Что значит быть Леоном С. Кеннеди

Дорога была паршивой, сиденье — жестким, а разговор впереди — абсолютно непонятным. Охотник на демонов открыл глаза не сразу. Первые минут пять он просто покачивался в такт ухабам и слушал резкую, эмоциональную речь на испанском. Голова гудела, словно после хорошей драки с Вергилием, но внутри царила мертвая, сосущая тишина. Ни привычного драйва демонической крови, ни успокаивающей тяжести Мятежника за спиной. Вообще ничего. Он попытался пошевелить плечами. Кожаная куртка сидела как влитая, но стесняла движения — Данте привык к свободным, летящим плащам. Опустив взгляд, он наткнулся на тактические брюки, тугую портупею и... обычный человеческий пистолет в кобуре. Стильный, сделанный на заказ, но... Серьезно? Из этой пукалки вообще можно убить что-то крупнее таракана? Настоящая зубочистка по сравнению с его девочками. Не Эбони. Не Айвори. Рука резко дернулась назад, к плечу. Но пальцы схватили лишь воздух. Рукоять меча не легла в ладонь. Пусто. На шее не нашлось даже отцовского амулета. — Какого черта... — прошептал он, уставившись на свои руки. Пальцы были тренированными, с жесткими мозолями от оружия, но... слишком обычными. По сравнению с его истинным обликом, эти руки казались почти хрупкими. Данте сжал и разжал кулаки. Мышцы отозвались послушно, но в них не чувствовалось той взрывной, сокрушительной мощи, способной останавливать мчащиеся поезда. Это тело было человеческим. До безумия легким, словно его слепили из картона и дурных решений. Данте казалось: прилети ему сейчас в челюсть от какого-нибудь захудалого Адского Шута — и от него останется только мокрое место. Он громко кашлянул, привлекая к себе внимание двоих мужчин в форме местных копов: — Парни, — Данте осекся. Звук собственного голоса заставил его нахмуриться. Мягкий, молодой, без привычной хрипотцы и баса. Настоящий голосок смазливого паренька из бойз-бэнда. Мужчина на пассажирском сиденье лениво обернулся. — Что? — на ломаном английском переспросил полицейский. — Я, конечно, ценю романтику и поездки в глухомань, — Данте расплылся в своей фирменной нагловатой улыбке, подавшись вперед и оперевшись локтями о спинки кресел. — Но обычно меня сначала угощают пиццей. Куда везем этого шикарного парня? Или это свидание вслепую? Копы переглянулись, синхронно выдав тираду на испанском — судя по тону, чертовски нелестную, — и весело хмыкнули. Данте откинулся назад. Ситуация пахла чистым абсурдом и хорошей авантюрой, а значит — самое время повеселиться. Напряжение внутри росло, но привычная ухмылка уже сама наползала на лицо. — Слышишь, янки, что ты вообще забыл в этом жутком месте? — ворчливо спросил пассажир, снова оборачиваясь. — Просто невероятное захолустье. — На самом деле, я думал, это вы мне скажете, — Данте вальяжно закинул ногу на ногу. — Я пока сам пытаюсь вникнуть в сценарий. — Мы не особо в курсе, — буркнул водитель, косясь в зеркало заднего вида. — Знаем только то, что шеф лично отдал приказ. Сказал: «Помогите ему». Тут в округе частенько пропадают люди. Это началось еще черт знает когда, так что... — А, местный колорит, значит? — Данте хмыкнул. — Ну, раз тут филиал бюро находок, запишите и меня в очередь. Кажется, я тоже кое-кого потерял. Точнее — себя, но начнем с малого. Его взгляд наткнулся на упавшую под ноги глянцевую фотографию. Он наклонился, поднял её и перевернул. С фото на него смотрела симпатичная девчонка со светлыми волосами в строгом свитере. Слишком аккуратная, слишком правильная — из тех папиных принцесс, которые бледнеют от одного вида оружия и падают в обморок от крепкого словца. Явная противоположность тем сумасшедшим девицам с ракетницами и молниями, к которым он привык. «Дочка какого-то большого босса, не иначе», — лениво подумал охотник, щелкнув ногтем по кадру. — Ну и встряла же ты, детка. На твоем месте я бы потребовал у папочки вернуть деньги за этот тур.» Данте покрутил снимок в пальцах, мысленно складывая этот пазл. — Так, ладно, мужики, проверим, насколько глубоко я влип. Значит, я работаю на каких-то очень важных шишек? — Похоже на то, — кивнул коп. — И приехал кого-то спасать в одиночку? — Да. — В какую-то глухую, богом забытую деревню, где пропадают люди? — Именно туда. Данте несколько секунд молчал, разглядывая лицо девчонки на фото и пытаясь осознать весь этот великолепный бред. А потом поднял глаза на копов и с искренним, дружеским любопытством поинтересовался: — Слушайте, мужики... А этот чувак, в чьей шкуре я тут прохлаждаюсь... он вообще часто принимает настолько паршивые жизненные решения? — Странные у тебя шутки, янки, — полицейский хрипло рассмеялся и качнул головой, списывая все на специфический американский юмор. Машина наконец остановилась у старого, опасно просевшего подвесного моста. На той стороне из серого тумана проступали мрачные силуэты деревьев. — Так, ну вроде прибыли, — выдохнул водитель. — Зов природы, — закряхтел пассажир, открывая дверь. — Пойду отолью. Я сейчас. Полицейские перекинулись парой быстрых фраз на испанском. Напарник водителя хлопнул дверцей и быстро скрылся между раскидистыми ветвями. В салоне повисла тишина. Данте лениво барабанил пальцами по колену, изучая обстановку. В животе сиротливо заурчало, намекая, что нормальный человек уже послал бы это захолустье к чертям ради куска пиццы. Но в округе пахло хорошей заварушкой, а перед этим Данте устоять не мог. Водитель покосился на него в зеркало заднего вида и протянул назад открытую пачку: — Курить будешь? Данте посмотрел на дешевые сигареты, потом на свои новые ладони. Внутри не шевельнулось ни малейшего желания затянуться. Демоническое чутье или просто старая привычка — неважно, но травить это и без того хрупкое тело не хотелось. — Не, приятель, избавь меня от этой гадости, — Данте ленивым жестом отодвинул пачку. — Только проснулся в новом теле. Не хочу угробить его в первый же день. — Всё шутишь, янки, — хмыкнул коп, щелкая зажигалкой. — Если я перестану, этот мир станет слишком скучным, — бросил Данте, толкая дверь наружу, и выбрался, с удовольствием подставляя лицо прохладному, сырому воздуху. Голова немного прояснилась. Рука сама собой нырнула в глубокий карман куртки и нащупала кожаное портмоне. Он раскрыл его. Из-под тяжелого серебряного значка на него смотрела надпись на ламинированной карточке: Леон С. Кеннеди. Агент. Рядом красовалась фотография — суровый блондин с идеальной челкой смотрел в камеру так, словно его только что заставили вручную заполнять налоговую декларацию. Данте скосил глаза на боковое зеркало полицейской машины, сравнивая оригинал с отражением. — Ого, — он присвистнул, поправляя идеально уложенную челку и подмигивая собственному отражению. — А парень-то чертовски фотогеничен. Красавчик. Триш бы точно оценила. Он открыл основное отделение бумажника, искренне надеясь на чудо. — Так... Деньги есть. Документы есть... Пиццы нет. — Данте скорбно заглянул в пустые недра чужого кошелька и с глухим вздохом захлопнул его. — Ну и зачем, спрашивается, носить с собой эту бесполезную кожу? Пока водитель сидел в машине, Данте отошел чуть в сторону и вытянул из кобуры пистолет. Пальцы двигались сами, подчиняясь мышечной памяти. Тело на чистых автоматах эффектно крутануло оружие, за пару секунд разобрало его до затвора и собрало обратно. Данте даже не успел подумать, как это делается. По сравнению с его массивными сорокопятыми «девочками», эта штука казалась зажигалкой, которая по недоразумению научилась стрелять. — Интересно... — пробормотал он, взвешивая ствол на ладони. — Это я умею или этот Леон? Чувствую себя чертовым фокусником. Случайно нажав на фиксатор, Данте услышал сухой щелчок. Из рукоятки в ладонь послушно выпал продолговатый металлический магазин. — Подожди-ка... Разглядывая тусклые свинцовые цилиндры, зажатые пружиной, охотник на демонов замер. — И это всё? Он пересчитал патроны взглядом, не поверил своим глазам и перепроверил снова. Десять. Всего десять штук. — Это что, пробная версия пистолета? — Данте с размаху приложил ладонь к лицу. — Серьезно? Куда катится этот мир? Оружейник явно пожалел металла. Сын Спарды раздраженно загнал этот магазин-недоразумение обратно до щелчка и привычным жестом пригладил волосы. Мягкие. Светлые. Но абсолютно не серебряные. — Ладно, — ухмыльнулся он, хотя внутри росло нехорошее предчувствие. — Может, несмотря на весь этот цирк, у меня остались хоть какие-то силы? Он отошел на полянку и попробовал подпрыгнуть. Прыжок вышел обычным, человеческим — от силы на полметра. Никаких тройных сальто, никакого игнорирования гравитации и зависаний в воздухе. Данте зажмурился, пытаясь нащупать внутри хотя бы искру демонической энергии, но в ответ отозвалась лишь звенящая пустота… и легкий привкус горького кофе, который этот парень, Леон, явно пил утром. — Класс. Просто блеск. Я официально стал обычным смертным, — Данте брезгливо отряхнул тактические штаны от налипшей травы. — Ненавижу гравитацию. Прошло еще несколько минут. Тишина вокруг становилась все более гнетущей. Испанское радио в салоне тихо, раздражающе шипело. Первый полицейский так и не возвращался. Водитель внутри салона начал заметно нервничать. Он то и дело барабанил пальцами по рулю и тяжело вздыхал. — Что-то он не торопится... — наконец пробормотал коп, полностью опуская боковое стекло. Напарник не отзывался. — Провалился, что ли... — пробормотал он, выглядывая в окно и всматриваясь в густой туман за мостом. Наконец полицейский перевел растерянный взгляд на Данте: — Слушай, может, сходишь посмотришь, что с ним? Данте посмотрел в чащу. Вокруг царила абсолютная, звенящая тишина — ни шороха крыльев, ни шума ветра. Обычный человек посчитал бы это место просто уединенным. Но для сына Спарды, который вырос среди демонов и отлично знал, как звучит опасность, эта мертвая тишина была самым громким сигналом тревоги. В груди неприятно кольнуло забытое чувство… слабости. Настоящий вызов для парня без суперсил. Данте это чертовски разозлило, но и заставило кровь бежать быстрее. — А сам не хочешь? — с прищуром спросил Данте. Коп снова нервно похлопал ладонью по рулю. — Я тут побуду. — Почему? — Ещё штраф за парковку влепят. И вот здесь Данте на пару секунд конкретно завис. Лицо его вытянулось, а брови поползли вверх. Он перевел взгляд на старый, полуразвалившийся служебный автомобиль. Скользнул глазами по заброшенной дороге, где не было ни одной живой души на мили вокруг. Оценил мрачный, зловещий лес, дышащий туманом. И снова уставился на водителя. — То есть... — Данте прижал пальцы к переносице, борясь с желанием рассмеяться. — В чаще только что бесследно растворился твой напарник. Мы черт знает где. И тебя сейчас больше всего волнует парковочный талон? Тот лишь упрямо пожал плечами: — Закон есть закон. Данте несколько секунд молча смотрел на этого потрясающего человека. А потом ухмыльнулся. Ситуация была настолько идиотской, что становилась прекрасной. Он развернулся спиной к машине и уверенно зашагал по качающимся доскам подвесного моста, уходящего вглубь туманного леса. — Знаешь что... Мне начинает нравиться это место, — негромко бросил он через плечо. — О да. Психов тут хватает. Я вписываюсь. Шаги глухо отзывались в сыром воздухе. Вскоре за липкой пеленой серого тумана показался первый ориентир — ветхий деревянный дом. Из его покосившейся трубы лениво вился тонкий сизый дым, пахнущий горелой соломой и чем-то приторно-сладким. Данте на ходу поправил воротник и ускорил шаг. В конце концов, какая разница, насколько всё плохо?  Ведь у него все еще была чертовски стильная куртка.