Если бы ты посмотрел раньше

Субботнее утро началось с того, что Гермиона отказалась жить. По крайней мере, именно так это описал Тео. — Я пытался её спасти. Ты подняла взгляд от чашки чая. Гермиона сидела рядом, окружённая книгами так плотно, будто строила защитную крепость. — От чего? — От неё самой. Тео указал на стопку конспектов. — Посмотри на это. Это ненормально. — Это подготовка к экзаменам. Не поднимая головы, ответила Гермиона. — Это преступление против подростков. Ты невольно улыбнулась. — В общем. Тео откинулся на спинку скамьи. — Раз мисс Грейнджер решила добровольно провести выходной с учебниками, я предлагаю сбежать в Хогсмид. Гермиона наконец подняла голову. — Идите. — Так просто? Удивился Тео. — Я буду занята. Он посмотрел на тебя. Потом на неё. Потом снова на тебя. — Кажется, она даже не заметит наше исчезновение. — Замечу. Спокойно ответила Гермиона. — Но не остановлю. — Какая щедрость. — Уходите уже. — Да, мама. В Гермиону тут же полетела салфетка.

***

К полудню улицы Хогсмида были покрыты свежим снегом. Белым. Чистым. Почти идеальным. Тео говорил без остановки. О чём угодно. О квиддиче. О профессорах. О том, что у Розмерты определённо есть тайный запас лучших пирогов для любимых посетителей. Иногда ты смеялась. Иногда закатывала глаза. Иногда просто слушала. И всё же… Что-то было не так. Сначала ты не могла понять что именно. Потом начала замечать. Люди говорили тише. Намного тише. Разговоры обрывались, когда кто-то проходил мимо. Лица казались напряжённее. Даже улыбки выглядели немного натянутыми. Будто весь город притворялся спокойным. И плохо справлялся. — Ты тоже это заметила? Неожиданно спросил Тео. Ты посмотрела на него. — Что именно? Он кивнул в сторону улицы. — Всё. На секунду стало не по себе. Потому что именно это слово крутилось в голове всё утро. Всё. Вы зашли в “Три метлы” ближе к вечеру. Внутри было тепло. Шумно. Пахло сливочным пивом и выпечкой. Но даже здесь что-то изменилось. За соседним столиком пожилой волшебник говорил вполголоса. Через несколько секунд другой мужчина попросил его говорить тише. У дальней стены ведьма торопливо складывала письма в сумку. Кто-то упомянул Министерство. Кто-то — исчезновения. И снова тишина. Будто некоторые слова стали слишком тяжёлыми для обычного разговора. Ты обхватила ладонями кружку. — Иногда мне кажется, что все знают что-то, кроме нас. Тео усмехнулся. Но улыбка быстро исчезла. — Возможно, так и есть. Это было сказано слишком серьёзно. Ты подняла голову. Он смотрел в кружку. Дольше обычного. — Мой отец всегда говорил… Он замолчал. Ты удивлённо моргнула. Тео почти никогда не говорил об отце. Никогда. — Что? Тихо спросила ты. Он пожал плечами. — Что люди начинают говорить тише перед бурей. Между вами повисла пауза. За окном медленно кружился снег. — И ты ему веришь? Тео усмехнулся. — Не знаю. Потом задумался. — Когда я был маленьким, мне казалось, что взрослые знают всё. Он покрутил кружку в руках. — Сейчас мне кажется, что они просто лучше умеют делать вид. Почему-то эти слова задели сильнее, чем должны были. Потому что ты сразу вспомнила мать. Зеркало. Письма. Недосказанность. Потому что, возможно, Тео был прав. Взрослые действительно не знали ответов. Они просто лучше скрывали страх. Когда начало темнеть, вы вышли обратно на улицу. Снег усилился. Хогсмид постепенно зажигал огни. Тёплые. Золотистые. И всё равно казался непривычно тихим. Некоторое время вы шли молча. Потом Тео неожиданно остановился. — Знаешь, что самое неприятное? — Что? Он посмотрел на заснеженную улицу. На дома. На людей. На медленно падающий снег. И вдруг показался старше своих лет. — Мне кажется, скоро всё изменится. Ты ничего не ответила. Потому что впервые за долгое время чувствовала то же самое. Тео выдохнул облачко пара. — И самое ужасное… Он слабо усмехнулся. — Я понятия не имею, как это остановить. На обратном пути снег заметал следы почти сразу. Будто кто-то стирал их один за другим. И почему-то именно это запомнилось тебе больше всего. Словно мир вокруг медленно готовился стать другим. А вы ещё не знали, насколько.