Пионы для Грейнджер.

10 глава. Игры закончились. Гермиона проснулась от яркого света, который ударил в глаза. Лорд стоял около окна, распахивая шторы и глядя на Гермиону. Она сонно прищурилась, подставляя руку под солнечные лучи, чтобы избежать неприятной рези в глазах. — Эльфы перенесли все твои вещи в Поместье. Всё стоит в гардеробной. Мотоцикл стоит под навесом во дворе. Свои бесцветные таблетки ты больше не принимаешь. – Он был слишком серьёзен, его голос звучал уверенно. — Будут последствия. Нельзя сразу отменять таблетки, лучше снижать дозу постепенно. Организм может не справиться, психика тем более. Это очень опасно, Том. – Тихим голосом сказала она. — Когда ты последний раз принимала дозу? — Позавчера. Таблетка работает три дня. – Ответила она. – Я могу не справиться. – Гермиона начала нервничать, было заметно, как начали дрожать руки.– Несмотря на то, что для волшебников привыкание не такое сильное, как для маглов, оно всё равно есть. — Выбора у тебя нет. Я подготовлю подземелье. Там можно делать всё, что угодно: кричать, сходить с ума и проклинать всех вокруг. — Ты этого не сделаешь! – Испуганно заявила она. Лорд лишь расплылся в улыбке. — Я дал тебе достаточно времени, чтобы принять правильное решение. Ты предпочла играть по своим правилам. Игры закончились. Теперь, есть только мои правила, мой дом и мои требования к тебе, как к будущей жене. – Том был строг и угрюм. Губы Гермионы дрожали, она сжимала кулаки и жалась к изголовью кровати. — Я отказываюсь делать то, что ты говоришь. Я не даю согласие на брак. — Мне плевать на твоё согласие. Ты долго испытывала моё терпение, а я долго шел у тебя на поводу, наивно полагая, что у тебя есть чувства ко мне и нашему сыну. – Он скрестил руки на груди и уставился на растерянную Гермиону. – Тебе не 15 лет. Твой подростковый бунт будет подавлен. Ты взрослая женщина, у тебя есть ребенок, и теперь ты станешь моей женой. Твоё саморазрушение вышло за границы разумного. — Я могу не пережить заточение. – Она всхлипнула. — Ты так долго стремилась на ту сторону, а теперь ты боишься, что неделя в Подземелье тебя убьёт? – Он рассмеялся. – Лицемерка. Или это всё было просто поводом потрепать мне нервы? Манипуляции? Зачем ты три года пыталась себя убить всеми возможными способами, чтобы сейчас реветь из-за недельного заточения? – Гермиона расплакалась и уже совершенно не слушала, что он ей говорил. — Эти таблетки помогают мне чувствовать себя живой. Я долго работала над тем, чтобы улучшить состав и убрать побочные эффекты. Они держали меня в тонусе эти три года, пока ты манипулировал сыном и нашими свиданиями. Если бы не таблетки, всё бы давно закончилось. Теперь ты хочешь отобрать и это, приблизив меня к точке невозврата? – Глаза покраснели от слёз, она хлюпала носом и растирала едкую соль по щекам. — Ты сама загнала себя в эту яму! Ты сама выбрала путь саморазрушения! – Его голос звучал раздраженно. — Сначала, ты отобрал мою жизнь! – Воскликнула Гермиона и свернулась под одеялом, тяжело дыша. Она пыталась взять себя в руки, но её трясло. Том сел рядом на край кровати и положил руку на её плечо. – Почему ты просто не можешь оставить меня в покое. Ты получил сына. У тебя теперь есть наследник, который продолжит твой род. Я тебе не нужна, Том. — Ты – крестраж. Я не могу никуда тебя отпустить. – Он гладил её по волосам, пока она содрогалась от слёз. – Хватит разрушать свою жизнь. Ты можешь использовать ресурсы, власть, возможности. Ты можешь использовать все инструменты для достижения своих целей. Посмотри на это с другой стороны. Не ищи выход из клетки, преврати клетку во что-то новое. – Гермиона подняла заплаканные глаза на Тома. — Ты рассуждаешь с господствующей позиции, в которой у тебя есть всё, в которой ты играешь главную роль. Ты центр этого мира, и ты предлагаешь мне смириться и использовать твои ресурсы там, где такие как я ничего не значат? Ты намерен жениться на маглорождённой, хотя браки с ними запрещены. Ты создал среду, где тебе позволено всё, даже нарушать тобою созданные законы. Ты хочешь показать маглорождённым их место, взяв меня в жены и сделав первой леди, когда им запрещено заходить в магазины и общаться с чистокровными? — Ты станешь моей женой, потому что ты мать моего ребенка. Твоя кровь здесь совершенно не причём. У тебя будет официальный статус, и ты сама можешь придумать, как именно этим распорядиться. Не воспринимай это как тюрьму для своего ЭГО, воспринимай это как пространство для развития. Я не могу тебе позволить уничтожать себя. Ты не даешь себе возможности на нормальную жизнь. Ведь именно нормальной жизни я хотел для тебя, когда забрал из плена Пожирателей Смерти. — Не надо строить из себя спасителя. Ты манипулировал, стирал мне память, воспитывал меня под себя, а потом решил, что ребенок – это лучшее средство от депрессии. Ты думал, что ты сможешь переключить моё внимание на сына, но, когда женщина находится и так в уязвимом положении, забота о ребенке истощает еще сильнее. Женщина чувствует давление, она понимает, что теперь она вообще не может распоряжаться своей жизнью, потому что она несет ответственность за жизнь другого существа. Теперь она мать, и больше она не свободна. Её жизнь ей не принадлежит. – Том вздохнул. – Это не значит, что я не люблю Генри. Это значит, что ты решил всё за меня, потому что хотел привязать меня еще сильнее. Сделать полностью зависимой. Показать мне моё место. Вместо того, чтобы просто меня любить и обо мне заботиться. Вместо того, чтобы подвести меня к мысли о том, что я хочу стать матерью твоего ребенка, и возможно не одного. Ты пошел по другому пути. И если бы это было случайностью, то я могла бы это оправдать, но ты сделал это намеренно. А я просто не справилась с новой ролью, потому что я была не готова. И ты знал, что я не готова, но тебя всё равно это не остановило. Я очень люблю нашего сына, он прекрасный ребенок, а ты прекрасный отец. Но ты не имел права так со мной поступать. Ты не имел никакого права отбирать мою свободу. – Слёзы текли на простыню, на которой образовалось большое пятно. Том молчал, гладя ладонью её кудрявые волосы. Эти три года очень многое изменили. Он заботился о сыне и прекрасно влился в роль отца. Генри сопровождал его в разных поездках, он был частым гостем в Министерстве Магии. В кабинете Тома был оборудован уголок для сына с раскрасками, карандашами и игрушками. Никто не открывал рот и не распускал слухи о Гермионе в Министерстве. Том четвертовал бы любого, кто осмелиться что-либо о ней говорить. Да, её эксцентричная персона подвергалась осуждению в обществе в целом, но также многие знали её как волшебницу, которая способна помочь каждому, кто нуждается в поддержке. Том поцеловал Гермиону в висок. — Ты очень мне дорога. Я не хочу тебя потерять, и я не хочу, чтобы Генри рос без матери. Ты была полностью права, говоря, что я не могу лишать сына полноценной семьи. Я вырос в приюте, но мой сын должен иметь обоих родителей. – Том вздохнул. – Неужели ты хочешь постоянно пропадать в злачных местах, оставаться в гостинице Сивого и устраивать драки в трактирах? Посещать «Энигму», чтобы смотреть на чужой секс и гонять на байке по ночному городу? Это и есть предел твоих мечтаний? Вместо серьёзного разговора со мной, в котором ты могла объяснить, в чём ты нуждаешься и что тебе нужно, ты выбрала путь полного саморазрушения. Ты могла бы мне всё рассказать, я бы дал тебе абсолютно всё. Я не ставил тебе границ, я не стыдил тебя за желания, я не называл тебя унизительными словами. — Том, всё очень изменилось. С тех пор, как я попала в твои руки и начала жить в твоём мире, я тоже изменилась. Я окунулась с головой в мир насилия, я видела темную сторону твоего правления, я доставляла медикаменты работницам Лютного Переулка, у которых не было никакого выбора, кроме как торговать своим телом. Я лечила болезни, о которых ты даже не знаешь. И жила среди оборотней, которые всё равно оказались на обочине жизни. Они так и не стали полноправными членами общества. Я варилась вместе со всеми в этом аду, пока твои чистокровные дружки считали галеоны и пили огневиски. Ни один нормальный человек этого не выдержит. Допинг будет единственной вещью, которая держит его на плаву. Это не про зависимости. Это про выживание в мире, где ты создал такие условия. — И поэтому ты решила глотать таблетки? Чтобы быть ближе к низшему кругу? – Том с непониманием посмотрел на Гермиону. — Нет. Эти таблетки вытащили меня из Мунго, когда уже ничего не помогало. Эти таблетки дали мне пинок к развитию. Я создала свою систему, где оказывала помощь тем, кому она действительно нужна. Я продвигала какие-то вещи и рассказывала тебе об их важности. – Её голос был тихим, но она уже не плакала. — Именно поэтому в Министерстве Магии у тебя будет больше возможностей, чем в Мунго. Невилл прекрасный специалист, он справится. И никто не говорил, что ты не можешь предлагать какие-то свои разработки. Не говоря уже про законы и новые правила. Прошло 10 лет. Пора не просто адаптироваться, пора участвовать во всём, куда могут дотянуться твои руки. Неужели ты этого не понимаешь? Это не просто шанс. Это реальная возможность заявить о себе и о других. – Том вздохнул, стирая последние слёзы с её лица. — Ты хочешь, чтобы я начала борьбу за права тех, кого ты хотел этих прав лишить? Ты действительно хочешь, чтобы твоя жена пошла против тебя и начала кампанию по вызволению маглорождённых? – Она с непониманием смотрела в его лицо. — Моя жена сможет очень многое. Она просто ещё не поняла, какой силой и властью она обладает. – Том хитро ухмыльнулся. – Видишь, ты уже готова быть моей женой. Осталось дело за малым. – Том поцеловал её в губы. Гермиона зажмурилась и вздохнула. – Ты знаешь, что очень люблю тебя. И за 10 лет ничего не изменилось. И я знаю, что ты любишь меня несмотря на то, что я совершил. Ты любишь нашего сына, который не заслуживает расти без матери. Я готов пойти на любые уступки, но после того, как ты станешь миссис Реддл и займешь своё почётное место рядом со мной. Перестань убегать от реальности и лишать себя нормальной жизни. Стань полноправной частью этого мира и возьми от него всё, что можешь. Я буду всегда на твоей стороне. Я больше не могу позволить тебе медленно себя убивать. Пожалуйста, услышь меня. – Он обнял Гермиону, поцеловал её в макушку, тяжело, но облегченно вздохнул и встал с кровати. – Генри уже проснулся. Он в своей комнате. Думаю, он будет рад тебя увидеть. Одежда в шкафу, обувь в коробках. Попроси эльфов, они приготовят завтрак. Няня здесь. Я в Министерство. Камины открыты. Ты – не пленница. – Том вышел из её комнаты, оставив её один на один со своими мыслями. Том знал, что он поступает правильно. А ещё он знал, что она его не ослушается, что она не сбежит, и не станет больше себе вредить. Это был выбор, без выбора. Гермиона была достаточно умной, чтобы понять реальное положение дел и реальную возможность своего влияния на происходящее. Он играл на эмоциях, он показывал новые перспективы в её новой позиции, он был прав абсолютно во всём, и она тоже это понимала. Бесполезно было противиться новому статусу, так как из него можно выжать гораздо больше, чем из нынешнего положения. К чёрту гордость! К чёрту благородные порывы и попытки что-либо доказать. Нужно просто играть по его же правилам и строить свою систему, основанную на личных ценностях. Гермиона осознала, что в Министерстве Магии она сможет гораздо больше. И тут ей стало спокойно. Она выдохнула, убрала пятно от слёз на простыне с помощью магии, встала с постели и пошла в душ. После душа, она надела синее трикотажное длинное платье и спустилась на второй этаж в комнату Генри. Дверь открылась, Генри поднял глаза и расплылся в улыбке: — Мама! – Он оставил свои игрушки и бросился в объятия матери. Гермиона прижала сына к себе и заплакала. Теперь она будет рядом и ей не нужно никуда уходить. Эльфы и няня были предупреждены о том, что Гермиона теперь будет жить в Поместье. Она расставила свои вещи, перебрала одежду и разобрала уходовые средства. Среди вещей она нашла бутылёк с эликсиром, еще было 2 порции, и она могла их принять. Гермиона помнила странное воспоминание, которое вчера всплыло в сознании во время приёма. Она сглотнула слюну, нашла блокнот и сделала запись о воспоминании. Через час она появилась в Мунго, на пороге своего бывшего кабинета, на двери которого была новая табличка «Глава научно-исследовательского отделения больницы Святого Мунго Невилл Лонгботтом». Гермиона постучала в двери и опустила ручку вниз, дверь поддалась. — Привет. – Гермиона улыбнулась и поджала губы. Невилл встал из-за стола, чтобы её поприветствовать и обнять. — Гермиона… – Его голос звучал очень грустно, он словно пытался оправдаться. — Невилл, ну что ты. Не начинай. Ты заслуживаешь этого места не меньше, а может и гораздо больше, чем я. Я пришла сюда не за тем, чтобы выяснять, кто и чего достоин. – Невилл с непониманием посмотрел на Гермиону. – Я опробовала «Эликсир» и мне есть что сказать. – Они сели в кресла. Невилл внимательно слушал. – «Эликсир» работает, если не считать, что меня рвало и я обмочилась, то он справился. Шрамы и растяжки исчезли. Кожа восстановилась. Возможно, у него будет более длительное действие и что-то ещё проявится. На спине не осталось никаких следов от аварии. Ты ведь помнишь, какие рубцы украшали мою спину. – Невилл кивнул. — Хочешь сказать, что этот вариант лучший из всех, которые у нас были? – Невилл округлил глаза. — У меня еще есть 2 порции. Я их выпью, и потом тебе сообщу о том, как всё прошло. Конечно, рано его проверять на Томе, но действие мне понравилось. — Значит, ты не против, что я буду занимать твой пост? – Невилл ухмыльнулся. Гермиона рассмеялась. — Я буду работать в Министерстве. – Невилл поднял бровь. — Ты намекаешь… – Он хитро ухмыльнулся, она кивнула. – Тогда, я буду рад нашему сотрудничеству. – Он протянул свою ладонь, и они пожали друг другу руки. – Ты же понимаешь, какие возможности перед тобой откроются? – Гермиона кивнула. – Ты можешь создать свой собственный отдел в Министерстве Магии, который будет отвечать за разработки, зелья и вакцины. А мы будем здесь, всегда готовы помочь и поучаствовать в интересном деле. – Гермиона улыбалась и стучала пальцами по столешнице. – Воспринимай это как новый вызов, а ни ограничение. Мунго хорошее место, но в Министерстве твои руки будут развязаны. — Я стану его женой. – Сказала она. — Тем лучше. Твой статус изменится, и никто не посмеет открывать свой рот и высказываться против. – Говорил Невилл. – Это все можно использовать в свою пользу. — Мне предстоит слезть с таблеток… Неделя детокса. – Сообщила Гермиона. – Пока не знаю к чему готовиться. – Невилл вздохнул. — Падение дофамина приведёт к депрессивному состоянию. После нескольких лет приема синтетиков без перерыва, это будет очень сложная неделя. Можно заменить получение дофамина другими способами, если на это будут силы. Физические нагрузки, специальная еда, секс. Тебя не будет ломать, так сильно, как маглов, но всё равно состояние будет отвратное. — Завтра закончится действие таблеток. А я не знаю, как обходиться без них. — Лорд запретил мне давать тебе таблетки. Думаю, ты понимаешь, что, если я буду тебя снабжать, голова полетит с плеч. – Гермиона кивнула. – Поэтому постарайся пережить эту неделю, а потом мы с тобой что-нибудь придумаем. — А если мне не поможет? — У меня есть нейтрализующее зелье. Могу сварить большую порцию. Его можно будет принимать каждый день. Но будет очень плохо. Будет рвота и другие физиологические реакции организма. Если ты к этому готова, то я всё сделаю. – Гермиона кивнула. – Хорошо. Тогда буду ждать от тебя сообщений. Зелье могу передать эльфам. Конечно, без тебя нам будет непросто. Нам нужен еще один надёжный человек и где его взять пока совершенно не ясно. Ведь наша компания безопасная и мы работаем над вещами, о которых другим лучше не знать. А своих людей днём с огнем не сыщешь. — Я подумаю, что можно сделать, Невилл. Но ты и сам знаешь, что из наших никого не осталось. А доверять остальным мы просто не можем. Исследования слишком необычные, чтобы рассказывать о них кому-то ещё.Тогда я пойду. Мне нужно морально подготовиться к тому, что меня ждёт. – Невилл встал из-за стола и обнял Гермиону на прощание. — Держи меня в курсе. И скажи Тому, что он может обратиться ко мне, если что-то пойдёт не так. – Гермиона кивнула. — Спасибо тебе, Невилл. Ты очень мне помогаешь. – Гермиона вышла за двери и спустилась на первый этаж. В Мунго всегда было многолюдно и шумно. Это была не единственная больница, но единственная широкопрофильная, где помогали не только людям, но и магическим существам с почти человеческим разумом, поэтому здесь можно было увидеть совершенно разный континент. Было безумно жаль расставаться с Мунго, осознавая, что Гермиона и ее отдел активно работали с оборотнями. Невилл и его команда, конечно, продолжат помогать существам, а на ней самой уже будут совершенно другие задачи. Гермиона вернулась в Поместье. Генри выразил желание увидеть Тома и попросил Гермиону сходить с ним Министерство. Личный камин Лорда оказался закрыт. Тогда они решили пойти через Атриум. Министерство Магии. Гермиона и Генри вышли из камина в Министерстве Магии. Все знали кто она, поэтому никто её не тревожил. Она вальяжно шла по гранитному полу, держа за руку пятилетнего сына, который гордо шел рядом и улыбался каждому мимо проходящему сотруднику. Генри в Министерстве знали все. Малыш был очень рад идти с собственной матерью по длинному коридору, держа её руку, своими маленькими пальчиками. Они вошли в лифт и поехали наверх. Двери кабинете распахнулись. Генри побежал к отцу, чтобы его обнять. Том не ожидал увидеть Гермиону, и уже тем более, что она сама придёт к нему, после всего, что произошло. — Привет. – Тихо сказала она улыбаясь. Том взял ребенка на руки и подошел к Гермионе, чтобы её поцеловать. Она ответила на поцелуй. Генри улыбнулся и поцеловал Гермиону в щеку. — Это очень неожиданно. – Тихо сказал Том. — Твой камин оказался закрыт. Пришлось идти через Атриум. – Заявила Гермиона и села в кресло. — Ты в порядке? – Поинтересовался он, Гермиона кивнула. — Была в Мунго. Поговорила с Невиллом. Он сказал, чтобы ты обращался к нему, если что-то пойдет не так. Он поможет. – Гермиона вздохнула, Том её услышал. — Я подал заявление на вступление в брак. Нам подготовят документы и сможем официально стать супругами. – Гермиона кивнула. – Предлагаю устроить приём и отпраздновать, если ты не против. – Том серьёзно смотрел на Гермиону. — Да, я думаю, мы можем устроить праздник. Но у меня есть условие. Сивый и Уайлд будут на торжестве. Я не могу оставить их не удел, и не выказать им уважения. Они должны быть приглашены несмотря на то, что это противоречит законам чистокровного общества. – Гермиона посмотрела на Тома, тот ухмыльнулся. — Я согласен. Если ты хочешь их видеть на торжестве, значит они будут приглашены. Если у тебя есть кто-то ещё, кого бы ты хотела пригласить, просто напиши мне список. — Спасибо. – Она улыбнулась, смотря на счастливого Тома и Генри. Ей стало спокойно и хорошо. Наверное, на данный момент это было лучшее решение из возможных. Она была готова попробовать и дать шанс Тому и себе. Невилл был прав, Министерство Магии – это совершенно другой уровень власти. После Министерства Магии Гермиона прогулялась с сыном по Косому переулку. Они зашли в кафе и парочку магазинов, купили новые книжки и несколько новых игрушек. Теперь Гермиона сможет читать сыну сказки на ночь, укладывать его спать и целовать в кудрявую голову. Волшебники оборачивались, видя Гермиону с сыном. Её пропускали в любые магазины и заведения, несмотря на значок на груди. Она пользовалась своим положением, постоянно держа в голове мысль о том, что пора уже с этим заканчивать. Когда она попадет в Министерство Магии, она будет поднимать вопрос об отмене разделения на группы по чистоте крови. Если и использовать своё положение, то только так. На благо общества и таких же людей, как она. Кажется, она смирилась с происходящим. По крайней мере она очень многое обдумала и взвесила. Гермиона Грейнджер – всего лишь его фаворитка, Гермиона Реддл – его законная супруга. Позитивных моментов здесь было намного больше. Если ситуацию нельзя изменить, под неё можно подстроиться и принять её с честью. Так Гермиона и сделала. Поместье Реддл. Лорд появился в Поместье после 6 часов. Гермиона была в комнате Генри, они лежали на кровати, и она читала ему сказки из книжки, которую они купили в Косом переулке сегодня днём. Лорд застыл в дверях, наблюдая эту милую картину: Гермиона была одета в домашнее платье, на ногах были смешные цветные носки, волосы собраны в пучок. Генри был одет в яркую майку, перемазанную красками, светлые шорты и такие же цветные носки,как у Гермионы. Они выглядели счастливыми. Лорд улыбался, глядя на свою семью. Гермиона подняла на него глаза, Генри его заметил и побежал к отцу. — Привет, Том! – Сказала она и улыбнулась. Том взял Генри на руки и направился к Гермионе, сев на край кровати возле неё. — Привет. – Он наклонился, чтобы её поцеловать. Она коснулась пальцами его лица и прикоснулась к его губам своими. – Очень рад тебя видеть дома. Генри обнял обоих родителей и поцеловал каждого в щеку. – Ты всё обдумала? – Гермиона кивнула. — Я согласна, Том. Я хочу попробовать. – Он поцеловал её в лоб и прижал к себе. — Спасибо, что согласилась пойти мне на встречу. – Гермиона усмехнулась. – Ну ладно, это не было добровольным согласием. – Он вздохнул. – Я просто не могу позволить матери своего ребенка не быть в статусе моей жены. Пришло время. Ты и сама это понимаешь. Просто дай мне шанс, показать себя с лучшей стороны. — Очень непривычно слышать от тебя подобные вещи. – Тихо сказала она. — Все меняются. Что я за мужчина, если не могу сделать счастливой свою любимую женщину и мать своего ребенка? Иногда нужно оставить ЭГО позади. – Лорд улыбнулся, Гермиона хмыкнула. — Поэтому, ты как истинный джентльмен все решил сам? – Она хитро улыбнулась. — Я хочу, чтобы ты начала жить полноценной жизнью. И я постараюсь сделать всё возможное, чтобы это устроить. – Гермиона вздохнула. – Просто доверься мне. – Она взяла его за руку и сжала пальцы. – Скоро будет ужин. Поужинаем вместе? – Гермиона кивнула. Генри был счастлив, он смотрел на родителей, и не мог поверить своим глазам: они дома, они вместе, они рядом с ним. После совместного ужина няня отвела Генри в комнату, чтобы с ним проиграть. Гермиона была на третьем этаже, продолжая разбирать свои вещи. Том заглянул в её комнату. — Собираешься в «Энигму»? – Заинтересовано спросил Том, Гермиона покачала головой. – Почему? — А ты хочешь, чтобы я пошла? – Она рассмеялась. — Я не запрещаю. — Пожалуй, я останусь дома. Завтра действие таблеток закончиться. И мне будет очень плохо. – Сказала она. — Я говорил об этом с Сивым. Он сообщил о том, что может помочь, чтобы стало легче. – Том обнял её сзади и поцеловал в шею. – Почему ты молчала? Почему ты решила ничего мне не сообщать? — Это побочный эффект приёма. Как только действие ослабевает, нужно чем-то заменить таблетку, чтобы вызвать ответную гормональную реакцию. Это необходимость, Том, а ни просто блаж. — Тем более. Сивый мне всё объяснил, и мне очень жаль, что я не узнал этого раньше. – Он медленно целовал её шею, его рука касалась её груди через ткань, сжимая пальцами чувствительные соски. Гермиона учащенно дышала. — Тооооооом. – Она сжала его ладонь на своей груди, вторая рука начала поднимать подол платья вверх. — Ты не хотела, чтобы я к тебе прикасался? – Шептал он ей на ухо. – Ты боялась, что я буду тебя осуждать? – Его пальцы поддели бельё и проникли в трусики. Она дернулась, а потом расставила ноги шире, позволяя его руке проникнуть чуть ниже. – Я же говорил, что я могу дать тебе всё. Меня не нужно стесняться, или бояться, или избегать. – Пальцы скользили между ног, касаясь клитора и размазывая влагу по половым губам. Гермиона прижалась к Тому ягодицами, соски касались трикотажа платья, болезненно отзываясь на трение. – В 22.00 ты отпарируешь в «Энигму». – Том убрал руку, отпустил Гермиону и вышел из комнаты. Между ног было мокро, она была сильно возбуждена и тяжело дышала. — Чёрт! Что же ты делаешь. – Гермиона села на кровать и сжала бедра, её рука прикоснулась к белью, которое было мокрым насквозь. – Он надо мной издевается. Оставалось 2 часа. Гермиона продолжила разбирать свои вещи, раскладывая их по местам. В 21.50 она вышла из Поместья и аппарировала ко входу в «Энигму». «Энигма». Гермиона поднялась на 5 этаж и зашла в свой номер. Всё стояло на своих местах. На кровати лежал зеленый короткий шелковый халат, на столике около дивана стояла дорогая бутылка вина. Гермиона приняла душ, налила вино в бокал и села на диван. Было волнительно. Она понимала, что Том скоро появится, и возможно, он будет в другом обличии. Она начала нервничать, но сделав пару глотков вина, она успокоилась. Тепло разлилось по телу и сконцентрировалось между ног. Стало немного не по себе. Гермиона осмотрела бутылку, но ничего подозрительно на ней написано не было. В 22.00 сработал сигнал замка, дверь открылась и на пороге появился Том. Загадочный, молчаливый и совершенно прекрасный. Гермиона окинула его взглядом, чтобы убедиться, что это точно был он. Всё совпало. Том осмотрел её с головы до ног, скинул одежду и зашел в душевую. Она наблюдала за тем, как он намыливал плечи мочалкой, запах геля для душа распространился по комнате. Гермиона смотрела на обнаженного Тома, и это было красиво: пена стекала по рельефному мужскому телу, струи воды очерчивали каждую мышцу, влажные волосы выглядели сексуально и привлекательно. Она опустила ладонь между ног и начала ласкать себя пальцами, наблюдая за Томом через смотровое окно; удобно откинувшись на диван и глядя за тем, как его рука скользила по члену, как член наполнялся кровью и становился всё больше. Гермиона застонала, Том бросил беглый взгляд сквозь окно и расплылся в улыбке. Он оперся левой рукой о кафельную плитку, пока правая поднималась и опускалась, скользя по стволу члена и осторожно касаясь набухшей розовой головки. Гермионе хотелось прикоснуться к ней языком и провести по уздечке вниз, размазывая слюну по всей длине члена. Гермиона кусала губы, её пальцы проникли во влагалище, надавливая на чувствительную точку внутри. Она выгнулась и застонала. Том тяжело дышал и хитро улыбался. Гермиона закрыла глаза продолжая себя ласкать, она не услышала, как затихла вода и как Том оказался перед ней: обнаженный, мокрый и в абсолютной готовности. Он схватил её за руку, и она открыла глаза, с ухмылкой осматривая его тело. Он вздернул бровь и потянул Гермиону на себя, быстро и ловко перекидывая её через плечо. Гермиона вскрикнула, а он шлепнул её по голой заднице. Место удара саднило, но приятная вибрация растеклась между ног. Том опустил её на кровать, целуя обкусанные губы, облизывая шею и обводя языком соски. Гермиона стонала, содрогаясь от каждого поцелуя и прикосновения. Он опустился перед ней на колени, притягивая бедра к своему лицу. Пару мазков языком по головке клитора и волна охватила дрожащее тело. Возбуждение было мучительно-острым. Том увлажнил головку члена с помощью лубриканта, поднял ноги Гермионы и закинул их на свое плечо, держа за щиколотки левой рукой. Он провел головкой по клитору, медленно обводя половые губы. Немного подразнил преддверие, входя на один дюйм внутрь. Гермиона выгнулась и посмотрела на Тома умоляющими глазами. Его хитрый и цепкий взгляд был немного пугающим. Том сделал толчок бедрами и оказался внутри. Гермиона зашипела, бедра сжались. Его большой палец опустился на клитор, осторожно обводя его круговыми движениями и нажимая фалангой на центр, чередуя последовательность прикосновений. Напряжение нарастало, Том улыбался и стонал, ускоряя фрикции и облизывая пальцы её ног. Гермиона сжала покрывало в ладонях и зажмурила глаза, проникновение было глубоким и немного болезненным, смазка хлюпала под пальцами, мышцы сжимались сильнее. Внезапно прозвучал звук замка, дверь отворилась. В комнату вошел мужчина и сел на диван. Гермиона открыла глаза: перед ней сидел Том в своём черном костюме, наблюдая за тем, как его точная копия сводит её с ума. Том сделал глоток вина и хитро ухмыльнулся, глядя на то, как его невеста открывает рот и закатывает глаза, содрогаясь в очередном оргазме. Гермиона ничего не поняла, смотря то на Тома, который к ней прикасался, то на Тома, который сидел перед ней на диване. Она испугалась, стремясь оттолкнуть его копию, которая не позволяла ей этого сделать, крепко держа Гермиону в захвате, пока Том номер два улыбался, снимая с себя одежду и бросая её на пол. Он подошел ближе, наклоняясь к её лицу. Она учащенно дышала и выглядела растерянной. — Существуют довольно сложные заклинания, способные сделать физического двойника, не прибегая к оборотному зелью. Расслабься. Он часть меня. – Двойник сделал резкий толчок, Гермиона сорвалась на крик. Том жадно впился в её губы, прикасаясь руками к груди и сжимая соски между пальцев. – Я говорил, что могу воплотить твои любые фантазии. – Её рука коснулась его члена, Том одобрительно рыкнул. Гермиона открыла рот, давая понять, что готова его принять. Том встал на колени, касаясь её лица, проводя головкой по припухшим губам и погружая член в её горло, пока двойник грубо трахал её вагину. Это было безумие. Она не могла сопротивляться, а только поддаться соблазну. С ней такого никогда не случалось. Её охватила дикая похоть, стоны становились громче, а оргазмы ярче. Двойник уступил место Тому, а сам плюхнулся на диван, взяв в руки бокал с вином. — Мы можем сделать это вдвоём. Нужно только твоё согласие. Я использую специальное заклинание, больно не будет. – Она посмотрела в его глаза и кивнула. Двойник встал с дивана, взял лубрикант с прикроватной тумбы и остановился рядом с кроватью, глядя на Тома и Гермиону. Том поднялся, притягивая Гермиону к себе. Она оказалась между ними двумя. Двойник прикоснулся к её талии и поцеловал в шею, пока Том целовал её губы. Устоять на ногах было нелегко. Член Тома упирался в лобок, член двойника касался её бедра. Том поднял её на руки, насаживая до основания, она обхватила его бедра ногами. Двойник подошел сзади, прошептав нужное заклинание и увлажняя анальное отверстие лубрикантом. Гермиона почувствовала давление, а после двойник вошел в неё на всю длинную. Руки сжались на плечах Тома, тело задрожало и они остановились. – Дыши и ничего не бойся. – Прошептал ей двойник, начиная медленно двигаться, она откинулась на его плечо, ощущая два члена внутри себя. Это было странно и восхитительно одновременно. Напряжение становилось сильнее, они ускоряли фрикции, целуя Гермиону с обеих сторон. Она терялась в эмоциях, тело было податливым и расслабленным. Оргазмы уже никто не считал. Когда она обессиленно рухнула на Тома, оргазм накрыл их обоих, одновременно наполняя оба её отверстия. В душ они отправились втроём, держа Гермиону с обеих сторон и омывая её тело гелем для душа. Через десять минут она отключилась на кровати, закутанная в махровое полотенце. Двойник исчез. Том аппарировал Гермиону в свою комнату в Поместье.