Пёс и Ладья

Заброшенный складской комплекс под Краснодаром 7 июля 2026 года, 01:05 Вертолёт должен был прибыть через двадцать пять минут. Времени было мало, но его хватало. Ворон сидел привязанный к металлическому стулу посреди зала. Руки за спиной, ноги были притянуты к ножкам стула. Лицо разбито, плечо и бок кровоточили после штурма. Несмотря на это, он продолжал смотреть на них с презрительной усмешкой. Прайс не стал тратить время на разговоры. Он шагнул вперёд и без предупреждения ударил Ворона кулаком в лицо. Голова мотнулась, кровь брызнула из носа. — Где Шакал? — спокойно спросил Прайс. — Какие у него планы? Говори. Ворон сплюнул кровь и хрипло рассмеялся. — Вы... всё равно... опоздали... Прайс ударил снова — сильнее, в солнечное сплетение. Ворон согнулся, закашлялся. Прайс схватил его за волосы и рывком поднял голову. — Я спрашиваю в последний раз. Где Шакал? Ворон улыбнулся окровавленными зубами. — Иди... нахуй... Тогда началось по-настоящему. Прайс работал методично. Кулаки, локти, тяжёлые удары по рёбрам. Гост стоял рядом и время от времени добавлял короткие, болезненные удары по печени и почкам. Рук и Хаунд наблюдали. Рук придерживал Артёма за плечо, не позволяя вмешаться. Ворон держался дольше, чем ожидали. Он кашлял кровью, но продолжал улыбаться. Очередной удар. Послышался сухой хруст. Ворон громко выдохнул. — Шакал... не собирается... воевать... Прайс прищурился. — Тогда чего он хочет? Ворон тяжело дышал. — Закончить... войны... — Каким образом? Ворон тихо засмеялся, захлёбываясь собственной кровью. — Вы... до сих пор... ничего не поняли... Прайс ударил его ещё раз. — Говори. — Мир... давно сгнил... Государства... армии... правительства... Всё держится... на страхе... — Ближе к делу. — Он... создаст... новый порядок... Прайс схватил его за воротник. — За счёт чего? Ворон поднял мутный взгляд. — «Когти»... всего лишь... начало... — Что потом? Молчание. Гост без слов нанёс короткий удар в бок. Ворон вскрикнул. — Ему... нужно средство... после которого... никто... не станет сопротивляться... Прайс наклонился ближе. — Какое средство? Ворон улыбнулся. — Не бомба... Он закашлялся. — Хуже... Тихое... Его нельзя... остановить... Один удар... и мир... сам... встанет на колени... В зале повисла тишина. Прайс выдержал несколько секунд. — Где Шакал? Ворон закрыл глаза. Молчание. Прайс ударил ещё раз. — Где? — Харьков... Он с трудом сглотнул кровь. — База Померки... — Конкретнее. — Заброшенная ракетная база ХВВКИУ... Подземный комплекс... Прайс молчал. Ворон ещё держался. Тогда Гост коротко ударил его в живот. Ворон вскрикнул. — Северный въезд... Старый технический тоннель... Координаты... я скажу... Он назвал координаты. Прайс быстро записал их. Хаунд стоял рядом с Руком, тяжело дыша. Он видел, как Ворон корчится, и в его глазах было удовлетворение. Но вместе с ним — пустота. Когда Ворон замолчал, Прайс выпрямился. — Всё. Он сказал достаточно. Хаунд резко шагнул вперёд. Рук не успел его остановить. Артём выхватил пистолет из кобуры Рука, подошёл вплотную и открыл огонь. Половина магазина ушла в Ворона. Пули рвали тело. Голова дёрнулась назад. Ворон несколько раз судорожно вздрогнул и обмяк. Тишина упала тяжёлая, звенящая. Рук мгновенно перехватил руку Хаунда, выкрутил пистолет и прижал напарника к себе. — Всё, — жёстко сказал он ему на ухо. — Всё. Он мёртв. Успокойся. Хаунд тяжело дышал. Всё его тело дрожало. Пистолет выпал из руки. — Он... должен был... — хрипло произнёс он. — За всё... За семью... За Газа... — Знаю, — тихо ответил Рук, не отпуская его. — Знаю. Но теперь всё кончено. Дыши. Прайс несколько секунд молча смотрел на тело Ворона. Потом тяжело вздохнул. — Ладно. Информацию мы получили. Шакал в Харькове. Сейчас уходим. Вертолёт через десять минут. Гост молча кивнул. Он уже начал собирать документы. Рук всё ещё держал Хаунда. Постепенно дыхание Артёма выровнялось. Ярость уходила, оставляя после себя пустоту и усталость. — Я... сорвался... — Нормально, — спокойно ответил Рук. — Я бы тоже сорвался. Главное — ты живой. И мы уходим отсюда вместе. Хаунд молча кивнул. Через десять минут прибыл вертолёт. Группа загрузилась на борт. Тело Газа завернули в плащ-палатку. Ворона оставили привязанным к стулу — пусть свои сами его находят. Когда вертолёт начал набирать высоту, Хаунд сидел рядом с Руком, прижавшись плечом. Он молча смотрел в темноту за бортом. Рук тоже молчал. Но одного его присутствия было достаточно. Они возвращались домой. С потерями. Но хотя бы Хаунд был с ними.