Пёс на поводке.

Рид помельтешил злобно по квартире. Снова напился воды из чайника. В приступе жажды деятельности закинул часть шмотья с пола в стирку - шкаф был прискорбно пуст, в нем остались лишь старые/дебильные/неудобные шмотки, вроде шерстяных брюк, которые почему-то сели по диагонали и колючей тканью кусают за булки. Засунул белье, засыпал горсть порошка (почти закончился) и вдруг понял, что чертовски устал. Руки налились тяжестью, снова замутило, мир словно закрыло грязным стеклом. Вроде всё на месте, а вроде бы и скучно, мерзко, серо, поебать на всё. Живот скрутило, во рту разлилась горечь. В принципе, справедливо, что он уволился. Он пиздец как не в порядке. Участок нужно огородить волчатником из лент и не пускать туда ядовитую жижу по имени Рид. Участку, наверное, только лучше будет без него. Рид прекрасно знает, что он не сладкий пирожок. Он немного общался только с Тиной. Та, флегматичная и спокойная, пропускает мимо ушей приличную часть яда Рида, не лезет в душу и он это очень ценит. Может быть ей просто всё равно на Рида. Он не в обиде - такой уровень общения кажется ему наиболее безопасным. Рид на самом деле пиздец скрытный и отстраненный. Шуточки, подколки, словно рябь на мутной воде. Вроде бы вокруг него постоянно кипиш, а на практике - много шума из ничего, словно гирлянды из блестящих и шумящих фантиков. Поддержание этих отвлекающих фантиков - очень энергоемкий процесс. Ох, ладно. Рид не привык пинать хуи. Даже дома у него дохрена работы. Чертов тостер помыл полы, посуду и горизонтальные на кухне (как он смог сделать это так быстро и бесшумно, просто пиздец! Ебать, машина смерти всачивается в чужую засранную квартиру и её пидорасит. Нахуя?? Ебаные блять машины, Рид давно уже нихуя не понимает.) Попытка задуматься вызывает безысходность и горечь во рту. Ладно . Но нужно еще поменять постельное белье, а то оно давно уже пахнет немытым телом, выкинуть мусор, еще дохрена всего. Рид включает чайник. Ща он заварит кофейку покрепче, бахнет, и тогда будут силы что-то сделать. Щедро насыпал заварного кофе в большую кружку, залил кипятком, сыпанул сахара. Медленно, дуя в кружку, выпил. Смотрел на настенные часы. Время в них сбилось, многоточие между неправильными цифрами часов и минут мерзко мигает. Рид смотрит недолго, болезненно жмурится и накрывает часы какой-то тряпкой с дивана. Бодрости от кофе не появилось, усилились тошнота, сердце начало биться сильнее. И захотелось наведаться в туалет. Рид зашел и застонал - забыл, что туалетная бумага там давно закончилась. Наверное, были знаки, что он перерабатывает. Недосып, постоянное плохое самочувствие. Боль в животе. Ну как боль, так, неприятно. Еще громкие звуки стали очень противными. И свет. Мигалки особенно. И моргающие лампочки. Раздражительность резко повысилась, причем настолько, что в какой-то момент Рид сам себе мысленно ебало скотчем заклеил. Особенно с Тиной. Та совершенно не заслуживает его злобы, так что Рид отстранился, отшутился, замутил воду и почти перестал с ней общаться, её это, кажется, здорово обидело. А еще болевой порог так упал, что начало болеть абсолютно всё. И старые травмы, и сколотый клык, и вообще весь Рид. Обычно то ему глубоко похер на лёгкую боль, а иногда и приятно даже. А еще он начал тупить и зависать. Мысли были тяжелые и неприятные. И почему-то чертовски пессимистичные, катятся в какое-то полное говно за три-четыре хода. И мир словно серым каким-то стал. Ну ладно, объективно говоря, намеки, что Рид заебался, были. Такие, размером с рекламный баннер. Но всё вроде терпимо было! А потом Рид просто не смог или не захотел вставать с ковра. Как-то обидно даже. Он что, слабый? Да вроде нет совсем. Рид прошоркал обратно в спальню скованными движениями древнего старика. Упал на кровать. Сердце колотится от большой дозы кофе. Рид переворачивается на другой бок, чтобы его немного придавить, чтобы стук не так бесил, и погрузился в липкие, поверхностные сны. Почему-то перед глазами мелькают правила оформления титульных листов, размер шрифта и отступов, межстрочный интервал. Это тяжелая и липкая информация. Рид спит, заматывается в несвежее одеяло. Не слышит как пикает стиральная машинка.