спасти ту, что сломана и изменить будущее

«Она не искала, кто её сломает. Она искала того, кто сможет собрать.»

Беллатрикс отправила совместную фотографию Гермионе, с любовью указывая на её очаровательную улыбку. Также она поделилась ещё одной фотографией с ночных посиделок, подписав пост: «Не люблю гулять, но с любимым человеком это приносит мне радость». Гермиона не могла нарадоваться бесконечным публикациям, которые её так веселили. Ближе к вечеру Белла снова пригласила её к себе и вручила красивый букет красно-белых роз. — Это всё для тебя. Прости, если не угадала с цветами, ты мне не говорила, какие любишь. — игриво заметила женщина. — Спасибо! — протянула Гермиона. Она притянула Беллу ближе и обняла её. Эти объятия были такими тёплыми и родными, что невозможно было оторваться. — Я очень тебя люблю, моя хорошая. — Белла говорила это ласково и спокойно. Гермиона почувствовала, как внутри неё всё начало пылать. Она впилась губами в губы Беллы. С каждым поцелуем всё больше ощущался аромат женщины. Она была такой вкусной и сладкой. Грейнджер запустила пальцы в волосы своей спутницы и стала массировать голову. Они оторвались друг от друга, столкнулись взглядами и любовались друг другом долгое время. Беллатрикс начала играть с волосами Гермионы. Юной гриффиндорке захотелось большего. Она опускалась всё ниже и нежно исследовала кожу Беллатрикс. Она гладила её и целовала каждый сантиметр тела: губы, шею, ключицы, плечи и грудь. Как же она была великолепна и горяча! Гермиона начала избавляться от лишней одежды и потянулась к блузке Беллатрикс, желая скорее скинуть её. Едва стянув верхнюю одежду, оставив Блэк в одном лишь бюстгальтере, Миона провела рукой по её телу, задерживаясь на спине. Гермиона почувствовала что-то странное. Некая отметина на коже так и давала о себе знать. Грейнджер ненароком надавила пальцем именно туда, и Белла с болью всхлипнула. — Белла, что это? — Шрам… Женщина задержала дыхание, отвернула голову и опустила взгляд вниз. Однажды отец наказал меня, и я сильно ударилась, а затем Рудольфус усугубил всё. — Она говорила это с болью. — Извини. Я снова всё делаю не так. — Гермиона опустила голову. Она хотела залечить все раны этой женщины до единой, но почему-то это было невозможно. — Любовь моя, я чувствую, как тебе больно. — Невыносимо больно… Грейнджер вновь прижала к себе Беллу, поглаживая её. Она оказалась такой уязвимой. Странно, ведь кто-то считает её опасной. «Я защищу ее и докажу всем, что она не такая, как они думают.» «Никто больше не причинит тебе боль, любимая.» На утро Беллатрикс выложила фотографию со спящей Гермионой и вновь мило её подписала: «Спит моя радость». Радость… Невозможно было не радоваться, находясь рядом с ней.