Пионы для Грейнджер.

6 глава. Кошка. 1998 год. Гермиона часто оставалась одна в огромном Поместье Лорда. Она была предоставлена сама себе: чаще всего она пропадала в библиотеке или в кабинете для чтения, который Том делал для себя. Несколько раз она уснула в его комнате, так и не дождавшись его прихода. Государственные дела не требовали отлагательств. Лорд часто задерживался допоздна, а когда приходил, Гермиона уже спала. В один из дней, он решил не возвращать Гермиону в её комнату, и оставил её у себя. Нагайна жила в другом Поместье. Лорд не решался их познакомить, хотя он знал, что ни Гермиона, ни Нагайна не смогут друг другу навредить, так как являются его крестражами. Магия крестражей защищала их друг от друга. Том часто врывался в разум Гермионы и корректировал некоторые события, чтобы она могла быстрее адаптироваться к новой жизни. И у него это прекрасно получалось. С каждым днём она всё больше к нему привязывалась и нуждалась в его компании. Он не скрывал, что ему доступны её воспоминания, она не протестовала, потому что знала в каком положении она находится. Привязанность была обусловлена не только одиночеством. Лорд и правда к ней очень хорошо относился. Врываясь в её воспоминания и узнавая её лучше, он сам начинал понимать, что она становится для него не только пленницей и крестражем, а чем-то гораздо большим. Его радовал её смех, он слушал, как она пела в душе, он дарил ей подарки, а она с радостью их принимала. Он не прикасался ней и старался лишний раз её не смущать. Когда она впервые проснулась в его постели и не узнала интерьер вокруг, она перепугалась. Том вышел из душа, в одном полотенце, Гермиона прижалась к изголовью кровати, пытаясь вспомнить, что же произошло ночью. Она не сводила глаз с его тела, сжимая губы и учащенно дыша. — Возможно, ты хочешь знать, почему ты здесь находишься? – Она кивнула. – Я не хотел тебя тревожить, а просто расстелил постель. Я спал рядом и к тебе не прикасался, если это важно. – С усмешкой сказал он. Гермиона посмотрела на себя, на ней была надета его майка. – Я просто переодел тебя в майку, чтобы тебе было удобнее. – Она смутилась и сжала ладони, а потом поднялась с постели, подошла ближе к Лорду, встала на цыпочки и поцеловала его. Он опешил, но ответил на поцелуй, прижимая её к себе. Зрачки закрыли радужку, его руки крепко сжали её талию и сползли на ягодицы. Гермиона застонала ему в губы, чем завела его еще больше. Он чувствовал её желание, смешанное со страхом, она дрожала, но не отталкивала Лорда, позволяя целовать свою шею и прикасаться к коже. – Нам нужно остановиться. – Прошипел он и сжал её в своих объятиях. – Не сейчас. У меня совершенно нет времени, а мне бы не хотелось спешить. Твой первый раз не должен быть скомканным и быстрым. Я этого не допущу. — Но… мне… – Гермиона смутилась и уткнулась в его обнаженную грудь. – Мне очень одиноко здесь. Я не могу постоянно находиться одна. Прошел целый месяц. — Ты хочешь, чтобы я вернул тебе волшебную палочку и позволил куда-то выбираться в одиночку? – Он серьёзно посмотрел на неё,и она кивнула. – Я открою камин, палочка будет лежать на твоём столе в комнате. Камин сможет тебя перенести в Министерство Магии, «Дырявый котел» и даже в Лютный переулок в магазин «Горбин и Беркс». Монеты тебе передадут эльфы. – Лорд достал кольцо из ящика стола и передал ей. – Это фамильное кольцо, оно будет тебя защищать. Каждый будет сразу понимать кто ты, и что тебя трогать нельзя. – Гермиона кивнула и приняла кольцо. – Если понадобится помощь зови Флору или Ральфа, они всегда смогут тебя аппарировать или помочь с покупками. И называй меня на «ты». – Гермиона улыбнулась. – Думаю после поцелуя, наши взаимоотношения перешли на новый уровень? – Она смутилась, а он снова притянул её к себе и поцеловал. Гермиона растаяла: ей хотелось чувствовать его прикосновения, голова кружилась, а ноги отказывались её держать. Он выпустил её из объятиев и окинул хищным взглядом. Гермиона надела кольцо на палец и между ней и Лордом сразу образовалась связь. Это была дополнительная защита. Гермиона в одной майке и босиком пошла в свою комнату: возбужденная, пылающая, смущенная и ошарашенная своим собственным поступком. Она села на кровать и зажмурилась, а после прикоснулась пальцами к своим губам, все ещё ощущая его требовательный и сводящий с ума поцелуй. «Что происходит? Почему я так хочу его внимания? Почему он вызывает столько эмоций? Это вынужденное одиночество толкает меня на необдуманные поступки?!» – Она задавала себе вопросы и не могла найти на них ответы. А ответы были, и они были совершенно банальными: Том откорректировал её воспоминания в сознании, таким образом, чтобы она успокоилась и чувствовала себя в безопасности рядом с ним. Несомненно, он в первую очередь думал о себе, но её состояние тоже являлось важным. Ей нельзя было постоянно находиться в стрессе, она была слишком чувствительна и восприимчива к его осколку души. Он так же её защищал и о ней заботился. Гермиона была прекрасным вместилищем для осколка, это была еще одна причина, почему Лорда так к ней тянуло. Осколок его души резонировал с её телом, она приняла его, совершенно не сопротивляясь и не боясь. Лорд с легкостью входил с Гермионой в контакт. Гермиона понимала, что ей нужно жить дальше. Что бежать из страны, являясь его крестражем – это навлечь на себя преследование и вечно скитаться, и прятаться. Какой был в этом смысл? Когда Гарри Поттер мёртв, она сама крестраж и Лорда уже не убить? Оставалось смириться и попробовать устроить свою жизнь в новом Магическом Мире Лорда Волдеморта. Том очень много работал. Он не скидывал дела на Пожирателей Смерти и контролировал основные процессы государства сам лично. Он был слишком умён, и уже научен горьким опытом, поэтому он решил больше не допускать ошибок. После смерти Поттера и освобождения осколка души произошли некоторые изменения. Лорд смог вернуть себе прежний облик, проклятье больше ему не угрожало, магия стала целостной и более сильной, несмотря на потерю большинства крестражей. Пожирали смерти научились определять магический потенциал еще в 1996 году, для этого использовалось довольно простое колдомедицинское заклинание, которое использовали медики для диагностики здоровья. Один из медиков Мунго заметил одну интересную вещь в диаграмме здоровья, на которую обычно не особо обращали внимание и считали чем-то неважным. Он завел дневник, в котором описывал разные сведения из диаграммы. Так он выяснил, что у каждого волшебника свой показатель в виде геометрических фигур: треугольник, круг, квадрат, прямоугольник, овал, ромб и трапеция, но у некоторых, в довольно редких случаях не было никаких фигур,и в большинстве случаев это были маглорожденные. На них не действовало заклинание подчинения «Империо», а дополнительно не хотелось возиться с пленниками, и было решено просто от них избавиться. После победы Лорда Волдеморта, всех студентов Хогвартса проверили на магический потенциал, выявили около 10 человек, среди них была Гермиона. Лорд спас её в последний момент. Она видела, как казнили 9 человек, и в конечном итоге потеряла сознание. Позже Том сотрёт эти воспоминания, чтобы сохранить её психику. Осколок души, который проник в тело Гермионы, воспринимал всё происходящее вокруг как угрозу, но при этом, когда осколок был в телах других учеников, он не защищал своего носителя, а Гермиону определил и воспринял как лучшее вместилище для души. Она была сильной, умной и довольно быстро всему училась. Осколок проникал в её сознание, сливаясь с потоком мыслей и делая её еще сильнее и бесстрашнее. Когда Лорд Волдеморт её остановил, осколок души ему подчинился. Прежде, чем Лорд её обезвредил, на ней были использованы всевозможные заклинания и проклятия, но осколок её защитил. Лорд отключил Гермиону и её доставили в подземелье Поместья Реддл. Из-за заклинания Лорда, её откинуло в стену, и она сильно ударилась головой, но эльфы довольно быстро поставили её на ноги. Лорд взял в привычку проникать в её сознание. Он видел всё: её тайные желания, её мечты, её кошмары. Он старался не навредить и был предельно осторожен. Лорд находил много общего: педантичность, желание развиваться, любовь к книгам, желание быть первым. Её нельзя было назвать обычной или простой. Она была уникальной, единственной в своём роде. Она заставляла его чувствовать, волновала кровь, вызывала интерес. До того, как Гермиона попала в Поместье, он даже не думал о том, чтобы создать семью. Когда она его поцеловала, она пробудила в нём настоящую бурю. Он специально не навязывался сам, а наблюдал за происходящим. Держал себя в руках и был немного отстранённым. Ему нравилось, как она смущается, как кусает нижнюю губу, как на него смотрит. И пусть он сам подтолкнул её к этому, всё равно ему это очень льстило. За месяц прибывая в Поместье Гермиона неплохо адаптировалась. У неё появилось любимое место в саду, помимо дуба. Она приходила к озеру, брала с собой небольшой плед и читала, если позволяла погода. Если погода не позволяла, она сидела в комнате для чтения. Но сегодня она решила впервые выбраться из дома. Как ни странно, но Лорд ей доверял. Он, конечно, попросил Ральфа присмотреть за ней, и немного сам переживал, но всё-таки решил дать ей шанс. Через 15 минут он отправился в Министерство Магии. Гермиона вышла из душа и обнаружила на столе мешочек с монетами и свою волшебную палочку. Палочка отозвалась и Гермиона выдохнула. Она надела что-то менее приметное: темные брюки, темную рубашку и мантию. Волосы завязала в хвост. На пальце было родовое кольцо Мраксов, одно из тех, которое было найдено на руинах старого поместья. Гермиона прошла через камин и вышла в «Дырявом котле». Она ещё не знала, как за месяц изменилась жизнь у каждого волшебника. Все замолчали, когда увидели кто именно появился в зале. Гермиона поспешила покинуть бар, обратив внимание на то, что у многих на груди были какие-то значки. Гермиона не говорила с Лордом о новом мироустройстве, и наверное, это было ошибкой. Потому что Гермиона не была готова к тому, что увидит дальше. В Косом переулке на некоторых магазинах висели таблички «Вход только для чистокровных. Без знаков отличия не входить». Люди были хмурые и настороженные, даже цветовая гамма одежды у большинства была серой и неприметной. Люди боялись выделяться. Пожиратели Смерти ходили в своей форме и больше не скрывали лицо за масками. Они кидали удивленные взгляды на Гермиону и оборачивались, но никто не смел её останавливать и проверять, кольцо на пальце говорило о том, что она принадлежит Лорду и она полностью неприкосновенна. Ей было некомфортно и немного страшно. Одна из волшебниц плюнула ей под ноги, выказывая глубочайшее неуважение и призрение. Гермиона лишь обошла её стороной и пошла дальше. Магазин «Всевозможных вредилок Уизли» оказался сожжен. Дверь была открыта, но было видно, что часть здания уничтожил пожар. Она потянулась к ручке и дверь со скрипом отворилась. Она сделала пару шагов и оказалась внутри. Стало понятно, что часть товара была украдена. Сердце защемило от сильной боли. Фред умер три месяца назад. Джордж остался один. Она посмотрела на колдофото в рамке около кассы: близнецы улыбались самыми довольными улыбками на свете. Она вытащила колдофото и засунула его в сумку. Голос за спиной заставил её вздрогнуть, низкий с грубым акцентом, и довольно знакомый: — Что, золотая девочка, решила обчистить магазин своих дружков? – Он хрипло рассмеялся и мурашки побежали по спине. Гермиона нервно сглотнула слюну о повернулась к нему. — Я смотрю, Долохов, тебе было мало? Решил еще раз испытать судьбу? – Гермиона, едва достающая ему до плеча, звучала угрожающе. Долохов хищно улыбнулся. — У домашней зверюшки есть зубки? – Он поднял бровь. Она засунула руку в карман, и резко выставила её перед собой, встав в боевую позицию. — И волшебная палочка! – Громко заявила она, готовая атаковать. — Тише-тише, кошечка! – Он прикоснулся к шраму на лице. – Мне кажется мы с тобой уже квиты. Просто я не мог тебе позволить ошиваться здесь в одиночку. Оборотни и всякий сброд сюда иногда заходят. — Я неплохо приложила Сивого в Хогвартсе, не думаю, что он ещё раз ко мне сунется. – С улыбкой ответила она, но палочку не убрала. — Он выпустил тебя одну? Это слишком неожиданно. – Антонин прищурился. – Ты так быстро заполучила его расположение, кошечка. Что я даже стесняюсь спросить, что же ты такого сделала? – Он неприятно и двусмысленно усмехнулся. — Ну, с лизанием его задницы вы и так неплохо справляетесь! Может кто-то и чем-то другим занимался на досуге. – Она скривила губы, Антонин поднял брови. — Дерзишь, зверушка! Его рядом нет, никто тебя не спасёт. – Он подошел ближе, смотря на неё сверху вниз. — А ты помнишь, что произошло в Поместье? – Антонин учащенно дышал и смотрел на неё с призрением. – Так попробуй ещё раз, давай мы проверим теорию? – Глаза Гермионы горели, она была на взводе,готовая отразить нападение. — Так вот, что он в тебе нашел. У кошечки есть не только зубки, а ещё и коготки? – Антонин хмыкнул и потянул свою руку к её лицу, но через секунду вылетел на улицу через двери и упал на землю. Гермиона вышла и наклонилась над ним. — Вы, суки, испоганили всю мою жизнь. Скажи мне, Долохов, что мне мешает применить Аваду на таком засранце как ты? – Он хищно улыбался, стирая кровь с разбитой головы. Гермиона подала ему платок. Вокруг собралось несколько Пожирателей, которые смотрели на Гермиону, но ничего не могли сделать. Кольцо на её руке, говорило об одном: стоит с ней связаться, и голова полетит с плеч. Гермиона задрала подбородок, окинула всех взглядом и пошла по своим делам. Антонин поднялся, один из Пожирателей залечил его рану. — Строптивая, сучка! Породистая! Так и не скажешь, что она грязнокровка. – Прошипел Антонин. – С ней мы точно подружимся. Гермиона зашла в небольшой магазинчик с украшениями, и подойдя к прилавку, словила на себе строгий взгляд. — Почему на вас нет значка? – Спросила женщина. — Какого ещё значка? – Поинтересовалась Гермиона. Женщина указала на табличку, где было указано, кто и какие знаки отличия должен носить. Гермиона округлила глаза. — И как давно? – Она была немного шокирована. — Месяц. – Тихо ответила женщина. — Я могу у вас купить значок? – Женщина кивнула. – Мне, пожалуйста, вот тот медный с черным котелком. – Гермиона обратила внимание, что на лацкане платья у женщины был «Меч». — Их нужно носить постоянно и обращать внимание на вывески и таблички. – Женщина вздохнула, и тихо произнесла. – Таким как вы, мисс, нельзя заходить во многие места. Будьте, пожалуйста, осторожнее, вы можете пострадать. ПСы не выбирают наказание. – Гермиона встревоженно посмотрела на раскрасневшуюся женщину, было видно, что ей неловко такое говорить. — Может у вас есть какая-то брошюра, которая позволит мне понять, что здесь происходит? – Женщина кивнула, и вытащила из-за прилавка небольшую книжицу на 6 листов. — Вот. Держите. Вы, наверное, давно здесь не были, раз вы не в курсе того, что происходит. – Гермиона лишь молча кивнула, и приколола значок на свою мантию. — Я могу воспользоваться вашим камином? –Женщина ответила "да". Гермиона расплатилась и вошла в камин. — Министерство Магии! – Произнесла она и бросила порох под ноги. Министерство Магии. Гермиона вышла в Атриуме Министерства. Было многолюдно. Волшебники оборачивались ей вслед, но никто не смел её останавливать. Маглорожденным разрешалось входить в министерство только по пропускам. Даже оборотням позволялось быть в Министерстве. Гермиона шла по Атриуму, возле фонтана она заметила много знакомых лиц. Сивый провожал её недобрым взглядом, а она нагло задрала нос и прошла мимо, окинув его презрительной улыбкой. Она обратилась к одной из сотрудниц, которые стояли в атриуме, чтобы направлять людей в нужные им места и кабинеты. — Добрый день. – Девушка подняла глаза и удивленно уставилась на Гермиону. – Где я могу найти Лорда Волдеморта? – Девушка округлила глаза и посмотрела на значок. — Вы не можете к нему пойти. Только по записи. – Гермиона вздохнула и посмотрела в лицо девушки. — Где находится его кабинет? Это простой вопрос. – Она улыбнулась и ждала ответ. — Восьмой этаж. Там будет вывеска, но вас могут туда не пропустить. Мне очень жаль. Даже я должна потребовать пропуск и мне нельзя было отвечать на ваши вопросы. – Девушка задрожала, не имея возможности скрыть волнение. — Спасибо. Я разберусь. Гермиона пошла к лифтам. Охрана, которая должна была проверять документы, разошлась в сторону и пропустила её. Гермиона одна зашла в лифт, больше никого туда не пустили. На 8 этаже, её тоже пропустила охрана. Секретарша поздоровалась, и тоже не смела её задерживать. Гермиона открыла двери его кабинета и зашла внутрь. Лорд поднял глаза и внимательно посмотрел на гостью, откинувшись на спинку кресла. Он обратил внимание на значок на её мантии, и поднял бровь. Гермиона подошла ближе и небрежно бросила брошюру на стол. — Что это такое? –Её голос дрожал. Она смотрела в его глаза, готовая расплакаться от обиды и боли. Он встал со своего кресла и подошел к ней, глядя сверху вниз. — Добро пожаловать в новый мир. – Гермиона учащенно дышала, у неё тряслись руки. Она сжала ладони в кулаки и нахмурила брови. — Это бесчеловечно и неправильно, Том. – Он хотел дотронуться до её щеки, а она резко отклонила его руку. Он ухмыльнулся и облизал свои губы. – Это не приведет ни к чему хорошему. Нельзя делить людей на группы и лишать прав одних, в угоду другим. — Ты пришла сюда, чтобы отчитать меня, правителя Магической Британии, и рассказать мне, что я не прав? – Он рассмеялся, когда Гермиона оставалась совершенно серьёзной. – Ты понимаешь, кто я такой и что я могу с тобой сделать, непокорная ты девчонка? – Он коснулся её лица, и провел пальцами по её губам. – Ты настолько бесстрашная, что решила заявиться в Министерство Магии, где таким как ты вход воспрещен? — Но меня пропустили! – Она учащенно дышала и была крайне взволнована. – Такие как я? – Гермиона хмыкнула. – Не помню, чтобы утром это мешало меня целовать! – Съязвила она. Лорд сглотнул слюну и злобно ухмыльнулся, резко схватив Гермиону за шею и притянув её к себе. Она испугалась, но сопротивляться на стала. Она сжала бедра и зажмурилась, ожидая его дальнейших действий. — Может мне наказать тебя за столь непозволительную дерзость? – Он видел, как дрожали её губы и бегали глаза под закрытыми веками. Ему нравился её страх. Он провел другой рукой по её талии, потом пальцы проскользнули вверх по груди и проникли под рубашку. Он сжал ладонь, электрическая волна прошла через всё тело и вырвался стон. Он довольно хмыкнул, перевернув Гермиону спиной к себе, и прижался к ней бедрами. Она распахнула глаза, почувствовав его эрекцию, и резко выдохнула. Его ладонь опускалась ниже, пока не оказалась у неё между ног. Он сжал пальцы и потянул вверх. Гермиона застонала и едва не согнулась, но он её выпрямил, прижав сильнее к себе. Она учащенно дышала, жар между ног становился сильнее, пульсация усиливалась, а ноги дрожали. Лорд расстегнул молнию и просунул руку под её бельё. Она громко всхлипнула, там её ещё никто и никогда не касался. Пальцы проскользнули между половых губ, размазывая смазку по клитору и кудрявому лобку. – Это так ты на меня злишься? Неожиданно! – Сладко прошептал он, начиная быстрее двигать пальцами. Она снова застонала, надрывно и громко. Он лишь ухмыльнулся и продолжил её ласкать, фаланги пальцев цепляясь за влажные кудряшки волос, хлюпающий звук возбуждал всё сильнее. – Я пальцами одной руки, могу заставить тебя замолчать. Это ли не магия? – Он рассмеялся, она откинула голову на его плечо и посмотрела в его глаза. Он впился в её губы, и усилил напор и движение пальцев. Ноги задрожали, судорога побежала по телу, оргазм был такой силы, что она не смогла стоять, он подхватил её на руки и сел с ней в кресло. Она стыдливо зажмурилась, её сильно трясло. Он очистил свою ладонь и застегнул молнию на брюках. – Ты не можешь ничего мне предъявлять, но мне приятно, что ты проявляешь характер и совсем меня не боишься, позволяя себе высказывать столь возмутительные вещи. – Он повернул её лицо к себе и снова поцеловал. Гермиона ответила на поцелуй, она совершенно не могла сопротивляться Лорду. – Теперь я знаю, как я могу тебя успокоить. – Он продолжал её целовать, она тихо стонала и ничего не могла сделать. – Ты напала на Долохова. Он не в обиде. – Лорд ухмыльнулся. – Вот так, одна маленькая дикая кошка, становится послушной и податливой, стоит подарить ей немного ласки. – Гермиона расслаблено сидела на его коленях, сгорая от стыда. – Не надо ничего стыдиться. Это было прекрасно. – Она всхлипнула и слёзы потекли по щекам. – Гермиона! — Это нечестно. Ты сохранил мне жизнь, чтобы я увидела, какой мир ты уготовил для таких как я? – Он вытирал её слёзы. – Я не могу тебе сопротивляться. Меня тянет к тебе магнитом, но я по-прежнему знаю кто ты такой и что ты сделал. — У тебя есть выбор, но ты можешь выбрать жизнь и построить её на руинах старого мира, приняв правила нового. – Лорд гладил её по щеке. — Никто не заслуживает такой жизни. Люди не должны подвергаться дискриминации по какому-либо признаку, только потому что они другие. – Она тяжело дышала. – Ты сам полукровка. Это лицемерие. – Он схватил её за шею сжал пальцы, а другую руку снова сжал между ног. Гермиона выгнулась. — Лицемерие – это хотеть того, кто убил твоих друзей, того, кто виноват в смерти твоих родителей, того, кто держит тебя в плену. Вот это настоящее лицемерие. Открой глаза и посмотри вокруг. Ты жива. У тебя есть шанс на нормальную жизнь. У тебя есть покровитель, который защитит тебя ото всех. – Его голос звучал грубо и резко, а твердый член упирался в спину. – Ты готова отдаться монстру, который захватил страну. И как ты к себе после этого относишься? Ты себя презираешь? – Она хмыкнула и зажмурилась, пытаясь абстрагироваться от ощущений. Но возбуждение становилось сильнее, его пальцы нажимали на клитор через ткань и это невозможно было терпеть. – Ну что, кошечка? Ты сдаешься? И звание лицемерки достается тебе по праву? — Ты – ублюдок! – Воскликнула она, и снова выгнулась. — О, я знаю! – Снисходительно и одобрительно процедил он. – Но тем не менее, Я чувствую, как промокли насквозь твои брюки. Ощущаю твой прекрасный запах, и еле сдерживаюсь, чтобы не трахнуть тебя прямо на своём рабочем столе, как грязную шлюху из Лютного. – Он снова расстегнул её брюки, и рука проникла под ткань белья. Она застонала, и сжала его ладонь бедрами. – Бесполезно сопротивляться. У тебя против меня нет никаких шансов. – Он касался головки клитора, заставляя её содрогаться от каждого касания. Электрические разряды били в поясницу, это было невозможно контролировать, тело её не слушалось. А потом его палец проник внутрь. Она резко затихла и сжалась. – Что? Никто и никогда с тобой этого не делал? – Он начал двигать средним пальцем, пока большой палец стимулировал клитор. Она была полностью во власти Лорда. Он улыбался и целовал её шею, она двигала бедрами насаживаясь на палец. – Вот видишь. Ты полностью принадлежишь мне! – Второй палец оказался внутри, Лорд ускорил движение. Гермиона снова выгнулась, сжала бедра, и по телу побежала волна. Он держал её крепко за талию, медленно целуя нежную шею. Слёзы текли по щекам, тело обмякло, во рту пересохло. Гермиона закрыла глаза, в ушах ритмично бился пульс, руки дрожали. – Сейчас ты встанешь и через камин отправишься в Поместье, и подумаешь над своим поведением. Ты не можешь вот так вот врываться в мой кабинет и учить меня чему-либо. – Он поцеловал её в губы. – Мне понравилась эта игра. И теперь мы выяснили, что лицемерие у нас обоих в крови. 1:1. Он помог ей подняться. Очистил её с помощью магии. Снова её поцеловал. Она была обессилена, уязвлена и смущена. — А теперь иди. Если я ещё раз застану тебя в своей постели, я буду воспринимать это как готовность отдаться мне полностью. Если ты меня хочешь, не вижу ни одной причины друг другу врать и противиться. – Гермиона молчала, опустив глаза в пол. – Иди! – Его голос звучал раздраженно. Гермиона шагнула в камин и исчезла в зеленом пламени. Поместье Реддл. В холе Поместья она упала на пол и разревелась. Эльфы пришли на звук, но она лишь попросила оставить её в покое. — Я могу аппарировать вас в комнату, мисс Грейнджер. – Сообщил Ральф, она кивнула. Через пару секунд она оказалась в своей комнате. Она стянула с себя одежду, залезла в ванну и включила воду. Стыд поглотил её полностью. Лорд надавил на больное. Она себя ненавидела. Жить в условиях сегрегации – скатиться на 60 лет назад, в дикое неотёсанное общество. Он искусно ею манипулировал, хотя сам прекрасно знал, почему она к нему так расположена. — Сраный ублюдок! – Мыльница полетела в зеркало, и оно разбилось. Осколки разлетелись по полу. – Ненавижу! Сука! Ненавижу! – Гермиона начала громко кричать, чтобы выплеснуть эмоции. – Если у меня есть выбор, значит я его сделаю! – Она перегнулась через край ванны и подняла осколок зеркала с пола. Она успела полоснуть по руке несколько раз до того, как Лорд ворвался в ванную. Кровь залила пол, окрасила воду и запачкала его костюм. Эльфы успели вовремя сообщить о её криках. Он держал её на руках и шептал заклинание: раны довольно быстро затянулись. — Я же сказал, что не позволю тебе этого сделать. – Он учащенно дышал, прижимая её к себе. — Ты сказал, что у меня есть выбор. И я его сделала. – Тихо ответила она. — Ты ошиблась. Я твой выбор. Ты должна была выбрать меня. Ты слышишь? Меня! – Гермиона тихо рассмеялась. — Нет, Том. Звание лицемера остается по праву у тебя. – Она посмотрела в его глаза, а он лишь грустно усмехнулся. — Дурочка. Ты ещё не поняла, крестраж не позволил бы тебе себя убить. Но калечить твоё тело, я тебе тоже не позволю. – Шрамов на руке не осталось. Лорд усыпил Гермиону и положил в постель, накрыв одеялом. После он вернулся в ванную комнату, восстановил зеркало, и зачаровал все вещи, которые можно разбить и использовать как режущий предмет. Он приказал эльфам постоянно следить за Гермионой и проверять её даже в ванной. Она оказалась намного смелее, чем он думал. Этот поступок ещё раз доказал ему, что неопределенный потенциал это не просто слова. Девчонка сводила его с ума. Своенравная, опьяняющая, прекрасно звучащая в его руках, невозможная дикая кошка, которую он приручил.