Если бы ты посмотрел раньше

Хогвартс снова жил своей обычной жизнью. По крайней мере, делал вид. Утром студенты спешили на занятия. Кто-то терял перья. Кто-то забывал домашнюю работу. Кто-то спорил о квиддиче так громко, будто это был вопрос национальной безопасности. Всё выглядело привычно. И всё равно что-то было не так. Ты начала замечать это всё чаще. Слишком много напряжённых взглядов между преподавателями. Слишком много сов. Слишком много разговоров, которые обрывались при появлении других людей. Словно замок знал что-то раньше учеников. После урока заклинаний вы с Гермионой сидели у окна в пустом коридоре. Нокс спал у тебя на коленях, свесив лапу с таким видом, будто тяжёлые мировые проблемы его совершенно не касаются. Повезло ему. Гермиона выглядела задумчивой. Очень задумчивой. Настолько, что уже минут пять не открывала книгу. А это было плохим знаком. — Что? Она подняла взгляд. — Что “что”? — Ты думаешь. — Я всегда думаю. — Сейчас особенно. Гермиона вздохнула. Потом закрыла учебник. — Мне не нравится происходящее. — Мне тоже. — Нет, я серьёзно. — Гермиона. — Авелин. Ты невольно улыбнулась. Она не улыбнулась в ответ. И это заставило тебя выпрямиться. — Что ты хочешь сделать? Гермиона несколько секунд смотрела в окно. Потом сказала: — Поговорить с Гарри. Ты нахмурилась. — Зачем? — Потому что он знает больше нас. — Это Гарри Поттер. — Именно. Ты закатила глаза. Гермиона проигнорировала это с достоинством человека, который уже давно привык. — Если что-то происходит, он знает. — Или влипает в это первым. — Обычно и то и другое. На этот раз улыбнулись вы обе. Но тревога никуда не исчезла.

***

Гарри нашёлся вечером. В библиотеке. Вместе с Роном. Что было неудивительно. Рон выглядел так, будто пришёл сюда исключительно против своей воли. Ты осталась за соседним стеллажом. Не специально. Просто так получилось. И Гермиона прекрасно знала, что ты всё услышишь. — Гарри. Он поднял голову. — Привет. — Нам нужно поговорить. Рон сразу посмотрел на Гарри. Как человек, который заранее знает, что сейчас будет плохо. — Это звучит угрожающе, — заметил он. — Потому что так и есть. Гарри вздохнул. Очень тяжело. Очень знакомо. — Что случилось? Гермиона скрестила руки. — В Хогсмиде что-то происходит. — Нет. — Гарри. — Ничего серьёзного. — Гарри. — Гермиона. Ты даже не видела его лица, но уже знала. Он врёт. Плохо. Очень плохо. Гермиона тоже знала. Конечно знала. — Тогда почему преподаватели ведут себя так странно? Молчание. Будто он думал стоит ли продолжать разговор. — Почему люди шепчутся? Молчание. — Почему ты сейчас смотришь на меня так, будто выбираешь, насколько сильно соврать? Рон закашлялся. Слишком резко. Гарри потёр переносицу. И это уже был ответ. — Я не могу рассказать. Тихо. Без раздражения. Без злости. Просто честно. Гермиона замерла. — Не можешь? — Нет. В библиотеке стало очень тихо. — Или не хочешь? Гарри поднял взгляд. И впервые за весь разговор выглядел старше своего возраста. Намного старше. — Гермиона. - Гарри замешкался — Если бы я мог рассказать — рассказал бы. Она долго смотрела на него. Очень долго. А потом медленно кивнула. Не потому что поверила. Потому что поняла. — Всё настолько плохо? Гарри ничего не ответил. И это был самый страшный ответ из всех возможных. Когда разговор закончился, Гермиона вышла из библиотеки молча. Ты догнала её только возле лестницы. Несколько секунд вы просто шли рядом. — Ну? Она не ответила сразу. Потом остановилась у окна. За стеклом медленно падал снег. — Гарри соврал. Тихо сказала она. Ты прислонилась плечом к каменной стене. — Да. — И он ужасно врёт. — Да. — Но это был не тот случай, когда человек врёт потому что не доверяет. Ты посмотрела на неё. Гермиона нахмурилась. — Он врёт потому что пытается защитить нас. Слова повисли между вами. За окном кто-то пересекал внутренний двор. Совы кружили над башнями. Где-то далеко хлопнула дверь. Обычный вечер. Совершенно обычный. И всё же внутри появилось неприятное ощущение. Будто все вокруг уже знают, что надвигается гроза. А вы пока только заметили, что ветер стал холоднее. Когда ты вошла в гостиную Слизерина, Тео уже был там. Сидел в кресле у камина. С книгой в руках. Но не читал. Ты заметила это сразу. Как и то, что он смотрит в огонь. Слишком долго. Слишком неподвижно. И впервые за долгое время у тебя появилась мысль: Что если Тео знает больше, чем говорит? Огонь тихо потрескивал. За окнами продолжал идти снег. А тревога, которая ещё неделю назад была едва заметной, теперь начала занимать место рядом с вами. Пока молча. Но уже достаточно близко, чтобы её невозможно было игнорировать