Если бы ты посмотрел раньше

Воскресенье выдалось удивительно спокойным. Настолько спокойным, что это начинало настораживать. За окнами падал снег. Во дворе кто-то устроил настоящую снежную войну. Младшекурсники бегали между сугробами, кричали, смеялись и бросались снежками так, будто никаких экзаменов, проблем и тревог в мире не существовало. На секунду ты даже им позавидовала. Хогвартс выглядел почти прежним. Почти. Потому что если присмотреться внимательнее… Профессора стали вести себя странно. МакГонагалл уже второй раз за утро быстро прошла по коридору, даже не заметив студентов. Флитвик о чём-то тихо спорил с профессором Спраут возле лестницы. А Снейп выглядел так, будто не спал ещё дольше, чем Малфой. И все они постоянно куда-то спешили. Будто времени вдруг стало меньше. Ты шла по коридору без особой цели. Иногда такие прогулки помогали думать. Иногда наоборот. Сегодня не помогало ничего. Мысли всё ещё возвращались к письму матери. К зеркалу, к словам Тео. К ощущению, что весь мир замер в ожидании чего-то. Именно поэтому сначала ты не заметила Лиру. Она сидела на широком подоконнике возле окна поджав ноги и смотрела во двор. Странно. Обычно Лира не сидела спокойно дольше нескольких минут. — Прячешься? Спросила ты, подходя ближе. Она подняла голову. Улыбнулась. Но как-то слишком быстро. — Нет. Ложь. Очень плохая ложь. Ты села рядом. Некоторое время вы просто смотрели на снег. Во дворе кто-то получил снежком прямо в лицо. Раздался возмущённый крик. Через секунду — смех. Лира наблюдала за этим молча. — Что случилось? Мягко спросила ты. Она пожала плечами. — Ничего. Ты невольно усмехнулась. — Это моя фраза. Лира наконец посмотрела на тебя. И вдруг стала выглядеть гораздо младше. Не храброй. Не весёлой. Просто ребёнком. — Мне кажется… Она замолчала. Потом тихо продолжила: — Взрослые думают, что мы ничего не замечаем. Ты нахмурилась. — Почему ты так решила? Лира отвернулась к окну. — Потому что они всё время шепчутся. Снег медленно кружился за стеклом. — Профессора. Старшекурсники. Даже мои друзья. Она сильнее обняла колени. — Все говорят, что всё хорошо. Но никто не выглядит так, будто всё хорошо. От этих слов почему-то стало холоднее. Потому что ты не могла с ней спорить. Лира была права. Последние недели весь Хогвартс жил именно так. Будто что-то приближалось. И все делали вид, что ничего не происходит. Некоторое время вы молчали. Потом Лира тихо спросила: — Авелин? — Да? Она долго смотрела на снег. А потом произнесла почти шёпотом: — Мне страшно. Сердце болезненно сжалось. — Почему? Лира пожала плечами. — Не знаю. Голос дрогнул. Совсем немного. — Просто… Мне кажется, все что-то скрывают. Правда ведь? И вот тут ты не знала, что ответить. Потому что перед глазами вдруг промелькнуло всё сразу. Письма Элеоноры, зеркало, уставший взгляд Драко, слова Тео в Хогсмиде. Профессора, которые больше не улыбались так часто. Все действительно что-то скрывали. И самое страшное было в том, что никто из вас не понимал — что именно. Ты осторожно взяла Лиру за руку. — Иногда взрослые скрывают вещи, потому что хотят защитить других. Лира посмотрела на тебя. — А это помогает? Вопрос оказался неожиданно сложным. Потому что ты сразу вспомнила мать. И её молчание. — Не всегда. Честно ответила ты. Лира задумалась. Потом кивнула. Будто именно такого ответа и ожидала. Во дворе снова раздался смех. Кто-то упал в сугроб. Кто-то начал спорить. Обычный зимний день. И всё же, сидя рядом с Лирой, ты вдруг поняла одну неприятную вещь. Если даже дети начали чувствовать страх… Значит взрослые уже слишком долго не справляются с тем, что пытаются скрыть. За окном продолжал падать снег. Тихо. Спокойно. Будто мир всё ещё был прежним. Но вы обе уже знали, что это не так.