Одуванчик для фейри

      Первая тварь прыгнула ещё до того, как Хичоль закончил фразу.       Без предупреждения. Без рычания. Без колебаний.       Длинное костлявое тело метнулось из темноты. Хичоль развернулся навстречу.       Удар.       Хруст.       Существо впечатало в стену ближайшего здания. Оно рухнуло на асфальт бесформенной грудой.       И тут же на его место пришли ещё трое.       Кюхён понял всё сразу.       Они не собирались наблюдать. Не собирались разговаривать. Не собирались ждать.       Они пришли убивать.       Всей толпой.       Сразу.       — Назад, — крикнул ему Хичоль. И шагнул вперёд.       Следующие несколько секунд превратились в хаос. Твари лезли со всех сторон. С крыш. Из переулков. Из теней.       Некоторые были размером с собак. Некоторые — с автомобили. Некоторые вообще не имели постоянной формы.       Их становилось только больше.       Хичоль двигался настолько быстро, что Кюхён временами терял его из виду.       Вспышка света.       Крик.       Разорванная тень.       Разбитый асфальт.       Снова вспышка.       Снова удар.       Снова чья-то смерть.       Десятки.       Уже десятки.       Но вместо каждой убитой твари появлялись новые. Словно весь город внезапно решил выплюнуть наружу своих монстров.       Одна из тварей прорвалась прямо к Кюхёну. Хичоль оказался рядом мгновенно, свернул существу шею одним движением.       Но в этот момент другая тварь ударила его сбоку.       Впервые.       По-настоящему.       Кюхён услышал звук удара.       Увидел кровь. Яркую даже в темноте.       Хичоль пошатнулся. Всего на шаг, но этого оказалось достаточно.       Сердце провалилось куда-то вниз.       — Хичоль!       Тот даже не обернулся.       Снова удар.       Снова смерть.       Снова кровь.       На этот раз чужая.       Через минуту Кюхён понял ещё одну неприятную вещь. Хичоль побеждал каждую отдельную тварь. Без проблем. Но здесь не было отдельной твари. Здесь были сотни. Они прибывали быстрее, чем успевали умирать. И все знали одну цель.       Его.       Ещё одна когтистая лапа полоснула Хичоля по плечу. Потом ещё одна по боку.       Он убил нападавших раньше, чем они успели отскочить, но раны остались. Кровь тоже.       Кюхён никогда раньше не видел крови на нём.       И вдруг понял кое-что очень простое.       Хичоль не проигрывал. Пока ещё нет. Но он уже начал платить цену. Слишком большую, слишком быстро.       Твари почувствовали это тоже. И стали наглее, смелее, ближе. Кольцо вокруг них постепенно сжималось. Дом за спиной. Забор справа. Стена слева.       Чудовища впереди.       Чудовища сзади.       Чудовища повсюду.       Их стало так много, что асфальта почти не было видно. Только тени. Когти. Глаза. Зубы.       Запах сырости и крови.       Хичоль тяжело выдохнул. Впервые за всё время. Совсем чуть-чуть, но Кюхён заметил.       Именно потому, что смотрел только на него.       — Прекращай, — тихо сказал он.       Очередная тварь разлетелась на части.       — Что?       — Прекращай, — Хичоль наконец обернулся. Коротко. На секунду. Этого хватило.       Кюхён увидел кровь на его лице.       На руках.       На одежде.       Увидел усталость, которую тот пытался скрыть, и впервые за всё время понял. Они действительно могут не выбраться.       Не потому что Хичоль слабый.       Наоборот.       Потому что даже самый сильный не способен одновременно находиться в сотне мест. А чудовищ было уже намного больше сотни. И они продолжали приходить. Из каждой тени. Из каждого переулка. Из каждой щели между мирами. Словно весь город решил обрушиться на одного единственного человека.       В следующий миг очередная тварь прыгнула сверху.       Хичоль уничтожил её.       Потом вторую.       Третью.       Четвёртую.       Но ещё две уже приземлились за его спиной. Ещё три вылезли из темноты справа. Ещё десяток двигался по крышам.       Кюхён посмотрел на бесконечную массу существ.       Потом на Хичоля.       И впервые за весь вечер увидел в его глазах то, чего не было раньше. Не страх. Хичоль был не из тех, кто боится.       Хуже.       Он начал считать. Просчитывать. Оценивать варианты.       Потому что вариантов почти не осталось.       Очередная тварь рухнула на асфальт. Потом ещё одна. И ещё.       Хичоль двигался сквозь них как буря. Кюхён уже перестал пытаться следить за каждым движением. Это было невозможно. Слишком быстро. Слишком много.       Слишком страшно.       Но результат оставался прежним — каждая тварь умирала, и на её место приходили две новые. Потом три. Потом пять. Они уже не пытались атаковать поодиночке. Учились. Приспосабливались. Ждали момента.       И наконец дождались.       Одна из тварей прыгнула прямо на Кюхёна.       Не чтобы убить.       Чтобы отвлечь.       Хичоль мгновенно оказался между ними. Уничтожил её одним ударом.       И в ту же секунду три другие твари ударили одновременно.       Слева.       Справа.       Сверху.       Кюхён услышал треск. Настоящий. Глухой. Болезненный.       Хичоль пошатнулся. На этот раз сильнее.       Из уголка губ потекла кровь.       Твари почувствовали это сразу. По толпе прошла волна возбуждения. Голодного. Злобного. Почти безумного.       Они начали наступать быстрее.       — Хичоль.       Тот не ответил.       Снова удар. Снова вспышка. Снова чья-то смерть.       Но теперь Кюхён видел. Видел отчётливо — Хичоль больше не успевал уничтожать всех. Только самых опасных. Самых близких. Самых быстрых. А остальные уже обходили сбоку. Сзади. С крыш. Отрезая пути отхода.       Они оказались в центре огромного живого кольца, которое медленно сжималось. Метр за метром. Шаг за шагом.       Твари рычали, щёлкали зубами, шуршали хитином, скребли когтями по асфальту.       И ждали.       Ждали момента, когда Хичоль наконец устанет настолько, чтобы пропустить один удар.       Всего один.       Потому что больше им не потребуется.       Кюхён внезапно понял это абсолютно ясно. Они не собирались побеждать его в честной драке. Они собирались взять количеством. И это срабатывало.       Хичоль убил ещё пятерых. Потом семерых. Потом десяток.       Но кровь продолжала появляться.       На рукаве.       На шее.       На ладонях.       Каждый раз понемногу. Каждый раз недостаточно серьёзно. Но ран уже было слишком много.       — Пожалуйста, хватит, — попросил Кюхён.       Хичоль не услышал. Или сделал вид, что не услышал. Он снова рванулся вперёд. Сломал шею существу размером с лошадь. Отбросил второе. Разорвал третье. И в этот момент сразу четыре твари вцепились в него одновременно.       Когти.       Клыки.       Шипы.       Кюхён никогда раньше не кричал так громко.       Наверное, даже в детстве.       Но Хичоль уже вырвался.       Уже убил всех четверых.       Уже стоял на ногах.       Только вот дышал теперь заметно тяжелее, а чудовищ меньше не становилось.       Совсем. Они заполняли улицу до самого горизонта. Крыши. Переулки. Парковки. Лестницы. Всё.       И тогда Хичоль наконец сделал то, чего не делал раньше. Отступил назад. Прямо к Кюхёну. Встал рядом. Плечом к плечу. И впервые за весь бой посмотрел не на тварей.       На него.       На несколько секунд.       Достаточно долго, чтобы Кюхён понял — вариантов действительно не осталось. Совсем. Ни одного.       А потом очередная волна чудовищ пошла вперёд.       Вся сразу.       Будто кто-то дал сигнал.       И улица буквально исчезла под массой тел.