Если бы ты посмотрел раньше

Следующие несколько дней слились в один. Ты почти не покидала комнату. Просыпалась среди книг. Засыпала среди книг. Иногда ловила себя на мысли, что уже не помнишь, какой сегодня день недели. Нокс давно перестал возмущаться такому образу жизни и теперь спокойно спал на любой поверхности, которую считал достаточно важной. Обычно это оказывались именно те записи, которые были нужны тебе в данный момент. За окном весна всё увереннее вытесняла зиму. Солнце задерживалось дольше. Птиц становилось больше. А ты почти ничего этого не замечала. Всё внимание занимали даты. Имена. Архивы. Обрывки чужих историй. Иногда казалось, что Марианна специально оставляла следы так, чтобы их невозможно было собрать воедино. А иногда казалось, что кто-то другой приложил все усилия, чтобы никто никогда не смог этого сделать. Именно это злило больше всего. Ты устала. От намёков, от секретов, от полуправды. От людей, которые знали больше, чем говорили. От зеркала, самой Марианны и самой себя. На четвёртый день поисков ты наконец нашла что-то новое. Старое письмо. Вернее то, что от него осталось. Половина страницы отсутствовала. Чернила местами выцвели. Но несколько строк всё ещё можно было прочитать. “…если они узнают…” Пробел. “…никогда не позволят…” Снова обрыв. “…сделают всё, чтобы стереть даже память…” На этом текст заканчивался. Ты перечитала строчку несколько раз. Потом ещё. И ещё. Словно слова могли измениться. Но они оставались прежними. Стереть даже память. Не человека, не имя, память. По спине пробежал холодок. Ты медленно закрыла глаза. В комнате стояла тишина. Лишь Нокс лениво перевернулся на стопке записей и снова уснул. — Я устала. Тихо произнесла ты. Кот никак это не прокомментировал. Очень невежливо с его стороны.

***

Вечером ты впервые за несколько дней вышла из комнаты. Без определённой цели. Просто потому что больше не могла сидеть среди книг. Воздух оказался прохладным. Свежим. Настоящим. Словно за пределами спальни всё ещё существовал мир. Солнце уже почти скрылось за горизонтом. Остатки снега лежали возле стен замка. Нокс важно шагал рядом. Будто сопровождал тебя на особо важную миссию. Во дворе было тихо. Лишь редкие студенты проходили по дорожкам. Ты устроилась на старой каменной скамье и впервые за долгое время позволила себе ни о чём не думать. Хотя бы несколько минут. — Выглядишь так, будто проиграла войну. Знакомый голос заставил поднять голову. Тео. Ты даже не заметила, как широко улыбнулась. — Ты вернулся. — К сожалению. Он сел рядом. В руках у него был бумажный пакет. — Что это? — Мама передала. — Что именно? — Сказала, что если ты продолжишь жить на библиотечной пыли, она лично приедет в Хогвартс и начнёт тебя кормить. Ты невольно рассмеялась. Первый настоящий смех за последние дни. Тео выглядел довольным собой. После чего достал из пакета ещё тёплые булочки. Запах сразу напомнил о доме. О чём-то спокойном. Безопасном. Настоящем. — Передай ей, что она ужасно добрая. — Она и так это знает. — Самоуверенно. — Наследственное. Ты покачала головой. Несколько минут вы просто сидели рядом. Разговаривали о пустяках. О погоде, Ноксе, о том, что библиотека явно страдает от твоего присутствия. Но постепенно улыбка начала исчезать. Потому что теперь, когда первый момент радости прошёл, стало заметно другое. Тео выглядел уставшим. Очень. Не физически. Именно внутри. Словно за последние дни произошло что-то, о чём он не хотел говорить. Ты заметила это сразу. Но впервые не стала спрашивать. Потому что прекрасно знала это чувство. Когда ответ есть. Но говорить о нём невозможно. Поэтому просто молчала. И он был благодарен за это молчание. Это чувствовалось. Солнце окончательно скрылось. Во дворе становилось темнее. Нокс свернулся клубком возле ваших ног. Ветер шевелил ветви деревьев. И неожиданно всё накопившееся за последние недели стало слишком тяжёлым. Марианна. Зеркало. Письма. Тайны. Усталость. Постоянные вопросы. Ты опустила голову. Потом вдруг наклонилась вперёд и обняла Тео. Просто обняла. Без предупреждения. Без объяснений. На несколько секунд он застыл от неожиданности. Совершенно растерявшись. Что было довольно редким явлением. — Мерлин. Тихо пробормотал он. — Не говори никому. — О чём именно? — Об этом. — Теперь поздно. Ты фыркнула. А он наконец осторожно обнял тебя в ответ. Без шуток. Без привычной лёгкости. Как друг. Как человек, который тоже устал. Несколько секунд мир казался удивительно спокойным. Почти нормальным. Почти безопасным. Ни ты, ни Тео не заметили фигуру возле лестницы замка. Светлые волосы. Тёмную мантию. Человека, который остановился всего на мгновение. Ровно настолько, чтобы увидеть происходящее. После чего продолжил путь. Не сказав ни слова. Будто ничего не произошло. А вечер продолжал медленно опускаться на Хогвартс. И впервые за долгое время тебе стало немного легче. Совсем немного. Но иногда и этого было достаточно. Остатки заката медленно таяли за башнями Хогвартса. Во дворе становилось всё тише. Ветер перебирал ветви деревьев, где-то вдалеке слышались голоса возвращающихся в замок студентов. Нокс мирно спал возле ваших ног. Казалось, впервые за несколько дней мир перестал требовать от тебя ответов. Тео сидел рядом, держа в руках уже почти пустой бумажный пакет. Булочек осталось совсем немного. — Если честно, — вдруг сказал он, — я начинаю переживать за библиотеку. — Почему? — Ты скоро официально станешь её частью. — Не дождёшься. — Уже поздно. Думаю, мадам Пинс считает тебя своим личным проклятием. Ты тихо усмехнулась. Но улыбка быстро исчезла. Тео заметил это сразу. Как всегда. Наверное, именно поэтому он ничего не говорил. Не торопил. Не задавал лишних вопросов. Просто ждал. И неожиданно ты поняла, насколько устала всё держать внутри. — Я кое-что нашла. Тео повернул голову. — Да? — Не знаю, насколько это важно. — Обычно именно такие вещи оказываются важными. Ты несколько секунд молчала. Смотрела на темнеющее небо. Потом всё-таки заговорила. Рассказала про старые статьи. Про исчезнувшие записи. Про человека, имя которого всплыло среди архивов. Про даты, которые почему-то совпадали. Про письмо. Не всё. Далеко не всё. Некоторые вещи остались только твоими. Но впервые за долгое время часть этой истории перестала принадлежать только тебе. Тео слушал молча. Не перебивал. Не шутил. Лишь иногда задумчиво хмурился. Когда ты закончила, между вами ненадолго повисла тишина. Нокс лениво перевернулся на другой бок. Словно считал происходящее недостаточно интересным. — Странно. Наконец произнёс Тео. — Что именно? — То, сколько усилий кто-то потратил, чтобы всё это скрыть. Ты невольно кивнула. Именно это беспокоило больше всего. Не сама загадка. А количество людей, которые когда-то решили её похоронить. Тео задумчиво посмотрел на окна замка. На золотистый свет, горящий за стеклом. Потом тихо сказал: — Моя мама всегда говорила одну вещь. — Какую? На его лице появилась едва заметная улыбка. Тёплая. Очень похожая на ту, которую ты представляла у его матери. — Если кто-то так старательно прячет правду, значит когда-то её уже пытались найти. Ты опустила взгляд. Эта мысль почему-то показалась одновременно обнадёживающей и пугающей. — И что случилось с теми, кто искал? Тео усмехнулся. Усталость в этой улыбке была заметна даже сейчас. — Обычно ничего хорошего. — Очень вдохновляюще. — Я стараюсь. Ты тихо фыркнула. Он тоже улыбнулся. А потом добавил уже серьёзнее: — Но они всё равно продолжают искать. Слова повисли между вами. Без пафоса. Без громких обещаний. Просто правда. Наверное именно поэтому они прозвучали так убедительно. Некоторое время вы сидели молча. Слушая ветер. Наблюдая, как последние отблески заката исчезают за горизонтом. Потом Тео поднялся. — Мне пора. — Уже? — Если я опоздаю на ужин, слизеринцы окончательно решат, что меня подменили. — Какая трагедия. — Именно. Он сделал несколько шагов. Потом обернулся. — Авелин. — Да? — В следующий раз просто попроси помощи. Ты удивлённо посмотрела на него. Тео пожал плечами. Будто сказал что-то совершенно обычное. — Не обязательно тащить весь мир на своих плечах. После чего направился к замку. Ты смотрела ему вслед, пока он не скрылся за дверями. Потом снова опустила взгляд на клочок старой бумаги, который всё это время лежал в кармане мантии. Аккуратно развернула его. Чернила почти стёрлись. Но слова всё ещё оставались различимыми. “…сделают всё, чтобы стереть даже память…” Вечерний ветер шевельнул края бумаги. Нокс сонно потянулся и устроился рядом с тобой. Ты посмотрела на освещённые окна Хогвартса. На замок, который постепенно стал домом. И впервые за долгое время подумала не о том, насколько сложным окажется путь впереди. А о том, что теперь он принадлежит не только тебе. Иногда самый важный шаг вперёд — это позволить кому-то идти рядом.