Пепел

У меня сегодня днюха. Для меня это всегда был просто обычный день с единственной разницей, что с этого дня к своему возрасту надо прибавлять единицу. Дюк со мной категорически не согласен. Дюк в телефонном календарике отмечает дни рождения всех коллег и знакомых, и обязательно их поздравляет. Но даже это для меня ничего не меняло — ну и поздравит, и че? Другие все как попугайчики подхватят и тоже поздравят. Ну, по плечу могут похлопать. То же самое, что поздороваться или благословить, если кто чихнул. Считай, просто немножко больше внимания. Знаю, у многих совершенно иной взгляд на это — вон, как, например, у Дюка, — но это кому что заложили с детства. Конечно, если у тебя это всегда был праздник с друзьями, шариками и тортом, тебе дарили кучу подарков и говорили приятные слова, то ты будешь воспринимать это как обязательное ежегодное торжество, ну а у моей семьи отмечать было не принято. В детстве смотреть на чужие торжества из-за забора и думать "почему у меня не так", честно говоря, неприятно, поэтому с годами просто решаешь для себя, что это ненужный фарс, пустая трата денег и времени, и вовсе это всё не обязательно. Так думать куда проще, чем в полной мере пытаться осознать, что тебя не хотели, что твой отец просто гнусный мелочный уебок и садист, а мать безвольная тряпка, которая на самом деле кайфует от роли жертвы и тянет за собой в эту яму всех своих детей. И что пиздят ногами и таскают за хвост тоже далеко не всех — об этом хочется думать меньше всего даже когда ты и так это знаешь. Ты ж не слепой. В общем, до этого года все эти поздравления от Дюка не имели никакого эффекта, но до этого года меня не было в фан-чате, я не был знаком с Барбарой, а еще у меня не было Джейми. В этом году всё как-то резко двинулось дальше простых теплых слов в перерыве и покатилось, набирая масштабы, как снежный ком, и цепляясь одно за другое. Как обычно, первым поздравил Дюк, в этот раз вместе с Ичи, странно, что просто устными поздравлениями они не ограничились, а вручили мне кружку с волчком. Ну, прикольная. Я оценил. За ними подтянулась вся бригада, и что-то сподвигло Уолли нафигачить мне поздравление в фан-чат, а там девчонки уже ну просто не смогли проигнорировать. Если учесть, какие днюхи закатывает крошка Милли, то это вот вообще не удивительно. В чате из театра сидят еще и Джулия с Алом, так что это понеслось дальше. Не знаю, кто из всех этих людей сообщил Джейми, но он прискакал довольно быстро и жестко меня отчитал, почему он узнает об этом не от меня и не заранее. А потом запер нас в раздевалке и подарил мне очень страстный минет. Лучший подарок за всю жизнь, честное слово! Надеюсь, нас никто не слышал. Ну, если кто и слышал, то виду никто не подал. Дома у нас вряд ли бы что-нибудь вышло, с нами уже два дня как опять живет Джаспер, оккупировавший гостиную, из которой слышно все шорохи в квартире. Никакого уединения. Не буду же я просить его где-нибудь погулять часика полтора! Генеральный тоже прознал и выписал мне на счет приятный бонус в качестве подарка. Тоже неплохо. Когда подошел Ал со всеми своими кошками в колготках, следом прицепилась съемочная группа, которая как раз собиралась снимать труппу. Поздравления тоже сняли. Было максимально неловко. Надеюсь, это вырежут, а-то этот ебаный фильм уже можно назвать "Джош Браун — молодец!", потому что он не про театр, а про мою ебучую жизнь. Комментарии насчет пожара они засняли на следующий же день и уже куда-то выложили. Как-то все так закрутилось и завертелось, и я сам не понял, как, но почему-то с нами домой пошли Джулия с Уолли и Дюк с Ичи, Ал с Робом поехали за тортом, но потом тоже приедут, Джейми сказал, что обязательно подскочат девчата, и стопудово не одни, а еще обещала спуститься Алисия. И я без понятия, нафига всё это. Честно, начинать праздновать свои дни рождения в тридцать один год как-то поздновато. Некоторые в этом возрасте их отмечать наоборот заканчивают. Джейми сказал — так надо! Я вздохнул и решил принять свою судьбу. Это всего лишь один дурацкий вечер. Завтра выходной, так что смогу отдохнуть от этого всего, если что. Еще интересует, как на такой неожиданный пиздец отреагирует Джаспер, который сидит сейчас дома без какой-либо связи и ни о чем не подозревает? Когда мы подошли к дому, Ал и Роби уже ждали во дворе. Я понял, что все идёт куда-то совсем не туда, когда они помимо тортика вытащили из багажника пять коробок пиццы и два больших, звенящих стеклянной тарой пакета. Похоже, тоже вспомнили, что завтра в театре выходной... Ну, Джаспер был в полном ахуе и немножко в ужасе от того, сколько народу внезапно заперлось в квартиру. Он слинял было в спальню, но Джейми быстро его оттуда выпнул и закрыл дверь, типа нехрен делать в нашей с ним комнате. Девчонки, конечно, приехали со своими партнерами. Вряд ли когда-нибудь эта гостиная видела столько гостей, причем, почти все были знакомы, а кто не были, те как-то очень быстро познакомились. Оказалось, Синтия откуда-то хорошо знает маму и сестру Дюка и с самим Дюком уже пару раз пересекалась у них дома. Уолли был очень удивлен увидеть Бьёрна в качестве парня Милли. Вообще этот здоровяк на пару с Таем заняли, по ощущениям, половину гостиной, и теперь стояли в сторонке и оживленно болтали между собой. Барб на них периодически шипела, что они вообще-то не тупо пожрать пришли, и что нельзя игнорить именинника, но я им, если честно, был благодарен. Меня разрывало в разные стороны от такого количества внимания. Я не привык. Даже на тусовках или в барах оно обычно бывало более рассеянным, а тут почти всё сходилось на мне. Но-о, Джейми всё же урвал минутку, выловив меня у туалета. — Может... поиграем? Когда все разойдутся, — он придвинулся близко, но еще не вплотную, однако, я почувствовал его пальчик, украдкой выводящий круги у меня на животе. — Давай. Почему нет? — Ловлю на слове, — он чмокнул меня в губы и сбежал в гостиную, пока я не передумал. Будто я могу передумать. Ичи очень понравился Милли, и она решила с ним пообниматься. Он, кажется, был в шоке, застыл с натянутой улыбкой, но взглядом просил о помощи. Дюк ржал над ними и помогать не спешил. Бьёрн, кажется, уже успел привыкнуть к этой ее особенности, и ему было пофиг. Ал, кажется, пытался всех напоить до отключки. Джулия отказалась с ним пить и Уолли тоже не позволяла, а еще, на удивление, ему отказал Роби. Я сначала не понял, в чем подвох, а потом как понял, но было уже поздно. Эта вредная рысюга уже вовсю накачивала моего Джейми и парня Синтии, которые, похоже, этого не замечали. Ал и сам пил наравне, но оставался абсолютно трезвым, хотя это странно — помню, как-то в театре его развезло очень быстро и легко. Как раз после того рокового спектакля. Мож, тогда нервяки и недосып сказались? Сейчас он спокоен и весел, и в него, по ощущениям, ведро влей — его не срубит. Вот же... Джулия могла бы и предупредить! Похоже, накрылись наши игры! Барб была не в форме, но оно и понятно. Слышал, Эш опять угодил в больницу, потому что у него какие-то осложнения с рукой. Ей сейчас не до праздников, она вообще пить не стала, но всё же старательно делала веселый вид и пыталась меня всячески поддержать. От этого было еще более неловко. Джаспер наоборот бомбил по той же причине. Когда Алекс предложил ему выпить с ними и не делать такое лицо, он взвился, прямым текстом заявил: "Эш в больнице, а вы тут гуляете!" — Слушай, дружище. Джош же не виноват, что Эш попал в больницу. Думаю, Эш и сам бы не обрадовался, если бы Джош остался из-за этого без праздника, — Дюк миролюбиво ему улыбнулся. — Что-то тигров дохера развелось! Вы же вымирать должны! — огрызнулся в ответ Джаспер. В своем репертуаре! Дюк нахмурился, Ала с Ичи это возмутило. Джейми положил ладошку Дюку на плечо и попросил не обращать внимание. Меня это тоже зацепило. Я всё понимаю, он тут вроде как страдает и мыкается, у него сгорело жилье и из вещей нихрена не осталось, а любовник где-то в больнице, но Дюк то че плохого ему сделал?! Это хорошо еще Барбара с Таем не услышали! — Благо ягуар у нас только один! От них урон больше! — не вытерпел, вырвалось. Я тоже уже был далеко не трезв. Надо завязывать. Алекс заржал, пьяненький Джейми прыснул, неловко прикрыв рот. Джаспер сверкнул глазами и свалил на лестничную клетку. Алисия тоже неплохо вписалась в тусовку и общалась то с одними, то с другими, пока не присела на уши зайке и Волтеру со своими шнурками, даже фотки давай показывать. Джулии они неожиданно понравились, у нее аж глаза загорелись. В какой-то момент все трое незаметно свалили наверх смотреть на весь этот зоопарк вживую и вернулись только под конец. Вообще было весело! Мне понравилось! Слишком долго сидеть не стали, девчонкам завтра на работу, но все равно неплохо провели время. Когда мы закрыли дверь за последними гостями, Джейми вдруг навалился сзади, прижав меня к этой самой двери и присосался к шее. От такого напора внизу живота сразу разлилось тепло, но бля... — Стой-стой-стой! — зашептал я, зажав ему рот ладонью, чтоб он перестал меня целовать, — Где твой брат? — О, он уехал с Барб! Сказал, не хочет смотреть на наши брачные игры бабуинов. Мы совсем одни, — последнее он прошептал прямо в ухо, отчего мне аж в голову шарахнуло пьяным возбуждением. Это плохо! Мы оба в говно! Но как же хочется... Вывернулся из его рук, развернувшись к нему лицом. — Ты же обещал! — обиженно надулся он. Я хмыкнул и притянул его к себе, глубоко засосав. Он тихонько застонал мне в рот, снова наваливаясь всем весом. Ноги не держат, а всё туда же. Такой милый! — От тебя пахнет вином, — разорвав поцелуй, он зашептал мне в губы, обдавая горячим дыханием. — У нас же не было вина. Я пил виски. — Ничего не знаю! — Джейми снова припал к моим губам, но начал потихоньку сползать. Подтянул его за задницу. Он от этого шумно вздохнул и закинул руки мне на шею. — Донести тебя? — мне стало смешно. Сам уже стоять не может, а все равно ластится. Подтянул его еще выше, оторвав от пола, он обвил меня ногами, повиснув как обезьянка. Возможно, это была хуевая идея, потому что под его весом меня повело. Уперся рукой в стену, надеясь не шибануться вместе с ним. Придется как-то идти, раз сказал. Кое-как по стеночке доплелся до двери в гостиную. Диван был завален коробками от пиццы. — Бля, у нас такой срач! — Завтра! Всё завтра! — прошептал Джейми и притерся пахом к моей ширинке. У меня колени задрожали. — Тише-тише! Уроню же! Подожди до кровати! Он вроде послушался. Тяжёленькое мое счастье! Прижал его по крепче и перебежкой двинулся через гостиную. В дверь мы всё-таки немного врезались, он зашипел, я тоже. Ну, хоть не об ручку! Наконец добравшись до кровати, плюхнул его на постель, завалившись сверху. Свет включать не было ни сил, ни желания. — Блин! Ты тяжелый! — возмутился он. Я усмехнулся и приподнялся на локтях, теперь уже сам об него начал медленно тереться. Он шумно засопел. Ему явно нравилось... В следующее мгновение он внезапно перекатился вбок, завалив меня на спину, и уселся сверху. Я этого не ожидал. — Я придумал, во что мы будем играть! — Во что? — Я буду виноградной улиточкой. Хочу всего тебя вылизать, — и он и правда меня лизнул вдоль всей шеи до самого уха. — Джейми! Я же не был в душе! — я попытался его оттолкнуть, но у меня не вышло — после его переноса руки дрожали... И эта идея почему-то и правда показалась заманчивой... Черт. Я очень пьян! Слишком пьян, чтобы думать... Он потянул с меня футболку, и я просто задрал руки, позволяя ее снять. Он тут же припал языком к моей подмышке. — Джейми, нет! — я уперся ему в щеку, отталкивая от себя голову. — Что?! Ты мылся утром! И ты сегодня даже не вспотел! Уолли сказал, ты весь день развлекал киношников вместо того, чтобы работать! Этот Уолли, бля! — Но давай не там! Пожалуйста... — я убрал руку, перестав сопротивляться, и устало раскинул их в стороны. — Ладно, у тебя есть много еще вкусного помимо этого, — радостно хихикнул он и принялся вылизывать мне ключицы. Боже, какая пошлятина! Джейми такой пьяный! Завтра утром надо будет дать ему что-нибудь от похмелья. Сегодня я уже не встану. Он облизал мне всю шею и спустился на грудь. Проворный шершавый язычок принялся кружить вокруг одного соска, потом вокруг второго, потом он втянул его губами, плотно присасываясь. По телу опять прошла теплая волна. Руки Джейми тем временем завозились с моей ширинкой. Когда он начал стаскивать с меня джинсы вместе с бельем, его губы двинулись ниже, оставляя влажные поцелуи. Потом меня затопило горячими волнами! Боги! Никто никогда еще не целовал взасос мой пупок! Я даже не знал, что там такое чувствительное место! Дыхание сбилось, я начал поскуливать. Член уже вовсю стоял. Проведя дорожку из поцелуев вниз по животу, Джейми вдруг обвел языком яички и прошелся по стволу до самой головки, кончиком язычка подлез под крайнюю плоть, раскрывая ее и оголяя головку, пощекотал уздечку и начал вылизывать головку по кругу. У меня зашлись ноги и поджался живот, мышцы пресса непроизвольно напряглись. — Джейми!.. — простонал я. Он выпустил мой член и больно присосался к внутренней стороне бедра, я дернулся, но он тут же вернулся обратно к ласкам, теперь толкаясь язычком в уретру. Я погладил его по голове, но он отпихнул мою руку и поднялся. — У тебя сегодня праздник, так что ты сегодня — бревно! Я все сам сделаю! — глаза у него пьяненько блестели, а язык немного заплетался, — Лежи и не двигайся! Понял?! И не смейся! Не надо мне тут ха-ха! Я поднял руки, сдаваясь, а он вдруг меня резко перевернул на живот. Мои ноги все еще свешивались с кровати, так что поза получилась почти как в тот раз на диване. Ох, черт! Я же не готовился! Давайте только без жопных травм по пьяни, а? — Джейми! Я же не... — Всё нормально! Я ничего не делаю! — перебил он и стал нежно поглаживать меня под коленями. Щекотно, но хорошо. Я расслабился, подложив руки под голову. Поглаживания спустились до ступней и поднялись обратно, потом перешли на бедра, к ним снова прибавился язык — его ладони сжались на ягодицах, а язык прошелся вдоль ложбинки. Ягодицы раздвинулись, язычок скользнул между ними. Я дернулся и снова его остановил, закрыв зад рукой. — Джейми! Я же не мылся! — Для бревна ты слишком много болтаешь! И к твоему сведению, кошки моются языком! — я вдруг почувствовал, как его зубы сомкнулись на моей прикрывающей подступ ладони, и отдернул руку, — Не мешай мне! Он резковато раздвинул мне булки. Не особо приятное ощущение быстро сменилось возбуждающими влажными поглаживаниями прямо там. Он и правда меня лизал! Какой кошмар! Почему-то мне это ужасно нравилось. Иногда кончик языка надавливал, грозясь проникнуть внутрь, и от этого было так стыдно и страшно, что дырка сама собой поджималась, но при этом ужасно хотелось большего. У меня было много партнеров, иногда даже по двое сразу, я чем только ни занимался за жизнь, но этот дурилка все же смог сегодня заставить меня сгорать от стыда и смущения! Он поцеловал меня в копчик и пополз языком выше, облизал ямочки на пояснице, прошелся вдоль позвоночника, неожиданно куснул за бок, отчего я дернулся. Он снова добрался до шеи, опустившись на меня сверху. Вдруг почувствовал, как головка его члена уперлась мне в ягодицу, а потом он пристроился в ложбинке между ними. Стало немного страшно. Я же совсем не растянут! — Джейми, я не готов! — А я ничего не делаю. Делать тебе больно в мои планы не входило, — горячо зашептал он мне на ухо и стал медленно потираться между моими ягодицами. — Тогда что ты делаешь? — Настраиваюсь, — сзади раздались какие-то хлюпающие звуки, и его начало сотрясать им в такт. Да что он делает?! Он шумно засопел, целуя меня в загривок и продолжая содрогаться, но вдруг сполз с меня и поднялся на ноги. — Ложись нормально. На спину, — спокойно сказал он. Я оглянулся. Так и не понял, когда он успел снять штаны, но теперь он избавился еще и от футболки. На фоне прямоугольника света, падающего из двери гостиной, его силуэт был таким манящим, стройным и невероятно красивым. Глаза хитро поблескивали. Я взобрался на кровать и улегся, как он и просил, он залез следом и оседлал мои бедра, игриво потеревшись задом о мой стояк. — Джейми, не надо! Мы же тебя... Он зажал мне рот ладошкой, приставил палец второй руки к своим губам, требуя тишины. — Это ты не готовился, а я — да. Я вопросительно замычал в его ладонь, но он приподнялся и, придерживая меня, аккуратно насадился. Я скользнул в него так легко, что голова закружилась. Вытекшая из него капля теплой смазки потекла по моим яичкам. — Видишь? — тяжело дыша, улыбнулся он. Когда успел?! Он очень медленно стал подниматься и потом так же медленно опустился, у него задрожали ноги. — Черт! Уф-ф... Тяжело быть улиточкой! Я усмехнулся ему в ладонь и хотел погладить его по бедрам, но он опять откинул мои руки. — Я сказал не двигаться! — посмотрел на меня так сурово, а потом отнял руку ото рта и проскользнул двумя пальцами между губами. Я послушно всосал их, глядя на то, как он все так же неторопливо опускается на меня и поднимается снова, чуть сжимая нежным горячим нутром, а он ласково гладил мой язык, иногда мягко надавливая. Голова кружилась и кружилась. Так медленно заниматься сексом — похоже на мучительную пытку. Так и хочется вскинуться, ускориться, но я терпел. Напряжение мешалось с нарастающим нетерпением и раздражало, доводя до исступления. Спустя какое-то время, он насадился на меня гораздо резче и отклонился назад, вынув пальцы изо рта. Потом один из этих пальцев вдруг оказался во мне, за ним проник и второй, надавив на и без того изнывающую простату. В глазах потемнело, я невольно выгнулся и широко раскинул колени. Джейми стал двигать задом резче, быстрее, и в такт движениям толкался влажными от слюны пальцами мне прямо по простате. Мне казалось, я с ума сойду! Сам не понял, как начал вскрикивать, вскидываясь ему навстречу. Джейми и сам гулко стонал и всхлипывал, но продолжал меня мучить. Кончил я быстро и ярко, провалившись куда-то в дурманящие ощущения, а когда пришел в себя, обнаружил, что внутри меня уже не пальцы, а он сам. Его губы тем временем жадно впивались мне в грудь, а он со шлепками вбивался в меня, крепко сжимая руками мою талию. Меня встряхнуло, а потом стало слишком много всего, захотелось отстраниться. Раздраженная простата поднывала, не готовая к новым подвигам. Джейми зашелся стонами, проникая резче и грубее. Я сжал руками его плечи, и наконец почувствовал, как внутрь полилось горячее семя. Джейми несколько раз сильно вздрогнул, напрягля, сжав меня в объятиях, и плавно расслабился, обмяк, распластавшись по моей груди и прижавшись щечкой к ключице. Отчего-то мне это показалось ужасно милым, я зарылся пальцами в его волосы, нежно почесывая взмокшую голову. Он поднял на меня затумагенный взгляд и так трогательно улыбнулся, что в груди все запело от нежности. Мой маленький пьянчужка. Притянул его повыше и подмял под себя. Теперь из обоих придется вычищать всё, иначе утром будем драться за толчок, но как на него злиться? Больше он не сопротивлялся и позволял мне его целовать. Устал. Пока я за ним ухаживал, он отрубился, а я еще сколько-то его гладил, щупал и целовал, куда придется — на правах бухого именинника могу себе позволить.