Ревнивый ученый

      Снова наступил день, приносящий с собой не предсказуемые желания Сущности, которые легли тяжким грузом на плечи двух компаньонов. Калеб Куинн, известный в узких кругах как Стрелок, и его напарник Альберт Вескер, гениальный ученый, чей разум был поглощен изучением вируса «Уроборос», вечно находились в услужении. Будучи покорными исполнителями, они безжалостно выполняли самые грязные поручения Сущности, лишенные права на отдых и жалости к выжившим. Однако, в этой гнетущей рутине находили место и для страстного тепла. Несмотря на то, что их отношения были лишь партнерскими, они находили утешение друг в друге, разделяя моменты близости и удовольствия, что, однако, не мешало им единовременно выслеживать и доставлять жертв своему господину.       Этот день, однако, был ознаменован редким перемирием. Сущность снизошла, даровав им драгоценное время для отдыха. Их путь лежал в Красный лес — место сборища всех без исключения слуг Сущности, от безмолвных духов и оживших мертвецов до искаженных призраков и кровожадных мутантов. Здесь, среди призрачного великолепия, они планировали провести свой заслуженный выходной, устроить пикник, утолить голод и обрести столь необходимую передышку от нескончаемой черновой работы. Углубившись в чаще Красного леса, они наткнулись на двух весьма необычных обитательниц: духа Рин и призрачную медсестру Салли. Девушки сидели под раскидистым деревом, погруженные в тихий разговор. Рин, казалось, каждое слово сотрясало ее эфирное тело, особенно ее изогнутые руки, столь неумелые, что могли лишь сжимать рукоять своего меча из костей. Салли же пребывала в своей обычной угрюмой тишине, лишь скорбные стоны, подобные вздохам настоящего призрака, срывались с ее губ — звуки, понятные лишь таким же, как она, неземным созданиям.       Альберт и Калеб осторожно вошли в условленное место. Среди собравшихся духов и прочей нечисти выделялись могучий демон Они мирно беседующий с Фредди. Чуть поодаль, в тени деревьев, отдыхали ветераны жанра ужасов — старые, но все еще устрашающие убийцы Майкл и Джейсон. Их молчание было красноречивым, переполненным невысказанными угрозами, словно они общались телепатически, их мысли сплетались в беззвучном диалоге.       Рин первой заметила приближающихся мужчин. Ее взгляд, полный ожидания, зацепился за Калеба, стройного и элегантного, с его самодельной пушкой, искусно прикрытой плащом. На ее губах появилась игривая улыбка, и тело охватила все та же сильная дрожь смущения, щеки залил румянец. Стрелок, бесспорно, обладал притягательной внешностью и благородной осанкой. Ее взгляд переключился на Альберта. Он, как всегда, был чем-то недоволен, хотя и старался искусно скрывать свою внутреннюю ярость. Рин грациозно поднялась с земли, а Салли, вознесясь над землей с помощью своей потусторонней магии, тихо застонала, словно пытаясь выразить свои эмоции, но мешок на ее голове лишь усиливал эффект отрешенности.       — Ну, здравствуй, мистер Стрелок, — промурлыкала Рин, ее голос, словно эхо, пронесся по лесу.       При виде дам, Калеб, не скрывая своей широкой улыбки, с легким поклоном снял шляпу, демонстрируя самое искреннее уважение.       — Здравствуйте, дамы, — произнес он ласково, его голос обрел бархатную глубину. — Погода сегодня замечательная, не правда ли?       Его слова вызвали новую волну смеха у Рин. Ее звонкий смех раскатился эхом по всему лесу, а руки невольно прикрыли рот, пытаясь сдержать порыв. Салли же издала звук, напоминающий пение птиц, выдыхая в унисон, словно пыталась присоединиться к веселью, но мешок на ее лице делал это непослушным. Альберту подобные игривые перепалки Калеба с призраками пришлись не по нраву. В его голосе он уловил нотки флирта, и, к своему собственному удивлению, осознал, что в нем пробуждается чувство ревности. Он убеждал себя, что это лишь профессиональные разногласия, но внутри него уже разгорался огонек.       Как только Калеб закончил свой непринужденный разговор с дамами, он обернулся к Вескеру, и его улыбка стала шире. На лице Альберта отчетливо читалось недовольство, скрытое за стеклами очков, но за ними бушевала ярость, достойная бывшего бога. Однако, проницательный Стрелок, как всегда, уловил это.       — В чем дело, ученый? — осведомился Калеб, поправляя поля шляпы. — Не доволен, что тебе выпал шанс отдохнуть от любимой охоты?       Эта фраза только подстегнула гнев Альберта. Ему показалось, что Калеб насмехается над его истинными чувствами. Не в силах сдержаться, он со всей силы ударил кулаком Калеба по лицу, зеркально отражая удар, который сам получил от Стрелка, когда тот попытался высмеять его болезненное положение. Калеб едва удержался на ногах, сраженный мощью Альберта. Паразит, обитавший в нем, даровал ему огромную силу и интеллект, доказав, что он не просто рядовой ученый.       — В чем дело, принцесса? — промурлыкал Калеб, осторожно касаясь пальцами щеки, где оставил след удар. — Я тебя чем-то обидел?       Вескер молчал, гордость не позволяла ему ответить или вступить в перепалку при таких зрителях. Он лишь смотрел на Калеба с нескрываемой злобой, погруженный в свой гнев. Калеб же, все еще недоумевая, что же так разозлило его партнера, огляделся, и тут его осенило.       — Ты ревнуешь? — спросил он, усмехаясь.       Альберт не ответил. Тогда Калеб, наконец, решился на то, о чем давно мечтал. Он обхватил Альберта за плечи, оторвав его от земли. Его взгляд был прикован к лицу Альберта, который пытался вырваться, но все его попытки были тщетны — ковбой держал его крепко.       — Отпусти меня, кусок мяса! — недовольно бурчал ученый, извиваясь и пытаясь освободить руки и ноги.       Калеб, усмехаясь, притянул его к себе, намереваясь поцеловать, но Альберт продолжал сопротивляться, пиная ногами.       — Ну чего же ты сопротивляешься, красавчик? — произнес Калеб ласково.       — Отпусти, иначе… — из руки Альберта вытянулись черви Уробороса, протягивая ему спрятанный под плащом нож. — Я отрежу тебе яйца этим ножом!       Другие убийцы замерли в ожидании реакции Стрелка. Все, даже новички, знали, что Калеб был суровым убийцей, несмотря на редкие вспышки дружелюбия. И вот, прозвучала прямая угроза от убийцы, который был ниже ростом, чем ковбой, и все ждали неизбежной драки. Однако, Калеб лишь хмыкнул и обнял Альберта еще крепче, словно плюшевого мишку. Убийцы были шокированы такой реакцией, а Рин, умиленная зрелищем, тихо ахала от восторга.       Альберт пытался высвободиться из крепких объятий, но у него это плохо получалось. Ковбой был сильнее и массивнее. Калеб прижимал его к себе, словно желая слиться с ним в одно целое, и в голове его звучала мысль: «Успокойся, ревнивый красавчик, я буду рядом». Объятия прервало появление темного облака из тени и корней с острыми шипами, окутавшего всех убийц. Из него раздался зловещий шепот Сущности. Его ярость вновь бушевала, и он приказал всем убийцам добыть еще человеческой плоти для жертвоприношения, в качестве дани к его ужину.       Убийцы разошлись по своим местам. Те, кто отправлялся на поиски выживших, двинулись в другие уголки этого простора. Среди них были и Рин с Салли. Попрощавшись с мужчинами, Рин игриво послала им воздушный поцелуй, пожелав удачной охоты. Альберт, фыркнув, углубился в лес, направляясь к своему месту поиска жертв. За ним, с самодельной пушкой наперевес, шел Калеб. По дороге они старались молчать. Оба понимали, что малейший разговор о том инциденте может перерасти в драку, и они забудут о священной миссии, ниспосланной самой Сущностью.       В полуразрушенном Раккун-Сити, где эхо прошлого сливалось с криками отчаяния, их путь пролегал через знакомые, но теперь искаженные до неузнаваемости улицы. Полицейский участок, место, где когда-то бурлила жизнь и рождались герои, встретил Альберта Вескера зловещей тишиной. Море воспоминаний нахлынуло, обнажая раны прошлого: здесь он был капитаном элитного отряда «S.T.A.R.S.», непоколебимым лидером. Теперь же, под игом неведомой Сущности, он был жалким рабом, чьи амбиции, некогда стремившиеся к божественному очищению человечества, обернулись гротескным искажением, превращая людей в чудовищ.       Рядом с ним, словно хищник, выжидающий момент для прыжка, находился Калеб. Его лицо, испещренное недовольством, отражало нетерпение, горящее в глазах желанием броситься в кровавую охоту.       — Невтерпеж, красноглазик? — голос Калеба прорезал напряженную тишину.       Альберт лишь презрительно фыркнул, демонстрируя свое обиженное молчание. Раздражение, смешанное с недоверием, витало в воздухе. Куинн, усмехнувшись, двинулся вперед. Тяжелое ружье с ржавым гарпуном в его руках было продолжением его неукротимой натуры. Вескер, провожая его взглядом, погрузился в размышления. Стоит ли ему присоединиться к этой кровавой игре? Но в этот момент что-то неуловимое щелкнуло в его сознании. На губах появилась хитрая, коварная ухмылка. Он повернул к лестнице, ведущей на второй этаж, и направился в западноe крыло, к кабинету, который, как он считал, давно покрылся пылью забвения.       Пока Калеб погрузился в свою охоту, он не замечал, что Альберт исчез, словно растворившись в воздухе. Поначалу он не придал этому значения, предполагая, что Вескер решил действовать в одиночку, скрываясь в тенях. Но чутье, закаленное годами выживания, подсказывало иное. Убив троих бедолаг, он отправился на поиски своего бывшего напарника. Полицейский участок был ему знаком лишь частично, но главные залы и двор с обеих сторон остались в памяти. Он решил исследовать восточное крыло первого этажа, место, где еще не ступала его нога. Там, в одном из кабинетов, он обнаружил выжившего, тщетно пытавшегося починить сорванный генератор. Один точный выстрел гарпуном — и жертва, скорчившись, упала замертво. Калеб поднял тело, отправляя его голодной Сущности.       Сломав генератор, чтобы лишить других укрытия, он направился в кабинеты в поисках выживших и, конечно же, Альберта. В кабинете начальника восточного крыла его внимание привлекла записка на столе. Почерк ученого был безошибочно узнаваем. «Иди в кабинет «S.T.A.R.S.», у меня к тебе разговор…» — гласила она. Эта записка вызвала у Калеба смесь предвкушения и гнева. Он жаждал встречи с Альбертом, чтобы высказать все, что накопилось, выяснить отношения и поставить точку в их противоречивой истории.       Поднявшись на второй этаж, он нырнул в дальний коридор западного крыла, внимательно изучая каждую дверь и табличку. Наконец, он нашел нужный проход. Часть стены была разрушена, открывая вид на кабинет. Внутри царил хаос, но генератор, стоявший в углу, остался нетронутым, что казалось странным. Он обнаружил небольшой кабинет с внушительным логотипом «S.T.A.R.S.». Посреди полуразрушенной комнаты стоял стул, его спинка перекрывала проход, где раньше была дверь. Разбитое окно стало единственным источником света.       Осторожно перебравшись через окно, Калеб приблизился к стулу. На его спинке, словно зловещее послание, виднелись кровавые отпечатки. Внезапно, за спиной, чьи-то руки схватили его, защелкнув наручники. Калеб, привыкший полагаться на свою силу, не ожидал такой подставы. Он попытался вырваться, но было поздно. Его грубо толкнули в стул, привязав к нему веревкой. Злость начала захлестывать его. Он напряг все силы, пытаясь сломать наручники и найти того, кто посмел устроить эту ловушку. Но затем он услышал знакомую, леденящую душу усмешку…       В полумраке кабинета, где воздух был пропитан напряжением и предвкушением, справа мелькнула фигура. Синяя рубашка с закатанными до локтей рукавами обнажала сильные, развитые руки, контрастирующие с тонкой, облегающей серой жилеткой. Дорогие кожаные ботинки и узкие брюки подчеркивали атлетичное сложение, обнажая соблазнительный изгиб ягодиц. Калеб поднял взгляд, и его сердце замерло. Альберт. Он стоял перед ним, облаченный в новый, элегантный костюм, подчеркивающий худощавое, но крепкое тело. Взгляд ковбоя, прикованный к знакомому силуэту, не мог отвестись. Он едва сдерживал слюноотделение, пораженный столь желанным зрелищем: соблазнительные изгибы, сильные руки и, самое главное, осознание того, что его партнер, обычно доминирующий, теперь сам оказался в плену наручников, прикованный к стулу.       Альберт, почувствовав голодный взгляд партнера, усмехнулся. Его пальцы мягко коснулись подбородка Калеба, притягивая его лицо, чтобы встретиться взглядом сквозь темные очки. Вескер склонил голову, имитируя намерение поцеловать, но медлил, наслаждаясь зрелищем похоти, отражающейся в глазах Куинна. В этот момент он продемонстрировал, что может быть не только пассивным исполнителем. Он был абсолютным доминантом, пока в его жизни не появился Калеб.       — Вот ты и попался в мои цепи, — прошипел Альберт, его голос звучал ласково, но в нем таилась угроза.       Стрелок, отозвавшись коротким хмыканьем, потянулся к нему, стремясь к поцелую. Альберт не стал сопротивляться, позволив им погрузиться в страстное объятие. Поцелуй длился больше минуты, не прерываемый ничем, только обмен языками, трепетным касанием и ритмичным танцем. Когда они прервались, Калеб, захрипев, с усмешкой спросил:       — Это так ты хотел со мной поговорить, мой красноглазик?       Альберт, улыбнувшись, ловко снял шляпу Калеба и бросил ее в сторону. Ковбой не рассердился, напротив, это лишь подогревало его предвкушение дальнейшего развития их игры.       — Я хотел оставить тебя одного, чтобы ты разбирался с грязной работой, — ответил Вескер, его сильная рука нежно коснулась щеки Калеба. — Но решил иначе отомстить за твой слишком уж ласковый разговор с теми барышнями призраками из красного леса.       Услышав ответ, Калеб лишь усмехнулся, его пустые белые глаза уставились на ученого. Он с трудом сдерживал эмоции, но, собравшись, произнес с тихой улыбкой:       — Ты все-таки ревновал. Я не ошибся…       Альберт пожал плечами, сняв очки и спрятав их в карман жилетки. Затем он снова потянулся к Калебу, его руки скользнули к поясу брюк ковбоя, откуда уже ощущался твердый бугорок. Он высвободил набухший член, его рука обхватила его, большим пальцем натирая головку. Калеб, сквозь поцелуй, тихо мычал, каждое касание горячего языка ученого заставляло его колени дрожать от удовольствия.       Поцелуй прервался так же внезапно, как и ласки пальцев ученого. Калеб посмотрел на него с тоской, словно без слов просил продолжить. Но Альберт, наслаждаясь моментом, решил немного поиграть. Он оседлал его ноги, прижимая свой пах к члену ковбоя. Калеб чувствовал не только его возбуждение, но и его ягодицы, что сводило его с ума, заставляя жаждать продолжения.       Вескер начал расстегивать пояс на своих штанах, а заветный звук расстегивающейся ширинки расслабил Куинна, наполняя его предвкушением. Ученый, наконец, высвободил свой член, его рука скользила по всей длине, взгляд не отрывался от партнера, демонстрируя, какое удовольствие он получает. Калеб не обиделся, напротив, это еще сильнее его заводило. Бесплатное эротическое представление перед ним было высшим наслаждением.       — Не боишься, что Сущность нас жестоко накажет, если мы упустим выживших? — прошептал ковбой.       — Мне не важно, — ответил Вескер с выдохом, — что скажет Сущность. Я приму любые наказания…       Калеб нахмурился.       — Эй… Только я могу тебя наказывать, — сказал он ласково.       Альберт усмехнулся, прижавшись плотнее к груди мужчины. Его пальцы, которыми он ласкал свой член, теперь потянулись к плоти Калеба, прижимая их друг к другу. Он начал надрачивать оба члена, головки их нежно касались друг друга от каждого движения. Вескер начал вздрагивать, чувствуя, как в груди все сжимается, а в животе разливается приятная боль. Куинн наблюдал за ним, тоже ощущая ту приятную дрожь, не прерывая процесс. Альберт потянулся к его шее, кусая короткими клыками до крови. Калеб тихо фыркнул, но стерпел легкую боль.       Рука двигалась быстрее, с легкостью скользя по всей длине с помощью смазки. Оба чувствовали приближение, и в выдохах ученого слышались настоящие стоны. С тихими, игривыми звуками он поднял голову, ускоряя движения руки, доводя их обоих до скорого финала. Через пару резких, коротких движений, оба ощутили короткий, но блаженный оргазм, пачкая руку ученого.       Чувствуя общую судорогу, Альберт выдохнул и потянулся к Калебу за новым поцелуем, словно завершая их вечер. Но ковбой ожидал следующего раунда. Однако Вескер встал с его колен, приводя себя в порядок, что озадачило его партнера.       — Продолжения не будет? — спросил Калеб. — Я бы хотел оказаться внутри тебя, чем удовлетворять наших питонов…       Вескер не оценил пошлый намек, лишь опустил голову к его уху и прошептал:       — Приятного тебе отдыха. Я закончу твою работу за тебя…       Этот ответ не понравился Калебу, и он попытался выбраться из цепей. Вескер уже покидал кабинет через окно, прежде чем услышал:       — А освободить?       Альберт лишь зловеще рассмеялся, перепрыгнув через оконную раму. Внезапно он заметил первую жертву, сидевшую в углу и подслушивавшую их приятный разговор. Это была Мэг, которая собиралась подкрасться к генератору и запустить его, но вместо этого услышала страстный диалог и пошлые звуки. Теперь она понимала, что это последнее, что она услышит. Вескер усмехнулся, выпуская Уроборос из своей левой руки, что удовлетворял себя и ковбоя.       — Невежливо подслушивать чужие разговоры… — прошипел Альберт с усмешкой, сделав рывок схватил Мэг за шею, выпуская по её телу червей Уробороса. Но та спаслась и убежала из кабинета.       Альберт бросился в погоню, намереваясь поймать девушку и отправить к Сущности. А Калеб так и сидел в кабинете с расстегнутыми штанами и прикованный к стулу, ожидая, что Альберт, возможно, вернется и освободит его. Но с момента их приятного разговора прошло более десяти минут. Он слышал крики жертв, а Сущность шептала, что довольна новыми закусками.       Услышав последний крик о помощи от последнего выжившего, Сущность прошептала, что отпускает своих рабов зла на заслуженный отдых. Но Калеб, прикованный к стулу, так и сидел. Альберт же, почувствовав вкус победы не только от пойманных выживших, но и от того, что смог преподать ковбою урок, удовлетворенно выдохнул. А Калеб, наконец, усвоил свой урок — никогда не заставляй хитрого и очень вредного ученого ревновать.