DxD: Падший ангел

      Громкий писк будильника разорвал утреннюю тишину в номере отеля и Эшли нехотя открыла глаза. Чувствуя, как этот резкий звук отдается в висках болезненными импульсами, словно кто-то вбивал туда гвозди, девушка издала недовольный стон и выключила будильник, позволив тишине вновь заполнить номер. — Твою мать... Мне всё хуже и хуже. - произнесла вслух Эшли едва слышным шёпотом, словно боясь этой жестокой правды. Тихо вздохнув, девушка скинула с себя одеяло и сев на край кровати, взяла баночку обезболивающего. Утренний ритуал, который стал для Кригер такой же нормой, как чистка зубов. Приняв пару таблеток и запив их водой, Эшли встала с постели, ощущая себя чуть лучше. — Ещё хотя бы неделю... Господи, дай мне ещё одну неделю... Сказав это, она пошла в ванную. Щелчок выключателя и небольшую ванную комнату озарил свет, а Эшли подошла к раковине и оперевшись о её края руками, посмотрела на себя в зеркало. — Ну... Могло быть хуже. - сказала девушка с горькой улыбкой, увидев своё уставшее лицо с заметными кругами под голубыми глазами, вызванными уже ставшим привычным недосыпом. После чего, Эшли взяла расчёску и привела свои блондинистые волосы, средней длины, в подобие порядка. А потом она умылась холодной водой и тяжело вздохнула, желая просто ударить кулаком по своему отражению, чтобы испытать хоть что-то, кроме отчаяния... Ведь Эшли Кригер, некогда блестящий детектив полиции Нью-Йорка, умирает от рака мозга и, по прикидкам врачей, ей осталось жить меньше месяца. Потому, не желая быть призраком самой себя и оттягивать неизбежное, Эшли просто решила провести последние недели в Японии, как она мечтала ещё с самого детства, когда была мелкой девочкой, любящей "Сейлор Мун" и прочий бред про таких обычных и одновременно крутых школьников.       Закончив смотреть на себя в зеркало, Эшли вернулась в комнату и принялась одеваться, чтобы выйти на улицу и подышать воздухом. Наряд у девушки весьма стереотипный, для детектива. Черные кожаные сапоги на коротком каблуке, обтягивающие черные брюки с подтяжками, белая не заправленная в брюки блузка с закатанными по локти рукавами и черные кожаные перчатки. Чувство стиля было тем единственным, что Эшли старалась сохранить в себе. Ведь даже будучи сжираемой болезнью, она ловила на себе взгляды прохожих, что дарило Кригер чувство того, что даже умирая, она способна быть привлекательной.       Посмотрев на себя в зеркало ещё раз, словно пытаясь разглядеть прошлую, Эшли взяла телефон и ключи, а потом вышла из гостиничного номера. Пройдя по коридору гостиницы, девушка вышла на улицу. Улица встретила Кригер лучами летнего солнца и шумом городской суеты, полной ездящих по дорогам машин и идущих по своим делам людей, занятых своими делами. Город жил своей жизнью, совершенно не замечая угасающую душу, что готовится встретить посмертие.       Вдохнув полной грудью свежий воздух, Эшли пошла бродить по городу. У неё не было конкретной цели. Находясь на пороге смерти, бывшая детектив хотела впервые в жизни просто насладиться моментом и ощутить себя так, словно весь мир поставлен на паузу... Будто она может позволить себе потратить целый день на беспечное любование окружающими красотами и ощутить себя частью живого мира... Будто желая наверстать упущенное. Ради этого, она даже начала курить. "Зачем бояться рака легких, когда уже одной ногой в могиле." - с ухмылкой подумала бывшая детектив, закурив сигарету и позволив табачному дыму наполнить легкие.       Эшли не знала как называется этот город и ей было не интересно. Она просто путешествовала по Японии, чтобы исполнить свою глупую детскую мечту побывать здесь. А зачем и почему? Ей было плевать. "Жизнь стала слишком коротка, чтобы думать о мотивах своих желаний." - думала Эшли, когда она задумывалась о том, что ею движет в этот момент. Самое главное заключалось в том, что ей нравилась эта атмосфера чужого края, пропитанного традиционализмом и прогрессом.       Ощутив жажду, Эшли потушила сигарету и выбросив её в урну, зашла в круглосуточный магазин, тут же ощутив приятную прохладу от работающего в торговом зале кондиционера. Людей в магазине почти не было. Лишь кассир, пара женщин и сама Эшли, что подошла к холодильнику и выбирала какой необычный напиток попробовать сегодня. — Ой... Смотри, Юки. - прошептала одна из женщин в магазине, обращая внимание своей подруги на Эшли. — Знаешь, для туриста она очень ничего. - ответила вторая женщина, похихикав в ладошку, словно сплетница викторианской эпохи. Губы Кригер тронула тень улыбки и теплое чувство собственной привлекательности. Но атмосфера в магазине быстро изменилась, когда в магазин зашла другая женщина. Это была молодая высокая женщина с длинными черными, словно вороново крыло, волосами и добрыми светло-коричневыми глазами. Увидев её, кассир и две другие женщины фыркнули, будто присутствие этого человека оскорбляло их честь, что тут же привлекло внимание Эшли. Инстинкты детектива тут же начали сигналить о том, что тут что-то не так. "Интересно... Что она им такого сделала?" - подумала Кригер, взяв себе из холодильника колу со вкусом шоколада и апельсина, типичный атрибут странной любви японцев к необычным вкусам. Пока Эшли шла к кассиру оплачивать напиток, черноволосая женщина просто набирала продукты, игнорируя недобрые взгляды окружающих. Со стороны могло показаться, что женщине плевать на мнение других, но девушка видела, что за добрыми глазами скрывается боль и обида. За свою службу, Кригер не раз видела таких людей, которые сохраняют видимость нормальности и иллюзию счастья. Не ради себя, а ради родных, чтобы не заставлять их волноваться. Самое горькое заключалось в том, что такие люди, чаще всего, оказывались раздавлены грузом чужого осуждения, не выдержав копящийся на сердце стресс и боль. "Эх... Это не моя проблема... Я уже не коп." - подумала Эшли и заплатив за колу, пошла в сторону выхода, но ведомая странным чувством долга, она остановилась у стенда с газетами, чтобы понаблюдать за черноволосой незнакомкой. – С тебя 7.650 йен, Шури. - сказал кассир женщине, когда та пришла пробивать товары. Такая высокая стоимость, сильно удивила Эшли. А черноволосая женщина, которую зовут Шури, слегка напряглась, явно тоже не ожидая таких цен. — П-почему? На кассе же написано 6.150. - вежливо и мягко ответила Шури, не желая конфликта, но кассир лишь фыркнул и сказал: — Не нравится, уходи. Все вопросы к начальству. Простой в своей жестокости и безразличии ответ. Эшли решила не быть равнодушной, находясь на полпути в могилу, а потому подошла к кассе и отсчитав восемь тысяч йен, громко положила их на столешницу. Ведь девушка понимала, что в таких городах не так много магазинов и если Шури пришла в этот, то у неё просто нет выбора и другие просто отказываются обслуживать её по какой-то надуманной причине. — Я оплачу и сдачи не надо. - твердо сказала бывшая детектив и посмотрела на Шури, чтобы дать понять ей, что отказа она примет. Сама же женщина, не ожидая такой доброты от незнакомой туристки, слегка замерла на месте, но придя в себя, поклонилась в знак благодарности. Кассир поднял одну бровь и уже собрался что-то сказать, но передумал и просто убрал деньги в кассу, выдав чек. — Спасибо вам большое. Я... Я верну вам деньги потом. — Не стоит. Деньги я в могилу не заберу. - отрезала Эшли, махнув рукой и пойдя на выход из магазина. Шури, в свою очередь, взяла пакет с продуктами и поспешила за незнакомкой. — В таком случае, позвольте мне хотя бы угостить вас обедом! Вы были так добры и я не могу не отблагодарить вас. Услышав про обед, Эшли остановилась и всерьёз задумалась. В конце концов, она уже давно не ела нормальной домашней пищи. Потому, с громким вздохом, Кригер решила согласиться. Ведь чувствовала, что Шури не отстанет и как жертва общественного порицания, будет цепляться за доброту незнакомой ей девушки. По крайней мере, Кригер так считала. — Хорошо... В конце концов, было бы неплохо попробовать на что я потратила деньги. - сказала Эшли с усталой улыбкой, решив поддерживать свой образ крутой леди. "Ну и никому не будет хуже, если я получу награду за доброту." - добавила она уже мысленно. — Уверяю вас, вы не пожалеете! Меня, кстати, зовут Химеджима Шури! - ответила Шури, чьи глаза засияли от радости, что ей впервые за долгое время встретился по-настоящему добрый человек. После чего, неожиданно для Эшли, женщина взяла её за запястье и повела к своему дому. Кригер уже думала одернуть руку, но это проявление беззаботной доброты показалось ей приятным и Эшли решила позволить вести себя. В конце концов, приятно ощутить искреннее тепло на заре жизни и сделать то, ради чего она изначально пошла в полицию. А именно сделать жизнь простого человека чуть лучше... Даже если всего на один день.       Дорога до дома Шури не заняла много времени, но Эшли не раз замечала, как некоторые прохожие бросают на её новую знакомую неодобрительные взгляды. "Обычно, так люди смотрели на мою соседку, когда оказалось, что её муж торговал веществами." - подумала Кригер, пытаясь понять в чем вообще дело. — Не обращайте внимания... Люди иногда придумывают всякое. - сказала Шури, но Эшли решила не снижать бдительность и быть готовой ко всему, что может её ждать. — И чего они придумали? - спросила девушка, желая знать чуть больше. — Они считают, что замужем за дьявола. - ответила женщина и посмеялась, но Эшли видела уже подобный "беззаботный" смех раньше, но виду не подала.       Дойдя до дома Шури, Кригер увидела весьма миленький дом в традиционном японском стиле и даже с небольшим садом. Но внимание бывшего детектива привлекла небольшая фигура, которую она увидела в одном из окон. Когда женщина с девушкой подошли ближе, входная дверь открылась и на улицу выбежала девочка примерно шести лет, что была фактически маленькой копией Шури. За тем исключением, что у девочки фиалковые глаза. — Мама! - воскликнула радостная девочка и помчалась в сторону матери, но увидев рядом с ней незнакомую американку, остановилась. — Не волнуйся, Акено. Это... - начала говорить Шури, но поняла, что даже не спросила имя у своей новой знакомой. — Я детектив Кригер. - ответила Эшли с улыбкой, что давно стало её привычкой при общении с детьми. Вовремя осознав, что информация уже не актуальна, девушка прочистила горло и сказала: — Эшли... Просто Эшли. — Эшли? - переспросила Акено, явно не встречая раньше иностранцев, а потому, словно любопытный котенок, склонила голову набок. — Да, милая. Эта девушка сегодня помогла мне и она будет с нами обедать. Потому, веди себя хорошо. - с материнской теплотой произнесла Шури и подойдя к дочери, нежно погладила её по шёлковистым волосам. Получив ласку от матери, девочка тут же начала сиять и побежала домой, пока Шури и Эшли шли следом. — Милая девочка... - вслух сказала Эшли, но быстро поняла, что этот комментарий был каким-то лишним и неловким. — Она вся моя жизнь. Нежность и тепло, с какой эти слова слетели с губ Шури, задели Кригер сильнее, чем она того ожидала. Мерзкое ноющее чувство появилось в сердце бывшего детектива. "Только этого мне не хватало... Напоминание того, что у меня нихрена нет семьи... Спасибо тебе, вселенная, что свела меня с Шури." - с горечью подумала Эшли, закатив глаза, пока никто не видел.       Уже в доме, Кригер оставила обувь и пошла в гостиную, чтобы немного отдохнуть. Сев на диван, девушка открыла свою колу и сделав пару глотков, нашла вкус весьма приятным, но внимание её быстро перехватила семейная фотография, что висит на стене рядом. Ведомая инстинктами детектива и тем, что Шури с Акено на кухне, Эшли встала с дивана и подошла, чтобы внимательнее взглянуть на фото. К сожалению, болезнь дала о себе знать тем, что висок девушки пронзила боль. Оперевшись о стену, Кригер начала тяжело дышать, пытаясь не потерять сознание. Поставив колу на комод рядом, девушка начала судорожно начала шарить по карманам в поисках обезболивающего, но боль была непривычно сильной и контроль над телом словно бы начал медленно угасать. "Нет... Нет... Только не в их доме..." - в панике думала Эшли и оперевшись о стену спиной, медленно сползла на пол. И уже в более удобной позиции, Кригер достала обезболивающее и закинула несколько таблеток, проглотив их даже не запивая. — Господи! Эшли!! С тобой всё в порядке!? - воскликнула вошедшая в гостиную Шури, увидев в каком состоянии находится гостья. Без промедления, женщина упала на колени рядом с девушкой и начала проверять температуру, пытаясь понять в чем причина. Но Эшли начала слабо отбиваться от попытки ей помочь. — Я в порядке... Хватит... - слабо произнесла девушка, начиная чувствовать как боль начала медленно отступать. — Это не порядок. Что с тобой? Услышав неожиданно твердый тон Шури, Кригер удивилась и тихо фыркнула, чувствуя себя паршиво из-за того, что вообще пришла сюда и стала проблемой для совершенно незнакомого человека. — Рак мозга. - прямо ответила Эшли, не видя уже смысла утаивать правду. Услышав это, Шури побледнела и с ужасом посмотрела на Кригер. — Какой ужас... Ты же так молода. Так несправедливо. — Несправедливо? Поверь мне, кексик, я достаточно насмотрелась на несправедливость в моей жизни. Шури слегка поморщилась от такого неожиданного фамильярного обращения, но быстро решила, что девушка так ведет себя из-за отчаяния. — Ты... У тебя есть какие-то лекарства? Кроме обезболивающего... Услышав этот вопрос, девушка громко усмехнулась и посмотрела в глаза женщины. — Нет. Я не собираюсь лечиться. Лучше я угасну как человек, чем буду валяться в постели и ждать смерти как трус, что цепляется за соломинку. — Но это неправильно... У тебя же должна быть семья... - начала говорить Шури, вообще не понимая как можно рассуждать о болезни и смерти. — Нет у меня ничего и никого. А если и есть, то им явно насрать на меня. - с горькой улыбкой ответила Эшли, отведя взгляд в сторону. — И ты хочешь выбросить свою жизнь в мусорку? Вот так просто? Даже не пытаясь бороться!? - процедила Шури сквозь зубы, не понимая Эшли, а точнее её образ жизни. Женщина не понимала, как можно вот так легкомысленно относиться к своей жизни и просто ждать смерти, словно это какой-то автобус в посмертие. — Давай ты не будешь лезть ко мне в жизнь. Я сама решу как мне жить... Точнее, как мне умирать. - перешла Эшли в агрессию, вновь посмотрев на женщину. — Я... Эшли, я не лезу к тебе в жизнь... Я просто пытаюсь понять, почему ты сдалась. — Сдалась!? Да, сказала та, что терпит презрение и слухи со стороны соседей. По крайней мере, я не делаю вид, что всё нормально. В ту же секунду, Эшли получила пощёчину от Шури. Женщина ударила девушку со всей силы, явно не собираясь выслушать от малознакомой американки упреки в свой адрес. — Ты ничего не знаешь. Заткнись, пока не сказала лишнего. - твердо сказала Шури, а Эшли поняла, что ошиблась. Она думала, что женщина терпит такое отношение к себе из-за слабости, но видя огонь в глазах Шури, огонь силы и решимости, Кригер поняла, что дело в Акено. Мать принимает на себя чужую жестокость, чтобы её дочь не подверглась травле. — Ты тоже ничего не знаешь... - уже чуть тише сказала Эшли, чувствуя себя на фоне Шури слабой. Сама же Шури ничего не ответила, но посмотрела на девушку с долей сочувствия. Чувствуя нечто уязвимое в ней. — Я думаю... Мне лучше уйти. - ещё тише прошептала Кригер, начиная медленно вставать на ноги, но женщина взяла её за плечи, не давая уйти. Шури пристально посмотрела в глаза Эшли и выдохнула, пытаясь понять что движет этой блондинкой. — Я должна тебе обед. - сказала женщина, ослабив хватку на плечах Кригер. — Не нужен мне твой обед... - ответила девушка, желая просто уйти, но голос выдал её усталость и слабость. Шури ничего не сказала и просто обняла Кригер. В этот момент, Эшли замерла. Она уже не помнила, когда её в последний раз обнимали. Обнимали по-настоящему, а не по-дружески, или ради приличия. Прямо сейчас, в объятиях Шури, она чувствовала себя по-настоящему слабой. Пока Шури улыбается тем, кто её ненавидит и сдерживает гнев ради своей семьи... Эшли просто прожигает свои последние дни в попытке убежать от реальности и чувства собственной смертности, скитаясь по Японии как дух. — Бояться - это нормально. Нельзя справиться со всеми трудностями. - по-матерински нежно сказала Шури, что ударило Кригер в самое сердце. — Я не боюсь смерти... - ответила она, уже и сама не веря в свои слова, а объятия женщи ны стали чуть крепче, но потом она добавила: — Я боюсь умереть одна...