Живые схемы

Считыватель коротко пискнул, этот звук стал уже таким же привычным, как будто Лиам открыл дверь в офис аналитики. Он вошёл в массивную дверь архивного кабинета, и его тут же окутал запах старой бумаги. Глаза по привычке скользили по помещению, он его запомнил ещё с первого раза, но не мог удержаться, чтобы не проверить стабильность ещё раз. В кабинете было действительно много документации, она ровно стояла на полках, те самые серые папки с короткими подписями, которые Лиам приметил ещё, как только попал в компанию. В архиве царил ровный порядок, папки расставлены по клиентам и отсортированы по годам чьей-то заботливой рукой. На некоторых шкафах стояли уже знакомые считыватели, файлы в них были явно более ценными, чем Лиам получал сейчас. Глаза остановились на уже знакомых инициалах, которые он увидел, когда впервые заприметил эту дверь. Всё ещё недоступные и далёкие, хотя находились на расстоянии вытянутой руки. Лиам кивнул админу архива, который сидел в дальнем углу комнаты, ему кивнули в ответ. Это даже было похоже на встречу двух старых коллег, которые частенько работали вместе и считали друг друга частью рабочего процесса. А ведь месяц назад он мог только поглядывать в тонкую полоску стекла и медленно проходить мимо. Теперь он сидел здесь, и никого это не смущало. Он перестал считать дни от проекта с тех пор, как Фор одобрил его работу и согласовал доступы к данным, до которых Лиам планировал добираться обходными путями. Работы стало намного больше, теперь Маркус даже не отчитывал его за вечерние задержки, каждый в отделе понимал важность проекта. Лиам снял бейдж и положил его на стол. Он стал для него уже не просто чужой биркой, как в первый день, а будто прирос и стал таким же привычным, как и имя на нём. Слово «младший» тоже тихо ушло, Лиам даже не запомнил день, когда это случилось. «Кто же знал, что добраться до закрытой документации «Ардена» будет проще, если тебя любезно к ней пригласят». Лиам положил ноутбук и осмотрел стол, за которым уже несколько дней была разложена документация, над которой он работал. Место открывало отличный обзор на дверь и остальные столы, так что Лиам легко мог видеть почти всё, что происходило в этой комнате. Сидеть спиной к двери он не любил, поэтому был приятно удивлён, что выбор оказался довольно богатым. Перед тем как снова уйти с головой в документы, взгляд привычно скользнул по углам и пересчитал камеры. Его край стола было видно настолько, чтобы любой смотрящий заметил его работу, но не увидел лицо. Слабая слепая зона, одна из немногих, но даже она давала приятный комфорт. Он придвинул к себе верхнюю папку и открыл её на том месте, где остановился вчера. Для всех он выглядел тем, кем должен, — старательным сотрудником, который дотошно и по крупицам собирает гипотезы для проекта. Но Лиам помнил, для чего он был тут, проект подарил ему отличную возможность сидеть в архиве целыми днями и спокойно листать всю документацию, которую «Арден» так просто не отдал бы. Он сверял гипотезы для проекта и делал пометки для себя о том, как холдинг работает с безопасностью клиентов. Некоторые дыры как будто оставляли специально, они могли повторяться у разных клиентов, обычный сотрудник не обратит на это внимание, но Лиам выделил это как полезную привычку — оставить дверь открытой для себя и пользоваться ею, когда тебе нужно. Без чьего-либо разрешения на вход. «Вы подали ваш метод мне на блюдечке, как мило». Опять на глаза попался тот же вход, что и пару клиентов назад. Лиам почти восхищался такой наглостью, которая была слишком хорошо замаскирована под заботу. Восхищение сошло на нет, когда он снова вспомнил, что теперь именно ему это всё и разгребать в рамках проекта, который он сам же и предложил. Папка захлопнулась и отправилась на край стола. Часть документации велась в цифре, каждый раз вызывая у Лиама смешок от того, насколько же много «Арден» тратится на бумагу. Он отсмотрел несколько файлов, в которых было всё более чистым, безопасность велась почти ровно, дыры оставались в рандомных местах. Всё это можно было свести к простому недосмотру проверки, что и сделал бы любой сотрудник, который хочет усилить механику проверки. То, что нужно проекту. Ссылки полетели в отчётный дашборд. Дыры не могли быть рандомными, Лиам понимал, что даже мелкие входы будут полезны тому, кто о них знает. Зато эта информация была самой безопасной аргументацией. «Ты бы сейчас тоже спросил, не скучно ли мне? Очень скучно». Лиам прикрыл улыбку рукой. Эта скучная документация на серверах не давала ничего, что Лиам искал, только сплошную скуку. Проект он давно усилил аргументацией и ретроданными, но до своей цели всё ещё не дошёл. Рука потянулась к физической папке, которая лежала рядом на столе, ожидая внимания аналитика. Старое дело, крупное, но уже давно закрытое, — обычная клиентская история, каких он пролистал не один десяток. Та же открытая часть, те же проверки, та же арденовская логика с «дополнительными контурами». Вот только слабые места этого клиента Лиам узнал раньше, чем успел сообразить, откуда. Пальцы остановились на листе сами. Он знал эти входы — не из этой папки.

***

«А они сегодня рано». Лиам смотрел на экраны с десятками изображений, среди которых было видно пост охраны. Обычно они проверяли системы в 20:00, сейчас на часах было только 19:43. Возможно, решили сегодня отделаться от рутины пораньше. Глаза скользнули к камере архива, его было видно не полностью, но Лиаму было достаточно даже этого, чтобы заметить. — Эйден! Что творишь? Человек, который лишь внешне был похож на специалиста из клининговой службы, потянулся к ручке двери. — Сейчас есть шанс забрать, потом быстро слиняю, не кипятись. — Стой. — Лиам сказал это спокойно и буднично, хоть и сжал руку в кулак так, что даже костяшки побелели. Было бы куда проще врезать по этой руке, но их отделяли несколько километров, и единственным инструментом контроля был только наушник в ухе Эйдена. — Действуй, когда скажу. — Взгляд вернулся к камерам охраны, Лиам выжидал, когда проверка безопасности закончится и они смогут тихо войти в кабинет. Эйден остановился, рука так и не дотянулась до двери. Он взял ведро и швабру, продолжая создавать видимость тщательной уборки. Губы были поджаты, он никогда не любил, что щенки вроде Лиама, которые даже не нюхали реального поля, могут вот так легко им помыкать. Когда копошения охраны прекратились, Лиам подождал ещё несколько минут, чтобы убедиться: эти ребята строго соблюдают свои привычки и сейчас один пойдёт курить, а второй сядет попивать кофе и будет листать ленту. — Можешь идти. — Лиам скомандовал, как только дверь выхода за одним из охранников закрылась. Эйден, не скрывая улыбку, бросил швабру и двинулся к двери кабинета. Он четко помнил план Лиама. Конечно, ведь этот хвалёный стратег ему три дня вбивал в голову каждую слепую точку камер, ещё и проверил потом, что Эйден их запомнил и смог начертить на схеме кабинета. Было достаточно короткого сбоя камеры, не больше 10 секунд, и в руках Эйдена уже грелась флешка с частью архивной информации по их клиенту. Камера включалась. Лиам увидел, что Эйден только-только закрывал ящик стола, прихватывая с собой ещё и пару дисков, которые они не хотели брать из-за нехватки времени. Красный огонёк камеры моргнул, он запомнил лицо человека, которого в этом кабинете не должно было быть. Эйден вылетел из кабинета, широко открывая дверь, камера в коридоре не была ослеплена. Теперь она знала не только лицо, но и телосложение. «Блять, я же просил тебя действовать по плану, кретин». Лиам ходил из стороны в сторону в кабинете и, выдохнув, скомандовал: — Уходи. Провожать почти не пришлось, под вечер в здании практически никого не осталось, а остальным было плевать на уборщика, который решил чуть пораньше сбежать домой. Вот только что делать с записью? Спустя несколько часов после того, как Эйден вернулся, их вызвали к боссу. Лиам всё ещё пытался придумать, как им аккуратно вычистить запись, при этом не спалившись ещё раз. Он уже на ходу сочинял сценарии, которые помогут попасть в охранный пункт. Чем ближе они подходили к кабинету Кая, тем более неровно становилось дыхание стратега. Он успокаивал себя тем, что сможет подать новый план как необходимость. Несколько раз кольцо на руке поменяло палец, Лиам только надеялся на хорошее настроение Кая. Они вошли в кабинет, серые плиточные полы отзывались мягким звуком на каждый их шаг. Кай стоял, прижавшись к стене, и молча кивнул в сторону вошедших, ожидая отчёт об операции. Лиам рассказал все детали и передал все носители, которые Эйдену удалось вынести. Похвалил его работу, но промолчал о том, что записали молчаливые наблюдатели в углу кабинета. Кай отозвался, сказав, что они отлично сработали. — Неплохо, Лиам. — Он почувствовал, что кончики пальцев похолодели. — Вот только я предупреждал: если лицо уже заметили, то лучше его будет похоронить, — Кай повернулся с широкой улыбкой на лице. Выстрел.

***

Привкус железа во рту вернулся раньше всего остального. Лиам отложил документы — руки сделали это сами, ровно и аккуратно. Его затошнило, и он опустил взгляд к рукам. Они были чистые. Ровные пальцы, серебряное кольцо, чужой архивный лист под ладонью. Чисто. Он сидел в архиве «Ардена», с того дня прошло почти два года. Тело всё равно отказывалось верить. Эйден опускался на колени, медленно, будто ему зачем-то дали на это время. Улыбка Кая, широкая и довольная, которая появилась на лице ещё до того, как он поднял пистолет. Эйден пытался зажимать рану руками, это не помогало. Кровь растекалась дальше с каждой секундой, постепенно подбираясь к ботинкам Лиама, но он просто стоял. Стоял. Он не пошевелился. Человек, который три дня вбивал Эйдену в голову каждую слепую зону камер, который всё рассчитал и всё проверил, — даже не смог отвести глаза. Лиам помнил, что тогда тело просто отказалось двигаться. Вся его хвалёная выдержка свелась к одному: он стоял в чужой крови и смотрел. Эйден ещё дышал, пытаясь поймать воздух, но каждый вздох был рваным и тяжелым. Хрипы оборвал второй выстрел. Тошнота отступила так же резко, как накатила. Под ладонью лежал лист с клиентскими согласованиями, верхняя лампа ровно заливала стеллажи холодным светом. Где-то за полками тихо стучал по клавиатуре сотрудник архива и не поднимал головы — для него ничего не происходило, просто аналитик второй час сидел над бумагами. Лиам постарался выровнять дыхание. Покрутил кольцо большим пальцем — раз, другой — и заставил руку остановиться. Поправил лист, хотя тот и так уже лежал ровно. Быстро успокоиться не получалось. Он заставил себя сидеть ровно и выглядеть спокойно, пусть внутри и накрывало, но окружающим этого знать не обязательно. Эти воспоминания все равно будут возвращаться, ему сейчас было не до копания в старых ранах. Он давно знал короткий путь к норме: дать голове работу, и тело станет неважно. Цифры не будут улыбаться, не будут истекать кровью, пока ты на них смотришь. Они отличная опора, когда твёрдая земля начинает теряться под ногами. Лиам подтянул к себе листы. Он хорошо запомнил дыры в безопасности клиента, именно через них они работали с Эйденом, но именно их и было нужно прикрыть перед остальными. А сейчас на столе они снова светились так же ярко, как будто ими никто не занимался. Кто-то шел тем же путем, что и они когда-то, проверял те же гипотезы и искал те же рычаги. Но откуда эта информация взялась у «Ардена»? Он потер лицо руками, собирая всё в цельную картину. Два года Лиам считал, что клиент просто решил сдать позицию и отступить по каким-то своим причинам. Дело точно было выигрышное, и он списал это на давление со стороны закона. Это была бы реалистичная причина, по которой можно сдаться и всё бросить прямо перед финальным рывком. Теперь реалистичной она больше не казалась. «Значит, ты не просто так спасовал, а «Арден» надавил на эти дыры?» Лиам был почти уверен, что прав. Но снова бросить на середине, когда он снова нащупал эту ниточку, которую тянул с собой несколько лет? Ну уж нет. Нужно было с этим разобраться до конца и понять, что именно сделал «Арден», какие слабости клиента использовал и зачем. Он встал из-за стола и подошёл к менеджеру, который заведовал архивом. Остановившись от него в нескольких шагах, он поджал губы. С чего бы аналитику интересоваться старым судебным делом и его итогами? Это была совершенно глупая затея. Но он был в шаге от разгадки и уже не хотел сдаваться, Лиам подготовил несколько аргументов об этом архиве, как он будет его использовать для проекта оптимизации. Потому что менеджер наверняка опять спросит о целях использования. — Вы что-то хотите запросить? — прошло несколько секунд, как Лиам молча стоял у стойки, и менеджер вопросительно смотрел на человека, которого поглотили собственные мысли. — Да, извините, я бы хотел получить информацию о деле N, которое упоминается вот в этих документах. — Он положил на стол бумаги. В очередной раз сдержал лицо, чтобы не поморщиться, он так долго водил людей и открывал им двери, а теперь о его доступах решает кто угодно, но только не он сам. Архивариус посмотрел на номер папки и что-то быстро вбил в компьютер. Лиам заметил, что тот нахмурил брови и ещё раз глянул на документацию. — Минуту, — мужчина отошёл к стене, на которой висел стационарный телефон, и снял трубку. — Да, тут пришёл запрос по архиву 103N. — Пауза. — Нет, Элай Вейл, аналитик. — Пауза была дольше, Лиам не слышал, что говорил собеседник в ответ. — Понял. Уточню наверху. «А сразу не мог сказать, что мне по статусу не положено?». Лиам знал, что не было смысла соваться так открыто и заявлять о своём желании вскрыть то, что «Арден» так тщательно прячет, но бездействие уже надоедало. — Извините, Элай, сегодня не смогу предоставить файлы, завтра вернусь с ответом, — мужчина натянуто улыбнулся и отвернулся к монитору. — Благодарю, — Лиам тепло улыбнулся тому, кто уже и не смотрел в ответ. Он вернулся за стол, хотелось просто выкинуть все эти документы к чертям. Он месяц не сталкивался с запретом на эти бумажные секреты, но стоило зацепить что-то знакомое, как дверь захлопнулась прямо перед лицом.