир страшен, опасен, что Рида разберут на органы и родительский мирок пошатнется, да. Рид тут был чисто тушкой, никого не ебало кто он и чего хочет. Порой Риду казалось, что мешок капусты неплохо бы его заменил, или картонный рекламный чувачок на подставке. Если бы родители могли, то они бы посадили его на поводок, и иногда выгуливали бы. Рид это чувствовал и полез в самую жопу как только смог. И ему там понравилось, щупать то, чем его так долго пугали. Нравилось грязь, смрад, человеческие истории. Забота.. забота это значит, что и так заебавшийся Рид сейчас взвалит на себя заботу еще и о чужих чувствах и чужой тревоге. Рид посмотрел в стену с бесконечной тоской в глазах. В дверь постучали - забавный жест, ведь дверь до сих пор распахнута. Рид поворачивает башку. Андроид, девиант, с ящиком инструментов. Еще рядом какой-то длинный куль, прислонен к стене. Приветливо шкрябается в дверь, трещит: - Здравствуйте, мне поступила заявка на ремонт дверного проема! Рид уставился на него, как человек, что обнаружил в чае внезапный пелемень. Бля, дверь же сломана. С такой он и из дома отлучиться не сможет. Дома нет ничего ценного, но паранойя старого копа заставила сделать во многих местах оружейные нычки. Ограбят его - и смогут вооружить небольшую банду. С собой взять? Идти с полным рюкзаком оружия в магазин, пахнуть оружейной смазкой и немного позвякивать, да. Охуенный план. Коннор подсуетился, больше некому. Рид закатал ебальник и кивнул. - Почините, пожалуйста. Андроид переступил порог, внимательно осмотрел фронт работ и закопался в сумке. Рид давным давно собрал себя в устойчивую конструкцию из костылей, гонора, адреналина и тараканов. Сейчас же эта конструкция сыпется то там, то сям, и Рид сам сыпется. Хочется себя обнять и держать, на случай, если рассыпешься нахуй. Руки у живота - жест страха, закрытие мягкого, уязвимого пуза. Рид отучился от него давным-давно. Тина смотрит с беспокойством. - Извини, я не заметила, что ты не в порядке. - Да ладно, я в участке последние пару недель почти не появлялся, да и отдалились мы... - Ты мог бы мне сказать! Я б попробовала что-нибудь сделать! - Да ну, нормально всё со мной. Отосплюсь. - Рид сел и потёр с нажимом живот, он опять разнылся. Когда Риду хуево, он первым делом разгоняет всех, а потом можно и отлежаться, да. Сейчас нужно потерпеть еще немного светской беседы и он останется один. Хорошо! Тина закапывается в принесенные с собой пакеты, протягивает Риду коробку еще теплой лапши и палочки. О! Себе тоже берёт. Едят, андроид копается с дверью, что-то присверливает. Тина прячет содержимое пакетов в холодильник, ставит чайник, разливает чай по чашкам. Рид вертит свою в руках - она отмыта от кофейного налета и кажется почти новой. - Ну как, что собираешься делать? Возвращайся в участок, мы рады будем. - Я высплюсь сперва как следует, потом уже думать буду. - Мы тебя ждем! Если что, пиши мне! Или звони. Рид кривовато улыбается, это "мы" звучит мило и наивно. Тина обнимает его, она миниатюрная, но плотненькая и тяжелая. И уходит. Рид наконец чутка ссутуливается, устал держать спину прямо. Андроид проверяет дверь, теперь она снова запирается. Спрашивает разрешения, протирает испачканные полы. Теперь всё выглядит как и раньше. Дверь снова надежно защищает его квартиру. Дверь, которую полицейский андроид может вынести одним пинком, и дубликаты ключей от которой есть у Ричарда и хрен знает кого еще. Блеск. Хотя нахрена он кому нужен? Ну, его могут убить ради мести или украсть и перекрутить на холодильник пелеменей. Рид подумал, критически оценил собственный вкус. Возможно из пойманных на улице шавок пелемешки выйдут лучше. - Все готово, сэр. - Отлично. Денег? - Нет, уже оплачено. Андроид уходит, приветливо улыбнувшись напоследок. Стремные они всё-таки. Блаженные. Сильные пиздец. Блин, и тут чертов Коннор. Нужно было шлепнуть его тогда, в архиве. Столько всего бы иначе было. Ладно. Рид - взрослый человек. Он может ставить задачи и достигать их. Приоритетное дело - добыть туалетной бумаги. Рид берет куртку. Та попахивает потом, кожаный рукав разодран, бок пропорот. Рида тогда пытались пырнуть ножом, немного не достали. Он даже понять ничего не успел, как нападающий оказался с разбитой башкой в захвате Ричарда. Рид не помнит толком, что было дальше, те дни слились в единую полосу. Потертая куртка, потертый Рид. За окном снова зарядил мерзкий мелкий дождик. Рид щелкает выключателем, закрывает дверь. В стиральной машинке тихонько заквашиваются забытые вещи.