Пепел

Джейми ушел в комнату и сначала самозабвенно копался в своем чемодане, раскладывая вокруг себя его содержимое, а потом среди устроенного им бардака открыл найденный ноут и с головой ушел уже в его содержимое. Я не стал мешать и свалил обратно на кухню. Чем заняться в свой внезапно образовавшийся выходной? Черт его знает. Я бы поспал, но там Джеймс захламил всё вокруг, начиная с пола и заканчивая моей ныне одноместной кроватью. Из-за сволочной бабки после больницы пришлось экстренно искать жилье, так что какое уж нашел. Собачья конура. Хорошо хоть нынешние владельцы адекватные попались. Жаль, ненадолго. Продавать решили — деньги срочно понадобились. Но хоть обещали вернуть оплату за оставшееся время до конца месяца. Спать захотелось ужасно. Глаза начали слипаться. Ну, правильно! Всю ночь почти думал обо всякой фигне. Вторая кружка кофе привела к тому, что меня затошнило, но бодрости не прибавилось. Голова будто набита синтепоном. Лицо покалывает горячими иголочками. Отодвинул от себя кружку и прилег на прохладную столешницу, веки сами собой закрылись, но начало ужасно ломить шею, поэтому пришлось снова подняться. Может и к лучшему, что я на сегодня отпросился. Мож, пойти и заставить Джейми убрать своё барахло с кровати? Да, наверное, надо. Стоило мне появиться в дверном проеме — он что-то перепугано спрятал за спину и вытаращился на меня своими светло-карими гляделами. Мешки под глазами у него еще остались, но в целом лицо выглядело уже получше. Да плевать мне, что ты там прячешь! Не мечись! Надеюсь, не притащил ко мне домой какую-нибудь запрещенную хрень. Хотя, я не удивлюсь. С таким-то братцем. Главное, чтобы всё забрал, когда будет сваливать, а так не моё дело. — Можешь освободить кровать? Я сегодня хреново спал. — Да-да! Конечно! Он сунул то, что прятал, в карман своих спортивок и принялся активно сгребать разложенные вещи с постели. Я, осторожно переступая те, что валялись на полу, пролез и уселся на кровать. Под зад попало что-то твердое. Вытащил из-под себя коробочку с наушниками и подал ему. Даже забавно — зарядка и наушники у него есть, а телефона теперь нет. — Спасибо, — Джейми зарумянился, будто я ему протягивал не наушники, а случайно обнаруженную игрушку для взрослых. Я уже собирался лечь, но он так и продолжил сидеть, повернувшись ко мне, и смущенно вертеть коробочку в руке, будто что-то хотел сказать. — Что, — подогнал его я. Раздражает, если честно, когда вот так тянут кота за яйца. Хочешь сказать — говори, не хочешь — займись своими делами! — Спасибо, — повторил он, совсем смутившись. — Я слышал. Не глухой, бля! И стоило это того, чтобы столько ломаться? Короче, ну его в задницу! И его, и его брата, и всю эту тупую ситуацию вместе с ними! А я спать, раз появилась возможность. Завалиться на подушку показалось каким-то запредельным кайфом. Тело, уже несколько часов требовавшее горизонтального положения, блаженно загудело и размякло, нагоняя еще больше сонливости. Я уже начал проваливаться в сон, когда почувствовал чужую пятерню, забравшуюся в волосы на затылке, а на лице нервное дыхание. Острее всего отреагировали шрамы, сквозь дремоту показалось, что кто-то подбирается, чтобы окончательно отгрызть мне морду. Аж подскочил, шарахнулся от этого дебила к стене. Он и сам перепугался — отпрянул от меня и плюхнулся на жопу, чуть не сев на открытый ноутбук. — Ты совсем дурак?! — сердито рявкнул я. Травмированная бровь и шрам на губе мерзко задергались, пришлось придавить их пальцами. Джейми сидел и шокировано на меня пырил, будто это не он ко мне полез, а я к нему. — Просто хотел поцеловать на хороший сон. Что такого? — спустя долгую минуту удивленного молчания буркнул он. — И тебя вообще ничего не смущает?! — я настолько охренел с этого заявления, что голос под конец дал петуха. — Ты же мне помогаешь, — он пожал плечами, — Так что я на тебя не сержусь... — Чего?! — бля, так разозлился, что вся сонливость с меня слетела. Не сердится он! Охуевший охуел! — А что, если я сержусь?! Ты об этом не подумал?! Я сержусь! — Чего... Нет, ну вы посмотрите на него! Такую рожу скривил, будто я у него денег занял и сказал, что не отдам! У тебя вообще совесть есть?! Чертов тупой режиссеришка! Кошак драный! Я так вскипел, что аж слова подбирать стало сложно. Вот ведь не хотел ругаться. У него вроде как тяжелая жизненная ситуация, а он че?! А об мою ситуацию можно ноги вытирать, да?! Или вообще болт на нее забить и сделать вид, будто всё в порядке! Я ж теперь помогаю! Реабилитировался! Или мож, мне еще прощения попросить?! — Пошел ты нахуй, Джейми! — выпалил я, задыхаясь от негодования. Он в ответ округлил глаза. — Слушай, мы с тобой вроде как уже трахались! Не поздно ли корчить из себя обиженную невинность?! — возмущенно вскрикнул он, смяв попавшуюся под руку шмотку из стопки. — О-о! Знаешь, не тебе об этом говорить! Уж точно НЕ ТЕБЕ! Так ныл своему братишке о том, как тебя, бедненького, обидели!.. — Да что с тобой не так?! — уже полноценно заорал он. Зацепило, да? Так не я это первый начал! — А-то ты не знаешь, что со мной не так! Всем теперь видно! Так что хрен у тебя прокатит делать вид, что ничего не случилось! — Да что случилось?! — Да нихуя! Просто твой братик передал мне привет от тебя, и с этим приветом мне теперь жить всю оставшуюся жизнь! — Какой еще привет?! — Вот этот самый! Пожалуйста! Любуйся! Всё для тебя! Почти подпись — "Этот хрен обидел Джейми"! — я злобно оскалился и встряхнул головой, повернув к нему изуродованную часть лица. Интересно, до него реально не дошло, кому я обязан своей разорванной рожей, или он всё знает, просто дурачком прикидывается? Он весь скривился, будто облизал лимон, сощурился, сморщил нос. Ага! Проняло! Да, мне тоже неприятно на это смотреть, но мне придется до конца дней моих! А ты, кусок говна, даже признать не можешь, что это было слишком! Это слишком! Мог бы хоть перетерпеть и ебало не кривить, но надо же мне показать, насколько я теперь отвратителен и как раздражаю тебя своими жалобами! Козлина! А Джейми тем временем сунул руку в карман и достал... очки... Когда он их нацепил, его большие глаза за линзами стали выглядеть заметно меньше, он весь покраснел от какого-то непонятного смущения, раз десять их поправил трясущимися руками, и только потом взглянул на меня. Моя рожа наверняка вытянулась от неожиданности. Я такие кротовьи диоптрии видел всего пару раз за всю жизнь, и уж тем более никак не ожидал их увидеть на нём... Когда Джейми присмотрелся, его лицо из смущенной красноты быстро перешло в болезненную серость, рот приоткрылся, а взгляд намертво прилип к моим увечьям. Он так уставился, что стыдно стало уже мне. Какая тупая ситуация... Я думал, он издевается, а он просто хуево видит и не заметил... изменений... в моей внешности... Он всё сидел и пялился, сидел и пялился. Совершенно без движения. От его этого жутковатого взгляда мне стало так некомфортно, что я вжал в голову в плечи и отвел взгляд. Отвернулся от него, опустив лицо так, чтобы ему больше не было видно. Чтобы он перестал. Но он всё сидел и пялился. — Может хватит? — не выдержал я. Пробубнел довольно тихо. Вся злость куда-то выветрилась. Осталась только неловкость, пробегающая мерзкими мурашками по загривку. От моей относительно спокойной просьбы Джеймс дернулся как от пощечины и сдавил руками тряпку, которую смял еще когда злился. Когда шмотка затрещала в его руках от натуги, у него в башке будто что-то щелкнуло, он судорожно вдохнул, и из его глаз снова брызнули слезы. Ну блядь, только не это! Сколько можно?! — Джейми, перестань, — рыкнул я на него, но это возымело обратный эффект. Да что за нахрен? Похоже, транки не подействовали. А я после них ходил как в нирване, странно. Блядь, его же сейчас опять раздуется как воздушный шарик. Надо его как-то успокоить. Я вздохнул и сполз с кровати к нему на пол, положил руки ему на плечи, — Джейми... Ну хватит. Он уже судорожно всхлипывал и весь трясся. Вряд ли сейчас он что-то видел даже в очках, поэтому я их аккуратно снял и вытер ему лицо следующей тряпкой из стопки. Это оказалась футболка. Ну ничего, постираем потом. В ответ на мои манипуляции он протянул руку и тихонько дотронулся до моего лица, но отдернул ее как ошпаренную, как только под подушечки его пальцев попал шрам. В итоге, пискнул и зарыдал уже в голос. А я думал, хуже уже быть не может. Так блядь! Что там его в прошлый раз успокоило? Когда я его по голове гладил? Или уже обнять? Ладно, уж. Мне не жалко. Если быть до конца честным, мне даже льстит, что его моя беда так расстроила. А еще, похоже, я соскучился по хоть какой-нибудь человеческой близости. Меня за последние полгода обнимали только мужики с работы, когда с больничного вышел и еще по приколу несколько раз, но это даже объятиями назвать трудно. А вот это уже не особо приятно. Джейми в ответ меня обнимать не стал, наоборот в моих руках весь сжался, будто я его не обнял, а собрался бросить через прогиб. — Ладно, я перегнул. Не так уж я и злюсь. Я говнюк и заслужил, — как можно дружелюбнее забубнел я ему в ухо, поглаживая по сгорбленной спине. Ну, даже почти не соврал. Я на него полгода злился, думая, что он специально, а он даже не был в курсе. Он, похоже, вообще не при делах. Теперь даже немного стремно. Сам придумал, сам обиделся — я такой самостоятельный! Вот на его брата я теперь злюсь вдвойне, хоть и в глаза его не видел. Мало меня изуродовали по его указке, так еще и младшего из-за него на улицу выкинули какие-то мутные типы! Джейми в ответ на мой бубнеж принялся яростно мотать головой. Ну что «нет» опять? — Давай успокаивайся. Свалишься больной — мне с тобой нянчиться некогда будет, мне завтра на работу. И брата тебе искать — я его знать не знаю. Давай-давай. Прекращай реветь. Теперь кивает, но все равно кривит губы, а слезы так и продолжают течь. Нет, эти успокоительные ему точно не подходят. Чтобы хоть как-то его отвлечь, начал рассказывать ему про Уолли и про то, как за ним бегала Джулия. Через какое-то время вслушался, даже начал похихикивать, немного расслабился и привалился ко мне. На меня как назло опять стала накатывать сонливость. Раззевался, рассказ стал вялым и путанным. Джейми вывернулся из моих ослабших объятий и потянул меня наверх, на кровать, уложил, накрыл одеялом и сам залез, прижавшись к груди и приобняв одной рукой. Стало так тепло и хорошо. Я почти сразу отрубился.