Замёрзшая во льдах

Почему все вокруг считают, что если они будут использовать канцеляризмы по отношению к своим именам, то начнут выглядеть особенными, какими-то не такими как все? Дешёвая попытка завоевывания авторитета. Нет, это действительно глупость. Куда ни глянь, везде мистеры, господины, лорды через одного. А если начать разбираться в иерархии, то окажется, что все друг другу либо хозяины, либо слуги. С самого детства Драко возмущала эта игра в рабы-наложники. Против воли и он был замешан в систематизации общества вокруг, потому что формально считался хозяином для домовых эльфов. Да он, иной раз, даже не мог просить о стакане воды, потому что хозяин рангом постарше запретил поить Малфоя по первому требованию! От феодализма выигрывает только тот, над кем нельзя властвовать, а остальные терпят, только потому что не понимают, что над ними возвышается в три раза больше слоев, чем те, над которыми они правят сами. Как легко властью можно замылить умы неокрепших умов, вне зависимости от того, сколько умы эти по бренной земле проходили и что повидали. Особо жаждущим скажи, что им в подчинение попадут трёх мёртвых мышей, так они за эту «власть» удавят, а потом и сами удавятся. Драко отошел от окна, когда поднос с завтраком щёлкнул, приземлившись на прикроватный столик. Ураган мыслей улёгся, когда ложка оказалась в руке. Каша неаппетитно сползла и смешалась с густой массой в тарелке. Голубика утонула в овсяных хлопьях, и теперь была похожа на десяток глаз, вглядывающихся в едока. Хотелось бы разделить приём пищи с братом по несчастью, которому тоже пришлось трапезничать этим шедевром кулинарии, но поделиться было не с кем. Драко ещё не было восемнадцати, поэтому он не мог получить метку и участвовать в сражениях. Сейчас его обязанности целиком состояли из оказания помощи раненым бойцам. Подобно собачке, радостно бегающей за мячиком и приносящей его назад, Малфой бегал ради медикаментов, за медикаментами, с медикаментами для тех, кому выпала честь служить Повелителю. Из-за своего низменного положения он ежедневно становился объектом насмешек со стороны старших товарищей. Он пробовал разными способами спастись от издевательств морального характера, но всё было тщетно. Число возомнивших о себе солдатишек многократно превосходит численность одного единственного Малфоя. Практически доказано, что до того, как выключится от запинываний на полу, Драко может вырубить двоих. Не всегда, но в теории может. В связи с волнениями за столом салаг, Диди приняла решение, что теперь её подопечный (хозяйка хозяина, иронично) будет есть отдельно, если это не официальный приём. Каша так и осталась остывать и всё больше превращаться в болото. Облачившись в мантию, которая была ему до пяток и свисала по рукавам, оставляя открытым только подбородок, Драко вышел в общий коридор. Теперь он слонялся, как мэнорское приведение, хотя в поместье отродясь не водилась нечисть подобного характера. Скорее всего, дело было в дементорах, которые подобно мотылькам, бездумно тянущимся к свету, слетались на запредельную концентрацию страдающих людей на один квадратный метр. В мантии-покрывале можно было не бояться стычек с голодными до крови новобранцами, в этом костюме обычно его принимали за глашатаев, бесконечно путающихся под ногами. Этакие засланные казачки, которые приносили только плохие новости. Таким даже палочки не выдают — обычно до обратного пути они не доживают. Драко пробирался на урок мастерства проклятий и, исходя из осторожности, периодически поглядывал в дверные проходы. Он дошёл до «гостиной преткновения» — главной комнаты особняка и замер возле распахнутых дверей. Невозможно было поверить, что Пенси Паркинсон прямо сейчас стояла в обнимку со своей матерью и скромно кивала головой, красная, как помидор. Подойти, что ли, палочкой в неё ткнуть, а то вдруг это галлюцинация? И проблема была не только в том, что Малфой точно был уверен, что ни стыда, ни совести в Паркинсон не наблюдалось, а уж тем более стеснения, так ещё и её мать, властная тиранша, которая ничем кроме ремня к дочери никогда не прикасалась, теперь жалась к ней, как бездомный кот к проходящей мимо штанине. Без лишних раздумий Драко свернул в гостевой зал и только потом заметил двух женщин в возрасте, окучивающих женскую половину семьи Паркинсон. Капюшон лёг на плечи, открывая платиновую шевелюру. Поправив причёску, юноша подошёл со спины одной из тёток, тут же ощутив шлейф приторных духов. Пенс заметила его первее матери и тут же прекратила игру в невинность. Она застыла, как замороженная, не отводя глаз от лица Драко. Её губы распахнулись, пытаясь сложить слова в предложения, но получалось не очень. Стоящая напротив женщина заметила перемену в настроении гостьи и обернулась. На лице было чуть больше морщин, чем казалось со спины. Понятно, почему духи были настолько резкими, непонятно кого она тут собиралась соблазнять ими, конечно. По возрасту как будто бы больше всех подходил Повелитель, но непонятно, насколько ему интересны женщины… — Мистер Малфой младший, — учтиво процедила тётка, исподлобья бросив на него оценивающих взгляд, — Это мисс Паркинсон, училась с вами на одном курсе. — Знакомы, — кивнул Драко. Чувства вскипели, как зелье внутри раскалённого котла. Увидеть Пенс после долгой разлуки, а не виделись они уже полгода, было усладой для глаз. Как встречают одноклассников после летних каникул, так и Драко отмечал про себя изменения. Чуть больше блеска на щеках, чем должно быть при таком освещении. Подкрашенные чёрные ресницы притягивали внимание лазурно-голубым глазам. Обычно змеи зеленоглазые, с хитрым прищуром и наглой улыбкой, но Паркинсон была не такой. Сейчас уже не такой. Живее остальных воспоминаний, перед глазами стояла маленькая хулиганка Пенс. Почти мальчишка, только в юбке, она была готова бросаться в драки, на равных соревноваться в квиддиче, не отставала в шалостях от друзей-мальчишек всё детство. Теперь в девочке угадывалась девушка. С ответственностью подойдя к взрослению, она прекрасно справилась с превращением в лебедя, хоть и гадким утёнком не была никогда. — Простите нас, мистер Малфой…младший, — очевидно, ей непросто давались формальности, потому как презрения в словах даже выискивать не нужно было. Услышав тон коллеги, вторая тётка, на вид гораздо более свежая, ткнула напарницу в бок и вежливо улыбнулась, — Нам нужно уладить некоторые формальности, Пенси освободиться ко времени, когда закончатся Ваши занятия. Вторую тётку от чего-то захотелось назвать женщиной. Драко не успел ни назначить место встречи, ни попрощаться. Единственное, что ему позволили, так это кивнуть в знак согласия. Пенс обернулась, когда её под руки уводили из гостиной и улыбнулась.

***

Классный кабинет выглядел гораздо лучше большинства комнат поместья. Прежде триумфальная, едва вмещавшая все награды семейства на протяжении вот уже семи поколений, теперь служила лекционным кабинетом для молодых пожирателей от восемнадцати до двадцати одного года. Программа трехгодичного обучения была организована для тех, кого остро задело разрушение Хогвартса. Ещё был небольшой процент «студентов», которые прибыли в Британию по обмену и пара добровольцев, пришедших в пожирательское комьюнити по собственному желанию. За идею, так сказать. Четыре ряда ступенчато расположенных парт уходили вниз, к трибуне, где располагался преподавательский стол и доска. Широкие прямоугольные окна открывали глазу вид на сады. Вдали виднелись очертания оранжереи с разрушенным куполом и верхушки деревьев, от крон которых начиналась территория леса Гребенчатого Холма. То ещё местечко, если честно. Лес прославился чащобами, ставшими домом для ведьм, которые слетались туда целыми общинами. Одни семьи устраивали ловушки для беспечных путников, другие нашли компромисс и жили в согласии с людьми окрестных деревень. О похождениях мутных дамочек со ступами и длинными носами, Драко слышал от дозорных отрядов, охранявших окрестности поместья, радиусом в милю. — Здравствуйте младший мистер Малфой, — ворчливо пробубнил Северус, копошась в своих бумагах. Он не то, чтобы был не рад Драко, он просто всегда был заносчивым индюком и никак не хотел выходить из этого амплуа, которое приросло к нему второй кожей. — Здрасте. Мистер сэр товарищ учитель духовный наставник уважаемый мужчина, долго ещё перечислять или закончим с регалиями? — язвительно перечислил Малфой =, с вызовом глядя на профессора. Он ничего не может ему сделать, он же сын Люциуса, считай, через одно рукопожатие любимец Волан-де-Морта. — Что не так с уважительным общением? Хочешь, чтобы я обращался к тебе по кличке? — надуто буркнул Снейп, наконец соизволив посмотреть на парня. — Не хочу, но эта такая мишура мне надоела, мы что, герцоги? Или служащие? Зачем столько пафоса? Так можно с самого детства начать перечислять. Первый чемпион квиддича 2003 года, мне тогда, кстати, было семь, а потом я… Драко не успел закончить акт умничества, как Северус перебил его. — Многие обращения задумывались как проявление уважения, отдать дань званию, а вообще эта история про подчинение. А самые изощренные прозвища придуманы для обезличивания. Когда ты обращаешься по имени ты знаешь о ком говоришь а когда по титулу, то каждый вкладывает туда что-то своё, в основном, устрашающее. Не знал, что для вас это открытие, мистер Малфой. — Вам лишь бы уличить меня в недостатке знаний, но я привык к этому, у меня иммунитет, можете не стараться. — Тебе повезло, что ты пререкаешься со мной, будь на моём месте профессор Мергер, тебя бы ждала плеть. При упоминании имени этого профессоришки по спине Драко прошли мурашки. Самый наиотвратительнейший учитель из возможных. Выходец из Румынии, которого пригласил сам тёмный лорд. Живая машина по производству жестокости, та ещё темная лошадка, при неё Малфой старается не открывать свой поганый рот лишний раз, потому что он — Амбридж, помноженная на десять. Драко даже представлять не хотел, что было бы, если бы Тёмный Великий Лорд, чёрт бы его побрал, не смилостивился над ним, назначив Снейпа ему в наставники. Дальше прошла тренировка. Очередная. Изнурительная. Как будто Малфоя готовили к олимпийским играм, а не к обычной самообороне. Хоть отец и хотел вырастить идеального убийцу, Драко решил для себя, что убьет только того, кто посягнёт на его мать и больше никого.