Пески Карнака

Приказ пришёл серой совой в середине июля. Лондон плавился от жары, маглы прятались в тени Биг-Бена, а кондиционирующие чары в Министерстве едва справлялись с духотой. Гермиона сидела в своём кабинете, перебирая пергаменты с заметками о правах оборотней, когда в распахнутое окно влетел конверт с алой печатью Аврората. «Грейнджер, Поттер, Уизли, Малфой. Явка в кабинет Главы Департамента в 08:00. Дело государственной важности. Робардс». Она перечитала последнюю фамилию трижды. Малфой. Драко Малфой служил в Аврорате уже два года — тихо, без публичных скандалов, занимаясь аналитикой и консультируя по тёмным артефактам. Большинство старых гвардейцев его демонстративно игнорировали. Рон до сих пор при виде него стискивал зубы. И только Гарри однажды, за кружкой сливочного пива, обронил: «Он знает то, чего не знаем мы. А война показала — врага надо понимать, иначе проиграешь». В кабинете Робардса было тесно от напряжения. Гарри стоял, скрестив руки, рядом с ним — Джинни в форме «Холихедских Гарпий», её огненные волосы были собраны в тугой хвост, на плече висела спортивная сумка. Видимо, забежала попрощаться перед вылетом — но по её лицу Гермиона сразу поняла: Джинни не собирается оставаться в стороне. Рон, насупившись, сидел на краешке стула. А у окна, отдельно от всех, стоял Драко Малфой — идеально выглаженная мантия, холодный профиль, взгляд устремлён в никуда. Рядом с ним, положив руку на подлокотник кресла, сидела Перси Паркинсон — она больше не была его девушкой, это осталось в прошлом, но осталась его доверенным лицом и деловым партнёром по части антикварных изысканий. — Итак, — начал Робардс, взмахнув палочкой, и на стене развернулась карта Восточного Средиземноморья. — Две недели назад в районе египетского Карнака, вдали от глаз маглов, начали происходить странные вещи. Местные магические общины сообщают о всплесках энергии, не соответствующей ни одному известному западному канону. Никаких заклинаний, никаких палочек. Это нечто более древнее. — Что именно? — спросил Гарри, поправляя очки. — Ритуалы, — ответил Робардс. — Но не те, что в наших учебниках. Международная Конфедерация Магов зафиксировала возмущения на уровне стихий. Песчаные бури, возникающие из ниоткуда. Птицы, падающие замертво в радиусе мили. Знаки на камнях, которых там не было ещё месяц назад. Местные говорят о «Пробуждении Спящих». Наши эксперты, — он бросил взгляд на Малфоя, — предполагают, что это шаманские практики до-династического периода. То, что старше пирамид. — Шаманы? — Рон фыркнул. — Это те, что с бубнами пляшут? И ради этого нас отправляют в Египет в такую жару? — Уизли, — впервые заговорил Малфой. Его голос был тихим, но разрезал воздух как лезвие. — Ты хоть понимаешь, что до изобретения палочек именно эти «пляски с бубнами» решали судьбы империй? Шаман работал не с заклинанием, а с духом. Подчинить духа пустыни — значит подчинить саму пустыню. Если кто-то действительно нашёл способ пробудить то, что спало в песках пять тысяч лет, твои шуточки здесь неуместны. — Малфой прав, — сказал Гарри прежде, чем Рон успел взорваться. — Что требуется от нас? — Внедриться, — Робардс обвёл их взглядом. — Выяснить, кто стоит за ритуалами. Пресечь, если потребуется. Малфой — ваш эксперт. Паркинсон обеспечит прикрытие: в Луксоре есть магическая лавка, специализирующаяся на амулетах и древностях. Вы — закупщики редких ингредиентов. Легенда уже готова. — Я лечу с вами — сказала Джинни, и в её голосе прозвенела сталь. — У «Гарпий» сейчас перерыв. И хватит смотреть на меня так, Гарри Поттер. Ты оставлял меня дома во время войны. Больше этого не повторится. Гермиона заметила, как Малфой на мгновение перевёл взгляд на Джинни, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на уважение. Затем его серые глаза скользнули к ней, к Гермионе, и задержались на долю секунды дольше, чем следовало. В кармане у Гермионы лежало воронье перо, оправленное в медь. Она не знала, почему взяла его с собой. Просто старик из лавки «У Великого Ворона», куда Гермиона забрела месяц назад в Косом переулке, сказал: «Оно притянет нужную встречу». И сунул амулет ей в ладонь, не взяв ни кната. — Вы все свободны, — закончил Робардс. — Порталы завтра в шесть утра. Не опаздывать. Когда они выходили, Малфой поравнялся с Гермионой в дверях. Она напряглась, ожидая колкости. Но он лишь тихо произнёс, не глядя на неё: — Грейнджер. Возьми с собой непредвзятость. На Востоке она понадобится тебе больше, чем все твои учебники. И ушёл, оставив её стоять с приоткрытым ртом.