Аэропорт
12 июня 2026 г., 09:13
Утренние улицы были на удивление пустынны. Обычно в субботу в это время уже встречались то тут, то там любители побегать или хотя бы несчастные работяги, чьи смены начинались в шесть утра. Сегодня же город словно вымер, отчего Юй Минъяо даже на миг показалось, что он не в реальном мире, а всё ещё спит. Стоит только проснуться — и его ждет обычный рабочий день, где он заново будет склеивать людей из осколков, раз за разом.
Но сообщение, предупреждающее об опасности, всё ещё горело на экране коммуникатора, а значит, увы, всё вокруг более чем реально: и угроза, и поездка на передовую, и эта невыносимая боль в висках. Спохватившись, что кто-то нечаянно может увидеть текст, Яо провел пальцем по экрану и нажал «Удалить». Оставалось надеяться, что Этна сможет вычислить, от кого пришел сигнал и почему ему угрожают.
И без того мрачное настроение Юй Минъяо испортилось окончательно: он крайне не любил неизвестность, особенно когда она касалась его безопасности. Чуть поразмыслив, Яо нажал на свой браслет, вызвал проекцию небольшой клавиатуры на запястье и быстро набрал команду для ИИ.
«Запись не прекращать».
— Да, доктор, — раздалось где-то внутри его головы.
Очки работали по принципу костной проводимости, а это значило, что слышал ответы Этны на данный момент только сам доктор. Пока он не даст команду, Этна ничем не выдаст своего присутствия, и очки будут выглядеть просто как стильный акксесуар, а не как часть одного из самых современных ИИ-агентов. Это внушало хоть какую-то уверенность — гораздо большую, чем его карманный девятимиллиметровый пистолет, с которым он почти никогда не расставался.
Тяжелые мысли не покидали Яо. Зачем именно его вызвали на передовую? Он — реаниматолог, но что ему делать около Разлома, где нет ни нормальной операционной, ни уж тем более больницы со всеми необходимыми приборами? Его совершенно точно не могли позвать только ради того, чтобы гипсовать поломанные ноги или зашивать огнестрел. Тогда логичнее было бы отправить штатного хирурга или любого из его ординаторов, если уж на то пошло.
Черт, слишком много неизвестных.
Тем временем на улице почти рассвело, а на горизонте появились очертания диспетчерских вышек Аэропорта Ассоциации. Безусловно, сотрудники летали и обычными рейсами, но когда дело касалось отправки к Разлому, Ассоциация сама доставляла людей в горячую точку. Летать в зоне Разлома было строго запрещено, поскольку летная аппаратура зачастую сбоила при приближении к линии фронта. Яо не особо интересовался новостями, но как-то мельком увидел в очередном корпоративном дайджесте, что инженеры смогли найти способ стабилизировать полеты в аномальной зоне. Вот и посмотрим, так ли это.
Машина беспрепятственно проехала через серию охранных ворот и шлагбаумов, выехав сразу на взлетную полосу, где доктора уже ожидал один из самых современных скоростных джетов. Плохо дело. Если Ассоциация тратит столько денег на твое перемещение, значит, повод серьезный и доктор им действительно нужен.
Около трапа пассажира ожидал пилот, мужчина лет пятидесяти. Кажется, Яо оперировал его когда-то, но он мог и ошибаться: его мало интересовали имена и судьбы тех, кого он видел на реанимационном столе, если это не высшее руководство Ассоциации. С подобной публикой нужно было быть предельно аккуратным, чтобы не нарваться на проблемы, а при удачном раскладе — можно обернуть знакомство в свою пользу. Не то чтобы Яо отчаянно нуждался в покровителях, но в этом безумном мире полезные связи лишними не бывали. А что может быть лучшим гарантом лояльности, чем спасенная жизнь?
— С добрым утром, доктор Юй, — мужчина прислонил руку к козырьку, отдавая честь. Яо слегка улыбнулся в ответ и кивнул. — Рад вновь Вас видеть! Добро пожаловать на борт «Ассошиэйтед Джет 3078». Меня зовут Джош Маккой, сегодня я буду Вашим пилотом.
Яо внимательно посмотрел в глаза летчику, пока Этна тихо шептала:
«Доктор, пациент Джош Маккой. Попал к Вам в тяжелом состоянии 27 апреля прошлого года. Множественные повреждения нижних и верхних конечностей, обширная кровопотеря. Сейчас является личным пилотом и доверенным лицом Генерала Оперативных Войск Одаренных Фреда Саммерса».
Едва заметно кивнув, давая сигнал Этне замолчать, доктор улыбнулся одной из самых дружелюбных своих улыбок, отчего на его щеках проявились небольшие ямочки.
— Господин Маккой, рад нашей новой встрече! — голос Яо стал на удивление мягким и певучим. — Оставьте формальности. Как Ваше самочувствие? Боли не преследуют?
Собеседник расплылся в улыбке, явно польщенный тем, что знаменитый врач помнит его:
— Всё в порядке, доктор, благодаря Вам я снова хожу и могу работать на своей птичке, — Джош слегка провел ладонью по трапу, словно гордый отец, демонстрирующий талантливого отпрыска. — Прошу, поднимайтесь. Сегодня мы с Вами летим без стюарда. Сами понимаете, война идет, — пилот говорил так, будто сам был виноват в расширении Разлома, но быстро взял себя в руки. — Поэтому, если вдруг пожелаете выпить — прошу, воспользуйтесь мини-баром в салоне. Я подобрал лучший виски, какой смог найти на складах этого аэропорта.
— Не переживайте, Джош, всё хорошо, я смогу о себе позаботиться, — голос Яо оставался приветливым, словно пилот был его давним другом.
Друзьями они не были, но информацию, которая требовалась Яо, он получил сполна, отчего настроение доктора несравненно улучшилось. Он прошел в салон, отделанный деревом и каким-то подобием шелка, и расположился в пассажирском кресле. Через пару минут самолет начал маневрировать, а затем почти бесшумно поднялся в воздух.
Пока самолет набирал высоту, Яо смотрел в иллюминатор, продолжая слегка улыбаться. Личный пилот Генерала Оперативников. Это прекрасные новости! Его вызывал не главный штаб, что могло означать всё что угодно, а один из самых опытных командиров во всей Ассоциации. Кажется, генерал Саммерс все двадцать лет живет и воюет у Разлома, и он из тех, кого волнует исключительно сохранность региона. А значит, дело не будет касаться политики или его, доктора Юй Минъяо, тайных исследований. То, что Генерал прислал личный самолет, означало: он сделал это не по указке сверху, а по собственной острой необходимости. Получается, Генералу нужен именно реаниматолог, и он прекрасно знал, кого вызывает и чем рискует, выдергивая лучшего врача Ассоциации на передовую.
Окончательно успокоившись, Яо встал и, пользуясь тем, что в салоне он был один, открыл аптечку и изъял из неё все обезболивающие, какие там нашлись. Пусть сейчас боль отступила, она могла вернуться в любой момент, а ему явно предстоит немало работы, некогда отвлекаться на боль.
В мини-баре призывно позвякивали бутылки с роскошным виски. Некоторые датировались еще годами до появления Разлома — невероятная редкость в наши дни. Как жаль, что впереди доктора Юй ждет работа, и он не сможет даже слегка пригубить.
Взяв бутылку минеральной воды, Яо вернулся в кресло и посмотрел в окно. Картина за окном заставила доктора нахмуриться: то, что он там увидел, ему очень не понравилось.
